Эти классные игры.

— А чтобы сейчас не убежал, двинешь во второй глаз? — он хотел усмехнуться, но болела даже скула, так что Булаткин решил эмоции пока не демонстрировать. — Ты понимаешь, чем это может быть чревато? — Алина мысленно выругалась на самоуверенность и твердолобость всего мужского племени. — Сотрясение мозга это не просто причудливо звучащий диагноз… — А то у меня его до этого ни разу не было, — перебил девушку Егор. На лице Алины на секунду появилось выражение "Оно и заметно", но уже через секунду девушка снова была спокойна и безмятежна. — Если ты не выберешь один из перечисленных вариантов, останешься здесь. Я не шучу. Сам говорил, что тут серьезная система безопасности, поэтому могу просто запереть тебя на ночь в центре. Выбирай — звонишь при мне и договариваешься о присмотре, либо приедет тетенька-фельдшер с большим шприцем. Она встала перед ним, скрестив руки под грудью и вздернув подбородок, всем видом показывая, что просто так он не отделается. Егор отзеркалил её позу, с неудовольствием подумав, что морально задавить её точно не получится — Решетова сегодня была на каблуках, потому ни о каком взгляде на девушку сверху вниз и речи идти не могло. — Хорошо, — Булаткин мысленно хмыкнул от пришедшей на ум мысли. Таким образом он и выполнит её условие, и немного замстит за неласковый прием. — Позволишь? — мужчина продемонстрировал вынутый из кармана джинсов мобильник. Алина кивнула и отошла на несколько метров, чтобы не мешать его разговору. Она не чувствовала за собой особой вины в его травме, но ответственность за все, что происходит в стенах этого заведения, не давала просто отправить Егора из центра, не позаботившись о его здоровье. Девушка мысленно составляла основные тезисы для разговора со Светой, перешедшей сегодня все границы в общении с гостем, когда завибрировал её телефон. Кто именно жаждал с ней пообщаться, Алина не могла узнать при всем желании, потому как звонили с закрытого номера. — Да? — Привет. У меня к тебе небольшая просьба. Мне тут ни за что, ни про что чуть глаз не выбили, не составишь компанию на вечер? Она медленно повернулась и нажала "Отбой", не сводя взгляда с жизнерадостно скалящегося Егора. — Мне кажется, тебе уже намного лучше, и идти на такие крайние меры не нужно, — непринужденно улыбнулась девушка, раздумывая, как бы сплавить этого нахала, предварительно узнав, зачем, собственно, он приходил. — Не согласен. Ты сама сказала, что при таких травмах нужен присмотр и уход, — насчет последнего он, конечно, загнул, но, в целом, как ни была Алинка внутренне не согласна с необходимостью мириться с его присутствием, Булаткин был прав. — Тебе будет скучно. — А вот тут ты глубоко не права, — он почесал гудящую бровь и попытался вспомнить, какие таблетки ему назначали в прошлый раз. — Так что теперь ты выбирай — или развлекаешь меня весь вечер… — … или? — Решетова попыталась представить, что именно он может ей инкриминировать, но тут очевидный несчастный случай, так что ничего преступного в её действиях не было. — Или будешь всю ночь думать, как я там, не впал ли в кому, — поскольку фантазия, видимо, на почве травмы начала фонтанировать довольно странными идеями, Егор решил остановиться на самой безопасной, взывая к женскому состраданию. Девушка закатила глаза и покачала головой, не соглашаясь с таким предположением. — Ну, тогда запишусь к тебе в пациенты и буду приходить каждый день, — похоже, что эта угроза была намного реальнее, чем муки совести, потому что Решетову слегка перекосило, не иначе, как от бурной радости. — У меня маленький ребенок, оставить которого без присмотра не могу, так что все-таки вынуждена отказать. — Прекрасно! Вот за нами обоими и присмотришь, тем более опыт уже есть, — Егор не очень представлял, зачем он так нагло напрашивается на вечер с этой немного странной девушкой, но продолжал стоять на своем. Что самое интересное, она даже не особо привлекала его в сексуальном плане. Да, эффектная и грациозная, но ему больше нравился прямо противоположный типаж — маленькие пухленькие блондинки. А эта, мало того, что брюнетка и босиком ниже его самого сантиметров на семь-восемь, так ещё и несколько, на взыскательный вкус Егора, тощевата, такую и обнять-то страшно. Хотя, если вспомнить, как примерно на этом самом месте она треснула его о пол, назвать Решетову бледной немочью язык не поворачивался. — Ладно, уговорил. Советую сейчас отправляться на работу, я заканчиваю в пять, заеду за тобой, — Алина развернулась и направилась к лестнице. — Подожди, ты оставишь пострадавшего на целый день без контроля? А вдруг мне резко поплохеет? — Булаткин развел руки, с некоторой обидой глядя на покидавшую его девушку. — Я позвоню твоей секретарше и проинструктирую на этот случай. Всего доброго и встретимся через, — она мелком посмотрела на экран мобильника, — семь часов. — Неласковая ты, — грустно пожаловался Егор и собрался покидать эту негостеприимную обитель, когда остановившаяся на лестнице Алинка окликнула его: — А зачем ты приходил? — Хотел предупредить юного тимуровца, что завтра у него первый рабочий день, мне сегодня вернули машину, — он остановился в дверях. — Хорошо, я ему передам, — кивнула девушка. — Если хочешь, могу дать темные очки, они прикроют синяк, но в них под дождем ты будешь выглядеть ещё более странно, чем сейчас. — Спасибо, не надо, ты из меня уже и так посмешище сделала…