Планетоид

Глава 15 Все живое делится на сильных и слабых, хищников и травоядных. Нет, скорее охотника и добычу. Человек тоже зверь, только запертый в клетке эволюции. Вопрос в том, выпустит ли он своего зверя на волю, чтобы выжить? А когда он это сделает — не будет ли слишком поздно? Главным было выжить. И не сойти с ума в процессе, чтобы хотя бы помнить, кто ты и ради чего выжил. А чтобы выжить, нужно дышать, пить, есть. Чтобы не сойти с ума, нужно не думать о том, что четыре ксеноморфа ежедневно накачивают тебя своей спермой. Чтобы не сойти с ума, нужно запретить себе думать, что самцы этого вида могут в любой момент превратить тебя в живой инкубатор для выращивания потомства, для рождения полноценной самки, матери, Королевы. Если смотреть с этой точки зрения, все происходящее видится не в таком уж и черном цвете. А уж если тебе удалось отхватить что-то для себя в процессе, извлечь удовольствие из пользы — тогда все просто зашибись. Главное — не зацикливаться, перестать анализировать и просчитывать возможные варианты. Просто не думать. Хиро занимался этим все время. Иногда получалось. * * * Альен нырнул мордой в пах десантника и накрыл внутренней пастью головку его члена, глубже, похоже, не входило. С его места не было видно, но судя по застывшему в одной позе ксену, он всовывал свой гибкий, острый и тугой язык в уретру мужчины и двигал им внутри. Хиро корчило от удовольствия. Скай смотрел, как десантник выгибается, как сжимает колени на башке чужого в попытке свести их вместе, как подкидывает бедра над полом и толкается прямо в жуткую оскаленную, капающую слизью пасть. Царапает ногтями каменистый пол пещеры, жмурится и тяжело дышит, а сквозь зубы прорываются стоны откровенного удовольствия. Это выглядело настолько же отвратительно, насколько и притягательно. Во всяком случае, Скай, наблюдающий за межвидовым сексом из противоположного угла пещеры, еще ни разу не смог себя заставить отвести взгляд. Первое время он относился к ксеноморфам, как к ядовитому пауку в ботинке. Когда каждый раз перед тем, как натянуть ботинок на ногу, на всякий случай стоит его перевернуть и потрясти — не облюбовал ли какой-нибудь тарантул его в качестве убежища. Неприятно, но что поделать. Лучше перестраховаться, чем узнать о присутствии паука по острой боли в большом пальце. Так и с альенами. Их присутствие нужно было терпеть, а насилие просто пережить. Выдержать, перешагнуть и жить дальше. До следующего раза. Это было ужасно, но он мог с этим справиться. С чем Скай не мог примириться, так это с тем, что Кидзоку был чем-то большим для ксеноморфов, чем просто жертва для насилия. Он был для них чуть ли ни семьей. Даже не так. Они стали для него семьей. Быть может, в попытке выжить и не свихнуться десантник намеренно пожертвовал какой-то частью рассудка? Или сознательно заблокировал в себе страх, ненависть и отвращение. Учат их таким приемам, что ли? Как бы там ни было, от того, что Ни вытворял с ним, и, судя по всему не в первый раз, Хиро испытывал искренне удовольствие. Альен тоже. — Ни… хватит… давай нормально… — простонал Хиро. Яйца ныли от распирающей их спермы и поджались так, что едва в живот не втягивались. Стояк был каменный. Еще немного — и он сможет пробить ксену голову собственным членом, если толкнется посильнее. Но проклятый альен не давал ему кончить, заткнув уретру языком. И ладно бы просто заткнул, так скользкая тварь еще и елозила этим самым языком туда-сюда по каналу. Хиро попытался оттолкнуть от себя голову чужого, но ногти только бессильно заскребли по гладкому длинному черепу. — Нииии… — взвыл десантник, вздрагивая всем телом. И только тогда монстр отступил. Пасть убралась из паха человека, и Скай мог поклясться, что видел, как черный тонкий язык медленно выскальзывает из уретры. Багровый от притока крови, напряженный член Хиро мелькнул на мгновение расширенным отверстием на головке и влажно шлепнулся на живот. Хиро что-то невнятно промычал и потянулся рукой себе между ног. Но прежде чем он успел схватиться за требующий внимания член, альен перехватил его руку, а затем сгреб всего Хиро в охапку, перевернул на бок и сам улегся за его спиной. Когтистая лапа уперлась человеку всеми шестью пальцами в подрагивающий живот. Скай отлично это видел, потому что Кидзоку уложили лицом в его сторону. Альен хотел, чтобы второй человек все видел. Хиро прогнулся и потерся спиной о твердое рельефное тело позади. Суставчатый шипастый хвост вклинился ему между ног, скользя по голой коже острыми краями, обвился вокруг правой голени. Но в эндорфиновом тумане Хиро не чувствовал никакого дискомфорта, или же чужой был настолько осторожен с человеком, что сознательно берег того от порезов. Ксеноморф задвигался, несколько раз раздался неприятный звук скрежета кости по камню. Ни рыкнул и толкнулся бедрами вперед, прижимая к себе Хиро. Мужчина протяжно застонал и еще сильнее выгнулся в объятиях альена, запрокидывая голову и утыкаясь тому лицом прямо под челюсть. Монстр заворчал, низко, протяжно. Скай знал этот звук не только на слух, но и на ощупь. В такие моменты шея и грудная клетка альена дрожали от внутренней вибрации, и дрожь эта передавалась человеку, пойманному в объятия, заставляя волоски на загривке вставать дыбом, а позвоночник постыдно изгибаться. Ни принялся двигать бедрами быстрее, сотрясая зажатого в конечностях человека, хвост оплелся вокруг обеих ног, не давая не то что вырваться — почти лишая возможности шевельнуться. С трудом Хиро удалось освободить руку. Хрипя и постанывая, он закинул ее вверх и назад и скользнул ладонью по гладкому безглазому черепу, медленно, нежно, ласково. Альен заурчал еще мягче, одна его рука переместилась на пах человека, обвивая напряженный пенис, другая легла на горло, сжимая его в крепкой хватке. Хиро захрипел сильнее, пальцы его заскребли по черной кости, соскользнули вниз и ухватились за внешнюю нижнюю челюсть альена, проникая прямо в пасть, проскальзывая сквозь натянутые сухожилия прямо во влажную скользкую глубину. Наверняка дотрагиваясь кончиками до внутренней выдвижной челюсти. Скаю даже показалось, что Ни приоткрыл пасть шире, чтобы ненароком не откусить пальцы своему… трофею? человеку? партнеру? Идеальный по размерам, твердый, с волнистыми концентрическими выпуклостями, массажирующими простату и стенки сфинктера, член альена сделал еще несколько мощных толчков в заднице Хиро, и того прошиб оргазм такой силы, что заложило уши. Или это все от нехватки кислорода?.. — Будда Амида, это было потрясающе… — еле ворочая языком, выговорил он, понемногу расслабляясь и приходя в себя. Хиро потянулся всем телом и снова сжался в клубок. Он чувствовал себя в безопасности, защищенным в объятиях самого опасного из известных во Вселенной существа. Зрелище возбудило Ская до постыдной, животной тяжести внизу живота. Он осмотрелся по сторонам. Если бы он не знал, куда смотреть, то вряд ли бы различил компактно подобравшееся тело альена, сидящего на покатой стене вопреки всем законам физики. За что он там цепляется только, удерживая свое тело практически параллельно полу? Совершенная анатомия, идеальная живая машина. Наверняка от Ская теперь разило феромонами, потому что чужой пришел в движение и парень увидел, что это Сан. Значит, двое младших сейчас на охоте. Их черед придет вечером. Эта перспектива пугала и заводила Ская одновременно. Он бросил еще один короткий взгляд на Хиро и Ни, так и не расплетавших самых настоящих объятий, поднялся с пола и сделал шаг навстречу своему альену. Тот не шевелилися еще несколько мгновений, а затем прыгнул навстречу. Одним плавным движением оттолкнулся от стены, извернулся в полете и приземлился прямо перед пилотом, стремительно и почти бесшумно. Скай непроизвольно отшатнулся назад, выставив перед собой руки, и зажмурился. Сколько бы раз он ни видел этих тварей в действии — будь то просто бег, нападение или игривая возня, — привыкнуть к их скорости было непросто. Она каждый раз пугала и заставляла замереть на месте, как маленького зверька, как жертву, как добычу. Скай каждый раз проклинал эту свою слабость, но ничего не мог поделать с инстинктами. В лицо ему дыхнуло влажным теплом с неожиданно свежим солоноватым запахом, будто аромат моря, а затем раздалось тихое урчание. Он нашел в себе силы открыть глаза и посмотреть своей судьбе в… оскаленную морду. Кошмарное совершенство… Сан обхватил его двумя руками за пояс, подтащил к себе, надавил на плечи, заставляя опуститься на колени перед собой, будто перед древним богом-монстром. На мгновение Скаю показалось, что сейчас ему в рот ткнется отвердевший половой орган ксеноморфа. Но, убедившись в его покорности, альен толкнул человека, опрокидывая на спину и нависнув сверху. Жесткая хитиновая оболочка экзоскелета вплотную прижалась к мягкой человеческой коже. И Скай сам развел в стороны колени. * * * Недели проходили за неделями, сливаясь в месяцы, если верить армейскому врист-комму Кидзоку. За это время Скай признался сам себе, что вряд ли бы выжил, будь он здесь первым и единственным человеком. Только благодаря помощи и поддержке Хиро он еще не погиб и не сошел с ума, терзаемый похотливыми ксеноморфами и беспомощными размышлениями о судьбе своего брата и остальных членов экипажа. Первое время откровения Хиро о своем сексуальном опыте с альенами вызывали у пилота шок и отвращение. Десантник вполне мог без стеснения делиться физиологическими подробностями и собственными ощущениями в процессе. Что-нибудь из серии: «Обкончался до искр перед глазами. Еле выполз из-под него. А он, скотина, смотрит на меня и скалит всю свою сотню или сколько их там у них зубов, губы в стороны растягивает. Еще и уселся передо мной и хвост вокруг себя обвил. Красуется, мол, вот он я какой гигант секса. А я весь в слизи перемазан, сперма его у меня едва из ушей не капает, да и своя по животу размазана. Они еще, кстати, любят прихватить мелкой пастью напоследок, за шею или грудь, метят, наверное. Не так уж больно, особенно после хитинового члена в заднице, но приятного мало». Теперь Ская подобные разговоры ничуть не смущали. Он сам мог поделиться не менее интимными и шокирующими подробностями. По опытности он мог одновременно заткнуть за пояс маститого ксенобиолога и самого извращенного клиента ксеноборделя. Хотя особого восторга это в нем не вызывало. Когда делишь с другим человеком кров, еду, постель, а, бывает, и сексуальных партнеров, не до стыда и смущения. Учитывая, что этот человек не раз присутствовал рядом в самые постыдные моменты. Но кого заботит один свидетель, когда тебя трахает ксеноморф, а еще один наблюдает, ожидая своей очереди. Наверное, в тот самый первый раз, когда Скай при свете дня, а не в неясных всполохах костра, увидел, как Хиро занимается сексом с альеном, в нем что-то переменилось. Не сломалось, нет. Скорее прогнулось, или спряталось глубоко в темноту подсознания, не позволяя прорваться наружу воплями ужаса и криками о помощи. Со временем трахаться с ксенами стало даже легче, чем думать о судьбе Мери. Представлять себе, что тот попал в плен к яутам, или, того хуже, погиб в космосе, задохнулся от нехватки кислорода в капсуле, или его разнесло на атомы при взрыве их корабля. Нет, чувствовать скользкий твердый член кайнде с крупной гладкой головкой, будто металлическая пробка-яйцо, и телом как толстый нарезной болт, не стало менее гадко — но привычнее, что ли. В этом, наверняка, и крылась тайна человеческой расы: выживаемость за счет приспособляемости к любым условиям существования. Вокруг вакуум — придумай скафандр, нечего жрать — природа к твоим услугам, охоться — или будут охотиться на тебя, попал в рабство — терпи и смирись, если выживешь — сможешь сбежать и отомстить. Каждое изобретение человечества направлено на выживание и приспособление, на убийство, улучшение качества собственной жизни, комфорт и наслаждение им. Огонь, кровать, ружье, очки, кислородный баллон, гипердвигатель. Кулинария, камасутра, ксенология. Не существовало организма более эгоистичного и более приспособленного к выживанию и процветанию в самых экстремальных условиях. Пусть вчера хомо сапиенс проиграл, сегодня терпел боль и унижения, но завтра он станет победителем. Такова его природа, и это понимание, этот код, заложенный в хромосомах, давал Скаю возможность эволюционировать. Потому что лучше без всякой цели двигаться вперед, чем стоять на месте, и куда лучше, чем пятиться назад. То, что он видел, точно не было для десантника насилием и мучением. Хиро нравилось то, что альен с ним вытворял. Очень нравилось. Значит, это могло нравиться в принципе. Тогда почему бы не попробовать взглянуть на происходящее с этой точки зрения, раз уж других точек не осталось. Наконец настал черед Хиро смотреть. Каждое движение парня выражало покорность, он весь замирал в томлении, в показном смирении перед более сильным хищником. Непонятно было: то ли Скай красуется перед… кем? Хиро? своим альеном?.. то ли перед самим собой, возбуждаясь от собственной беспомощности в хватке доминирующего самца. Невозможно было сказать, страдает он или наслаждается, или то и другое одновременно. Альену явно не понравилась эта поза, и он, ухватив человека за руку повыше локтя, потянул того в сторону. Не понимая, чего от него хотят, пилот перевернулся на бок и сжался в тугой компактный комок. Сан опустился за его спиной и снова потянул на себя, теперь за оба плеча, вынуждая раскрыться из клубка. Не в силах сопротивляться напору чужого, Скай вынужден был встать на четвереньки. Сухая трава подстилки тонко и остро колола все тело, возбуждая еще больше. Когда альен навалился на него, Скай только долго и шумно выдохнул, стараясь не сорваться на стон. Первые секунды проникновения были самыми болезненными, но затем задница будто сама оттопырилась вверх, поясница прогнулась, а локти подломились. А потом начиналась бешеная скачка, с острыми когтями, впивающимися в мякоть человеческих бедер, с торжествующим ворчанием и возбужденным стрекотом, со вскриками и полными похоти стонами. С текущей по телам слизью и спермой, с пальцами, сгребающими в горсти сухую траву и царапающими землю ногтями. С потной поясницей, с хлещущим из стороны в сторону хвостом, чиркающим по камню, с распахнутым в крике ртом и выдвинутой из глотки пастью, возвещающими о том, что семя пролилось, ксеноморф снова победил, человек снова выжил. Отходя от скачки на хитиновом члене, Скай вытянулся навзничь на подстилке и лениво размышлял о том, что будет, если постараться перевернуть альена на спину и оседлать его. Отростки на спине не позволят ксеноморфу распластаться на земле, поэтому они и сношаются только нависая сверху или лежа на боку. Но ведь можно же сидя… Скай шевельнулся в попытке поменять положение и хрипло выругался. Даже вдохнуть на полную грудь пока что причиняло дискомфорт, что уж говорить о растянутых связках и раздолбанной заднице. Сбоку подкрался Си и несильно ткнулся лбом ему в плечо. Черт, значит, вернулся с охоты и теперь проявляет заботу о своем человеке. От его морды сильно несло свежей кровью. Скай снова пошевелился и зашипел от боли. Все мышцы ныли и протестовали против любой нагрузки. — Отвали, — пробормотал парень. — И без твоих утешений тошно. Си не сдвинулся с места и низко заурчал. Это были не утешения, это были заигрывания. Чужой давал понять, что тоже не против заняться сексом. Скай мысленно застонал. Он вспомнил наставления Хиро. Ты не можешь отказать ксеноморфам. Даже младшим. СиГо младшие только в иерархии самих альенов, для него они такие же доминирующие существа, как и НиСан. Лучше будет уступить прямо сейчас, пока задница влажная и раскрытая после большей твари. Может быть, он даже почти ничего не почувствует. Хотя вряд ли стоило на это надеяться, разница в размерах ксеноморфов была заметна только, если они стояли рядом, и была не такой уж значительной. Тем более в сравнении с анатомией человека. Парень аккуратно перевернулся на живот, опять стал на колени, затем уперся на локти и уткнулся головой в пол. Если еще кончить удастся — эндорфин на время притупит боль. Со всех сторон плюсы, куда ни глянь. На поясницу капнуло мокрым и скользким, защекотало на боках и закапало на и так уже насквозь пропитанную выделениями траву. Скай прикусил запястье, когда почувствовал, что вдоль позвоночника прокатывается сладкий озноб. Волна жара окатила пах. И Скай с отвращением понял, что против воли начинает возбуждаться. Снова. Альен подхватил его под живот, потянул на себя, поднимая на колени, и пристроился сзади. Пилот хрипло и обреченно застонал от невозможности вырваться и неумолимости нарастающего стояка. Это уже не был страх перед ксеноморфами. Это был ужас от самого себя. — А ты, как я посмотрю, начинаешь входить во вкус, — донесся одобрительный смешок Хиро откуда-то сбоку. Скай с трудом скосил глаза в ту сторону, где в кольце лап и хвоста устроился десантник. Он даже попытался что-то ответить, но тут Си ускорил толчки, проезжаясь твердой выпуклой головкой члена прямо по простате. Скай обнажил зубы в похотливом оскале, изогнулся, прижимаясь лопатками к жесткой груди, и притянул руку ксеноморфа к своему паху. Шесть длинных пальцев обхватывали член просто идеально. Страх только подстегивал возбуждение. — На вкус тоже неплохо… — удалось выговорить пилоту между толчками. В ответ Хиро красноречиво захохотал. Член Ская скользил в жесткой клетке шести пальцев, в заднице с неумолимостью поршня двигался твердый рельефный болт, по шее на грудь стекали ручьи слизи, текли дальше по животу прямо в пах, облегчая трение. Глаза парня закатились, его всего затрясло. Если бы его сжимал в объятиях человек — он бы наверняка не удержал бьющееся в пароксизмах удовольствия тело, но это было сильное и выносливое существо, тело которого состояло из кремниевых, металлических и углеродных структур. Альен зарычал, заклекотал, до боли вбиваясь в напряженного до последней мышцы человека. Скай хрипел и дергался, мускулы натянулись до предела, лицо превратилось в гримасу, а потом, среди всех импульсов, бомбящих каждое его нервное окончание, парень почувствовал, как коктейль чужих гормонов выплеснулся в его внутренности. Он застыл, сжимаясь до спазма в кишках, до дрожи в диафрагме, до скрюченных пальцев рук, до судорог в ступнях. А через мгновение обмяк и вырубился: не от боли, нет, от невыносимого для человека, все длящегося и длящегося удовольствия.