Потерянное Рождество

      Некоторые знакомые места с годами меняются до неузнавания. Дейн казалось, что от прежнего Кервеля осталось только здание и вывеска на выходе — да и ту заменили на более яркую и современную, оставив лишь название и пару фирменных горячих шоколадов. Новая обстановка вызывала смешанные чувства, но попытка как-то отвлечься на атмосферу в кафе была лишь предлогом не думать о брате.       Маркус сидел напротив и лениво пил крепкий кофе, удивительно не обронив ни одного язвительного слова с тех пор как согласился выпить с ней кофе и немного посидеть в кафе, отказавшись от предпраздничной суеты.       — Так зачем ты приехал? — Дейн приподняла бровь и вопросительно посмотрела на брата. — В жизни не поверю, что соскучился по племянникам.       Маркус ухмыльнулся, положил руки на стол и придвинулся.       — Может, я соскучился по тебе, — прошептал со штатной улыбкой уверенного в себе мудака.       Дейн хмыкнула и отпила из чашки. Маркус усмехнулся; его слова никак не подействовали на сестру. За годы она привыкла к любым его выходкам и понимала, что за каждым поступком вампира скрывается какой-то тайный смысл. Вопрос: какой? Что ему нужно на этот раз?       — Насколько мне помнится, — Дейн отставила чашку на блюдце, не отводя от неё взгляда, — ты исчез сразу после рождения Мичела., — она откинулась на спинку стула и посмотрела на брата, — и не появлялся до сегодня. Так в чём причина? — Дейн наклонила голову к плечу и приподняла бровь. — Она должна быть веской, чтобы заставить тебя бросить дела и приехать в Сенс-Марел.       Дейн внимательно следил аза каждой переменой в настроении Маркуса, но брат в лучших традициях хранителя тайн не спешил делиться причинами приезда.       — Рождество, Дейн, — он тоже отпил из кружки, смотря ей прямо в глаза и легко улыбаясь, словно такие встречи проходили у них каждые выходные и ничего не менялось. — Время, когда хочется немного побыть с семьёй, а ты знаешь, что ты и твои дети — единственная семья, которую я могу иметь.       Понимая, что Маркус продолжает играть роль, Дейн спросила напрямую:       — Активность стернов как-то связана с твоим возращением?       — Я бы сказал, что не понимаю о чём речь для пущей таинственности, — хмыкнул вампир, — но об этом я слышал. Совет немного волнуется.       — Немного? — Дейн приподняла бровь.       — Настолько немного, что я должен кое-что проверить, — заметив, что сестра собирается задать ещё один вопрос, Маркус её опередил: — Нет, вопреки сложившемуся мнению обо мне, я к этому не причастен. Но раз уж я здесь… как насчёт уединиться где-нибудь?       — Как насчёт получить сломанный нос в качестве рождественского подарка?       Маркус весело усмехнулся.       — Джокер, — протянул вампир с улыбкой, подняв взгляд на Мартинеса.       Итан остановился возле их столика рядом с Дейн, положив руку на спинку её стула, но его взгляд смотрел на незваного гостя. Несмотря на явную недоброжелательность в словах, Итан улыбался с присущим ему весельем во взгляде.       — Почувствовал волнение по связи? — Маркус улыбнулся. Ему доставляло удовольствие дразнить Мартинеса. — Я всегда знал, что я тебе не безразличен, — подмигнув Дейн, он снова посмотрел на Итана, считая его реакцию бесценной.       — К кому ещё можно испытывать столько материнского негодования, — парировала Дейн, усмехнувшись.       Маркус секунду помолчал, смотря на неё с удивлённо приподнятой бровью, а потом рассмеялся.       — Пожалуй, я немного скучал по вам, — признался Маркус.       — Взаимно, — Итан улыбнулся и протянул руку.       Маркус, помедлив немного, пожал её, ухмыляясь. Взгляд вампира изменился, когда он заметил что-то за спинами Дейн и Итана. Дейн оглянулась, но за окном кафе люди ходили толпой и никто, казалось, не смотрел даже в сторону троицы и не ждал вампира.       — Рад был с вами повидаться, но я немного отклонился от курса, — Маркус, подтверждая догадку сестры, встал из-за стола, и, закинув шарф на плечо, направился к выходу.       Его остановил голос Дейн у двери.       — Маркус…       Вампир обернулся и посмотрел на сестру.       — Ты точно не причастен к этому?       Он улыбнулся привычной улыбкой и вышел из кафе, поднимая ворот пальто и закрывая шею от мороза.       — Как думаешь, что ему здесь надо? — провожая вампира взглядом, Итан не удержался от вопроса.       — Не знаю, но говорил он о совете и стернах.       Итан отошёл от неё и сел за стол напротив, заняв недавнее место Маркуса, чем несколько удивил Дейн.       — Так что там с волнением по связи? — спросил он, ухмыльнувшись.       — Дурак… — буркнула Дейн, улыбнувшись, и кинула в него свернутой салфеткой.       Вампир рассмеялся.

***

      Мичел прокручивал в голове слова отца — что если он был прав? Можно ли влюбиться в девушку, о которой ничего не знаешь, всего лишь раз попробовав её кровь? Была ли это та самая девушка? Откуда она взялась в том переулке? Почему помогла ему? Были ли она вообще? Что если он её выдумал? Галлюцинации от голода. Фантазия, чтоб облегчить боль.       У Мичела не было ни единого доказательства, что девушка настоящая. Он решил, что это нужно проверить. Но как это сделать? Не может же он подойти к незнакомой девушке и попросить её подставить шею.       Мы с тобой нигде не встречались?       Примерно у мусорного бака между гнилой кожурой от банана и чей-то лужей?       Не плеснешь мне своей крови в кофе?       Мне кажется, я её уже пил.       — Чувствую себя полным кретином, — Мичел вздохнул, потерев лицо ладонью.       Он не ожидал появления Верены. Она прыгнула ему за спину и положила руки на плечи с весёлым «Бу!» — абсолютно детская выходка, которая почему-то дико его раздражала.       Мичел не обернулся. Он возился с замком школьного шкафчика, надеясь, что проблема решится без его участия, но Верена никуда не торопилась. Ей было так же неловко и неуютно от того, что на них все пялятся. Группа черлидерш, перешептываясь и хихикая, проплыла мимо них как стайка разноцветных рыбок. Мартинесу казалось, что его погладили против шерсти. Ненужное и непрошенное внимание. Он никогда к нему не стремился. Его вполне устраивал образ нелюдимого фрика, которому никто не нужен.       Верена увидела в этом одиночество. Или крик о помощи. Кто её разберёт?       — Слушай… — заговорила она, прислонившись спиной к шкафчикам.       Мичел не ждал ничего хорошего от этого разговора. Верена редко посматривала на него, больше отводя взгляд. Она прятала руки на спину, похлопывая ладонями по дверце, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. От Верены Джонс он не ждал такой нерешительности. Значит, она придумала что-то, в чём сомневалась изначально.       — Как ты смотришь на то, что вместе делать домашку?.. — Верена бросила на него короткий взгляд, ожидая поймать первую реакцию на предложение, но быстро его отвела, делая вид, что смотрит в оживлённый коридор.       Чёртов замок заело.       — Ты определённо лучше меня разбираешься в истории, — она смешливо фыркнула, напоминая ему проваленный тест. — Думаю, что мы могли бы помочь друг другу... Мои родители не будут против, — поспешила добавить Верена, будто думала, что это единственная причина, почему одноклассник отмалчивается.       — Мне это не нужно.       Верена ждала другого ответа. Она повернулась к нему лицом, смотря с лёгким удивлением, пока он пытался захлопнуть шкафчик.       — Но мы могли бы помочь друг другу, — настаивала Верена. — Ты подтянешь меня в истории, я подтяну тебя в химии, — она весело усмехнулась. Про его взрыв в кабинете химии уже успели рассказать. — Кроме того, нам будет не так одиноко и явно веселее, чем поодиночке.       Посчитав, что этого недостаточно в качестве аргументе, Верена собралась напомнить ему про нападение стернов. Он понял это по её заминке и тени страха, которая залегла на лице.       — И раз уж мы…       — Нет никаких «мы», — грубо отрезал Мичел, но Верене этого не хватило.       — Но мы с тобой в одной лодке!       — Ты сама по себе, а я сам по себе. Мне не нужен спаситель, Джонс. Пора принять, что ты не герой, которых всех спасает.       Верена смотрела на него несколько секунд, испепеляя взглядом, но потом он заметил в её глазах что-то ещё… подступающие слёзы от обиды. Она долго держалась после разрыва с Дереком, и Мичел понимал, что многие подруги от неё отвернулись, но он не хотел быть для неё жилеткой или новой подружкой. У него своих проблем хватает. Человек рядом с нестабильным вампиром — ещё одна проблема. Он не мог ей этого сказать, и раздражался ещё больше от навязанного беспокойства и дружбы.       Верена ничего не сказала, но быстро прошмыгнула мимо него, направляясь уборную.       Мичел вздохнул, и дверца шкафчика под его рукой закрылась без дополнительных манипуляций.

***

      Избавься от него.       Нам не нужны неприятности.       В словах Рика был здравый смысл. Они ничего не знали о «таинственном госте из тумана», о нападениях стернов или о том, что этот парень там делал. Скромных сведений о его личности не хватало, чтобы делать какие-то выводы, но Габриелла не знала, как должна поступить. Точнее, она знала, что должна как-то увести его из общежития, пока не случилась беда, но как это сделать — нет. В отсутствие Рика она собиралась что-то придумать и даже вынужденно прогуливала школу, сославшись на недомогание, чтобы не оставлять Зака одного.       Габриелла вздохнула и остановилась возле двери с подносом в руках. Ложка сместилась в сторону и звякнула, ударившись о кружку. Звук показался девушке очень громким. Подняв взгляд, чтобы убедиться, что не потревожила чей-то сон, она заметила парня у окна. Закери Трейн, если верить его удостоверению личности, перевёл на неё взгляд.       Она не придумала ничего лучше, как сказать:       — Ты проснулся?       Вопрос был риторическим.       Закери на него не ответил и снова посмотрел в окно, что-то рассматривая. Стараясь не мешать ему и думая, как построить разговор, Габриелла прошла в комнату и поставила поднос на письменный стол.       — Я подумала, что ты проголодаешься, и немного тостов с джемом не повредит, — она улыбнулась и обернулась.       Еда интересовала Зака в самую последнюю очередь.       — Где я?       — В общежитии.       Габриелла не уточнила в каком именно. Она не могла говорить, что Зака окружают вампиры, и что находиться здесь опасно для человека. Она не знала, что именно он знает о стернах и том странном нападении на себя. Может, он вообще ничего из этого не помнит или думает, что ему это показалось.       — Как я сюда попал?       Зак не отошёл от окна, но смотрел на девушку.       Габриелла помедлила с ответом, думая, как объяснить, чтобы история казалось правдивой и не собранной по кусочкам, поэтому решила выиграть немного времени для себя.       — Ты что-то помнишь?       Задумавшись, он качнул головой.       — Я нашла тебя вечером на улице… на улице Сейзен. Ты сказал, как тебя зовут, и потерял сознание.       Это было правдой, пусть и без подробностей.       — Улица Сейзен, — повторил Зак и снова посмотрел в окно, словно пытался что-то вспомнить или рассмотреть нужную улицу.       — При тебе почти не было вещей, так что… — Габриелла помедлила, раздумывая, что сказать дальше. Рик считал Зака опасным гостем. Не только из-за того, что он был человеком — человеческую память можно подправить с помощью псионики, но из-за большой шумихи вокруг нападений стернов в последний месяц. — Я могу позвонить твоим родным. Ты помнишь где они живут или их номер?       — Отведи меня туда, — невпопад бросил Зак, и Габриелла удивлённо заморгала.       — Куда?       — Туда, где ты меня нашла.

***

      Мичел чувствовал себя немного скотиной.       «У меня явно не ладится с девушками…»       Уже вторая девушка избегала его. Сначала он нагрубил Еве. Теперь Верене. Каждую выходку он оправдывал тем, что вампир, а человеку нечего делать с вампиром. Этим он ставил под сомнение суть его внедрения в человеческую школу, но он с самого начала считал это абсолютной глупостью.       Забирая вещи под конец дня, Мичел не заметил, как Эйден подошёл к нему и остановился возле шкафчика. Прислонившись к нему плечом, он весело улыбнулся. По его взгляну Мичел понял, что друг что-то задумал. Что-то, что ему не понравится.       — Что бы там ни было, ответ «нет».       Эйден скорчил расстроенную морду и схватился за грудь.       — Ты разбиваешь мне сердце, Мартинес.       Мичел пожал плечами и забросил рюкзак на плечо.       — Даже не спросишь, что я хотел тебе предложить? — налегал Эйден без особого упорства. Кажется, он с самого начала не рассчитывал, что Мичел согласится на предложение. — Сегодня устраивают вечеринку для студентов, — положив руку на плечо Мичелу широким дружеским жестом, Эйден заговорил тише, словно делился какой-то тайной. — Я считаю, что это хороший повод немного развеяться, и тебе не помешало бы.       — Ты же знаешь, что меня это не интересует.       Мичел дёрнул плечом, сбрасывая руку друга.       — Знаю, — уже немного серьёзнее добавил Аттвуд, чем вызвал лёгкий интерес.       — Ты что-то задумал, — понял Мичел.       Эйден посмотрел в сторону. Напротив них, рассматривая фотографию на дверце шкафчика, стояла девушка. Её глаза всё ещё были на мокром месте. Эйден не знал всех, кто жил в том общежитии, но легко узнавал на фото именные куртки с эмблемой университета. Кем бы этот студент ни приходился девушке, она по нему горевала.       — Это не даёт тебе покоя?       Эйден вернул взгляд Мичелу.       — Мне кажется, что я проживаю чью-то жизнь, — в голосе вечно жизнерадостного и весёлого парня грусть и тоска были такой редкостью, что Мичел почти согласился пойти на эту вечеринку, но Эйден опередил его, когда на его лице снова появилась одна из его стандартных улыбок.       Мичел фыркнул.       — Кстати… — вдруг заговорил Эйден, вновь смотря на кого-то из школьников. — А что с черлидершей?       Мичел без имени прекрасно знал, что Эйден говорил о Верене. Она прошла мимо по коридору, прижимая к груди стопку из тетрадей и книг, и даже не глянула в его сторону. Даже Мичел при его коряво работающей эмпатии понимал, что ей грустно и не по себе. Она буквально бежала из школы при первой возможности, и он бы не удивился, упади у неё успеваемость.       — Она знает, кто я.       У Эйдена брови подлетели вверх. Он казался не просто удивлённым, а очень-очень поражённым.       — Знает, что я не человек, но вряд ли догадывается о вампирах, — признался Мичел, неохотно провожая девушку взглядом.       — Почему ты…       — Не знаю.       У него не было ответов на простые вопросы. Мичел терзал себя размышлениями, и иногда думал, что было бы намного проще стереть девушке память, оставив в ней основные моменты, которые как-то объясняли всё, что она видела. Сначала он думал, что дело в его силе, которую он пока ещё плохо контролирует, но ничто не мешало ему сказать об этом другим вампирам и попросить помощи у Сай или Джениса — они бы откликнулись. Не обязательно говорить об этом родителям.       Видимо, он со стороны казался таким нагруженным, что Эйден не стал докапываться до правды и продолжать этот разговор.       — Слушай… — уже привычным непринуждённым тоном протянул Аттвуд. — Я всё спросить хотел…       Мичел поднял голову.       — А где… Девон?

***

      Чёртово праздничное сумасшествие. Девону казалось, что к нему заглянула весна среди зимы, напрочь игнорируя календарь и положение солнца во Вселенной. Он чувствовал себя мальчишкой, который собирается сделать какую-то пакость, и нервно докуривал вторую сигарету, едва не опалив пальцы, потому что засмотрелся.       Объект его весенней лихорадки среди зимы показался из школы хореографии. Девон простоял здесь больше часа, точно не зная, когда у Джессики закончится репетиция. Конечно, он мог бы подождать её возле школы и подловить после уроков, пока ждал друзей, но не хотел слышать радостное подбадривание Эйдена и его подколы, а почва была.       Затушив окурок об урну, он быстро от него избавился и, убрав руки в карманы куртки, поспешил к девушке, на ходу приказывая себе идти медленнее, и не выскакивать перед ней как разбойник на дороге. Меньше всего он хотел бы её напугать или оставить о себе плохое впечатление.       Джессика как раз распрощалась с подругами, помахала им на прощание, обернувшись, и… так удачно врезалась в него, потому что не следила за дорогой, а он не рассчитал скорости. Выпростав руки, он аккуратно подлови девушку.       — Извини.       — Прости.       Извинения вышли такими спонтанными, что их взаимность, прозвучавшая наперебой, вызвала у девушки тихое хихиканье, а у Девона неловкую улыбку.       — Девон, кажется?..       Он не ожидал, что она назовёт его по имени и это слишком легко читалось на лице.       — Ты знаешь моё имя?..       — Ты друг Мичела Мартинеса, — она улыбнулась, поправив сумку на плече. — Мы учимся в одной школе, а твой друг… Эйден, кажется… очень шумный.       — С этим не поспоришь.       Упоминания Эйдена вызвало у него короткий смешок.       — Я… — Девон запнулся, пытаясь подобрать нужные слова. Джессика слишком долго ждала, пока он соберётся с духом и что-то скажет. — Как ты смотришь на то, чтобы куда-то сходить? Вместе.       Вопреки его ожиданиям Джессика не рассмеялась и не назвала его дураком.       — Я свободна вечером в четверг, сразу после репетиции.       Она улыбнулась, и от её улыбки на груди у Девона вслед за облегчением появилось приятное согревающее тепло. Ему хотелось подпрыгнуть от радости, но он сдержался.       — Тогда… до четверга?       — До четверга, — подтвердила Джессика, огибая его. — Приятно было… повидаться… Девон.       Она нарочно выделила его имя, приковав к себе взгляд и, казалась ему не менее весёлой и… счастливой, пока бежала в сторону метро.

***

      Габриелла точно знала, что Рику это не понравится. С другой стороны… она обещала, что уведёт Зака из общежития. Формально она это сделала. Человек вышел вместе с ней из общежития, пока большая часть вампиров занималась обычными делами — спала, играла в компьютерные игры или разгуливала по городу в поисках более интересного занятия. Меньшая часть — усердно трудилась сосуществовать с людьми и контролировала город, обучаясь в школах и колледжах. Самые успешные — учились в закрытых заведениях, специально обустроенных исключительно для вампиров.       На улице было прохладно. Габриелла поправила шарф и сильнее закуталась в пальто, наблюдая за тем, как Зак ходит по переулку, в котором она его нашла. Иногда Габриелла оглядывалась — прохожие, которые торопились по своим делам, часто мелькали мимо них. Пока никто не интересовался тем, что они ищут в грязном переулке, но они привлекали слишком много внимания. Под чужими взглядами становилось неуютно, а Зак всё не прекращал поиски.       Он ничего не сказал про родственников или друзей. Это показалось странным. Излишняя подозрительность давила на Габриеллу, и отчасти она радовалась, что сейчас день, а вокруг полно людей.       — Ничего не нашёл?       Зак остановился и… принюхался.       Габриелла удивилась. Она не думала, что люди могут что-то найти, опираясь на обоняние. Оно отличается от вампирского. Не такое обострённое. Что он пытался найти?..       Зак развернулся в сторону мусорного бака, присел на корточки и заглянул под груду мусора. Поиски ничего не дали. Отряхнув руки, он поравнялся с ней, и с запозданием ответил на вопрос:       — Нет.       — А вспомнил что-нибудь?       Зак мотнул головой.       — Я точно никому не могу позвонить?       — Некому.       Габриелла не знала, что делать дальше. В голове звучал голос Рика, который настаивал, чтобы она бросила возиться с этим парнем и вернулась в общежитие, надеясь на то, что Зак в него не вернётся и не вспомнит дорогу или что вообще в нём был. Совесть не позволяла ей так просто развернуться и уйти. В качестве спасения напротив мелькнула вывеска кафе.       — Ты голоден?       Зак кивнул, и Габриелла невольно улыбнулась.       Уже что-то!

***

      — Ты точно считаешь, что это хорошая идея? — Даркая с сомнением посмотрела на Эйдена, оглянувшись через плечо.       — Нет, но какой у нас выбор? — он улыбнулся одной из своих непринуждённых улыбок.       Впереди их ждал шумный вечер, наполненный музыкой, пьяными студентами и дурачеством на грани абсурда. Музыка звучала так громко, что действовала бы на нервы соседям, если бы они были поблизости. Пользуясь отдалённостью снятого дома, студенты веселились, словно в последний раз. От колонок с выкрученным, казалось, на максимум звуком шла вибрация — она расходилась дальше, проникала в стены и в пол, пронизывала каждого, кто находился в доме, и звучала битами в сердцах. Упиваясь жаждой жизни, они опрокидывали в себя стаканы с алкоголем, и танцевали, пока каждая клетка тела не ныла от боли бесконечного и необузданного движения.       Даркая смотрела на них, прислонившись к стене у входа в гостиную — главное поле «сражения», и не спешила становиться частью общего безумства.       — Тебе не кажется это странным? — спросила она, когда Эйден вернулся с двумя стаканчиками.       — Что именно?       Он остановился рядом и с интересом посмотрел на девушку. Даркая неотрывно смотрела на толпу.       — Все веселятся, — это казалось ей нелогичным и странным. — Веселятся после того, как общежитие вырезали. Кажется, словно ничего не произошло.       — Это крик беспомощности, — Эйден протянул ей стаканчик и прислонился плечом к косяку, смотря на толпу. В неоновом свете они напоминали странное неземное существо с десятком голов, рук и ног. Оно двигалось невпопад, словно каждый раз получало разряд током, а потом, проникнувшись музыкой, превращало хаос движений во что-то отдалённо целое — дикий танец. Пляску жизни и смерти. Никто из них не хотел думать об ужасах. Им казалось, что чем громче крик в лицо вселенной, тем выше шанс выжить. Эйден мог их понять. Он хотел забыться. Алкоголь на языке приятно горчил, но не развевал тяжёлые мысли.       Даркая молчала, продолжая смотреть на студентов. Она не притронулась к алкоголю, и Эйдену показалась, что сама мысль находиться здесь ей противна.       — Пойдём, — Эйден протянул Даркае руку.       Она подняла на него взгляд и приподняла бровь.       — Мы пришли сюда не за тем, чтобы ты стенку подпирала, — усмехнулся Эйден, отставляя стакан на каминную полку, и потянул девушку за руку к себе. — Или хмурая и серьёзная вампирша Даркая не умеет развлекаться? — он нарочно подначивал её, зная, что за этим последует.       Опрокинув в себя содержимое стакана, Даркая ухмыльнулась, посмотрев на него с вызовом. Пустой стаканчик составил компанию товарищу на каминной полке, а девушка позволила увлечь себя в общее движение.

***

      Студенческие вечеринки… Есть в них какое-то очарование.       Маршалл любил свою работу за непредсказуемость — она всегда добавляла огонька, разбавляя серые однообразные будни. Шумное веселье с кучей пьяных студентов казалось ему отличным местом затеряться и отдохнуть, несмотря на поручение. Он не думал, что место привлечёт внимание стернов, несмотря на огромный соблазн перекусить легкодоступным мясом — именно этим они занимались в развороченном общежитии, но ушли слишком быстро, не оставив нужных следов, чтобы охотники смогли их отследить и уничтожить. Вряд ли они настолько глупы, чтобы явиться на закрытую вечеринку для студентов, устроенную местным мажором, решившим, будто они с шумом и пивом должны отметить канувших в землю сокурсников. Это даже звучало глупо.       Но когда он отказывался от бесплатного пива?       Маршалл осматривался. Он пришёл на вечеринку, когда она была в самом разгаре. Никто не обратил внимания на незнакомого парня, с натяжкой похожего на их ровесника. Все были слишком заняты танцами, выпивкой, друг другом и бесконечным купанием в бассейне, несмотря на холодное время года — сразу видно, кто больше всех прикладывался к бутылке. Или же идиотов, которые считали, что весело сбрасывать подвыпивших товарищей в холодную воду, а потом смотреть, как те болтыхаются, матерясь и обещая возмездие.       Какой идиот не спустил воду из бассейна? Или его специально наполнили? Но какой смысл?..       Он не нашёл ничего интересного ни во дворе дома, ни на первом этаже. На втором этаже — в чём Маршалл не сомневался — уединились самые горячие парочки и те, кому не повезло с желудком, но он должен был проверить каждый угол, прежде чем вернуться с отчётом.       — А ты не слишком юн? — чужая рука на плече остановила его.       Маршал убрал ногу со ступеньки и обернулся. Перед ним стоял белокурый длинноволосый парень смазливой наружности.       — Я выгляжу моложе, чем есть, — Маршалл сунул руки в карманы и готовился любыми способами задержаться в доме.       — Вампир?       — Как знать.       Белокурый усмехнулся и положил ему руку на плечо.       — Пойдём. Там ещё остался стаут.       Маршалл не хотел отказываться от цели и терять время, но одна банка стаута не повредит. Вечер казался донельзя скучным.

***

      — А ты уверен, что нам не нужно вернуться? — Даркая шепнула в губы Эйдена, тесно прижимаясь к его груди. Она чувствовала его дыхание на коже и руки на талии. На втором этаже было спокойнее, чем внизу. Музыка разносилась по всему дому, забираясь в каждый уголок, но здесь было тише, несмотря на близость к источнику музыки. Небольшая веранда нависала над общим залом. Замерев в тени колонны, они отлично видели толпу внизу. Только деревянные резные перила отделяли их от падения вниз.       — Я думаю… что здесь удачное место, — прошептал Эйден, улыбаясь, и снова наклонился к ней, чтобы поцеловать.       Даркая закрыла глаза и потянулась навстречу, но, не получив обещанного, удивлённо посмотрела на парня. От флёра влюблённости и желания ничего не осталось. Эйден даже не смотрел на неё. Его взгляд — хмурый и обеспокоенный — задержался на первом этаже.       — Ты его знаешь?       Вопрос удивил. Даркая проследила за взглядом Эйдена и увидела парня в чёрной куртке. Он не выглядел студентом, которому захотелось немного развлечься или привлечь к себе внимание. Казалось, что толпа проглатывает его, не замечая, пока он идёт сквозь неё, преследуя какую-то цель. Он не выглядел напряжённым или обеспокоенным.       — Нет, — Даркая пожала плечами. — Но мне кажется, что ты параноишь, мой дорогой человек, — она смешливо фыркнула, ероша его волосы на затылке.       Эйден с неохотой отвлёкся, когда незнакомец пропал из виду, бросив на него короткий взгляд и улыбнувшись.       — Вся эта ситуация… — признался Эйден, вздохнув.       — Знаю, — Даркая перебила его, мягко массируя затылок, чтобы отвлечь. — Мы пришли сюда расслабиться и не думать о плохом, забыл?       Эйден кивнул, и почувствовал, как Даркая ласково и осторожно касается губами его виска.       — Чувствую себя ребёнком, которого успокаивает мамочка, — усмехнулся Эйден.       — Ой, заткнись, — Даркая заулыбалась, пихнув его в грудь.

***

      — Вы выбрал весьма отдалённое место для выпить, — заметил Маршалл, осматривая комнату.       Бильярдная казалась узкой. Достаточно места, чтобы поиграть в удовольствие, но его явно недостаточно, чтобы распивать здесь алкоголь. Шум музыки сюда практически не долетал — закрытая дверь его заглушала, превращая в отдалённое эхо.       — Я знаю, где лучшая выпивка, — заметил белокурый, доставая из небольшого холодильника пару банок стаута. Одну он протянул Маршаллу, а вторую оставил себе, открывая почти сразу и делая несколько глотков. — От музыка голова болит.       Маршалл усмехнулся корявому оправданию, но не сказал ни слова. Открыв банку, он тоже сделал несколько глотков.       — Сыграем? — предложил белобрысый, показывая на стол.       — Почему бы и нет.       Белокурый улыбнулся и подкинул ему кий. Маршалл без проблем поймал его, выставив руку вверх. Это было ошибкой. Он неосознанно открылся, но понял это слишком поздно. Крепкий удар под дых выбил из груди воздух. Маршалл согнулся пополам. Кий выпал из его руки и упал на стол, пиво — расплескалось по полу, замарав липким пойлом чужой дорогой паркет. Белокурый оказался рядом с такой скоростью, что Маршалл не успел ничего предпринять. Руки с силой вжимали его лицом в стол, поставив не в самую удобную позу, а чужое дыхание обожгло ухо.       — Тебе не стоило сюда приходить, — голос нападающего был хриплым и глубоким от возбуждения, в нём чувствовалось ликование, и Маршалл понимал причину. Он уже ощущал дыхание на шее — горячее, волнующее.       Белокурый наклонился ещё ниже, оголяя клыки в хищном оскале.       Удар локтем отрезвил его.       Он отскочил и ощерился как дикий кот, у которого из-под носа утащили добычу. Теснота бильярдной играла Маршаллу на руку, как и неопытность напавшего на него вампира.       — Охотник, — выплюнул он, замечая на лице Маршалла чёрные прожилки под глазами.       — Ты меня разозлил.       Вампир попытался наброситься на него, считая, что на его стороне преимущество. Кий легко и быстро оказался в руке Маршалла. Он ткнул им вампира в лицо и следом ударил наотмашь сбоку, вырвав вслед за унижением и вспышкой короткой боли звон в ухе. Он не собирался драться с ним серьёзно, но чёртова банка стаута…       Она скукожилась под его ботинком, расплёскивая пиво, и поехала по паркету. Маршалл не успел перегруппироваться и, выругавшись, болезненно ударился лопатками, когда упал на пол. Три года он потратил на то, чтобы научиться правильно падать, чтобы так унизительно повалиться на пол в разгар драки. Тяжёлое тело придавило его к полу, навалившись сверху. Белобрысый сел на него, впился удлинёнными ногтями в плечи, разрывая одежду и кожу под ней. Маршалл осклабился. Боль была терпимой, но раздражала.       Кий в его руке хрустнул, обломившись. Он упёрся коленом в брюхо вампира и опрокинул его на спину, тут же придавив сверху своим весом. Обломок упёрся ему в глотку, предостерегая.       — Сдаюсь, — фыркнул вампир. — Скажу Профессору, что ты молодец.        Маршалл вздёрнул бровь. От возни на полу он успел запыхаться, войдя в раж.       — Он тебя подослал?       — Хотел проверить, насколько ты предан делу.       — А если бы я тебя убил?       Вампир усмехнулся, и Маршалл почувствовал сильный удар по затылку.       Спустя десять минут, Маршалл открыл глаза. Затылок болел. Морщась, он поднял взгляд и сел, прислонившись спиной к стене. Вампир протягивал ему пакет со льдом, а второй прикладывал к своей челюсти.       — Так Профессор меня проверял? — вспомнил Маршалл.       Вампир кивнул.       — Ты слишком увлёкся школьными буднями, охотник. Профессор опасался, что ты забыл, зачем тебя подослали в эту школу.       — До определённого момента я думал, что тебе просто понравился мой зад, — хмыкнул Маршалл. Приложив лёд к голове, он поморщился.       — Ты не в моём вкусе, — усмехнулся вампир и сел на бильярдный стол, смотря на Маршалла сверху вниз.       Маршалл перевёл взгляд на дверь и прислушался, опуская все подколки, которые так и просились на язык.       — Что там такое?       Маршалл с беспокойством посмотрел на дверь. Вампир приподнял бровь, не понимая о чём речь.       — Ты это слышишь?       — Ничего не слышу, — вампир пожал плечами.       — Именно. Стало тихо.