За чертой беды

- Снова уезжаешь? - Рио сидел за столом, рассеянно ковыряя салат в тарелке, и смотрел в сторону. – Я думал… Санти, может, сходим куда-нибудь? Сегодня полгода, как мы вместе. Я билеты в кино взял. Хочешь, сгоняем на мотокросс или в бар хороший после? Рафаэль еле заставил себя оторвать взгляд от медленно таявших на столе высоких белых свечей и качнул головой. «А Лео всегда свечи с лимонником зажигал дома или с сандалом…» Он и не понял, отчего вдруг дома такая красота, просто забыл. А Рио старался – украсил стол, приготовил любимое Рафово мясо на углях и салат с шампиньонами, достал хорошее белое вино. «А дома еле-еле Майки может себя и сэнсэя прокормить, и старший скоро в тень превратится, потому что вообще неизвестно, что ест. Им такое давно не снилось даже. Надо братишке еще одну пиццу отвезти большую и сладкий поп-корн, а Мастеру витамины достать. Может, хоть сегодня уговорю Лео поесть». Майки смотрит на Рафа, как на чудо, нерешительно сминая в руке большой пакет со сладкой воздушной кукурузой, а потом вдруг бросается на шею и крепко-крепко обнимает. - Спасибо, бро! – шепчет он в шею Рафу. – Я ж их так любил всегда! - Я помню, – Рафаэль обнимает его в ответ, водя пальцами по сколам на карапаксе. – Потому и привез. Майки, ты мне пиши список, что надо еще, не стесняйся. Я достану. Я все-все вам достану, что надо… что захотите… Брат сжимает руки еще сильнее, а потом вдруг отстраняется и пристально заглядывает в глаза, словно хочет о чем-то его попросить. - Ты хоть слышишь меня? – рука Рио проползла по чистой скатерти и накрыла кисть бешеного ниндзя. – Что с тобой происходит? Раф высвободил ладонь и погладил пальцы парнишки. - Устал просто, - привычным враньем отозвался он. – Мне ехать надо. - Ты так и не скажешь, куда постоянно мотаешься? – Рио отодвинул тарелку и взял его ладонь двумя руками. – Стид сказал, что ты на охоте стал намного реже показываться. Они даже выследить тебя пробовали. Он невесело улыбнулся, поднимая глаза. Он же и сам пробовал, только разве за Санти уследишь? Кто и когда выучил его вот так исчезать прямо с центральной улицы? Кто вообще сделал его тем, что он есть? Сильный боец, жесткий и решительный воин. Красота совершенного тела снаружи и адское пламя внутри. В последнее время оно стало словно чуть притухать, и Рио наивно понадеялся, что эти перемены к лучшему, что тоска по погибшей семье стала отпускать. Но Санти замкнулся и горел теперь уже один на один с собой, не подпуская даже близко, срываясь теперь на людях, а не на мутантах, охоту на которых продолжал как-то вяло и равнодушно. - Ну, попробуют еще раз, пусть на себя пеняют, - Рафаэль высвободил руку из теплых мягких пальцев. – Давай потом поговорим, ладно? Я не люблю опаздывать. Рио кивнул, подавив вздох. Их праздник только для него одного, видимо, и существует. Не трогают больше Санти эти салаты и красиво накрытый стол, застланная новым шелком постель... да и она стала холодной уже. Раф встал, равнодушно чмокнул Рио в макушку и вышел в коридор, где его ждал рюкзак с большим теплым пледом, едой и медикаментами. «Отцу стало чуть лучше, - улыбнулся он сам себе, выходя за дверь. – Если и дальше будет хорошо питаться и в тепле лежать, то пойдет на поправку. Он обязательно поправится и скоро встанет. Будем за столом сидеть, я чайник для заварки зеленого чая достану, и будем пить чай вместе, а он улыбаться станет нам, как и раньше… Донни заберу из этой лаборатории». Сунув сумку на заднее сиденье, Рафаэль завел мотор и стал ждать, пока машина чуть прогреется, бездумно глядя в зеркало. Он уже не раз думал о том, что может бросить все к чертям и остаться с Майки и Мастером, отыскать Дона… Но волей слепого случая именно на его шее сейчас висело неподъемное ярмо под названием «надо». Надо обеспечивать семью, надо покупать продукты… надо, надо, надо… Лео, конечно, носится по помойкам и достает очень многое, но лучше же им нормальную здоровую пищу есть, да и витамины не выбрасывают хорошего качества. И опасно это. Его самого надо лечить и приводить в чувство… Лео сидит в изголовье кровати и бережно поит сэнсэя бульоном, который Майки сварил из курицы, привезенной Рафом. Губы чуть, едва-едва, трогает улыбка, подсвечивая глаза щемяще-родным высверком прежнего Лео. Раф стоит в дверях, привалившись к косяку, и смотрит на них, давясь собственным дыханием. Перемен нет. Зверь. «Пока еще зверь… я это исправлю». Уловив его присутствие, Лео поднимает голову и вздергивает верхнюю губу. «Не подходи!» Это Раф уже выучил отлично, но упрямо, не желая мириться, искал контакта со старшим братом, раз за разом подходя все ближе. Откинув голову на подголовник, Рафаэль прикрыл глаза и выволок из бардачка пачку сигарет. Он стал много курить в последнее время, не замечая этого, а когда ловил себя на этой мысли, обычно затягивался вдвойне жадно, словно назло всему свету и себе разрушая свой организм. Сейчас только он один может заработать для них для всех, поддержать Майки, помочь отцу и Лео, вытащить Донни. И он не может бросить свою чертову работу, уйти из города и жить с ними. Сейчас желания – непозволительная роскошь. Кто раньше все это делал? Кто все это брал на себя, оставляя Рафу право и возможность жить так, как хочется?.. У него мозг разрывался надвое, вымучивая все его существо нерешенными вопросами, которые были ему неподвластны, что в прежнем Рафовом мире существовало лишь один-единственный раз в том памятном разговоре со старшим. А теперь от него зависела его семья. От него зависел Лео… «Лео» Больная неотвязная мысль и мечта, измотавшая все нервы, накрутившая их на тысячи валиков с раскаленными гвоздями, узлами завязавшая все нутро и иссушившая душу за те 12 дней, что Раф наведывался домой. «Домой». Грязная, заплеванная нора, пропахшая плесенью и чадом газовой горелки, за этот короткий срок стала домом, тем самым домом, которым и не смогла стать красивая квартира, где его так ждали и так любили. Все то, что любил Раф, что составляло смысл его бытия и всего его существа, было в другом месте. «Дом это не место – дом это люди». Гласит мудрость древних, и Рафаэль до колкого жара в глазах был с ней согласен, прочувствовав каждой клеткой своего тела. - Лео, - Рафаэль садится на край кровати приемного отца и смотрит в синие настороженные глаза подобравшегося брата. – Давай поговорим, а? Ну что ты на самом деле?.. Старший смотрит и смотрит, поводит головой, то отдергивая взгляд, то вдруг возвращая его обратно к Рафову лицу, склоняет голову набок, то на один, то на другой, и снова смотрит. Подойти близко он не дает, скалясь или убегая, и Раф понимает почему. Тогда же, на крыше, в том проклятом всеми Богами переулке, Лео потянулся к нему, а он камнем бросил… прогнал и напугал. И не скажешь, что так надо было. То есть говори-не-говори, а животное же не поймет… А потом снова подманил ласковыми словами и скрутил, чтобы сделать больно. И снова не объяснишь… - Лео, иди сюда, брат… Рафаэль заставил себя открыть глаза и воткнуть передачу, медленно выкручивая руль. Он любил Лео. Все еще любил до колкой дрожи в душе, только вот… осталось ли хоть что-то от того сильного, улыбчивого и яркого лидера, который сводил его с ума одним своим присутствием, который на все был готов ради любого из них и с которым они так дурно расстались, пока еще старший брат был способен ясно мыслить и понимать. Раф пробовал разобраться в ситуации, анализируя ее так и эдак, как умел, складывая и раскладывая, меняя местами куски этого дикого уравнения. Вот Лео, тот которого он помнил и знал всю жизнь. Красивый, сильный, любящий их всех, заботливый и такой мудрый. Такой желанный… любимый Лео… Вот Лео, который есть. Сильный – этого не отняли, красивый, хоть и истощенный, сменивший свою привычную мягкую пластику на резкие дикие движения. Любящий… последнее, как и прежде, семье готов отдать. «Мышей принести для супа сэнсэю…» Заботливо оберегающий их и греющий холодные ноги Мастера своим телом, улегшись поверх одеяла. Только лишенный вот этой мудрости и ясности своего прежнего мышления… Все равно любимый… Припарковав машину у большого торгового центра, Раф вытащил рюкзак и направился внутрь. Слежку он чувствовал всем своим существом, мысленно потешаясь над Стидом и его приятелями. «Давайте, ловите, горе-охотнички! Сыграем в городские прятки!» Он легко взбежал по эскалатору и пошел в сторону аптеки. Прежде чем играть со своими приятелями, надо еще купить лекарства отцу.

***

- Я это на потом оставлю, - Майки сунул в морозилку старенького холодильника большой кусок мяса, привезенный Рафаэлем, и улыбнулся брату. – Спасибо, Раф, от всех от нас. Сорвиголова немного неловко махнул рукой, мол, не за что, и вздохнул. Он больше привезет, завалит весь дом продуктами, чтоб только не видеть такие глаза младшего брата, когда тот тщательно делит все на порции, откладывая «на потом» и «на всякий случай». - Ты не экономь, - Рафаэль отвел взгляд, словно ему стыдно было за себя. – Я привезу еще. - Спасибо, Рафи! – Майки обнял бешеного брата и сел к столу, открыв коробку с пиццей. - Лео не заговорил? – после долгого молчания спросил Рафаэль, старавшийся не мешать брату наслаждаться любимой едой. – А Мастер как? Микеланджело вздохнул, упершись лбом в сцепленные пальцы. - Отец стал чаще просыпаться, но пока еще слишком слаб. И не видит по-прежнему. И, знаешь, я молюсь, чтоб не увидел… Раф вскинул брови и подался через стол к брату, крепко взяв его за плечи. - Что ты говоришь, Майки? Рыжий ниндзя коротко всхлипнул. - Представь, как его подкосит вид такого вот Лео, - негромко проговорил он, не поднимая глаз. – Думать страшно… Раф замер на миг а потом кивнул против воли. Вот это он отлично понимал. - Рафаэль, сынок, - теплые тонкие пальцы, такие непривычно неуверенные обхватывает его ладонь, протянутую навстречу. – Как же я рад тебе… Сплинтер полулежит в кровати, откинув голову на подушку, а его внимательные глаза слепо шарят по потолку. Раф знает, что эта слепота вызвана затяжной болезнью от глубоких ран, лихорадки и недостатка витаминов. Отец поправится и зрение восстановится, как объяснили ему врачи, к которым Раф наведывался в городе, наврав, что ему нужна консультация. - Как Леонардо? – старый Мастер чуть поворачивает голову и тепло-тепло улыбается Рафу. – Он же заходит ко мне, только молчит все время. Чем так растревожен твой брат? Что с Донателло? Микеланджело сказал, что он далеко. - Донни в большой лаборатории сейчас работает, сэнсэй, - Раф ласково гладит горячую сухую руку. – А Лео просто… столько дел у него… устает очень, вот, наверное, поэтому и молчит. Все хорошо, Мастер, Вы отдыхайте побольше. Все хорошо… Он смотрит на свернувшегося в изножии кровати старшего брата и чуть не давится собственными словами. Что будет с Мастером, когда он это увидит?..

***

- Забери его, Раф, ради Бога, - Майки смотрел в сторону, бездумно поглаживая по голове сидящего около него на полу Лео. – Не могу я на него смотреть… ты человек, тебе проще… может… может, там найдешь специалистов, чтоб помогли… а я не могу больше… я с ума тут сойду… Раф едва заметно нахмурился, упершись локтями в стол. «Забери… даже Майки о нем уже, как о собаке… даже он не верит…» - Он же не пойдет со мной, - сорвиголова обреченно вздохнул, рассматривая старшего брата. – Он к вам пришел и именно вас искал. А меня боится… Микеланджело как-то рассеянно кивнул, словно такого ответа и ждал, и вытер глаза напульсником, торопливо отворачиваясь, потому что Лео, почувствовав перемену в его настроении, вскинул взгляд и внимательно уставился Майки прямо в лицо, успокаивающе поглаживая по колену. - Что ж мне с тобой делать-то, сука тупая? – ласково пробормотал Микеланджело, продолжая поглаживать старшего по голове и глядя в сторону. – Что ж ты так? Как мы дальше с тобой таким вот?.. Рафаэля долго-долго молча смотрел на Майки, который словно забыл о его присутствии и разговаривал со старшим братом, обращаясь, как к псине, что звериным своим чутьем улавливает беду хозяина и беспокойно крутится рядом, пытаясь хоть как поддержать. Холодея внутри, Рафаэль сознался сам себе, что понимает младшего брата. Тут не то, что плакать впору, тут впору удавиться уже. Они же все знали совсем другого Лео. Сильного, улыбчивого и ласкового лидера своей уникальной команды, способного решить за каждого, поддержать, обнять и защитить, найти нужные слова и утешить в любой ситуации, закрыть собой, позаботиться. «Но он и сейчас же то же самое делает, - Раф снова отчаянно заспорил сам с собой. – Ну просто… просто по-другому. Он же пытается Майки поддержать и успокоить, как может... и заботиться о них…» - Забери его, а? – Микеланджело еще раз всхлипнул. – Пожалуйста… Рафаэль мотнул головой, отгоняя липкую страшную массу ужаса, что вцепилась ему в затылок, дергая, как кукловод, мысли и чувства за нитки голых вырванных из тела нервов, сполз на пол с колченогого стула и сел, скрещивая ноги по-турецки. - Лео, - ласково позвал он, хлопнув себя по колену. – Иди сюда. Иди ко мне, брат… И закусил губу, увидев обращенный к нему настороженный синий взгляд, в котором плеснулось доверие.

***

Раф гнал машину в город кружным путем. Ему нужно было прийти в себя и хоть как-то собраться с мыслями, заставить нутро перестать биться в агонии истерики и ужаса, а сердце тошнотворно колотиться у горла. - Иди, - Майки чуть подталкивает старшего в карапакс. – Тебе так лучше будет… и мне – тоже… Лео минуту смотрит на него совершенно не понимающим взглядом. Вот точь-в-точь как собака, которую хозяин решил отдать кому-то. - Иди. Раф о тебе позаботится, я точно знаю… а мне тяжко с тобой таким. Ступай. Рафаэль скосил глаза на придремавшего на сиденье рядом с ним Лео и сглотнул, потом ударил по тормозам, так что машину резко бросило в сторону, и уронил голову на руль. - Черт же! Ну, черт!!! Слезы хлынули сами собой, вырвавшись сквозь зажмуренные веки горьким отчаянием, осязаемыми клочьями души, вязко потекшей по лицу. - Черт…черт…черт… Лео идет за ним, опустив голову и как-то погаснув, что ли. Другого слова Раф подобрать не может, пробираясь по темному коридору к выходу. Майки идет следом, тоже поникший, но успокоенный. - Бро, - он останавливает Рафаэля уже у двери. – Вот… ты разрешил список тебе написать… купи Мастеру, пожалуйста… Раф берет бумагу и сует в карман, крепко обнимая младшего брата. - Он поймет потом, - шепчет ему в шею Микеланджело. – Так же лучше будет и ему тоже… брат… Рафи… позаботься о нем, ладно? - Конечно, - сорвиголова прижимает рыжего ниндзя сильнее, чтобы не дрожал так, и резко выдыхает. – Все хорошо будет. Он отстраняется и смотрит на Лео. - Идем. Раф вздрогнул, ощутив тихое прохладное касание, и приподнял голову. На него смотрел Лео, видимо, разбуженный броском машины. Смотрел внимательно, тепло, как давно-давно не смотрел, и осторожно поглаживал по плечу. «Все же не изменился. Вот как бы ни ругались в прошлом, все равно же приходил утешить… вот и сейчас… не понимает, за что Майки его прогнал, меня боится, а уже успокаивает…» - Все хорошо, бро… - Раф поспешно вытер глаза тыльной стороной ладони. – Справимся… домой едем… все хорошо… Лео кивнул, словно понимая о чем речь, и улегся башкой ему на колено, продолжая заглядывать в глаза снизу вверх. Рафаэль слепо завел мотор и нажал на газ, положив одну руку ему на загривок. «На, чувак, люби. Чего тебе еще-то надо? Рядом и смотрит так, как никогда в жизни до этого… Ты ж этого хотел? Держи и пользуйся, балдей от счастья». Рафаэля чуть не вырвало от этой мысли.