Пособие по выживанию в магическом мире (рабочее)

Понятное дело, что долго всё хорошо быть не могло по закону подлости. Увлекшись единообразием будней, я как-то пропустила тот момент, когда… – А кому ты подаришь валентинку? – да. Наступил он. День Святого Валентина, когда из всех нор выползают романтично настроенные особи и осаждают других особей в тщетной надежде получить что-то в ответ. Что-то типа признания в любви и «жили они долго и счастливо». Глупые личинки магов. Это я так про маленьких волшебников, если что. Точнее, про волшебниц, у мальчишек попроще, нет ажиотажа и предвкушения. – И ты, Брут? – простонала я, еле удержавшись от того, чтобы побиться лбом о библиотечный стол. Мы с Шарлоттой сидели и готовились к новому дню, как подошла Оливия, в последнее время (после того, как двенадцатого февраля я поздравила её с днем рождения и напомнила о её существовании остальным) ставшая более дружелюбно-снисходительной по отношению ко мне. – Что? Я же девочка, – обиделась эта особь, не далее как вчера отправившая нахамившего ей мальчика в Больничное Крыло с несколькими переломами. Открытыми, между прочим. – Это не повод впадать в состояние пускания слюней на любой субъект противоположного пола, – Шарлотта, оторвавшись от чтения какого-то жуткого трактата по трансфигурации (для меня, если честно, они все одинаково жуткие, а ей интересно), с удивлением посмотрела на нас. – А давно ты здесь стоишь? – поприветствовала она Оливию, задумчиво уставившись на её руки, в которых находилось ядовито-красное сердечко. – Это тебе или от тебя? – Мне. Оливер подарил, мы с ним иногда общаемся, – Оливия села к нам за стол и спрятала жуткое порождение чужой фантазии (безумно банальной, к слову) в сумку, достав взамен этого учебник по зельям. – Мне пришлось дарить Эйвери, традиции, – скривилась Шарли. Несмотря на то, что она уже более-менее смирилась со своим женихом, сам факт того, что её чем-то неволят, вызывал у моей подруги приступы бешенства (достойного Блэков, к слову). – А ты, Лили? – и вот уже два любопытных взгляда сверлят мою скромную персону. – Даже не собиралась, – равнодушно бросаю в пространство. Чувствую коварный замысел, видя, как девочки переглянулись между собой и кивнули друг другу. – Что? – У нас к тебе предложение, – ласково протянула Шарли, заметив, как я занервничала. – Давай поспорим, что если ты подаришь к концу дня хотя бы пять валентинок, то мы тебе будем что-нибудь должны. – А если среди этих пяти случайно затеряется Поттер, то я дам тебе скопировать один интересный трактат. Помнишь, ты его видела на прошлой Травологии, – и я действительно вспомнила тот любопытный учебник. Это было ограниченное издание, которое мне дали полистать. Древние руны, написанные интересным и понятным языком… Соблазнительно, чего уж тут. – У меня же нет валентинок, – жалобно, признавая своё поражение. Умеют соблазнить, настоящие коварные женщины, пусть пока и маленькие, неопытные. – Я тебе одолжу, мне мама прислала, – радостно отвергла мою попытку сбежать Шарли, вываливая на мои конспекты целую горку радостных зайчиков-котиков-кроликов. Такие валентинки были довольно приятными, поэтому я даже заинтересовалась, отбирая пять наиболее нейтральных. – Мы пойдем с тобой, а то ещё отдашь одному человеку пять сразу или вообще не подойдешь к мальчикам. Да-да, Лили, дарить только мальчикам, а то знаю я тебя, найдешь ту же Лиззи и одаришь, – возмущалась Шарлотта. В итоге мы вышли из библиотеки втроем и направились на поиски жерт…приключений. Первое приключение встретило нас прямо на лестнице: неизменный дуэт Эйвери-Снейп был довольно ловко отловлен. – Какое счастье, что вы существуете, – начала я вдохновленно, пока не получила тычок локтем в бок от милой Шарлотты. – В общем, меня заставили, так что ловите. Это признание моей дружеской симпатии к вашим личностям, не более того. И в них полетели две валентинки. Тому достался забавный лягушонок, а Северусу пришлось довольствоваться кроликом. Все вопросы о том, почему именно эти звери, я мужественно игнорировала, а после и вовсе сбежала с Оливией и Шарлоттой подальше, а то эти двое распугают мне всех самцов, а у меня целых три валентинки не подарено. Жертвой номер три стал Феликс, который поумилялся зайцу-валентинке и на радостях так затискал меня, что спасать девочкам пришлось уже мою тушку, ибо Феликс был силен и удивительно слаб к милым вещам и людям (а младшие курсы, по его мнению, были сосредоточением милоты). Жертвой под номером четыре стал Поттер, которому достался кот. Ошалевший Поттер даже и не понял, когда я успела сбежать, вот только бежала я недолго, в итоге врезавшись в слизеринского старосту-семикурсника. Естественно, это оказался Малфой, сумевший поймать меня за миг до того, как я выбила бы из этого «белобрысого павлина» (цитата Нарциссы Блэк, между прочим) весь дух. – И куда так торопится столь очаровательная юная леди? – его бархатный голос буквально обволакивал, гипнотизировал, но поразило меня не это. Над Малфоем не было дымки проклятья. Значит ли это, что Нарцисса изменяет своему жениху? – Простите, – я вспомнила много развратных вещей, чтобы покраснеть. Люди относятся снисходительно к миленьким стеснительным первокурсницам, проверено! – Просто у меня важная миссия, и я боялась, что не успею до ужина. А теперь очаровательно улыбнись, Лили. Очаровательно, а не кровожадно. Кажется, мимические мышцы нужно ещё долго разрабатывать и тренировать для правильной улыбки, поскольку сейчас мне многие говорят, что я не улыбаюсь (а я улыбаюсь, просто им почему-то не видно!). – И что же за важная миссия побудила вас нарушать правила? – в голове пустота. Опасный голос. И я, кажется, из тех, кто любит ушами. Неожиданная информация. – У меня осталась валентинка, но мне некому было её дарить. Не примите ли Вы её в качестве извинений за доставленные неудобства? – первый красавец школы завис, а я не выдержала и начала хихикать. Нервно. – Пожалуй, я заинтригован, – Малфой улыбнулся немного снисходительно. – Буду признателен, если маленькая очаровательная мисс удостоит меня чести принять её валентинку. Где-то послышался жалобный скулеж. А, да, у нашей сцены же тайные свидетели. И я под торжественную тишину протянула Малфою валентинку в виде змея. Кажется, слизеринскому старосте даже понравилось, по крайней мере мне на прощанье облобызали ручку и сообщили, что были рады познакомиться с такой очаровательной леди (хотя имени у меня так и не спросили, да). В итоге ужинали мы в торжественной тишине, Шарлотта и Оливия выглядели немного пришибленными, и я не стала злорадствовать, понимая, что сделала то, о чем, возможно, мечтали многие другие. Подошла и поболтала с Малфоем. Заодно убедилась в том, что он не мой враг из «таинственной» троицы заговорщиков. – Я тебе поражаюсь, Лили, – призналась Шарли вдруг, когда мы вчетвером (я, Лиззи, Оливия и Шарлотта) в моей комнате устроили чаепитие. – Я тоже себе иногда поражаюсь. Но у меня была валентинка и особь противоположного пола передо мной, так что я просто совместила, – хихикнула я. – О чем вы? – поинтересовалась Лиззи. Ей кратко рассказали. Потом поделились, как я вылавливала парней и вручала им валентинки. История с Малфоем была самой подробной. – Она в него чуть не врезалась, а потом, мило улыбаясь, предложила в качестве компенсации валентинку. Это же гениально! – сокрушалась Оливия. – Всё гениальное просто, – вдруг сказала Шарли. – Все девицы хороводы вокруг Малфоя водят, а наша Лили мимоходом вручает не нужный ей кусок бумаги главному красавчику школы. – Это логично. Они придают слишком много значения его личности. Нашей Лили на романтику плевать, её только знания и интересуют. Вот потом она очнется, но будет поздно, – хмыкнула Оливия. – Почему это поздно? – возмутилась я. – И всё со мной нормально, просто эта глупая романтика мешает людям жить, застилает глаза ненужной шелухой. – Потому что, когда ты созреешь для романтики, либо всех парней разберут, либо ты уже станешь настолько старой девой… В общем, уже не понадобится никто, – хихикнула Лиззи. – Злые вы, уйду я от вас… – Из собственной комнаты? – Да, верно. Значит, уйдете вы. Было весело, а в нашем трио, похоже, появился четвертый, пока ещё робкий голосок. Меня больше волновал неизвестный недоброжелатель, а также тайны Нарциссы Блэк. Обманывает ли она своего жениха? Впрочем, я была уверена, что меня это никак не коснется. Наивно, не правда ли?