Трансформеры: По велению Матрицы

      Ой-й-й! Ой-ёй-ёй! Как же больно! И не просто, а прямо адски больно. Как будто бы из ноги вытащили все кости и вставили туда раскалённую кочергу с кучей угольков. Конечность горела синим пламенем, разжигая всё больший огонь, стоило мне пошевелить ею хоть чуть-чуть. Странно, но я вроде бы нигде не падала, ни обо что не ударялась. Я ежедневно ходила на диагностику к Рэтчету, меня регулярно осматривал Скальпель. Оба говорили, что никаких проблем нет, что хромота остаточная. Так почему же я мечтаю вырвать себе ногу с корнем? Колюще-режущая боль разбудила меня снова ночью, когда все уже спали. Поскольку я лежала на боку, то думала, что просто прихватило живот после вчерашнего ризотто. Откуда на нашей базе взялась итальянская кухня? Очень просто: наш любимый полковник, собрав всех своих (я, папа, Лоуренс, Стэнли, Эппс, Сэм и Карли), решил порадовать нас за хорошую работу и угостил обедом. Что-то он заказал в ресторане, что-то приготовил сам. Не знаю, в какой именно манере кто и что подумал, но одно мнение было единогласным – подпускать Леннокса к плите опасно для жизни тех, кто рискнёт попробовать его стряпню. Ясен пенёк, мы вслух ему ничего не сказали, но эффект выдал всю компанию с головой. После того, как Стэнли раз четвертый пулей побежал в туалетную комнату, полковник и вовсе расстроился, что испортил всем вечер, но нам, к счастью, дружно удалось убедить его, что мясо было просто несвежим. Типа, ресторанным траванулись (слава Кибертрону, Скальпель, делавший анализ еды, промолчал, что это было как раз из-за хреновой готовки). В общем, пока народ мучился с животами и пил лекарства, я кое-как выпила принесённую Рэтчетом гадость (ну вот, уже двоих обидела) и попыталась доковылять до ангара десептиконов. Доползти я доползла, а там уже рухнула на пол в поту и с дрожью по всему телу. Молясь, чтобы не умереть прямо там, я сумела-таки позвать на помощь. Увы, я была посажена в кабину Блэкаута, который сразу включил кондиционер, чтобы мне чуть полегчало. Но когда я более-менее пришла в себя, в ангар вошли наши местные врачи, которые и понесли меня в мою комнату. Единственное, что я знала обо всех, так это то, что всем было ой как плохо. Первым свалился Ларри: сначала неконтролируемые газы, потом тошнота, а потом: «Здрасте, толчок». Блондин, протошнившись, прохрипел, что умирает, и был немедленно отправлен в больничный отсек. Вторым стал Сэм, которого кишечная инфекция настигла во время поцелуя с Карли. Стоило ли говорить, что это спровоцировало и у неё болезнь? Стэн, на удивление, оказался самым крепким из всех нас. Пока что он ограничился беготней к тубзику каждый час. Но у него не было температуры, его не рвало, он спокойно ел и пил. В то время как мы все мучились просто адски. Папа же, после принятия лекарства, просто уснул и проспал очень долго. Не знаю, где он сейчас, но Эппс, зашедший навестить меня, сказал, что он больше спит. Эппс… Мало ему проблем с Ларри, так теперь ещё и это. Более-менее оправившись, народ вернулся к своим делам. И с этого дня все словно сговорились не подпускать полковника к плите. Вот только очухались все, кроме меня. Леннокс про себя, однако, признал, что готовить не умеет и пообещал заказывать еду в хороших ресторанах, если когда-нибудь решит снова всех собрать. Закусив губу, я откупорила пузырёк с лекарством и выпила очередную порцию обезболивающих. Боль утихла, но ненадолго. С трудом превозмогая боль в ноге, я дошла до раковины и умылась прохладной водой, попутно ловя своё отражение в зеркале. Да уж, «красавица», ничего не скажешь. Красное от температуры лицо, синяки под глазами, шрамы по всему телу. Боже, как только Баррикейд меня такую «симпатичную» терпит? Кстати, о Баррикейде. Наши отношения немного изменились в лучшую сторону. По крайней мере, я получила своего напарника и друга обратно. Но теперь по большей части «полицейский» молчал, как я ни пыталась его разговорить. Пару раз он что-то отвечал, но с неохотой. Я решила, что он всё ещё дуется и не стала больше пытаться лезть к нему в Искру. Захочет, сам всё скажет. Ага, мечты имеют свойство сбываться. Десептикон и рассказал. Дождался, пока никого не будет рядом и заблокировал двери, чтобы я не могла сбежать. Предчувствуя головомойку по-кибертронски, я убрала руки с руля и приготовилась к очередной лекции о безответственном поведении. Однако Баррикейд повёл себя иначе. Он поинтересовался, как я себя чувствую, что там с работой. Я и ответила, что с момента выписки больше работаю с техникой, нежели куда-то езжу. Услышав в моём голосе досаду, робот словно воспрянул духом (или как у них это там называется?). Хоть он и проворчал в своей обычной манере, что я поняла на собственной шкуре, почём фунт лиха, и теперь знаю, куда стоило лезть, а куда нет, Баррикейд подразумевал, что теперь я больше времени могу проводить в ангаре. Кстати, моё место на выездах теперь занял Эппс в компании Скорпонока, а я, как и Сэм, прочно поселилась рядом со своими кибертронцами. Нас даже чуть ли не пинками выгоняли из ангаров. Прослышав, что «Легендарная парочка десептикон и человек снова вместе», Скальпель запрыгал от радости и хотел сказать что-то, что знал только он. И тут Баррикейд удивил меня во второй раз. «Полицейский» схватил малютку поперёк туловища и выбросил прочь из ангара. Потом я услышала звук падения, «Ой» Айронхайда и верещание крохотульки, которого автоботский оружейник решил загнать на тренировку вместе с Вилли. Теперь они верещали там вдвоём, но меня больше волновало, зачем десептикон выкинул его. Неужто не хотел, чтобы я услышала то, что мне собирались сказать? Ничего, я когда-нибудь узнаю эту тайну. Толком мне выспаться так и не удалось. Одевшись после холодного душа, я похромала в столовую, где за одним столом уже сидела вся наша отравившаяся компашка. Бледный Стэн и не менее бледный Ларри носили всем особую диетическую еду, так как остальной народ еле сидел. — Ещё один выживший, — простонал папа, уронив голову на стол. — Боже, как же мне плохо. — Нет, я не смогу это съесть, — выдавил Сэм, глядя на нечто, отдалённо напоминавшее овсянку. — Надо, — прошептала Карли. — Надо, а то так и не придём в норму. — Везучая, — произнёс Стэнли, ставя передо мной тарелку с пустым рисом. — Хоть какое-то разнообразие. — Я не виновата, что меня не скрутило, как вас, — а вот это действительно странно. Единственное, что у меня было – температура выше крыши. С желудком всё было о'кей. — Я про то, что тебя не заставляют есть эту гадость, — буркнул Уитвики, съедая ложку каши. — Непереносимость лактозы, надо же. — Все претензии к производителю, — я, набив рот рисом, указала ложкой на папу. Кстати, о папе. Он, как и я, ел рис без ничего. Тоже не может лопать то, что с молоком. Не знаю, кому как, а я всегда радовалась, что мне можно не есть ту фигню, которую в школе и детсаду именовали молочной кухней. Покончив с завтраком, я хотела уйти в ангар, но внезапно очередной приступ боли скрутил меня так, что я чуть не выбила локтем тарелку из рук Лоуренса. Ему крупно повезло, а то бы овсянка мирно стекала с его головы. — Что? Что случилось? — папуля даже про свой живот забыл. — Ногу свело, — простонала я, хватаясь за стол и усаживаясь обратно на табуретку. — Слушай, с тех пор, как тебя ранили, нога всё время болит, — цокнул языком Стэн. — Может быть, медикам покажешься? — Да я не раз была у них. Все говорят, что всё хорошо, яд удалили, нога заживает. — Хреново, видать вылечили, — резюмировал Ларри. — Что это за инопланетная болезнь такая? — Без понятия, я не эксперт в таких делах. — Уитвики? — Полегче, — буркнул Сэм в ответ бывшему однокласснику. — Я не больше твоего знаю. Да уж, «замечательный» завтрак в компании друзей и коллег. Интересно, мы когда-нибудь поживём спокойно? Видимо, никогда. Ладно, пойду посплю, а то нога никак гореть не перестанет. Да и с передвижением что-то не так. Она двигается, словно на шарнирах, и скрипит всё время. Боже, как же это всё надоело!

***

      Баррикейд, получив весточку от автоботского медика, что его подопечной ничего не угрожает, только тогда успокоился и соизволил сложиться в автомобиль. Тренировки он посещал наравне с остальными, но теперь делал всё скорее потому, что должен, а не потому, что раньше он был там не один. С тех пор, как Джиллиан по новой угодила в больничный отсек, десептикон стал иначе смотреть на жизнь. На человеческую, само собой. Проворчав, что белковые так хрупки, что за ними нужен постоянный присмотр, робот подъехал под нужные окна и попытался выйти на связь. Никто не ответил. Разве что Скальпель высунулся и пропищал на кибертронском, что Джилл спит после принятия снотворного. Подавив в себе желание ещё раз выкинуть куда-нибудь этого мелкого, Баррикейд занял свой пост караула. Так, первый пункт выполнен, вроде помирились, питомица снова повеселела и снова сидит в его салоне. Нет, она и раньше там сидела очень часто, но теперь Баррикейд старался следить, чтобы она постоянно была на его окулярах, особенно после истории с липовой фотографией. «Полицейский», выслушав эту комедию, фыркнул от сдерживаемого смеха, представил, каково теперь бедному военному и фыркнул ещё раз. Надо же, белковый додумался назваться его именем. Что ж, пусть теперь и расхлёбывает всю кашу. С другой стороны, это очень даже на манипулятор. Теперь, когда внимание того Лоуренса, который так не нравился Баррикейду, переключилось на Эппса, внимание робота сосредоточилось на Скальпеле, который чуть не разболтал всей округе о его правдивом отношении к Джиллиан. Та удивилась, с чего он выкинул малявку, но как бы она поступила, вздумай тот разболтать секрет? Хорошо, что рядом других десептиконов не было, а то бы уже все и всё знали. И обсуждали на каждом углу. Так, а это ещё кто? И какого лешего он тут делает? Когда Лоуренс появился в поле зрения «полицейского», тот замер, наблюдая, что человек будет делать дальше. А дальше… дальше десептикон чуть не засмеялся. И не просто засмеялся, а конкретно не заржал. Наглый блондин додумался карабкаться по автомобилю вверх, чтобы потом залезть в комнату через окно. Недолго думая, Баррикейд решил проучить беспардонного Ларри. Он не знал, переборщил ли, но на следующий же день, когда Джилл спустилась за едой, блондин набросился на неё с упреками, что её тачка снова откидывает фортели. Мисс Гордон выслушала гневные вопли по поводу того, как её машина сначала скинула Лоуренса на песок, а потом протолкала его под задницу до входа в здание, а потом засмеялась во всё горло. Сэм хохотал вместе с ней, но потом убежал в коридор, откуда слушал дальнейший разговор. Баррикейда Уитвики пока что не замечал. — Ты… это вообще как называется? — кипел Ларри, разве что не пуская пар из ушей. — В ремонт слабо отдать этот хлам на колёсах? Да чего ты смеёшься в голос?! Глядя на хохочущую до слёз девушку, вспомнив реакцию убегающего и скрючившегося от смеха в букву «зю» Сэма, Лоуренс начал медленно соображать. Внезапно его морщины разгладились, и он снова уставился на бывшую одноклассницу. Только теперь уже со страхом и непониманием. — Кажется, теперь я догоняю, на чём ты ездила. Нефиговая такая «машинка», — программист изобразил пальцами кавычки. — И долго такой робот с тобой? Хотя можешь не отвечать, я догадываюсь. Ты лучше скажи, зачем он всех бил? — А ты не помнишь, как вы ко мне относились? — изогнула девушка бровь. — Зато стоило мне появиться рядом с важными людьми, как вы дружно изменили своё мнение. — Да все в шоке были, когда тебя по телику увидели! — Вот и я про то же, — хмуро сказала Джилл. — Вас привлекает лишь яркая обёртка. Так что мой охранник всё сделал тогда правильно. — Охранник, — съязвил Лоуренс. — Надо же, какие у тебя тогда были друзья. Теперь хоть понятно, чего ты от нас отстранилась. — Скажи спасибо, что он тебя не задушил. Круглые глаза Ларри будто спрашивали: «А что, реально может?» — Кто он хоть есть? Автобот или десептикон? — А тебе-то что? На самом деле Лоуренс надеялся узнать личность спутника Джиллиан и уже у того выведать всё про её личную жизнь. Вслух, конечно же, блондин не стал этого говорить. — Так кто? — Я тебе всё равно этого не скажу. — Послушай, Джилл, — серьёзно начал Лоуренс. — Ты всё время находишься рядом с этими… этими существами или работаешь. Ну нельзя же так себя запускать. Давай лучше просто сходим куда-нибудь? Глядишь, отношения с твоим бешеным приятелем наладим. Если бы мимо не проходил Леннокс, Джилл давно бы стукнула нахала фирменным ударом и оставила лежать там же, где треснула. Девушка понизила голос, чтобы полковник не мог её слышать. — Что тебе за дело до моего авто? Сначала ты считаешь меня чокнутой, смеёшься со всем классом, а потом, когда меня показывают по телевидению, ты вдруг находишь меня красивой. А знаешь, что? Ты эгоист, Ларри. И всегда был таким. Каких ты себе девчонок выбирал? Правильно, как с обложек гламурных журналов, так как на других ты попросту не смотрел, считая их отбросом из-за «не такой» внешности. И ты ещё смеешь мне что-то предлагать? И держись подальше от моего отца! Ещё одно такое поползновение, и тебя Рэтчет по частям собирать будет! Закончив тираду, мисс Гордон повернулась к блондину спиной и гордо прошествовала к столику Эппса, где тот в одиночестве уминал бутерброд с колбасой. Благо он понял, с чего девушка к нему подсела, поскольку положил ей руку сначала на плечо, а потом на талию. Кипящий от злости Лоуренс быстрым шагом вышел и направился искать Стэнли. Полицейское авто он также, как и Сэм, не заметил. — Чего ты ржёшь, Уитвики? — рыкнул Ларри. — Но это и правда смешно, — пролепетал Сэм, жалея, что подруга не стукнула этого дебила. — Лучше бы помог, а не строил из себя крутого! — Приезжал бы и воевал вместе с нами, — пожал плечами Уитвики. — Глядишь, сам бы крутым стал. Джилл ведь не меньше других солдат делала. А что касаемо её автомобиля… Бамблби, покажись! — Нет, вы все здесь ненормальные! — закричал Лоуренс, глядя, как «Камаро» Сэма превращается в жёлтого автобота, который сразу включил песенку издевательского характера. — Что ты, что она! Вы все сумасшедшие! И убежал, дав себе обещание держаться от ангаров подальше. Теперь, когда он точно узнал, что в них находится, Ларри пообещал себе отомстить так опустившей его до плинтуса девушке. Главное, дождаться, пока рядом с ней не будет ни её бойфренда, ни бешеного робота, который запросто может прихлопнуть любого. И вот тогда Гордон пожалеет, что отказала. От симпатии к ней не осталось и следа. Самолюбие некогда первого красавчика было сильно задето, и он был полон решимости положить конец удаче Джиллиан Гордон. Ничего, она ещё как будет с ним, когда её выпрут с работы! Главное, получше подмазаться к её папочке. — И что за представление ты здесь устроил? — десептикон подал голос только тогда, когда Бамблби уехал. — Ёлки зелёные! — подпрыгнул Сэм. — Хоть бы покашлял! — Я, в отличие от тебя, Сэм Уитвики, давно наблюдаю за этим белковым существом, — прорычал Баррикейд. — Какой прогресс, меня назвали по имени, — съехидничал парень. — Хочешь, чтобы тебя постигла судьба нашего маленького знакомого? Тогда иди сюда, — вкрадчиво сказал робот, открывая пассажирскую дверь. Сэмюэл задумался, а стоит ли садиться в салон десептикона, который его немного недолюбливает? Ну как недолюбливает, их общение больше всего сводилось к обмену едкими репликами, после чего каждый шёл в свой угол. Но не такой же «полицейский» дурак, чтобы что-то плохое сделать! Сэм решил рискнуть и сел-таки. Автомобиль привёз своего пассажира туда же, где подобрал Джилл, когда та лишилась своей палки. Парень занервничал, но понял, что десептикон хочет всего лишь поговорить наедине. Иначе с чего бы ему ехать туда, где никто из соратников его не достанет? — Баррикейд, я чего-то не понимаю, чего ты хочешь, — начал гнуть своё Сэм. — Давно это существо отирается вокруг Джиллиан? — прошипело радио. — Ещё с того момента, когда он на базу заявился. Услышав ответ невольного спутника, Баррикейд рыкнул. Уж он-то точно знал, что Лоуренс начал подкатывать и строить планы намного раньше. — Как там у вас, продвигается? — вдруг спросил Уитвики и тут же мысленно прикусил себе язык, когда понял, ЧТО он сказал. — Что ты сказал? — прорычал десептикон. — Я спросил… — Я тебя услышал! Что ты… — Да это все знают, — пискнул Сэм и закрыл глаза в ожидании взбучки. Которой, однако, не последовало. — Что ты сказал, Сэм Уитвики? Все всё знают? И откуда же? — тон снова сменился на вкрадчивый, который нагонял на парня больше всего страха. — Ещё с Иордании. — Сэм, понимая, что из него всё будут вытягивать под прицелом пушек, в момент сдал всех заговорщиков. Кто чем занимался, как они делили роли. Рассказал обо всём. Конечно, как тут смолчать, когда тебя одним движением шею свернуть могут? Сэмюэл Джеймс Уитвики мысленно застрелился из-за того, что теперь робот знает всё то, что ему знать не полагалось. Баррикейд же пообещал себе придушить Скорпонока, который, как он был уверен, наверняка был генератором всех идей. Затем настанет черёд Броула, которому «полицейский» окончательно отломает пушку. Потом на очереди Блэкаут – теперь понятно, почему Уитвики прятался именно в его кабине, заговоры на пару строили. А потом ярость перекинется на автоботов. Нашлись помощнички! И самое интересное… — Хочешь сказать, мальчишка, все всё знают, но молчат? — Никто в оптику получить не хочет, — пропищал Сэм. — С тобой только в разведку и ходить, — фыркнул Баррикейд. — Ты знаешь, что болтун – находка для шпиона? — А зачем ты на меня оружие наставил? — защищался Сэм. Мда, вот и поговорили…