ПЕРЕПУТАЛА...

С неба сыпал мелкий снег и сторибрукцы радовались ему как дети. Ему и тому, что всё кончилось. Они живы, очередное Проклятие разрушено. Эмма шла опустив голову и засунув руки глубоко в карманы. Она ёжилась и Регина сразу поняла, что не только от холода — с недавних пор Эмму холод мало беспокоил. Снежка тоже почувствовала странное настроение дочери. — Что с тобой, милая? — Ингрид вернула мне воспоминания… — Эмма ещё больше зарылась носом в шарф, так, что её лица почти не было видно и голос звучал невнятно и глухо. — Зачем?! Она, наконец, подняла голову. Красные от слёз глаза и такой надрыв, такое отчаяние были в голосе Свон, что у Регины сжалось сердце. — Ты всё вспомнила? — Да, — голос у Эммы охрип. — Мы были близкими подругами… Мне сейчас так… Снежка потянулась взять дочь за руку, но та отшатнулась от матери и ещё больше сжалась. — Я хочу побыть одна. И исчезла в клубах белого туманного вихря. Регина подошла к Снежке. — Не стоит её пока трогать. Все вокруг так радуются смерти Ингрид… Эмма просто не может тут находиться, — Регина посмотрела на грустную Эльзу. — А ты как? Эльза растерянно пожала плечами. — Не знаю… Мне так жаль несчастную Ингрид… Она просто обезумела, когда потеряла свою сестру, поверила в это странное пророчество и хотела вернуть семью… И она была моей тётей, в конце концов. У меня почти никого теперь не осталось — только Анна и Кристоф… Регина кивнула. — Надеюсь Ингрид сейчас в лучшем мире. Но мы устроим ей проводы. Ради тебя, Анны и Эммы. Без вас троих этот день закончился бы ещё печальней и трагичней для очень многих… ………………………………………………………………………………………………………………………………………. — Я теперь понимаю почему ты сидишь здесь… — глаза у Эммы были всё ещё красные, нос распух. — Тут так спокойно… — Вообще то я думала застать тебя в баре, Эмма, — Регина присела рядом и наколдовала для подруги маленький платок — с монограммой и вышитым золотом лебедем. Эмма улыбнулась сквозь слёзы и вытерла глаза. — Я застала там только Руби. — Она в порядке? — В полном. Говорит, что страшно боялась оборотиться во внеурочное время. И отправиться разыскивать твою мать. — Зачем? Регина невесело усмехнулась. — Она говорит, что твоя мать стала косвенной причиной гибели её, Руби, матери… Наша Шапочка пыталась защитить подругу от своей мамочки-волчицы и… — Ужасно… Регина промолчала. Некоторое время в склепе царила тишина. Эмма сидела уставившись в одну точку и смаргивала слёзы. Первой решила заговорить Регина. — Эльза решила, что надо помянуть Ингрид… — Твоя идея? Регина не стала отрицать. — Да. Ингрид была её и Анны тётей и твоей близкой подругой… И действительно сестрой тебе по магии. По магическому дару. Эмма встала и одёрнула куртку. — Да. Надо с ними поговорить. И с Элизой и с Анной. Печальная история… — Поговори. Эмма оглядела склеп и усмехнулась. — Надо завести себе такой же. Чтобы прятаться ото всех. Регина тоже поднялась. — Не увлекайся так, Эмма. С твоим беспокойным характером даже покойники не выдержат соседства с тобой и начнут вылазить из могил — искать место без таких беспокойных соседей вроде тебя… Эмма улыбнулась и обняла Регину за талию. — Хочешь сказать, что я буду виновницей зомби-апокалипсиса? — Ты или покойник-зануда, которому всё время холодно, когда другим жарко и наоборот. И который всё время ворчит. Ингрид пришло проводить даже немного больше народа чем думала Эмма. Многие поддержать своего шерифа и Спасительницу. Надгробие представляло из себя небольшой куб горного хрусталя и белые буквы на нём — «Ингрид». Все постепенно разошлись остались только Эльза с Анной, Регина, Снежка, Эмма и… Лерой. Собственно всю работу по установке выполнял он. — Жаль, — мрачно констатировал гном. — Мороженое у неё было вкусное. Эмма невольно улыбнулась. — Если хочешь — я попробую сделать тебе порцию. Напоследок. И вся компания отправилась в кафе где совсем недавно работала Ингрид — Снежная Королева — она же Сара Фишер. — Ну теперь, Эмма, ты можешь в случае чего сменить род деятельности, — одобрительно кивнула Регина. — У тебя очень неплохо получается. — Хм. Я подумаю. ………………………………………………………………………………………………………………………………………. Эмма так погрузилась в свои мысли, что даже вздрогнула, когда услышала за спиной голос Регины. — Так вы были знакомы? Эмма, со вздохом, кивнула. — Я то думала, что жизнь разделилась на «до» и «после», когда на пороге моей квартиры в Бостоне появился Генри, а теперь оказывается, что никакого «до» у меня просто не было… Моя первая любовь — сын Тёмного и я родила Тёмному внука, которого усыновила бывшая Злая Королева, со Снежной Королевой мы были знакомы с моего детства, а она следила за мной буквально с рождения, а теперь выясняется, что и моя единственная подруга детства — дочь Малефисент… Может какая-то из моих приёмных семей на самом деле тёплая компашка некромантов? Или вампиров — как в «Сумерках»… А ещё был Уолш, который оказался подручным Зелины. — Ну… Зато твою жизнь, Свон, теперь точно не назовёшь скучной. Ты с самого рождения была связана со Сторибруком и с магией. Так что твоё появление в городе было предопределено. И может стоит проверить все твои приюты и приёмные семьи? Во избежание сюрпризов. Эмма морщится. — Их было слишком много. И очень надеюсь, что Ингрид просто исключение. — Уверена? Эмма пожимает плечами. — Но больше никаких провалов в памяти нет. Вроде… — Ты таки подумай об этом, Свон. Вдруг какие-то из твоих приёмных родителей окажутся инопланетянами. Или Людьми-Икс. Эмма улыбается. — Генри и комиксы. — Ага. И ещё все эти сериалы… — Чёрт! Чёрт, чёрт, чёрт! — Эмма, ты нас чуть не угробила, — Регина говорит это совершенно ровным голосом. Констатирует факт — «Ну вот, опять». — Откуда здесь вообще волк? — Из Сторибрука мне тоже не дал уехать волк… — Эмма задумчиво разглядывает пробитое колесо. — Это знак. — Знак это или не знак, но ты идёшь за кофе, Свон, а я занимаюсь колесом — ищу механика. Эмма не возражает — у Регины хорошо получается заставить двигаться самого ленивого механика, служащего заправки, кассира в банке или просто официантку. Одного взгляда достаточно, чтобы ребята из системы обслуживания проснулись, очнулись от своей летаргии и начали шевелить задницами. И это без всякой магии! Регине удавалось пробудить в этих ребятах какие-то древние инстинкты. Видимо, где-то в глубине души, они все были монархистами. Поэтому с появлением Регины колёсики начинали крутиться с приемлемой, по мнению Королевы, скоростью. Она же взирала на суетящихся вокруг неё с воистину королевской миной. Родинка в форме звёздочки на запястье. По спине Эммы прокатывается волна холода. «Не может быть!» Тогда, в Миннесоте, когда Лилит показала новой подружке эту родинку, Эмма просто удивилась такой причуде природы, но теперь она знала — «Это всё неспроста!» как сказал бы Винни Пух. — Старла? Простите, ваше настоящее имя Лилит? — Да… — Эмма поняла, что её старая подружка готова сделать ноги — она, конечно, инсценировала свою гибель не ради того, чтобы кого-то просто разыграть… Эмма почувствовала себя как в совсем недавнее и такое простое время — ей частенько приходилось разыскивать таких, кто вовсе не жаждал чтобы их нашли… Эмма подняла руки и сказала как можно мягче. — Всё нормально. Не бойся — твоя родинка… Ты сама показывала мне её четырнадцать лет назад, за магазинчиком, в Миннесоте. Старле не понадобилось много времени чтобы понять кто перед ней — друзей у Лилит было не так чтобы много. — Эмма? Та кивнула. — И что привело тебя ко мне? — Не поверишь — судьба… Эмма насторожилась — она, конечно, не ждала, что Лилит-Старла кинется к ней, Эмме, на грудь и ульёт её слезами радости. Свон не забыла как они расстались, но хотелось какой-то более живой реакции. Менее равнодушной что-ли… — Муж, ребёнок? — кажется даже Регина почувствовала лёгкую нотку фальши. — Она лжёт. — Уверена? — Абсолютно. Хотелось бы понять — зачем? Я понимаю, что особой радости она может и не испытывать — мы плохо расстались, но… Эмма достала из кармана карточку. — Тут есть её адрес, — Эмма перехватила вопросительный взгляд Регины. — Талант не пропьёшь, а я была неплохим вором-карманником в своё время. — Никаких признаков, что тут живёт ребёнок. И мужем даже не пахнет… — Ты права, Свон, — ты это хотела услышать? — Давай вернёмся к Эмме. — Значит она про всё знает… Эмма разглядывала схему. На карте было обозначено два места, на территории которых, как подозревала Старла-Лилит, мог быть расположен Сторибрук. — Лилит не ошиблась… — Регина внимательно разглядывала карту. — И почему она не смогла найти нас? — Сторибрук зачарованный город. И сам выбирает кого впустить, а кого нет. И выпустить. Вот твою старую подружку решил не впускать. Почему-то. — Свон, — Регина говорила негромко, мягко и её голос обволакивал, успокаивал и Эмма почувствовала как кровавый туман перед глазами начинает рассеиваться, таять. — Опусти пистолет, Эмма. Ты потом себе не простишь… Если станешь убийцей. — Я уже убийца, — Эмма смаргивает слёзы. — Круэлла была сама виновата. Она не оставила тебе иного выхода. И это было состояние аффекта. Никто тебя не осуждает… — Я сама себя осуждаю. — Так не давай себе ещё один повод для самоосуждения… Для самокопания. — Что я никогда не прощу родителям, что из-за них я не смогу смотреть в глаза Малефисент и Лилит… Мне до конца жизни будет стыдно… — Ты ни в чём не виновата, — Регина заняла водительское место. — Всё равно… Из-за меня Лилит страдала всю жизнь… — Ты нашла её и мы вернём Малефисент её дочь, а значит ты искупишь вину родителей. Ну хотя бы свою часть… Ту, которую считаешь своей. — Что это было?! — Лилит выглядела слегка ушибленной, ошарашенной произошедшим. — Магия… — равнодушно выдохнула Эмма. И положила руку на кобуру. — Свон, — Регина смотрела на шерифа слегка нахмурившись. В тёмных глазах Миллс Эмма прочла «Она этого не стоит». Эмма одёрнула полу куртки. — Что у тебя с Региной? — Формально, она моя приёмная бабушка. Я, как шериф, обязана ей представлять отчёты. Как мэру. И она мать моего сына. Лилит фыркнула. — Ты себя слышишь, Свон? И всё-таки? Вы так общаетесь… — Она меня понимает как никто, а я её. Мы очень похожи. — Родственные души? — Видимо, где-то так… Лилит смотрела на старую подругу с очень серьёзным видом. — В магии родственные души это не просто красивая фраза… Моя… матушка Малефисент находит то, что вы сошлись очень забавным. И говорит, что это может в будущем спасти тебя… — От чего? Лилит делает большой глоток из бокала с пивом. — От Тьмы, дорогая. — Но я… Спаситель. Светлый маг! — Мне досталась твоя Тьма. Но только часть. И расспроси Регину про Чернобога — это не мой секрет. — Я не хотела тогда тебя пугать, Эмма. Прости… — Так в чём дело с Чернобогом? Регина вздыхает. — Он пожирает сердца с самым тёмным потенциалом. Когда-то он пытался сцапать твою новую подружку Малефисент. А в тот раз нас спасло то, что он не знал за кем раньше погнаться — за мной или за тобой… Нам удалось его запутать и этим мы выиграли время… — Хочешь сказать, что всё зря — мои родители совершили гнуснейшее и подлое преступление — похитили чужого ребёнка, но это не помогло — Тьма во мне осталась? Регина грустно вздохнула и погладила Эмму по голове и поцеловала её в лоб. — Меньше чем было, но всё равно достаточно… Тебе придётся быть очень осторожной…