Помни меня

*** — Я так и знал, — в сердцах сказал Кейс, когда Снейп закончил свой рассказ. Впрочем, радость на лице колдомедика оттенялась страхом. Наконец-то до него дошло, в какую скверную историю он влип. Профессор Снейп тоже чувствовал себя паршиво. Он старался не вспоминать о событиях тех дней, но когда к нему заявились Забини, Нотт и Джинни Уизли, умоляя спасти Гарри и Драко, он вновь ощутил на себе бремя вины. Именно он скреплял клятвы, которые давали все причастные к истории Поттера и Малфоя. И только он мог рассказать постороннему человеку о том, что на самом деле связывало этих двоих, потому что сам никакими обетами скреплен не был. Просто Дамблдор доверял ему. И, видимо, зря. Кейс казался толковым парнем. Оставалось надеяться, что юная Уизли в нем не ошиблась. — Что вы собираетесь делать? — осторожно спросил Снейп. — Разве можно обратить процесс? — Разорвать можно только искусственные узы. Если же связь природная, то никакая магия, даже самая сильная, не сможет до конца ее разрушить. Это подтверждают не только диагностические заклинания, но и чувства Драко. И… я думаю, что нам помогут воспоминания. — Чьи? — Всех, кто знает правду, — пожал плечами Роджер. — Вам не кажется, что это слишком опасно? Память Гарри стерли ради его же блага. — Я бы не назвал грубое вмешательство в естественный ход вещей благом. — И все же. — При всем уважении, сэр… — Кейс плотно сжал губы, сдерживая норовящие сорваться с языка грубости. Снейп его понимал. И именно поэтому сейчас был здесь. *** Гермиона плакала. Ей казалось, что она совершила самую большую ошибку в жизни. Как можно было предать лучшего друга? Он ведь доверял ей всем сердцем, и до сих пор доверяет! А она… Как она могла позволить втянуть себя во все это?.. Сотни воспоминаний крутились в ее голове — она уже с трудом понимала, где правда, а где ложь. *** — То есть, если Гарри вспомнит о… о нас, его аура вернется в норму? — с надеждой спросил Драко. — И магия? Он сидел рядом с Гарри и держал его за руку. — Да, — кивнул Роджер. — Я думаю, что если ваша связь восстановится, ты сможешь, как бы, передать ему часть своей силы. — Каков шанс, что все, о чем вы говорите, получится? — Скажу честно, Драко, — Кейс виновато опустил голову. — Я не знаю! О таких случаях, как ваш, я лишь читал в книгах. Я всю жизнь думал, что соулмейты — это просто старая сказка. Но если это всё правда, ваши с Гарри возможности поистине безграничны. Драко горько усмехнулся. Сказка… Когда-то ему тоже так казалось. — Есть вероятность, что его сознание будет сопротивляться, — продолжил Кейс. — Все-таки за два года альтернативные воспоминания пустили в его голове мощные корни. — Когда мы начнем? — Завтра в три часа я жду тебя и твоих друзей здесь. Надо обсудить, какие воспоминания и в каком порядке вы будете ему передавать. Это нельзя делать бездумно. — Хорошо. Драко аккуратно погладил Гарри по щеке. Он чувствовал его, хоть слабо и будто вдалеке, но всё же чувствовал. — Ему что-то снится. *** — Когда ты уже свернешь себе шею, гребаный очкарик, и перестанешь путаться под ногами? — Только после тебя, Хорёк! Сцепившись на пустом месте перед кабинетом Трансфигурации, они стояли почти вплотную, сверля друг друга злобными взглядами. Сегодня у Гарри было хорошее настроение, поэтому он якобы случайно наступил Малфою на ногу. — Молодые люди, немедленно прекратите! — из кабинета вышла профессор МакГоногалл, заставляя их расступиться в разные стороны. Как только Малфой, презрительно скалясь, зашел в кабинет, Гермиона от души пихнула Гарри в плечо. — Ты что, с ума сошел?! — возмущенно прошипела она. — О чем ты? Не понимаю, — Гарри невинно захлопал ресницами. — Ты прекрасно знаешь, о чем! Ты специально наступил ему на ногу, чтобы спровоцировать! И не отрицай. — Ну, подумаешь… Рон хлопнул его по плечу, широко улыбаясь. — Вот это ты молодчина, друг! — Рон, перестань! Мне тошно от вас обоих! — воскликнула Гермиона. — Знаешь, Гарри, в последнее время ты ведешь себя хуже, чем Малфой. Глядя вслед подруге, Поттер пожал плечами. Как ей объяснить, что его постоянно притягивает к этому белобрысому гаду? Когда Малфой со злостью смотрел ему в глаза, Гарри ощущал такой пролив сил, что, казалось, мог сдвинуть с места Хогвартс вместе со всеми обитателями, и перетащить на другой конец Англии. Ему очень нравилось это чувство.