Помни меня

*** Уже неделю Гарри преследовал один и тот же сон — он бежал по бесконечному лабиринту один в один похожему на тот, в котором он был на Турнире Трех Волшебников. Под ногами хлюпала грязь, он боялся упасть, постоянно оглядывался через плечо, каждый раз опасаясь обнаружить за спиной неведомое чудовище, от которого не было спасения. Но со временем он понял, что ошибался. Он ни от кого не убегал — он догонял. Спина человека, которого он преследовал, каждую ночь была всё ближе и ближе. Но когда Гарри оказывался совсем рядом, оставалось только протянуть руку, — он обязательно просыпался. Сегодня всё изменилось. Он догнал незнакомца, схватил его за плечо, разворачивая к себе, и успел, наконец, увидеть его лицо. Но вспомнить его на утро не мог, сколько ни пытался. Остались лишь чувства — боль пополам с надеждой, гнев пополам с нежностью, целое море самых противоречивых ощущений. А потом он столкнулся с Малфоем в коридоре, и в его голове будто разорвалась бомба. Он не мог оторвать взгляд от серых глаз Драко, и как наяву перед ним проскользнул сон — он хватает незнакомца за плечо, тянет к себе и… Малфой так же вызывающе смотрит на него, только в глазах его вовсе не ненависть. — Гарри, тебе нехорошо? — на подлокотнике дивана рядом с ним примостилась Джинни. — Голова болит, — вяло отмахнулся он. Если честно, последний раз его голова так раскалывалась, когда он сражался с Волдемортом два года назад. — Глядя на тебя, я бы сказала, что ты слишком напряженно думаешь для человека, у которого болит голова. — Что-то случилось? — Да нет, — Гарри поморщился. — Просто… один сон не выходит из головы. — Сон? — Ерунда… — хмыкнул он.– Бегал за Малфоем. Действительно, и чего он так переживает? Это же всего лишь сон, пусть и странный. Таких за его жизнь было достаточно. Он посмотрел на Джинни, надеясь обратить всё в шутку, но она сидела рядом, понуро опустив голову. А потом неожиданно взяла его за руку и сжала ее. — Знаешь, Гарри, мне очень… Договорить она не успела — в гостиную шумной стайкой забежали второкурсники и тут же бросились к ним с рассказами о гиппогрифах, которых им сегодня показывал Хагрид. Тщетно Гарри пытался поймать взгляд Джинни, но предчувствие у него появилось нехорошее. Что она хотела сказать?.. «Мне очень…что?» Жаль? Почему? Терзаемый сомнениями и головной болью, он пошел в комнату. Надо было отдохнуть. Сегодня предстояла последняя тренировка перед финальным матчем по квиддичу. Гарри не видел, как Джинни, провожая его взглядом, смахнула со щеки слезу. *** — Ты же знаешь. Мы не можем ничего рассказать ему. Мы давали… — …Непреложный обет, я помню, Тео. Но неужели нет никакого способа?.. Я не могу больше смотреть, как он мучается. А Драко? Неужели тебе его не жалко? — Джинни, от того, что ты расскажешь Поттеру правду, лучше никому не станет. Драко всё еще его любит, да, но не кажется ли тебе, что потом вместо искусственно созданной ненависти он получит настоящую?