Dark paradise

      После разговора с Мэри меня переполняла злоба. Я совсем не узнавал в ней мою подругу. Та Мэри, которую я знал год назад ни за что не сказала бы такие ужасные слова, как: «брось ее и живи спокойной жизнью». Нет, ну правда, здесь явно что-то большее, чем она мне рассказала и я должен во всем разобраться, а не срывать всех собак на одного из друзей. Именно с этой мыслью, я подъехал к зданию библиотеки, где часом ранее оставил Сью и заглушил двигатель.       Покопавшись в бардачке, я отыскал старый блокнот, который остался от прежнего хозяина этой крошки, и какой-то карандаш, так как решил, что лучше всего записать всю поступившую информацию за сегодня, чтобы было легче понять всю сложившуюся ситуацию и возможно, приблизится к разгадке, что именно утаила моя подруга.       Итак, что мы имеем: Мэри даровала мне человеческую жизнь, как я того хотел, высшие инстанции на небе ничего не сказали против и дали мне жить спокойно, пока я не встретил Сью. Теперь же, выясняется, что моя любимая девушка охотник-полукровка, который родился в семье демонов, а не как Мэри — у человека и павшего ангела, что означает, что она может быть как хорошим охотником, как Мэри, так и плохим, как её лже-отец. Но в случае со Сью вся история усложняется тем, что она ещё не знает о своих способностях, они ещё только проявляются, а это значит, что исчадия ада начнут за ней охоту, также как и ангелы, начнут её сводить с ума, если я не верну себе крылья. Только вот не понимаю, в чем суть настаивать на возвращении крыльев?! Да и вообще, как от двух демонов мог родиться охотник? Насколько я знаю, дети-охотники появляются только от связи человека с ангелом, но здесь, Мэри четко сказала, что это были два демона. — Думаю, я могу ответить! — Что, чёрт подери, происходит?! Откуда голос?! — Пожалуйста, не упоминай его, а то уши режет писком, а это так отдаёт на нервы, а мы не молодеем, нервные клетки не восстанавливаются.        Этот голос, ну точно, я ни с кем его не спутаю: Джунг! — Привет, привет. Думаю, объятия оставим на будущие встречи. У нас мало времени, я итак еле выбрался, так и знал, что сестренка ничего не сможет сделать, ну хотя ей простительно. — Давно не виделись. Что вообще произошло? Ты ведь должен меня охранять! Или ты больше не мой ангел-хранитель?! — Да, меня отстранили, потому что ты должен снова стать ангелом, но я все равно присматриваю за тобой, так сказать, неофициально. Потому что это все равно остаётся моей работой, пока сестренка не скажет, что больше от меня это не требуется. Ведь это она мне дала задание, а не те выскочки, которые думают, что могут мной управлять. Но ладно, не об этом. Из твоих размышлений я понимаю, что основную идею босса, Мэри тебе передала. Так вот, теперь забудь обо всем этом и слушай, как все на самом деле. Только слушай внимательно, не перебивай, как ты любишь это делать! — Но… — Я сказал, не перебивай! — Повысил голос Джунг, что бывает очень редко, а это значит, что дело серьёзное, поэтому я затих. — Притворись, что ты онемел, что тебе вырвали язык или еще чего, что поможет тебе помолчать пять минут!        Я кивнул и сделал в воздухе знак, будто закрыл рот на ключ. Джунг от этих действий улыбнулся, но быстро взял себя в руки и сделал снова серьезный вид.       Этот жест придумал Джин, когда мы были маленькими с Тэхеном, чтобы могли молча слушать его и не перебивать. А Джунг, как я выяснил спустя пару месяцев, как он был моим хранителем, брал у Джина уроки по ангельской истории, да и просто приходил послушать рассказы. Вот так Джин ему и рассказал об этом жесте и об одной истории, связанной с ним.        Джин сильно злился, когда мы перебивали его рассказ, а делали это мы довольно часто, поэтому он и придумал этот знак. Так, в детстве, когда старший чертил в воздухе, будто закрывает молнию, а затем вешает замок и поворачивает на нем ключ, чтобы закрыть, все на кого был направлен его взор, сразу прекращали разговоры и сидели смирно. Нам с Тэхеном это давалось очень сложно, но мы всегда справлялись. Ни один из нас, пока Джин не проделывал обратные движения тем, которые делал, чтобы закрыть нам рот, не произносил ни слова. Даже если сильно хотелось в туалет, а поверьте, хотелось часто, ведь Джин мог рассказывать нам разные истории часами, теряясь во времени. Так вот, история, которую он дружелюбно рассказал Джунгу, как раз об одном таком дне.        Тогда был солнечный день, ничего не предвещало беды. Мы с Тэхеном, восьмилетние, весело прогуливались по коридорам библиотеки и подшучивали над одноклассниками, а потом неожиданно появился Джин и затащил нас в читальный зал, чтобы поведать очередную историю об ангелах и демонах, которую только что прочел, обещая, что она будет короткой. Только мы знали, что это будет точно не так, поэтому начали сопротивляться этому, и пытались убежать, но Джин усадил нас обратно, сделал свой фирменный жест, после которого мы вздохнули и послушно уселись, чтобы слушать рассказ.       Так этот рассказ продолжался где-то пару-тройку часов и Джин явно еще не собирался останавливаться, а я уже не мог терпеть. Я пытался сказать Джину, что хочу в туалет, но как только я открыл рот, он обратил на меня свой взор, полный стремлений убить меня, если я произнесу хоть звук. Поэтому мои слова каждый раз оставались при мне. И я не знал, что делать. Терпеть у меня уже, правда, не было сил, но мести старшего за то, что я его перебью, боялся больше.        Но Бог, видимо, был на моей стороне, во всяком случае я так подумал тогда. Ведь когда я понял, что все, больше сил нет, услышал долгожданную фразу: на этом история и заканчивается. А это означало, что теперь можно говорить, а самое главное — бежать в туалет.       И я радостный, вскочил с места и побежал к двери, но только я ее открыл, как понял, что уже в туалет мне не надо, дело было сделано.        Я был смущен, зол и раздосадован, что все-таки Бог оказался не на моей стороне.       Стоя в проходе с открытой дверью, я ловил на себе взгляды старших ребят и ровесников, которые шли в свои классы и смеялись, тыча в меня пальцем.        Помню, как мой разум тогда помутнел и я, развернувшись, увидел Джина и понесся на него с кулаками. В тот момент я ненавидел его, да и сейчас, вспоминая это, хочется убить. — А я люблю Джина, у него всегда такие веселые истории, помню, как он мне это рассказал, я хороших часа два не мог перестать смеяться.— Усмехнулся Джунг, видимо, прочитав мои мысли. — И в защиту старшего могу сказать, что он не виноват в том событии, тебе надо было просто молча встать и выйти, ведь он запрещал только говорить, но не выходить по надобности. — Мне было восемь, я боялся его гнева.

Да и сейчас боюсь, — подумал я про себя.

— Ладно, ладно! Разбирайтесь с этим сами. Может он и должен был быть с вами помягче, все-таки вы такие дурачки. — Да уж, должен был… Эй! — Да шучу я, шучу. Да и к тому же, чего вспоминать старые обиды? Все равно, даже если он извиниться, то твоя сухая репутация к тебе не вернётся. Да и сплетен вокруг тебя, прибавилось, и куда интереснее, так что об этом почти и не вспоминают.        Я сразу умолк и погрустнел, ведь понял, о каких сплетнях идет речь. Джунг тоже осознал, что сказал не то, поэтому поспешил извиниться и перевести тему разговора, но не особо у него вышло, но я был благодарен, что он хотя бы попытался. — Ладно, давай о главном! Что ты мне хотел рассказать?! — Да, конечно. Слушай, в общем, дела на небе обстоят следующим образом: тебя никто не простил. Думаю, ты и сам это прекрасно понимаешь. Если вернёшься, то будешь изгоем с крыльями, но без сил. Зачем они на этом настаивают? Тут две причины:       Во-первых, поставить на место ангела судьбы, именно того, который сделал тебя человеком, у них, мягко сказать, большие разногласия. — Ха, не удивительно, подумал я про себя, так как перебивать мне рассказ нельзя было, но думать то никто не запрещал.       Во-вторых, использовать тебя, как приманку, чтобы приманить нужного зверя, то есть ту девчонку.       Мэри об этом не знает и не должна узнать! Ты понял?! У нее итак много проблем. То, что она знала, она тебе рассказала, хотя и очень долго сомневалась, видимо даже не зная всей правды, она чувствует подвох во всем этом.        Скорей всего, она понимает, что вернувшись в тело ангела, ты погибнешь. И это еще малая часть истории, которую я тебе должен рассказать, но сейчас у меня нет времени. Скоро ребята за тобой придут, а пока ты должен собраться с силами. Но запомни:

Ты не должен соглашаться со старейшинами и становиться ангелом! Ты и так ангел. Если согласишься, то потеряешь все и приведешь к гибели всех. Поверь мне, сейчас ты решающая фигура в спасении своей девушки, нас, и самое главное — Мэри. Подумай об этом хорошенько!

— И не твори глупостей!       Я не успел и слова сказать, так как, пока был в полном шоке от того, что только что услышал, мелкий уже исчез.       Что же происходит в раю?! Какое-то совсем неспокойное место это уже. А ещё то, что он сказал, что я все еще ангел. Как это вообще воспринимать?! Он знает, что мои силы со мной, но никогда не говорил мне, что я ангел. Всегда называл меня человеком.       Интересно, а другие знают? Хотя нет, Мэри точно не знает, ведь она не поняла, что я могу читать ее мысли. Только вот, почему могу?! Что стало с барьером, который воздвиг Чонгука?! Может он больше не считает меня конкурентом, поэтому и снял круг?!       Черт, от встречи с Джунгом у меня стало вопросом в два, а то и в три раза больше. И что он имел в виду под тем, что я должен всех защитить? — Эй, ты там, что уснул что ли? Открывай, тут вообще-то дождь!       Боже, со всеми этими непонятными историями, я не заметил, как Сью подошла к машине и, что на улице — ливень.        Я бегом открыл дверь и достал с заднего сидения плед. — Хорошо, что не выложил его с прошлого пикника. — А затем включил обогреватель на полную. — Прости, сильно долго стояла?! Я задумался. — Да все в порядке, сама виновата, что зонт забыла. Поехали домой, я хочу горячего шоколада. — Да, конечно, любимая. — Мои мысли все не покидали слова Мэри: она охотник, но силы её только начинают просыпаться, так как они проявляются поздно, то ей будет сильно тяжело. — Ты себя точно хорошо чувствуешь? Голова больше не кружилась? Не тошнило? — Эй, врач мне тут нашёлся! Давай ещё стандартные вопросы, на солененькое не тянет, живот не болит, задержки нет?! — Что-о-о? Ты это к чему вообще, мы же с тобой не… это самое, с чего вдруг задержки?! Ты что изменяла мне?! Скажи честно, я все приму! — Ой, боже, какой ты у меня дурак. Пошутила я, пошутила. Как я могу тебя на кого-то променять. Никто не сможет заменить тебя.       От этих слов так тепло на душе стало и радостно, только продлилось это недолго. Потому что, как только я подумал, что этот день снова начинает становиться нормальным, как вдруг, Сью вцепилась в мою руку и закричала.       Когда я на неё посмотрел, её зрачки были полны ужаса и глаза были так широко раскрыты, что казалось, вот-вот выпадут из глазниц.        Мне хотелось ей помочь, но я не знал, что надо делать в этой ситуации, поэтому мне ничего не пришло в голову лучше, как начать молиться.       Прошла, буквально, секунда, после того, как я начал произносит имя Мэри в молитве, как она уже появилась перед машиной в образе ангела, как и тогда утром. Она смотрела на меня шокированными глазами, явно не понимая, что произошло. Видимо ей, Чонгук или кто ещё из ребят, не потрудился объяснить, что если человек молится ангелу, то каждый ангел слышит его голос, но если человек знает имя конкретного ангела, то последний, если сильно нужен молящемуся, телепортируется к нему без своей воли. Но у меня не было времени объяснять это ей, мне надо было помочь своей девушке.       Мэри, тоже видимо решила с этим разобраться потом, так как её взгляд уже был направлен в сторону Сью. — Открой дверь! — Прозвучал в моей голове голос, он вроде и был похож на Мэри, но отличался властностью и силой. — Сейчас же!       Честно, такую Мэри, я побаиваюсь. Мне ничего не оставалось, как открыть дверь и довериться ей, ведь она моя единственная надежда. — Выйди вон! — Опять этот голос в голове, и я, сам того не желая, покинул машину и встал ровно на то место, где, буквально, секунду назад, стояла она.       Что было дальше, обычный человек, незнающий и не видевший мир рая и ада был бы потрясен, да что он, даже я, человек с опытом и иммунитетом ко всем абра-кадабра штучкам, замер и смотрел, как моя машина наполняется золотым светом, который обволакивал двух дорогих мне девушек.       Я наблюдал, как, буквально, за несколько секунд они пропали в этом клубке из золотых нитей. И вроде мне стоило начать переживать, что не вижу, что происходит, но эти нити успокаивали меня, как тогда, когда Мэри с помощью своей силы сделала меня человеком.       Стоя на парковке и смотря на свою машину, в голове возник голос Джунга, и слова, которые он мне сказал перед уходом: ты ключ к спасению, только ты сможешь не дать нам погибнуть. — Да, только вот сейчас не я спасаю, а Мэри, как и всегда. Наверное, он ошибся на мой счет, как я смогу всех спасти, если не могу даже помочь любимой справиться с ее силами?!        Но в одном он был прав, смотря, как моя машина тонет в клубке золотых нитей, я понял, что мне не надо защищать свою девушку в образе ангела, у неё уже есть ангел-хранитель, который сможет о ней позаботиться. — Ого, а мы-то все гадаем, куда пропала наш ангелок. — Вывели меня из моих размышлений удивленные возгласы. А увидев, кому они принадлежат, удивленные возгласы уже пошли от меня.       Я был в шоке увидеть их. Хотя Джунг и предупреждал меня. Но так скоро я их, правда, не ожидал увидеть.        От этой встречи во мне смешались чувства радости, грусти и злости. Но сейчас было не то время, чтобы думать о том, почему они здесь, в данный момент меня занимает только одна мысль, что будет с моей любимой.

Незадолго до молитвы

Горе можно снести одному, но для радости нужны двое. © Э. Хаббард

      Я случайно наткнулась на это высказывание в одной из книг, после гибели Чонгука. Мне тогда показалось, что если я буду всегда повторять эту фразу, то смогу справиться. Чтобы не забыть об этом, даже переписала ее и вставила в рамку. И теперь она меня всегда встречает, как только я захожу в наше укромное место.       Тут много разных и других афоризмов, которые мы с Чонгуком находили вместе, они, как и у него дома, развешаны вдоль стены вместе с его рисунками и нашими фотографиями.       В этом месте я всегда чувствую, что он рядом, что вот, сейчас, подойдет и обнимет со спины, поцелует. А потом покажет очередной рисунок и мы будем искать место, куда его повесить, снова поругаемся, потом помиримся. Обычный радостный день.       Только вот потом все равно приходит осознание, что таких дней больше никогда не будет. И виновата во всем я. Если бы только настояла на том, чтобы он не стал выполнять задания Себастьяна. Если бы не поставила человеческие жизни выше своей и его… Столько этих «если бы», что на всю жизнь хватит, чтобы перечислять да и не повториться ни разу.       Как мне с этим жить? Как жить без тебя, любимый? В городе, в котором все напоминает о тебе. На небе, где все говорят о тебе. В квартире, где все пропитано тобой. Как? Ответь мне, как?! А теперь еще к этому, прибавится и гибель Чимина. Ведь он не оставит эту девчонку. Она для него, как ты для меня, Чонгук.       Я лучше всех должна понимать сейчас его, ведь у нас схожие ситуации. Если он ее потеряет, то всю жизнь будет винить себя, он не сможет без нее жить. Если встанет выбор дать умереть ей или самому, то он выберет последнее, я знаю это, потому что сама бы выбрала это. Только если бы могла повернуть время вспять…       Продолжая терзать себя чувством вины и вспоминая все радостные и грустные моменты с Чонгуком, я внезапно почувствовала, как силы стали покидать меня, а затем в голове раздался ужасно громкий звон и казалось, что из-за этого она просто взорвется.       Я закрыла глаза, хватаясь за виски и надеясь, что это хоть немного ослабит боль. И это действительно помогло, только вот, я не ожидала увидеть, открыв глаза, испуганные глаза двух людей смотрящих на меня, вернее один смотрел на меня, а другая была явно не в этом мире. Я сразу узнала этот взгляд.       Марк рассказывал мне, что маленькой, когда я видела след, то у меня глаза становились, как у куклы — стеклянными. Только у меня не было такого испуга в глазах, что же она увидела?