Кто ты?

      Ночь создана для размышлений, беспокойств и сожаления. Но утром под теплым душем или за чашечкой бодрящего ароматного кофе в голове все проясняется. Порой мне кажется, что мужчины созданы для того, чтобы мучить женщин. Вот так живешь себе преспокойно пока не появляется тот, кто рушит твой мир, причем рушит его не сознательно, а так из любопытства, вынув всего один кирпичик, где-то у самого основания. – Слушай, Лиз ты какая-то странная после вчерашней вечеринки – потягиваясь зевает Сью, заходя на кухню. – Да. Что? – очнувшись смотрю я на подругу. – Ну я же говорю, – смеется она. – Сначала этот блеск в глазах и глупая улыбка, а теперь задумчивая. Признавайся, что вчера было? – Ничего, – улыбаюсь я, но ее не проведешь. – Хорошо, – мерно выдыхаю я, закатив глаза. – Вчера меня проводил до дома один очень милый, молодой человек.       Ага, милый. Укоризненно цокает мой внутренний голос. Еще месяц назад ты готова была собственноручно придушить его. – Кто он? Я его знаю? Это кто-то с вечеринки? – с любопытством затараторила она, усаживаясь напротив. – Это тайна, – придвинувшись шепчу я ей на ухо, и она стряпает обиженную мордашку. – Вот вечно ты так, – укоризненно отвечает она. – Но я все равно узнаю кто этот незнакомец. – грозит мне пальцем, прищурив глаза. – Эй, Шерлок, ты на работу не опоздаешь? – киваю я. – Чёрт! – вскрикивает она, глядя на часы и бежит одеваться. – А ты? – доносится ее голос откуда-то из ванной. – Я сегодня не пойду на работу. – Эй, ты что, заболела? – она внимательно смотрит на меня выглядывая из-за косяка. – Нет, – смеюсь я. – Просто срок моего контракта закончился. – Жаль.       Я провожаю подругу и решаю немного прогуляться. Сегодня чудесное утро и у меня впервые за долгое время хорошее настроение.       Иду спокойным медленным шагом; может быть, причина тому – ноющие после вчерашнего вечера ноги или дело в том, что трудно не заразиться спокойствием раннего утра. Из стоящего неподалеку кафе в воздухе разносится запах горячей выпечки и капучино. Птицы заливаются трелями, а солнышко приятно пригревает, рисуя сквозь листву резные узоры теней. Едва заметно улыбаясь раз за разом прокручиваю в голове вчерашний вечер.       Я не горю желанием вновь встретиться с Томасом, не знаю, что ему сказать, и самое главное – чего ждать от него. Но то что произошло вчера сдвинуло естественный ход моей размеренной жизни.       Меня радует, что мы не обменивались номерами телефонов, так что он не сможет найти меня. А у меня не возникнет соблазна отправить ему сообщение. Почему-то это успокаивает меня. Вчера все было прекрасно, всепоглощающе, не могу отрицать, это было бы лицемерием. Но все произошло так быстро и неожиданно, что я до сих пор не могу в это поверить.

***

– Если ты ищешь Сью, то я видел, как она уходила с Филом, – предупреждает он меня, догнав у самого выхода. – И не думаю, что она вернется, – добавляет он с довольным видом. – Она что, оставила меня здесь одну? – наигранно с досадой произношу я. – Ты не одна, а со мной, – поправляет он, нахмурившись.       Если это было сказано, чтобы успокоить, то прием не сработал. Одна часть меня польщена его интересом, а другая напугана до смерти и норовит сбежать сию же минуту. – Уже уходишь? – выдыхает он расстроено. – На самом деле уже довольно поздно, – замечаю с нервной улыбкой. – Мне пора. Да и вся эта суета не по мне. – Позволь проводить тебя. – Не стоит, у тебя, наверное, здесь еще много дел. – Обойдутся и без меня!       Он закрывает вопрос решительным жестом руки. – И потом, мне просто нужно пройтись.       В его глазах загорается удовлетворение хищника, сжимающего жертву в зубах.       Ну вот я попалась и мне не отвертеться. Киваю, и мы скрываемся в тени улицы.       Я задаю ритм движения и направление, а Томас сопровождает меня без тени сомнения, как будто ему больше нечем заняться. Большую часть пути мы проходим в молчании, по широкой аллее и запутанным улочкам, и, несмотря на темноту, двигаюсь по ним с ловкостью кошки. Ужасно болят ноги, но я стараюсь не показывать этого, изо всех сил изображая уверенный шаг.       Улица пуста, а мои ступни ужасно болят. Наконец, не выдержав без тени стеснения падаю на лавочку и снимаю эти орудия пыток.       Я и сделать ничего не успела как в одно мгновение оказалась на руках у Тома. В какой-то момент осознаю, что он ужасно милый и заботливый, и совсем не остолоп каким его считала прежде.       Близость этого мужчины, его манера разговаривать, его прикосновения и опьяняющий запах – сейчас все в нем заставляет меня нервничать. Мы подходим к дому, и я уже готовлюсь к моменту прощания. Он попытается меня поцеловать? Я и представить не могу что было бы если бы Сью не позвонила мне тогда. Когда он поставил меня на землю, его глаза не отрываясь смотрели на меня темным, пронизывающим взглядом, в котором читалось нечто хищное. Но стоило зазвенеть мобильнику, как он, вежливо улыбнувшись, отходит от меня. Не знаю, что на меня нашло чудесный тихий вечер или это вино ударило в голову. Всего мгновение и решаю для себя произнести его имя. – Ну пока, Том. – несмело произношу я и чувствую его горячие, опьяняющие губы на своих.       А потом он уходит. Взбегаю по лестнице. Врываюсь в квартиру, сбрасываю с себя платье и швыряю его на пол. Надеваю первую попавшуюся футболку и заваливаюсь в кровать, даже не смыв макияж. Когда приходит Сью, я глупо улыбаясь, лежу уставившись в потолок, в то время как мысли лихорадочно путаются в голове.

***

      Подхожу к перекрестку, образ Тома вновь проносится в моей голове и, вдруг, к реальности меня возвращает резкий удар. И вот я сижу на асфальте с огромной ссадиной на коленке, а остолоп сбивший меня, вынув из ушей наушники и извиняясь, пытается поднять меня на ноги. – Простите ради бога, я вас не заметил и…       Клянусь я готова убить его одним взглядом, не обращая внимания на дикую боль в колене. Постой! Прищурившись кричит мой внутренний голос. Это же он! Этого не может быть! Отвечаю я сама себе и снимаю солнцезащитные очки, чувствую, как саднит локоть. Незнакомец-убийца тут же замолкает. Я почти вижу, за темным непроницаемым стеклом, как округлились его глаза. – Тебя что, не учили смотреть по сторонам? – шиплю я пытаясь согнуть и разогнуть ушибленное колено. – Прости, засмотрелся на автомобиль, чуть не переехавший меня. – Я рада, что у тебя все обошлось! – процедила я и сделав шаг, почувствовала адскую боль. Ну что ж, теперь придется ковылять домой как старая хромая кляча. – Постой! Ты куда собралась? – Домой! – отмахиваюсь я, а потом добавляю. – А ты стой на месте. Вернусь с ружьем и лопатой, пристрелю тебя по-тихому, и закопаю в кустиках мест ной аллейки! – бурчу я.       И как вы думаете, что он делает. Заливисто смеется. – Ты такая забавная, когда злишься! – переводит он дыхание, но все еще улыбается. – Рада, что еще и насмешила. – оборачиваюсь я, и вижу, как выражение его лица сменяется диким ужасом. За доли секунды он оказывается рядом, хватает меня, и машина проносится в считанных сантиметрах от нас. – Сначала научись переходить дорогу, – отчитывает он меня. – Пусти! – отпихиваюсь я, едва держась на ногах. – Я не могу отпустить тебя одну в таком состоянии. – беря меня под руку настаивает он. – Да в нормальном я состоянии. – Могу отвезти тебя в больницу, если хочешь. – Да какая к черту больница, – возмущаюсь я, а потом прищурившись спрашиваю. – В психушку хочешь меня сдать, да? – Ну хочешь подай на меня в суд. – улыбается он и разводит руками. – Ты знаешь, а это неплохая идея. – указывая на него пальцем отвечаю я. – А еще я думаю тебе стоит присесть, – добавляет он. – Ты чертовски прав, – простонала я, прихрамывая.       Мы устроились в летней кафешке неподалеку. – Выпьешь чего-нибудь? – Чай. – ответила я и тут же добавила. – Зеленый и без сахара. – Чего-нибудь к чаю?       Я отрицательно качаю головой.       Пока ждали официантку я собрала разметавшиеся волосы и заметила несколько кровавых пятен на подоле цветастого сарафана. Да уж не думала я что утро подкинет мне такой сюрприз. А как все чудесно начиналось… – И почему тебе обязательно все время надо быть такой стервой? – внезапно выдает он от чего я на мгновение теряю дар речи. – Это же очевидно, просто, ты заставляешь меня проявлять лучшие стороны моей натуры, – усмехнувшись, подыгрываю я. – Впервые встречаю девушку, которая так яростно отталкивает от себя любого рода общение. – Может я просто в нем не нуждаюсь. – У тебя уже кто-то есть, ты это мне хотела сказать, правда? – Его прямолинейность и откровенность заставляют меня подавиться чаем, и я едва не выплескиваю его обратно в чашку. – Нет, это не совсем то, – откашлявшись, горько улыбаюсь я. – Ну так в чем тогда дело? – подбадривает Том. – Это все жизнь, Том. Бывает, поверил человеку, а через некоторое время понимаешь, что все, что он говорил и делал было враньем. Обожжёшься один раз, второй. А после начинаешь относится ко всему с большей осторожностью. – Да что-то я разоткровенничалась. – Куда же делся мистер Хиддлстон! – вскидывает он брови в приятном удивлении. – Ну тебе лучше знать, где сейчас твой отец. – отвечаю я, делая очередной глоток чая и не могу не удержаться чтобы не съязвить. – Но если тебе привычнее, то могу вернуться… – Нет-нет перебивает он меня. – вскидывая ладони – Ну так кто же этот подлец? – Тебе не все ли равно? –бурчу я и неприятные воспоминания проносятся картинками в голове. – И с чего вдруг такой не здоровый интерес? – А если я скажу, что ты мне нравишься.       Эта фраза ввела меня в ступор. На моем лице сменилось несколько выражений: смущение, раздражение, а затем грусть. – Э-эй ты меня слышишь? – чуть громче произнес он. – Да. – выдыхаю я, и решаю прекратить этот диалог и наше дальнейшее общение. – Я бы ответила тебе, что это большая ошибка. И мне действительно уже пора. – Постой. Я провожу тебя. – вскакивает он, но я останавливаю его жестом. – Нет. Разбитого колена и локтя мне хватило. Я поймаю такси.