Жизнь в сумерках

      Уже прошло несколько дней после того инцидента со старухой. Я считаю, что она просто не в своем уме. Да любой так скажет, окажись он на моем месте. Не, ну представьте: идете по улице, никому не мешаете, и тут появляется она, прося зонтик. А чем будете укрываться от дождя вы?! Вы не отдаете зонтик, на что она хватает вашу руку и несет какую-то хрень. Ха, она думает, что это сбудется! Вот дуреха!       — Эй, рыжая, че в облаках витаешь? — услышала я голос впереди себя. Конечно же, это был Антон. Я не обратила на него внимания и продолжила размышлять: и почему я все еще злюсь на эту старуху? К черту ее. Только нервы трепать.       Мне резко захотелось выйти из кабинета. И еще надоело терпеть этого неформала. Иногда просто хочется забыть все и посидеть спокойно. Но увы, никак у меня не получится этого сделать. Если только потерять память, со всей силы ударившись головой о чего-нибудь. Например, бетонную стену. Такая, как мне кажется, во всех домах имеется. А если и нет, то… Не хочу об этом думать.       Я встала и, оттолкнув Антона в сторону, чтоб ни мешался, пошла в коридор на свое любимое место у окна, дабы освежиться.       Окно находилось перед актовым залом. Нередко пятиклассники пытаются поиграть на пианино втихаря от преподов. Да и я не против «пошалить»… Но только у меня руки из филейной части растут, и ничего дельного сыграть не получается. Это меня расстраивает.       — Вот это наглость! Рыжая! — доносилось позади. После этого парень вышел из кабинета и пошел ко мне. Мда, физиономия у него злющая. И я знаю, как сделать ее еще злее!       — Прости, сладкий, но я вынуждена тебя оставить, — пропела я, невинно смотря в потолок. Настроение поднялось от того, что я хоть как-то смогла поиздеваться над ним. Но это его не остановило.       — О, я тебе нравлюсь? — он восклицательно поднял брови вверх и ехидно улыбнулся. Я прикрыла рот ладонью, чтоб мой смех не вырвался наружу. Чтобы он мне понравился, ему надо усердно поработать над своим поведением.       — Как раз-таки наоборот, — я на него посмотрела.       — Ты влюблена в меня по-уши? — да, я без тебя жить не могу. О Господи, и как можно быть таким глупым.       — Ты дурачок или притворяешься?       — Это моя изюминка! — он гордо вскинул палец вверх. Значит, первый вариант.       — Когда-нибудь я точно вправлю тебе мозги!       — Погладишь по головке?       — Ага, кулачком.       — Антон! — послышалось сзади. По голосу это была Жанна. Хе-хе, ревнуем, Жанн?       Мы одновременно повернулись на звук. Там и вправду стояла она. Каштановые волосы, короткая стрижка, белая блузка с длинными рукавами и юбка карандаш с высоким подъемом. Ага, сегодня она так вырядилась. И покрасилась. Сначала она была блондинкой. Эх, а мозгов все-равно не прибавилось.       — Я же тебе говорила, чтоб ты не возился с этой мышью!       — Почему? — он восклицательно поднял бровь вверх.       — Первое — мало друзей. Второе — она быстро бесится и обсирает тебя как может. Третье — и ничего не значит, что вы дружите с детства!       — Ревнульки? — только одним словом я взбесила её еще больше. Боже, мне это очень нравится! Улыбка вообще не хочет сходить!       — И еще мне не нравятся её рыжие гадкие волосы! — а вот теперь она меня взбесила. Но я не буду опускаться до её уровня и унижать как могу. — Даже я в него не красилась!       — Вообще-то, милочка, это мой натуральный цвет волос. И если он тебе не нравится, то почему и мне не должен? — на моем лице повисла самодовольная ухмылка. Как у Антона. Мне приятно от своих слов. И мне приятно ставить ее на место. Но вот только без толку.       — Да ты! — и тут прозвенел звонок. Ха-ха! — Ты еще у меня получишь!       Антон все это время с интересом наблюдал за нами, отстранившись, чтоб не мешать. Правильно, не влезай в бабью ссору, а ни то тебе больше всех достанется.       Ссоры с Жанной нереально поднимают мне настроение! Надо бы почаще давать ей отпор, а не игнорировать, как я делала это раньше. В последнее время, как только она начала встречаться с Антоном — стала настоящей хамкой. Даже стала груба с Кристиной. А она… А она для нее все сделает: и мелочевку какую потратит, и домашку списать даст, и по урокам ее подтянет. А Жанна? А у Жанны нет предела хамства. Сначала они улыбались друг другу, а теперь эта шатенка начала грубить и шантажировать ее. И все началось с того, как она начала встречаться с Антоном.

***

      Урок биологии. Я сидела за партой рядом с Алиной. Мы были на последней парте, третьем ряду. Подруга мне что-то рассказывала по поводу вчерашней прогулки с Димой. Но так как она тараторила, я почти ничего не поняла. Только если то, что им было хорошо вместе. Эх, вот как вспомню свои отношения, так сразу гадко становится. Никогда не заведу себе нового! Все парни — козлы!       Анастасия Павловна увлеченно рассказывает что-то по новой теме. Как всегда — забыла спросить нас о домашнем задании. Но это к лучшему. Хорошо, что Ленка заболела, а то бы напомнила о нем ей и кранты было бы всем. Так как Анастасия Павловна всегда забывает спросить о домашке, почти весь класс, в особенности неуспеваемые, не готовят ее. Хорошисты и отличники сидят тихо-мирно и не напоминают о ней, а вот Лена — исключение. Однажды Антон и Андрей сговорились и заклеили рот бедной девчушке, обмотав скотч вокруг головы. Даже волосы не пожалели. Слава Богу, потом её размотали, правда с «несколькими» волосинками она распрощалась. А Антон и Андрей терпеливо выслушали нотации от учителя, Лены, и конечно всеми обожаемой меня. Так им и надо!       Когда учитель рассказывает новую тему, то появляется такое впечатление, будто она забывает обо всем, что ее окружает. Но лучше ее просто так не отвлекать, а ни то вместо доброй учительницы будет фурия.       Внезапно на нашу парту упала скомканная бумажка. Алина замолчала, разглядывая ее.       — Посмотрим, что там? — шепотом спросила она, не отрывая глаз от бумаги.       — При Анастасии Павловне? Ты с ума сошла? Если она заметит — нам кранты… Давай на перемене, — и я быстро положила комок под парту.       — Ну Же-е-е-ень! — простонала русоволосая. Твое любопытство до добра не доведет. Хоть она сказала это и не так громко, но учитель могла нас услышать. Мне стало не хорошо.       — Алин… Если она услышит — нам кранты. Повторяю — нам кранты, — с каждым словом мой голос был все тише и тише.       — Ой…       Слава Богу, она даже и не повернулась в нашу сторону. Фортуна нам улыбнулась.       Я вынула комок из-под парты. Давайте пожелаем фортуне хорошего настроения. Развернув его, Алина прикрыла рот рукой, чтоб сдержать смешок. На чистом листке в клеточку был нарисован гриб с рыжими лохмотьями, большим носом и высунутым языком с глазками. И усами. И внизу подпись Антона. Хочешь войны — ты ее получишь… Только потом не ной, Голицын!       Я посмотрела на парня. Он лыбился мне. Пощады не получишь — так и знай!       Внезапно он встал с места, чем немного удивил меня.       — Анастасия Павловна, расскажите о поганках, — сказал он. Учитель посмотрела на него, удивленно вскинув бровь. Я сижу прифигевшая. Может она не поняла, но мы-то с вами все поняли, ребят. Но я не растерялась. Я тоже встала и сказала:       — А я бы послушала про язву. На секунду я забыла о характере Анастасии Павловны. Но потом вспомнила и струйка пота пробежалась по лицу.       — А я бы рассказала про паразитов! Но так как вы о них уже все знаете, даже являетесь ими, то прошу выйти из кабинета! — не поняла… Че она такая… Такая… Терпеливая? Но лучше ее послушаться.       Я начала собирать рюкзак. Посмотрела в сторону Антона и даже не удивилась — он и с места не сдвинулся. Только сел обратно за парту.       — Паразиты не должны оставаться в классе, — учитель терпеливо стоит у доски, скрестив руки на груди. Я же стою около выхода в коридор и недовольно смотрю на парня. Он первый устроил эту заварушку.       — Вот именно, Анастасия Павловна! Пусть она уходит! — мне стало немного грустно от этих слов. Будто его воротит от меня. Пусть мы и не такие друзья, как я и Алина, но мне все-равно неприятно это слышать. Смотрю в пол.       Учитель уже начала браться за указку, как Антон что-то выпалил и сразу выбежал за дверь. Трус. С большой буквы. И козел.

***

      Итак, что мы имеем? Стою в коридоре с рюкзаком, не в классе. Было настроение хорошее. Было. А теперь грустное. Почему? Да потому что он хочет, чтоб меня не было в классе. Это не очень приятно осознавать. Обычно мы ссоримся, мне смешно или я злая. Но это нормально. Но вот грусть… Это слишком.       — Мда… — протянул парень.       — И нафига ты только кинул мне эту бумажку?.. — я смотрела в пол. Хотя я тоже виновата. И зачем развернула ее?       — Скучно было, — нормально! А почему именно я? Пусть вот над своей Жанной подшучивает!       — Подшучивай над Жанной или кем-нибудь другим, а ко мне не приставай.       — Да ты чет расслабилась, — я хлопнула себя рукой по лицу. И почему я вообще сейчас с ним разговариваю? Я не хочу этого…       И тут зазвонил телефон. Я обрадовалась и начала искать его в рюкзаке.       — Але, мам? Да, и тебе привет… И я по тебе скучаю… Правда? Я тебя обожаю!.. Столько много?! Да они обалдели!..       Я еще долго разговаривала с матерью. Антон ушел, так как ему стало скучно. Я счастлива.       Вскоре прозвенел звонок и ученики из седьмого чуть не выломали дверь, вылетая из класса. Они здесь самые шумные, и, как их Алина называет, «долбанутые». Я поспешила в класс — собрать принадлежности и пойти с подругой погулять по школе.       Мы как всегда разговаривали обо всем. И, конечно, я не пропустила возможности обозвать Антона дебилом. Мы и о нем разговаривали. И об Андрее. Кстати, мне надо потом с ним поговорить насчет вчерашнего. Ну, о том, что мне сказала Алина.

***

      Заканчивался последний урок, и я всеми силами желала услышать звонок, оповещающий учеников о том, что пора отчаливать. И как всегда — его дадут позже минут на десять. И причем специально! Потому что мы их, типа, «достали»! Бесят. «Постоянно бегаете, носитесь тут, а мы за вами пол мыть должны!». Да вы здесь и нужны, чтоб пол мыть, звонки давать и раздевалку открывать! И им этого много… Лентяи.       Как только я дождалась заветного момента, то сразу вылетела из кабинета на первый этаж. Учебники я собрала заранее, незаметно для учителя. Я собиралась ждать Андрея возле раздевалки. И плевать, если он разговаривать со мной откажется! Отказы не принимаю. Мне просто интересно узнать — чем я его так заинтересовала. Да и что во мне такого, чтоб влюбится? Хм… Это интересно.       Сажусь на скамейку и выжидающе смотрю на лестницу. Послышался топот, как стадо мамонтов, серьезно. И тут выходит Алина, смотрит на меня убийственным взглядом. Да это чертов маньяк!       — Же-е-еня-я-а… — процедила сквозь зубы она. Голос был, мягко говоря, жутким.       — А-ась? — нелепо улыбнулась я, выжидая худшего.       — Жди своей сме-е-ерти, Же-еня…       — А че случилось-то? — не поняла я.       — Ты, Женя, меня не подождала! Я тебя вот этими руками задушу! — крикнула она, подойдя ко мне, начала на публику душить меня, смотря убийственным взглядом. Такое ощущение, будто оттуда вот-вот посыпятся искры.       Я на нее насмешливо посмотрела. Она фыркнула, убрала руки и отвернулась, надув щеки. Я усмехнулась над ее реакцией:       — Ути бо-о-озетьки, наша принцесска оби-и-иделась!..       Она на это никак не ответила, все так же стоит ко мне спиной, скрестив руки. Я закатила глаза на это и вспомнила об Андрее.       Я оглянулась, но среди толпы парня не заметила. Или же он уже ушел, или же еще не пришел. Мне как-то больше второй вариант нравится.       — Алин, — я положила руку на ее плечо, — пошли, мне надо тебе кое-что сказать.       Она вопросительно подняла бровь. Я на это ничем не ответила, лишь поманила за собой. Она не спеша пошагала за мной. Я немного волнуюсь за наш дальнейший разговор.       Уже там я вдохнула и приготовилась рассказывать:       — В общем, помнишь, вчера мы шли домой вместе, ты еще мне свой зонтик отдала? — я смотрела ей в глаза. — Мы разговаривали об Андрее. Я хочу с ним немного поговорить, это не займет и десяти минут, а ты должна меня подождать. Идет?       — А-а, ну понятно все с тобой! — ухмыльнулась она, и в ее глазах засверкал интерес. — Влюбилась?       — Нет, — я закатила глаза, и она ушла.

***

      Как раз к этому времени со второго этажа спускался Андрей. Я обрадовалась этому. Все так быстро! Но потом, когда посмотрела повторно, то у меня на пути появилась помеха — Витек. Это друг Андрея и наш одноклассник. Только вот он старше нас на год, так как второгодник. И еще он извращенец… Как хлопнет мне по филейной части, так потом сесть нормально не могу.       Я позвала Андрея, он, наконец, вышел из мира телефона, и они вместе повернули голову в мою сторону. Витек улыбнулся, и это говорит только о том, что он что-то замыслил. Но я не придала этому значение. Мне сейчас важен не он, а его друг.       — Андрей, мне надо с тобой серьезно… — и как всегда, мне не дали договорить!       — Андрей, пошли, мне надо тебе одну видюху крутую показать! — Витька похлопал Андрея по плечу, сначала посмотрел на меня, подмигнул, затем на друга и повел его к выходу. Андрюха пожал плечами, слегка мне улыбнулся, как бы извиняясь, и пошел прочь. А я выдохнула и с поникшим видом потопала к Алине.       Мне очень хотелось с ним поговорить на эту тему… Но обломись мне. И так всегда! Бедная я.       Как только я подошла к подруге, то она схватила меня за плечи и спросила:       — Как все прошло?! Он согласился?! — протараторила Алина. Я усмехнулась и, с поникшим видом, смотря в пол, пошла в раздевалку за курткой. Там висел и Алинин зонт, который я перед уроками забыла ей отдать.       — Он что, сука, не согласился?! — крикнула она вслед мне. И была она явно не рада своему выводу.       Я не стала ей сразу отвечать. Просто не хочу. Мне будет удобнее, если я подойду к ней и скажу как все было.       Подойдя к ней, я, отдавая зонт, а затем натягивая кожанку, пересказала все как было. Она удивилась, ее глаза были широко открыты.       — Хочешь, я его отпизжу? — с этим же взглядом сказала она. Я все так же смотрела в пол. Просто нет сил смотреть кому-то в глаза. Грустно. Сощурив глаза, я взяла в руку лямку от рюкзака и начала теребить ее пальцами.       — Не надо… — я посмотрела в сторону. — Я просто подожду, пока Андрей будет один, и поговорю с ним, — старалась улыбаться, но не получалось.       Алина цокнула, и взяв меня за руку, повела к выходу из школы.       — Ну-ну! Посмотрим, сколько дней или месяцев ты будешь ждать. Этот дрыщ от него на шаг не отстает.

***

      Вчера был дождь, а сегодня солнце высоко расположено на небе. Но не греет ни капельки. Ветер дует в спину, все тело в мурашках. Я поежилась, но шаг не убавила. Учебников в рюкзаке было не много, но я постепенно уставала.       На данный момент было наплевать на всё, что меня окружало. Я была в своих мыслях. Но внезапно все они перемешались, и я ни одну не могла уловить. Не могла ни за что зацепиться. Я уже забыла, о чем думала, и остановилась.       «Не переходи дорогу,» — раздалось в голове. Или мне это кто-то кричал. Я не поняла.       Оглянувшись, я никого не заметила, кроме проходившей мимо девушки. Но это точно была не она. Тот, кто мне сказал — был мужчиной. В определимости возраста по голосу, я, конечно, не особо так и разбираюсь, но лет ему было где-то двадцать. Или же я ошиблась…       Ох, надо бы домой идти, а то до жути холодно… Не буду слушать придурков.       «Я сказал, не переходи дорогу,» — тихим, но до жути холодным голосом сказали мне. Но кто? На улице уже никого нет (что очень странно), окна домов закрыты… Странно.       Вдруг около меня что-то громыхнуло, и меня снесло в сторону. Руки до жути кололо, будто каждую секунду в них впивались сотни иголок.       Я упала на спину, но было не больно. А вот рюкзаку… Хотя нет, спина заныла. Я плотно сощурила глаза от боли и перевернулась на бок, сняв с себя портфель. Что это было? Руки и лицо немного жжет.       Посмотрев в сторону дороги, я на минуту забыла свое имя. Стадо мурашек пробежало по спине. На дороге лежало две машины, если эту гору металлолома можно так назвать. На первой машине был разбит бампер, на переднем стекле была кровь, а вот… Неподалеку лежала оторванная голова, по видимому, водителя. Глаза широко распахнуты, в них читался ужас. Меня передернуло от этой картины. Я отвернулась, прикрыла рот рукой, дабы содержимое моего желудка не вырвалось наружу.       После я как-то передумала все это рассматривать, так что быстро встала, взяла портфель в руки, и побежала домой, подальше от места происшествия. Я видела множество аварий на этом перекрестке, но чтобы так… Вспомнив эту картину, меня чуть ли не вырвало. В тот момент меня охватил ужас. А вот сейчас хочется спрятаться куда-нибудь, и посидеть там немного, в этом темном уголочке. Не хочу ничего ни кому рассказывать, буду держать это в секрете… Нет, не получится.       Я свернула за угол дома. Это можно назвать тупиком. В нем тебя не видно остальным прохожим, что снаружи.       Я не выдержала тошноты: сдерживать ком где-то в желудке, а потом и в горле, не было сил. Вырвало. Потом еще раз. И еще. В горле и на языке осталось горькое ощущение.       Я отошла от этого не очень и приятного места и села на корточки, прислонившись спиной к стене, перед этим положив портфель рядом с собой. Вроде полегчало.       Расслабившись, я запрокинула голову и с облегчением выдохнула. Тело немного потяжелело, поэтому пришлось сесть на холодный асфальт.       Что это недавно было? Авария. Очередная авария. Только эта намного хуже и ужаснее предыдущих. Тех, которых я видела. Тогда я не отлетала от взрывов после их столкновения. Тогда мне было пофиг… А сейчас кажется, что теперь я к дороге ни ногой!       И тут я вспомнила о том голосе, что предупреждал меня. Это голос свыше? Это мой ангел-хранитель? Это интересно. Или это иллюзия или галлюцинация?.. Или просто самовнушение?       Я не понимаю.

***

      В том месте я сидела еще минут десять, размышляя обо всем, что произошло со мной днем. Об Андрее и Витьке, об аварии, о голосе… И я никак не могла понять, почему я? Почему ни какой-нибудь другой человек? Например, та девушка, идущая мимо меня? Почему?       А если бы на тот момент со мной рядом была бы Алина? Что с ней бы произошло? Она бы попала под машину, или ее так же снесло бы, как и меня?.. Очень страшно это представлять.