Unidentified mutation

Лязганье металла, сопровождаемое громкими вдохами и выдохами, когда воздух, не в силах держаться в лёгких, вылетал из груди, чтобы придать силы и мощи удару, наносимому по противнику, оглушало мутантов, которые ввязались в весьма привычную для них авантюру. Футы не были сюрпризом ни для одного из братьев, поэтому, когда им пришлось обнажить оружие, на лицах мутантов даже появилась лёгкая улыбка: день, который до этого момента был пропитан скукой и рутиной, приобретал интересный оборот. Синий, красный, фиолетовый, оранжевый… Эти цвета уже приелись каждому воину клана, а особенно их главе, который во снах видел, как нанизывает головы своих врагов на раскалённое копьё и ставит в угол, как трофей, напоминающий ему о его могуществе и силе. Но победить эту четвёрку было не так-то уж и просто. К слову, смерти им желали не все. Некоторые футовцы считали, что этим четырём маленьким «занозам» нужно наказание посерьёзнее. Смерть — слишком легко. Леонардо… Да что этот пацан о себе возомнил? Он думает, что это так легко? Что добраться до величайшего мастера ниндзюцу, чтобы сразиться с ним в его-то годы — довольно просто? Самоуверенный, продуманный, решительный. Ну как тут обойтись одним убийством? «Только попадись мне…» - думает почти каждый воин тени, который когда-либо вступал в бой с этим парнем. Глядя в бездонно-голубые глаза, хочется увидеть в них слезы и страх, мольбу о пощаде, боль, отчаяние… Хочется отомстить за все планы, которые он сорвал, хочется заставить почувствовать себя ущербным, заставить потерять контроль. Рафаэль… Его называют монстром совсем не за мутацию. Он — ночной кошмар всех ниндзя, которые хоть раз стояли у него на пути. Сильный, смелый, совершенно «без тормозов». Надменный взгляд, колкие шутки и стальной удар — вот что такое Рафаэль. Его противники, зализывая раны, которые лишь чудом не обернулись для них летальным исходом, грезят о том, когда наступит их день возмездия. Одна мысль, сладкая мысль о том, как темперамент падает, не в силах нанести удар, и сжимается от боли, прося остановиться и прекратить его мучения, греет душу футовцам, помогая заснуть. Донателло… Глядя на этого парня, хочется просто открыть рот от удивления, наблюдая за его боем. Зная все прелести оружия ниндзя, даже самый опытный воин задумается о том, как он проделывает все это с обычной палкой. Конечно, так говорить по отношению к посоху Бо — чистое неуважение, но все-таки… Он отлично противостоит с ним парням, у которых стальные мечи, заточенные до невозможного. А если задуматься о его интеллекте, то хочется перерезать себе вены от чувства неполноценности. Сколько раз, глядя на него, футовцы мечтали лишить его возможности здраво мыслить или лишить конечностей и языка, чтобы понимая все, гений ничего не мог поделать. Микеланджело… Этот маленький уродец вечно «танцует» на поле боя, измываясь над противниками. Да как он посмел?! Они — лучшие ниндзя, подготовленные кланом. Он — мутант из канализации, выращенный крысой. Ох, как же футам хотелось стереть эту гребанную улыбку с лица рыжика, заставить рыдать, купаясь в собственной крови. Как же они хотели, чтобы он больше никогда не смог улыбаться… — Майки, справа! — лидер даёт четкую команду, помогая младшему справиться с противником. Лёгкий ветер, колышущий их повязки, уносит с собой запахи пота и крови, которые являются неотъемлемыми атрибутами любой драки. Удача снова на стороне братьев, хоть до конца боя ещё далеко. Оценивая ситуацию, Тигриный Коготь понимает, что чтобы сохранить мутаген, который был так нужен хозяину, им необходимо начать операцию «тактического отступления», но голос Рафаэля заставляет футовца потерять контроль. — И это все? — надменно произносит владелец сай куда-то в воздух, но тигру трудно не воспринять это на свой счёт. Отталкивая воинов клана, он разъяренно пробивается к четвёрке братьев: — Счастливой мутации, уроды! — Тигриный Коготь кидает ту самую канистру, которая была так нужна Шредеру, прямо на ниндзя, заставляя ее содержимое окатить Лео, Рафа, Донни и Майки с ног до головы. Футовцы отпрянули назад, с интересом разглядывая последствия попадания мутагена на кожу черепашек. Две головы? Четыре руки? Может, какое-то другое уродство? Они с нетерпением ждали результата, но когда ниндзя упали на пол, их тела начали менять цвет с зеленого на бежевый, а панцирь постепенно стал исчезать. Жуткая, сводящая позвоночник боль, отдающая неслабыми покалываниями в сердце, ослепила каждого из братьев, вызывая истошные крики, которые, не успев слететь с губ, перебивались отдышкой и нелепой попыткой организма опьянить мозг кислородом, чтобы ослабить мучения. Ярко-салатовый цвет, ослепляющий закрытые глаза, и ультразвук, гудящий в ушах, заставляли мутантов сжиматься в комки, подтягивая колени к груди. Наконец, Лео смог открыть глаза и осмотреть себя. Его тело изменилось… Как и тела его братьев. Бежевая кожа, отсутствие панциря, по пять пальцев на руках и ногах, волосы на голове… — Ч-что…? — испуганно произнёс мечник, оглядывая себя. — Взять их! — ухмыльнулся Тигриный Коготь, которому вид обнаженных парней подкинул идею о том, как клан Фут сможет разделаться с ними.