Граница Раздела

      – Вы пришли один?       – Захотелось обсудить один вопрос исключительно наедине. Надеюсь, вы не возражаете?       – Свидетели нужны лишь для комфорта второй стороны, – с неким раздражением отозвался Ферсм. – Но если вам спокойно и так.       Тут же его переклинило и он заговорил совсем по-другому.       – Мы ценим ваше доверие и не подведём его.       – Спасибо.       Пользуясь случаем, я ещё раз оглядел их. У нас уже прошло первое совещание, где мы успели вдоволь пообщаться, – но всё-таки это Комиссия? Хотелось полюбоваться ими ещё немного.       Конечно, в целом ситуация напоминала встречу с нашим Советом. Отдельный зал, где величественно расположились все важные лица.. Помнится, когда меня в своё время притащили у Совету, такого рода слова у меня в голове звучали очень язвительно? Сейчас ничего подобного не было и близко. Ну, надо понимать, в каком положении я был тогда, и в каком сейчас. И кто передо мной был тогда, и кто – сейчас.       Пятнадцать человек, cейчас уже, возможно, единственных во всём мире, кто застал прежний мир. Во время бедствия они не сбежали в безопасное место, а помогали людям пережить настоящий кошмар. И с тех самых пор, они, всё тем же составом сидят здесь. Как ими можно не восхищаться, чёрт возьми?       – Не буду откладывать этот вопрос, – но всё же я пришёл не за этим. – И спрошу прямо. Есть ли у вас способ сделать меня бессмертным.       Комиссия молча уставилась на меня. Надо сказать, когда такое количество людей молча тебя изучает, и при этом не произносит ни слова, становится слегка не по себе. Мне ли говорить о таком, не я ли выступал перед большим количеством лиц? Но сейчас и ситуация была другой. Они же ещё и могут переговариваться между собой незаметно для меня.       – Зачем вам это? – наконец спросила Фосилия.       – Я восхищён вами. Комиссия считается воплощением стабильности. Как вы взяли власть в руки две тысячи лет назад, так вы её и сохранили. При этом сохранив и внутренний состав. Ни одно лицо от вас не ушло, и никто новый к вам не присоединился. Потрясающая слаженность..       – Это многого нам стоило, Розкоза, – процедила Фосилия. – И это большой труд. Спасибо, конечно..       – Да, я понимаю.. Но я говорю ещё и про ту стабильность, которую вы даёте вашим людям. Они могут жить спокойно, зная, что завтра для них в сущности ничего не изменится. Потому что у их власти стоят, и будут стоять, одни и те же лица.       – Вот, в чём дело? – женщина криво усмехнулась. – Вы хотите убедиться..?       – Вы не понимаете, что я чувствую. Как я могу спокойно жить, зная, что моя жизнь может оборваться в любой момент? Любые мои начинания могут быть загублены. Я ведь не могу ручаться, что мой преемник продолжит моё дело..       – Вам бы следовало научиться разбираться в людях и поработать со своей паранойей и манией контроля..       Я почти сорвался на разочарованный вздох. Неужели и правда не понимают..? Разбираться в людях, ага, как же.. Как раз потому, что я разбираюсь, я сейчас здесь с такими просьбами.       – Но мы понимаем, разумеется, – вдруг продолжила Фосилия. – Тяжело стараться, когда гложет понимание, что всё может быть зря.       – Да, – выдохнул я. – Я не хочу, чтобы мои старания прошли впустую. Чтобы кто-то другой пришёл на моё место и всё испортил. Первые люди оставили нам инструкции о том, что делать, когда мы выйдем из Купола.       – Надо же, – удивлённо протянула Фосилия. – И что же там было? Это по ним вы напали на нас?       – Нет. В этих инструкциях не было и слова о войне. Помочь, собрать, объединиться. Оценить их состояние, конечно.. Но да, ни слова о нападении. Что сделали мы, и почему? Нас было некому проконтролировать. Но я обеспечу порядок. Вместе с вами.. Мы уже сделали многое. Осталось лишь сохранить это и сделать так, чтобы это длилось.. Хотелось бы верить, что вечно.       По взглядам людей и без того было понятно, что во мне видят наивного дурачка, и я не хотел зарывать себя ещё глубже словами про благую вечность. Но если это правда моя цель и моя мечта? Это достойно порицания?       – Со своей стороны вы можете гарантировать эту вечность. Я бы хотел гарантировать её и с нашей. Я боюсь не смерти. Я боюсь, что после меня не найдётся достойного человека. Который будет понимать весь ужас войны и конфликтов. Если и в Нерепаре, и под Куполом будет одна и та же, постоянная власть.. Этот мир будет в безопасности.       После этого я замолчал. Повторять десять раз одно и то же не было смысла – я был уверен, меня отлично поняли и так. Теперь нужно дать им время подумать и решить. Захотят они со мной работать, или нет. Но это ведь нужно и им же? Уж куда проще работать с одним мной, чем постоянно узнавать новых Ордо Соларов, каждый раз мириться с новыми проблемами с головой.. Ну же, Ферсм, Фосилия, кто у вас здесь главный. Не расстраивайте меня..       – Яхонт, – Фосилия оглянулась влево, на мужчину, который всё это время задумчиво потирал лицо рукой. И хотя лицо у него было живым, – так Тёмные называли кожу, похожую на мягкую, обычную для нас, – его рука была кристальной. И если обычно такие вещи у Тёмных выглядели как кристаллы – хотя бы были прозрачными, – то у этого мужчины рука была непроглядной. Ещё и покрыта какими-то разводами..? Ну, вроде как, это называлось "малахит". Выглядело красиво, конечно. Ну и, наверное, только поэтому Яхонт эту руку на виду и держал. Вместе с длинными когтями смотрелось ещё эфектнее.       – Есть идеи, как помочь мальчику?       – Я не уверен, смогу ли. Консервация до сих пор позволяла сохранять тело, но само существо при этом погружалось в кому. Вряд ли это то, чего вы хотите..       – И нет никакой возможности сохранить моё тело, но оставить меня в сознании?       – Я бы попробовал..       – Может, сперва проверим на каком-нибудь животном? – вмешалась Фосилия. – Нельзя подвергать такого человека риску.       – Конечно. Розкоза, вы ведь ещё надолго здесь. У меня будет время провести эксперимент.       – Да хоть десять. Но пожалуйста, сделайте, о чём я прошу вас.       Фосилия медленно моргнула, так выражая согласие.       – Хорошо, Роскоза. Всё ради мира.