Faithful dog

Sia - My Love

- Не думал, что ты приедешь... - он улыбнулся своей фирменной, хитрой, но слабой улыбкой. - Что с тобой? Что за сообщение? - мой голос все еще дрожал, как и рука, которой я гладила его щеку. - Все хорошо, правда. - нахмурился, опустил взгляд. - Ты такая круглая, красивая...Как новогодний шарик... - усмехнулся, перевел тему. - Я же вижу, что что-то с тобой не так, Блурри. Скажи мне. - на последних словах я сошла на шепот. - Это...Это так сложно объяснить...Сложно принять... - опять тихий, родной, но отчаянный смех. - Просто расскажи мне и все наладится. Я обещаю. - попыталась уверить брюнета я, хотя мое сердце бешенно колотилось. - Боюсь, что нет... - Черт, Блурри, говори! Говори! - не выдержала я, встряхнув его. Нервы. Меня трясло. - Сбывается мой кошмар. - так спокойно ответил он, сглотнув. - В смысле? - переспросила я, не поняв ответа. Молчание. - Ты о чем?! - Кто я, Ди? - вопрос застал меня врасплох. - Ты...Ты Блурри, личность. Моя любимая личность. - замявшись, произнесла я. - А еще варианты? Кем я был до встречи с тобой? - он улыбнулся, терясь лицом об мою ладонь, блаженно закрывая глаза. Будто хотел запомнить эти ощущения. - Я...Я не знаю. - покачала головой я, пребывая в трансе. - Злодеем! Я был злом, Эни! Болезнью! - впервые выкрикнул он, но охрипло. - И что? Что ты пытаешься этим сказать? - я искренне не понимала, но в моей груди что-то потихоньку заныло, заскреблось. - Ты изменила меня. Сотворила личность, коей я не являюсь. Это не я. - Это...Это же хорошо, разве нет? - с каждой фразой говорить было все тяжелее, сердце будто медленно катилось в глотку, мешая выдавливать из себя слова. - Хорошо. Конечно, хорошо. Спасибо. - он говорил искренне. Но его глаза намокли. - Но я исчезаю... - и что-то рухнуло. Внутри, снаружи. Все рушилось. В груди что-то потрескалось, а сердце попросту пропустило удар. Я задыхалась. - Ч-что? Т-ты шутишь? - ловя ртом воздух, как рыба, спросила я. Он покачал головой. - П-почему? - это все, на что я способна. - Я больше не антагонист, я больше не Blurryface. Я не имею право на существование, я пропал. Излечился. - говорил он, кладя голову мне на колени. - Нет, нет, нет...Этого не может быть...Нет... - силы будто пропали, я просто заплакала. Заплакала до потери видимости. - Не надо, малыш, нет. Пожалуйста. Умоляю. - мои руки затряслись над его лицом, по которому тоже бежали дорожки молчаливых слез. - Кто у нас? Имя? - всхлипнув, спросил брюнет. - Д-девочка...Беттани... - содрогаясь в приступах плача, шмыгая носом, сказала я. - Мне нравится... - он вновь улыбнулся, смаргивая поступающие слезы. - Скажешь ей, что ее папа был самым плохим психопатом на земле? - я тихо и истерично засмеялась. - Ее папа самый лучший ненормальный на земле, и он сам ей это скажет. - ответила я, гладя его по отросшим волосам. - Не оставляй нас, пожалуйста. Умоляю. Останься. Я не смогу без тебя. - моя истерика сорвалась в вой собаки. - Пообещай мне кое-что... - тишина. - Никогда не позволяй мне исчезнуть в твоей голове, ладно? Моя самая верная собака... - Ты никогда не исчезнешь. Нигде. Обещай. - я трясла его за плечи, словно маленький, не верящий в происходящее ребенок. Это все не реально. - Обещаю... - он засмеялся. Мы оба знали, что это ложь. Больно. Тяжело. - Умоляю тебя, малыш. Я люблю тебя. - повторяла я, целуя его лицо. Стараясь запомнить каждый сантиметр кожи, каждую ресничку. - Я тоже тебя люблю... - он закрыл глаза. - Прощай... - его рука ослабла, отпустила мою ладонь. Это конец. Я закричала, закричала во всю глотку. Завыла. Стены подвала сотрясались. Больше никогда не будет усмешки. Больше никогда не будет красных глаз, или хриплого голоса. Никогда. Мне не позволяло сознание сорваться и убежать отсюда, убежать от самой себя. Я укачивала его бессознательное тело, шепча слова о том, чтобы он вернулся. Этого не будет. - Господи, прошу! Пусть он раскроет глаза! Пусть раскроет! - кричала я в серый потолок, наивно веря...Отчаявшемуся человеку всегда нужна вера... Может, прошло пятнадцать минут. Может, два часа. Не знаю. Я потеряла счет времени. Я все еще укачивала тело, пытаясь петь колыбельные, постоянно срываясь на завывания. Вдруг мою руку сжали...Глубокий вдох брюнета, открытые карие глаза, но я уже сижу в углу старой кровати, сжавшись. Это не он. - Г-де я? Ч-что произошло? - спрашивал сам себя чужой, а потом заметил меня. - Ты ведь Энди, в-верно? - Верно. - вытерев слезы, кивнула я и, встав с постели, направилась к выходу. Здесь больше никого нет. - Постой, пожалуйста! - я усмехнулась, слово "пожалуйста" не имеет силы. Продолжила идти. - Где Блурри? Почему я его не ощущаю? - эти вопросы заставили меня остановиться. А потом упасть на пол, начиная снова реветь. Тихо. Бесшумно. Парень подскочил ко мне, падая рядом и беря за руку. - Не трогай меня, не смей касаться! - прикрикнула я, выдергивая руку. - Успокойся, не плачь... - попросил он, а я рвано всхлипнула. - Объясни мне, что произошло... Я взглянула на него и поняла, что ему нужна помощь. А мне уже не помочь. Начала рассказ. От начала и до конца, прерываясь только на завывания. - Я не стану тебя благодарить или наоборот, жалеть. Это ухудшит ситуацию. - прошептал Тайлер, внезапно протягивая свою ладонь к моей щеке и начиная ее поглаживать. Я вцепилась в его руку, запоминая эту кожу. Последний раз. - И спасибо тебе за это... - покивала я, не открывая глаз. - Эта дочь...Она и моя тоже? - я резко открыла глаза, застывая. Глядя в пустоту. - Нет. Ее папа - Блурри. - отрицательно помотала головой я. - Хорошо. Договорились. - усмехнулся Джозеф. Не та усмешка. Я невесомо поцеловала его ладонь, а потом отпустила, поднимаясь на ноги. Тай продолжал сидеть на полу. - Я прощаюсь с тобой, Тайлер Роберт Джозеф. Исчезаю. - Почему? - спросил он. - Я не твоя верная собака, Тай. Я свободна. - Разве ты не хочешь остаться? Тебя бы все приняли. - Я когда-то сказала Блурри фразу: "Без тебя, нет и меня". Скажи, что я умерла. - хихикнула я, но на веселье и намека не было. - Понял. - закивал парень. - Пока, Энди Джозеф. - я ничего не ответила, лишь развернулась и ушла. Покинула этот дом. Свобода была ужасной. Болезненной. Я хотела быть верной навеки, а теперь я буду верно лежать на закопанной могиле в своих снах... Ты никогда не исчезнешь, Блурри. Никогда.