я не верю в Бога

— Милый, ты когда домой? — обречённый выдох вырывается прежде, чем Арсений успевает что-либо подумать, Алёна на том конце провода обиженно замолкает. — Не знаю, как получится, — Арсений устало потирает переносицу, отмечая про себя, что дело медленно, но верно идёт к разводу. Конечно, Алёне не айс практически в одиночку воспитывать дочь, пока папа в разъездах. А приезжая домой Попов настолько устает, что сразу жe заваливается нормально поспать в родной постели, практически откупаясь зарплатой. Арсений устал и ему скучно. Арсению кажется, что он ещё не повзрослел. Ему не верится, что тридцатник уже за спиной, и работа есть, а не временный заработок и семья, и даже ребёнок. Арс чувствует себя не меньше, чем на девятнадцать, когда в крови бурлит максимализм, а в голове шутки из разряда КВН. Если хреново мне, пусть будет хреново всем. Подписывается на обновления Ирины в "Инстаграмм", отмечая про себя сложность плана, и прикидывает, где она сейчас может быть. Раз Шаст в курилке, значит Ира в гримёрке. Арифметика "Импровизации". Она и правда была там, грёбанная моралистка. Красила глаза, стоя перед зеркалом и не замечая его. Арсений опёрся о дверной косяк, с ухмылкой рассматривая девушку. А приз не так уж и плох. Но удивление Шаста — это джекпот! Арсению уже нетерпелось увидеть его реакцию, тем более действия Антона предугадать было невозможно. Это делало его маленькую игру в три раза интереснее. Но Арсений не мог отрицать, какой же потрясающей силой воли обладала эта девушка. Помнится, он как-то наткнулся на её фотографию до проекта, но после… Потрясающе. Плавные изгибы женственного тела, густые тёмные волосы, большие зелёные глаза. Она была очень красива. — Могу я узнать результаты осмотра? — Ира стояла, опёршись о столешницу, и пристально вглядывалась в его лицо через зеркало. Странно, обычно она была с ним преувеличенно милой. Что, блять, не так? — Да нет, — он улыбнулся, небрежной походкой направляясь к ней, — просто зашёл поздороваться и не решился прервать тебя. — Поздороваться? Кажется, мы здоровались сегодня… Да? Странно, он бы запомнил. — Да, и твоё приветствие показалось мне весьма холодным. Вот бы узнать причину. Господи-боже, не зря импровизатор. Единственный плюс в работе — его практически невозможно вогнать в состояние ступора. — Разве? Наверное, тебе показалось, — легко пожимает плечами, складывая косметику в сумочку. Женщины, блять. Как они любят всё усложнять. У мужиков всё проще — они узнают напрямую. Бабы же — тайная армия подтекстов, их невозможно понять. — Ир, ну ты чего? Из-за нас с Шастом? Это же всё шутки, да и только. — Шутки? Мне просто не нравится, что мой парень проводит больше времени с тобой, чем со мной, вот и всё… Какие охуенные у Попова шутки. Серьёзно, Ире начало казаться, что она встречается с первой фанаткой Попова на районе. Антон не упоминал его разве что в постели. «Арсюха купил, Арсюха шутканул, Арсюха то, Арсюха сё…» Если бы она могла коллекционировать истории Антона об Арсении, как Шаст собирает браслеты и кольца, она бы могла основать целую империю. В голове, как назло, всплыло: — Ангел, я пошутил. — А у меня целая империя! Пиздец. К чeрту такое, Арсений Попов явно портит ей жизнь. — Ой, Ирин, да не загоняйся ты по этому поводу! Пошли, может, кофе выпьем и зароем этот наиглупейший топор войны? — Арсений выдавил из себя самую очаровательную улыбку, на которую только был способен, ожидая ответной реакции. — Топор войны может быть тупым? — на полном серьёзе ответила Ира, отмечая про себя, что пора писать книгу «как послать нахуй, не посылая». Она бы имела успех. Первый экземпляр она подарила бы Шасту. Потому что с Поповым только так. Он засмеялся. Резко, зло. — Наверное, бывают. Ну так что? — он выжидающе посмотрел на Иру. А она готова была продать душу любому богу, чтобы больше никогда не смотреть в эти глаза.