Дороги фэйри (Перекресток - 1)

      По традиции владыки сидов прибывали на бал последними. Выходить им полагалось следом за хозяином бала. Брайан кинул взгляд на часы. Похоже, Мэб уже не явится, что неудивительно. Джарет, скорее всего, тоже не соизволит прибыть. Наверняка он сейчас пребывает в депрессии после разрыва с Алиссой.       Часы пробили семнадцать ударов. Осталось два. Иллейна, третья жена Брайана и его официальная королева, уже приготовила подобающую улыбку, Брайан поправил корону из золотых и багряных листьев с бриллиантовыми каплями росы. Девятнадцать ударов. Двери из внутренних покоев дворца распахнулись. Королевская чета ступила на широкую лестницу, ведущую в наполненный гостями зал. Их встретили аплодисментами — в меру громкими, в меру радостными. И вдруг они стали затихать. В зале на долгую секунду воцарилась тишина. Уже догадываясь, в чем дело, Брайан обернулся. Следом за ними по лестнице спускался Джарет — под руку с какой-то очень юной девушкой. Король гоблинов был одет по последней моде. Выдержанный в синевато-сиреневых тонах костюм с редкими вспыхивающими драгоценными камнями, плащ, развевающийся вокруг стройной фигуры, как сумеречный туман. Светлые волосы на кончиках подкрашены сиреневым. Макияж делал Джарета старше и строже, но это только добавляло ему привлекательности. Брайан про себя застонал. Когда-нибудь он жестоко отомстит Моргане. Улыбка Иллейны застыла. Король Благого двора знал свою жену. После бала она закатит ему совершенно жуткий скандал.       Затихшие аплодисменты возобновились с новой силой. Гости оживились, предчувствуя, что бал на этот раз окажется интереснее, чем обычно. Джарет со своей спутницей спокойно продолжали спускаться — чуть в стороне, на три ступени отставая от хозяев бала, давая всем себя рассмотреть. Брайан поторопился взмахнуть рукой. Полилась музыка, гости смешались, но любопытные взгляды то и дело возвращались к королю гоблинов.       Эдрика и Фиону Джарет выделил в толпе гостей сразу. Больше никого из старших сидов Неблагого двора не наблюдалось, что не могло не радовать. Он то и дело косился на Лану, но она держалась на удивление уверенно. Мастера Морганы постаралась. На Лане было очень простое платье — шелковая туника с одним открытым плечом. Никаких украшений. Пепельные волосы убраны в нарочито небрежную прическу. Лана казалась моложе своих шестнадцати лет — девочкой, по недосмотру пробравшейся на взрослый бал. Рядом с Джаретом это производило особо сильное впечатление.       Иллейна упорхнула танцевать, демонстративно покинув мужа. Брайан подошел к Джарету.        — Рад, что ты наконец-то соизволил прибыть на мой бал. Познакомь меня с твоей… воспитанницей?        — Спутницей, — поправил Джарет. — Лана, это Брайан, владыка Благого двора сидов. И, как можно понять по его головному убору, король осеннего бала.       Улыбка Брайана не изменилась. Лана протянула ему руку.        — Я очень рада знакомству. Этот дворец… Он великолепен, как и его хозяин.        — Приятно встретить прекрасные манеры у столь юной особы, — Брайан поцеловал кончики ее пальцев. — На правах хозяина, я претендую на первый вальс.       Лана взглянула на Джарета. Он приподнял бровь.        — Если хочешь, иди.        — Да, благодарю вас.        «… Какая огромная разница — наблюдать со стороны и танцевать самой! Быть внутри музыки, быть музыкой… На одну ночь забыть обо всем… Это моя сказка, только моя!..»       Джарет с интересом следил за танцующими. Брайан сначала повел Лану медленно, потом всё быстрее и быстрее, добавляя сложные па. Лана подхватывала их легко и естественно, словно танцевала всю жизнь.        — Не ревнуешь, кузен? — Фиона положила руку на плечо Джарета. — Или тебе всё равно? Напрасно Моргана сделала из этого ребенка нимфетку. Тебя замучают предложениями. Цену уже готовы заплатить высокую. А бал еще только начался.        — Можешь передать всем заинтересованным лицам, что такого рода предложения я буду рассматривать как вызов на дуэль, — Джарет повел плечом, стряхивая ее руку.       Фиона обиженно надула губы. Танец закончился. Брайан привел Лану. Она светилась такой радостью, что Джарет пожалел, что не он танцевал с ней этот вальс.        — Давно я не получал от танца столь огромного удовольствия, — Брайан с неохотой выпустил руку Ланы. — Джарет, дорогой мой, можно тебя на пару слов?       Фиона многозначительно фыркнула. Джарет по-хозяйски обнял Лану за талию.        — Даже не мечтай. Или тебе напомнить, чем закончился наш последний поединок?       Брайан вздохнул с сожалением.        — О, вот как. Но я рассчитываю еще на один танец этой ночью, — он обворожительно улыбнулся Лане, кивнул Джарету и, подхватив Фиону, умчался в вихре следующего вальса.        — Что он хотел? — Лана подняла на Джарета искрящиеся восторгом глаза.        — Купить тебя, — он усмехнулся, показав клыки. — И он не одинок в своем желании. Так что лучше не отходи от меня далеко и не бери никаких подарков. Некоторые могут рискнуть своим здоровьем и попытаться тебя похитить.       Она не испугалась. Он был готов поклясться, что эта новость ее развеселила, но Лана сдержала смех.        — А мы будем танцевать?        — О да, моя радость, — а про себя добавил: «Танцевать ты теперь будешь только со мной».       Танцами Джарет, в отличие от большинства сидов, особо не увлекался. Но с Ланой бал превращался в увлекательную сказку. Она невероятно чутко воспринимала музыку и не боялась импровизировать. Каждый ее танец был уникальным. Даже когда она подражала сидам, полного сходства не возникало. Джарет наблюдал, анализировал, но ответа на загадку пока что не находил.       В перерыве он отвел Лану к столикам с угощением. И впервые увидел, как она ест. С полузакрытыми от удовольствия глазами, наслаждаясь вкусом пирожного, как величайшим чудом Вселенной. Им не мешали. Недвусмысленный отказ Брайану отбил охоту у остальных делать аналогичные намеки. Джарет позволил себе расслабиться и задумался. Он всё больше сомневался, что замена сознания в теле Ланы произошла по воле Джодока. Слишком уж она жизнерадостна для результата эксперимента мастера колец. В ней совершенно нет страха. На фэйри Лана смотрела с искренним интересом, не проявляя ни малейшего беспокойства. Обычный человек на балу сидов так себя не ведет.       В зале возникло оживление — Иллейна объявила начало королевских фантов. Из шелкового мешочка королева доставала поочередно мелкие вещицы — пуговицу, блестку, заколку… Владельцы «потерянных» предметов должны были выкупить свое сокровище. А поскольку все фейри владели каким-нибудь искусством, концерт получался впечатляющим. Лана с увлечением следила за игрой, искренне аплодируя всем участникам. Традиционно фанты считались конкурсом на звание короля и королевы бала. Но Брайан выбирал лишь королеву. О слабости владыки Благого двора все знали и тихонько посмеивались, но вслух не критиковали. Брайан уверенно занимал третье место по магическим способностям — после Морганы и Джарета. А недостатки у всех имеются.        В мешочке остался, похоже, последний фант. Драгоценный камень с костюма короля гоблинов не узнать было невозможно. Иллейна потребовала в качестве выкупа песню. Джарет с притворным вздохом щелкнул пальцами. Петь он любил. Зазвучала музыка. Король гоблинов выбрал древнюю ирландскую балладу, красивую и осеннюю. Многие вздыхали, опуская глаза. Древний язык покинутого мира будоражил память, заставляя жалеть о прошлом. Лана слушала очень внимательно. Она понимала слова, это было несомненно. Но вот музыка смолкла. Зачарованное молчание прервала Иллейна.        — Это было прекрасно, Джарет. Но у нас остался последний фант.       Джарет, уверенный, что на нем концерт закончился, обиженно приподнял брови. Королева достала неприметную заколку для волос.        — Кто признает эту вещицу?       Стоявшая рядом с Джаретом Лана молча подняла руку. Гости зашептались. Люди частенько принимали участие в балах фэйри — не всегда по своей воле — но в фанты приглашали только самых талантливых из них. Это было признание. Фиона высокомерно улыбнулась. Она уверенно лидировала, безупречно исполнив прекрасный танец ветра.        — Как сделать музыку? — тихо спросили Лана, вынимая из волос заколки.        — Просто представь себе мелодию, — Иллейна покосилась на мужа, проявляющего к происходящему слишком уж большой интерес.       Лана кивнула, отдала заколки Джарету и подняла руки. Зазвучавшую музыку узнали не все. Джарета выбор заинтриговал. Чайковский — один из его любимых композиторов Верхнего мира. Лана выбрала «Осень» из «Времен года». Но откуда она знает эту музыку?       В танце был ветер, несущий опавшие листья, крик птиц, улетающих с родных мест, дождь, под которым мокнут деревья…        — Ты сотворил чудо, кузен, — за плечом Джарета прозвучал шепот внезапно появившегося Ганконера.        — Это дурной тон — являться к середине бала, — король гоблинов даже не повернулся.        — Самое интересное я не пропустил. Это ведь не то, о чем я даже боюсь упоминать, Джарет?        — Если ты о демонической одержимости, то, определенно, нет.       Танец завершался. Осень подходила к концу, травы умирали от холода. Лана поникла у ног Брайана. Джарет скрипнул зубами. Ганконер хмыкнул и первым захлопал, за ним подхватили все, даже Фиона. Это была овация. Фэйри умели ценить талант.        — Полагаю, все единодушны в выборе королевы бала, — Брайан держал в руках точную копию своей короны.        — Благодарю вас! — Лана улыбалась по-детски открыто и радостно.       Ее волосы спутались, корона на них смотрелась дивно. Многие сиды косились на Джарета с завистью. Король и королева бала вышли на свой традиционный танец. Ганконер отвел Джарета к окну.        — Это ты с ней сотворил?        — Нет, — неохотно ответил Джарет. — И не хозяин Черной башни. Я уверен. Скорее всего, в нее кто-то вселился на дороге. Я тогда был слишком уставшим, а ты, — он пренебрежительно махнул рукой, — такое не чувствуешь.        — А может, в Лабиринте?        — Исключено. В моих владениях не водится неприкаянных душ. Даже если кого-то затягивает, он моментально впитывается источником.        — Но ты хотя бы представляешь, кто это?       Джарет пожал плечами.        — Скоро выясню.        — Странно, что Брайан не насторожился. Он ведь должен понять, что это не человек.        — Ну и что? — Джарет не спускал глаз с кружащейся пары. — Ему ведь неизвестна предыстория. Мало ли кого я счел возможным выбрать себе в эскорт-леди?       Брайан закончил танец, подхватив партнершу на руки. Положенный поцелуй в этот раз был целомудренным — в щеку. Гости разочарованно переглядывались.        — Ты оставишь ее у себя? — Ганконер покусывал губу, не скрывая беспокойства.        — Разумеется.        — Будь осторожен, — Ганконер усмехнулся, заметив, как покривился от его слов Джарет.        — Я способен о себе позаботиться, Музыкант.       К ним уже направлялся Брайан под руку с Ланой. Заметив Ганконера, король Благого двора поморщился.        — Ты когда-нибудь научишься следовать этикету? — не дожидаясь ответа, он повернулся к Джарету и перешел на язык сидов. — Как насчет рубина Пяти царей?       Джарет приподнял бровь. Ганконер закашлялся. Рубин, хранящийся в сокровищнице Брайана, был предметом зависти всех магов фэйри.        — Нет, — Джарет бесцеремонно разнял руки Брайана и Ланы и прижал ее к себе.       Король бала с тоской посмотрел на желанное, но недосягаемое сокровище.        — Я тебе это припомню, — он развернулся и смешался с толпой гостей. Джарет поймал на себе взгляд Иллейны и сочувственно ей улыбнулся. Ганконер наконец обрел дар речи.        — Ты хоть понимаешь, что означает такая цена?        — Лучше тебя, — оборвал его Джарет. Он следил за Ланой. Она смотрела на Ганконера чуть прищурившись, как будто что-то вспоминала. Потом улыбнулась ему, как давнему знакомому. Этого еще не хватало.        — Почему бы тебе не потанцевать, Музыкант? Нимуэ уже второй круг вокруг тебя делает.        — Да? — Ганконер оглянулся, заметил юную принцессу Благого двора и вздохнул. — Да, пожалуй.       Когда он отошел, Лана прижалась щекой к плечу Джарета.        — Я так дорого стою? — в ее голосе звучала лукавая усмешка.       «Она еще и язык сидов понимает!»        — Нет, Сказочница, ты стоишь гораздо больше, — Джарет приподнял ее за подбородок и всмотрелся в веселые глаза. Ему кажется, или в самой глубине их прячется тревога?       Лана перехватила его руку, уткнулась в ладонь, обтянутую муаровой перчаткой.        — Ты самый лучший… — она прошептала эти слова так тихо, что он скорее почувствовал, чем услышал.       Лана хотела что-то добавить, но в этот момент объявили танец на троих. К Джарету пробралась Фиона.        — Вспомним юность, кузен?       Он поморщился, но по традиции кавалер не мог отказать пригласившей его даме. Лана, неимоверно удивив Фиону, положила руку на другое плечо Джарета.        — Ты знаешь этот танец?!        — Да, — Лана, прищурившись, смотрела на фэйри. Впервые в ее взгляде промелькнуло что-то недоброе, как дальний отблеск зарницы.       «Моргана не ошиблась, — Джарет вывел своих партнерш в круг. — Но чья в ней сила?»       Согласно легенде, танец на троих был изобретением демонов, в незапамятные времена научивших ему сидов. С тех пор танец обрастал все новыми движениями, превратившись в сложный спектакль, исполнять который далеко не всем было под силу. Кроме Джарета в круг вышли только Ганконер и Брайан с принцессами Благого двора. Приглашали и Эдрика, но он отказался, предпочитая держаться подальше от короля гоблинов.       Оказалось, что Лана действительно хорошо знает танец, но ей не хватало чувственности. Движения девушки были правильными, совершенными в своей красоте, но чужими. Лана ничего не добавляла от себя. «Неужели она ни разу не любила?» — подумал Джарет. Фиона уверенно перехватила инициативу, в последнем страстном движении выгнувшись в его объятиях. Лана завершила танец как положено второй партнерше — опустившись на колено и прижавшись губами к руке Джарета. Ему показалось, что она сейчас заплачет. Джарет выпустил Фиону, наслаждавшуюся заслуженными аплодисментами, и помог встать Лане. Глаза ее были сухие, но очень тревожные.        — Что я делала не так?        — Это сложно объяснить, — Джарет увлек ее на балкон. Осень была в самом разгаре и желающих уединиться на открытых всем ветрах балконах не было. Король гоблинов развернул свой плащ, как крыльями обнял Лану.        — Чтобы станцевать страсть, нужно ее испытать хотя бы раз в жизни, — Джарет медленно прижимал ее к себе. — Ты еще ни разу не была влюблена, Сказочница. Я прав?        — Наверное. Я не помню, — она откинула голову, серьезно взглянув в глаза Джарета. — А Фиона любит тебя?        — Нет, но мы были близки. Очень давно, еще до того, как я стал королем гоблинов.       Джарет провел пальцами по губам Ланы, шее, обнаженным плечам. Она зажмурилась и потянулась к нему губами.       «…Теперь я знаю, что такое счастье! Ты всё-таки будешь моим, король Лабиринта… Как же тесно в этом теле! Если бы я только могла еще подождать… Нет, пусть будет, как будет, хотя бы недолго, но сейчас!..»        — Мы сейчас вернемся в Лабиринт, — Джарет с трудом оторвался от ее губ. — И я научу тебя любить!        «…Как бы я хотела сказать, что уже давно люблю тебя — сильнее всех твоих королев, вместе взятых! Но тогда сказка сломается. Когда-нибудь ты всё узнаешь… Может быть…»       Джарет чувствовал себя помолодевшим на полжизни. Иначе бы он никогда не совершил такого безумия: сорвался с места — через все защитные заклинания Брайана — унося Лану в Лабиринт. Каким чудом они целыми и невредимыми возникли в холле его замка, король гоблинов понял только гораздо позже. Спускавшийся с лестницы командор при виде повелителя с Ланой на руках, вздрогнул.        — Сир, я виноват…        — Что еще?! — Джарет опустил Лану. Ну почему все неприятности случаются так не вовремя?!        — Гленн сбежал, — Бор удрученно опустил голову. — Не понимаю, как он умудрился, но следы ведут на дороги. Я послал за ним погоню, но…       Лана обошла Бора и быстро побежала по лестнице. Джарет не стал ее задерживать. «Если тебе здесь не нравится, я помогу тебе уйти…» Через все ловушки Лабиринта прямиком на дороги, надо же. И ведь сама Лана была в это время на балу. Как же она сумела? Или Гленна выпустил из Лабиринта источник — по ее желанию? Джарет задохнулся от неожиданной мысли. Неужели всё так просто?!        — Когда мальчишку приведут обратно, бросьте его в старый колодец. И не беспокойте меня сегодня, даже если случится Рагнарёк, ясно?!       Бор проводил взглядом умчавшегося по лестнице повелителя, глубоко вздохнул и скрестил пальцы на удачу. Жаль, что Алисса ушла. Она была хорошей королевой. Но заполучить богиню… Что может быть лучше? Командор едва удержался, чтобы не преклонить перед Сказочницей колени. Он надеялся, что повелитель разберется что к чему и не выпустит из рук это чудо.       Легкий запах духов Ланы вел на второй этаж — в комнату, где она спала прошлой ночью. Джарет предпочел бы свои покои — там кровать больше — но пусть пока выбирает она. Лана стояла, прислонившись к резному столбу балдахина. Корона лежала на столике.        — Ты забыла потерять туфельку, — Джарет скинул плащ. Расстегивая на ходу пуговицы фрака, медленно, почти крадучись двинулся к ней.        — Всё равно они не стеклянные, — Лана быстро улыбнулась. В голосе послышалось облегчение. «О нет, расспросить тебя я не забуду, — Джарет усмехнулся, — Но не сейчас, радость моя, не сейчас…»       Он сдернул с плеч фрак, не глядя отбросил в сторону. За ним последовал жилет. Джарет успел только коснуться плеч Ланы, как она качнулась вперед, обеими руками обхватила его за талию, со стоном зарылась лицом в кружева рубашки. Таким желанным Джарет еще никогда себя не чувствовал. Дальнейшее он запомнил отрывками. В очередной момент прояснения король обнаружил, что балдахин рухнул, накрыв их душным покрывалом. Он выпутался из бархатных складок. Лана лежала навзничь, закрыв глаза. Царапины и следы укусов на ее теле заживали на глазах — регенерация шла гораздо быстрее, чем он видел у Черной башни. Из-под густых ресниц текли слезы.        — Прости, — он принялся целовать припухшие губы.       Лана зарылась пальцами в его растрепавшиеся волосы.        — Мне не больно, это от счастья. Я люблю тебя, — она прерывисто вздохнула. Серые глаза сияли сквозь слезы. — Пожалуйста, обещай мне… — она запнулась.        — Всё, что захочешь, Сказочница!        — Обещай, что не будешь искать новую королеву. Пока есть я.       Джарет рассмеялся.        — Зачем мне теперь другая королева? Ведь ты и есть источник, да?        — Не совсем так, — она сморгнула слезы. — Но я могу им управлять — лучше, чем твои прежние королевы. Теперь, когда я… воплотилась, я много чего могу сделать.        — Воплотилась? — он вытер ей щеки. Кожа была теплой, а слезы — солеными. — А где ты была до этого?        — Я спала, — она едва заметно улыбнулась. — В глубине источника. Но я видела сны. И уже давно полюбила тебя. Просто до сих пор у меня не получалось проснуться.        — И кто же тебя разбудил?        — Я бы сказала, что Лабиринт позволил мне проснуться. Он живой, Джарет. Ты знал это?        — Уверенности у меня не было, но я подозревал, что это не просто каменные стены.        — Да, не просто. Но он совсем другой, не такой, как ты или я.        — Так кто же ты? — Джарет пытливо заглянул в ее глаза.       Она не отвела взгляд.        — Меня можно назвать берегиней. Лабиринту грозит опасность, Джарет. Именно поэтому он… разбудил меня.        — Какая опасность?        — Не беспокойся, — она погладила его руки. — Я справлюсь. Мы справимся. Я научу тебя управлять источником, и тебе больше не нужно будет искать королеву. Только ты сначала пообещай.        — Клянусь, — он полоснул когтем по своему запястью. — Кровь свидетель. Пока ты жива, я не приведу в Лабиринт другую королеву.       Она снова удивила Джарета — взяла его руку, приникла губами к запястью. Языком провела по глубокой царапине и тут же отвернулась.        — Теперь останется шрам. Небольшой.       Джарет задумчиво посмотрел на свою руку. Обычно его раны заживали без следа. Но на запястье действительно остался тонкий шрам. Берегиня? Ему и в голову не могло прийти, что в магическом источнике может обитать берегиня. Он почти ничего не знал о них. Надо будет восполнить этот пробел.        — Ты мне скажешь свое настоящее имя? — почему-то он был уверен, что узнать имя берегини — очень важно.        — Я всё тебе расскажу, — она прижала палец к его губам. — Но только не сейчас, ладно? У нас еще есть время. И ночь еще не закончилась.       Джарет посмотрел за окно. Рассвет уже приближался, а в голове теснились тысячи вопросов. Но сделка, которую они заключили, стоила того, чтобы подождать. К тому же Джарет уже давно не получал такого удовольствия от любви. Он улыбнулся и поцеловал Лану в губы. Она застонала и обхватила его ногами. Неизвестно откуда взявшиеся плотные шторы занавесили окна, не выпуская из спальни ночь.