Эти классные игры.

Три года спустя. Несмотря на середину сентября, солнышко припекало вполне себе по-летнему, и сидеть в такой день дома было бы просто преступлением. Потому педагогический момент настиг подрастающее поколение Булаткиных на заднем дворе, у буйно разросшихся клумб. — Так, давайте по порядку, — Егор обратил взор на дочь. Та не особо смутилась пред карающей десницей и только вопросительно приподняла бровь. У матери научилась, чертовка. За прошедшее время Сонька существенно прибавила в росте и почти догнала Мишку. Но уже не детскость и ещё не девичество не успели оформиться в расцветающую красоту, и девочка сейчас напоминала жеребенка — вроде и хорошенький, но непропорционально длинные конечности в сочетании с субтильным тельцем составляли хоть и милое, но странное сочетание. — Итак, София Батьковна, за что хлопотала "пару" по природоведению? "Учительница ошиблась, а я на это указала" — Уже хорошо, — пробормотал папочка, плюнув на попытку удержать на руках вертящегося, как юла, маленького ребенка. — Ладно, иди, попасись, — он поставил Андрюшку на газон и продолжил разбор полетов с дочерью, не забывая следить одним глазом за потопавшим немного раскачивающейся походкой малышом. — И в чем она ошиблась? "Сказала, что все хвойные деревья никогда не сбрасывают иголки. А я напомнила про лиственницу", — девочка выжидающе уставилась на отца, ожидая его вердикта. А Егор не знал, как сформулировать мысль. Во-первых, он вообще смутно представлял лиственницу, и все хвойные ассоциировались с новогодней елкой, а, во-вторых, непонятно, что делать. Похвалить, будут и дальше конфликты с педсоставом, Соню и так весьма неохотно приняли в обычную гимназию, а тут ещё и выбрыки не говорящего вундеркинда, но и ругать тоже не за что, уж в чем-чем, а в умственных способностях дочки сомневаться не приходилось. Слава Богу, что от мамы она унаследовала не только внешность, но и мозги. — Понятно… — протянул мужчина, глядя, как младший из детей сосредоточенно рассматривает оранжевый цветочек. Но в рот не тянет, это уже хорошо. — Ладно, ситуация ясна, но маме сказать придется. Чтобы на следующей неделе исправила. "Хорошо", — по недовольной гримаске девочки было понятно, что она рассчитывала на несколько другую реакцию. — Теперь ты. — Мишка, лениво пинающий коленкой футбольный мяч, сразу насторожился. — Свет мой ясный, зачем завтра в школу должны прийти родители? И не надо таращить глаза, мне уже классный руководитель телефон оборвала. — Подрался, — признался парень. Ломающийся голос иногда выдавал странноватые эффекты, потому было не совсем понятно, как именно в следующий раз заговорит Мишка — басом или фальцетом. — Хвалю. Из-за чего? — Да так… — он скосил глаза на увлеченно рисующую в альбоме сестру, которую, казалось, их мужские разговоры, абсолютно не интересовали. А у самой уши едва ли не шевелились от любопытства. — Сонь, принеси мой мобильник. Он на кухне остался, вдруг мама позвонит, мы не услышим, — Егор мгновенно разгадал причину заминки сына. Дождавшись, когда недовольная девочка окажется вне пределов слышимости, Мишка зашептал: — Её один придурок дразнит, ну, я подошел после уроков и дал в глаз. — Почему? — Ну, я же говорю… — Что врезал — молодец, в глаз зачем? Синяк же видно будет! Эх, сколько учил, все без толку… — проворчал Егор, про себя полностью поддерживая пацана. — Сегодня играть в футбол не идешь, буду проводить с тобой тренировку. — Ну, пап… — Не папкай! И не позорь мои седины, — Сколько раз тебе — не хочешь проблем, бей сильно, но не заметно. — Пап… — И не перебивай! — Пап! Андрюшка цветок с грядки ест! Временно оставленный без внимания и позабытый родителем ребенок вовсю жевал какой-то дар природы. — Ой, ё… Егор тут же подхватил полуторагодовалого мальчика на руки и подставил ладонь к пухлой моське. После того, как папочка чуть не лишился фаланги пальца, пытаясь выковырять в подобной ситуации оброненную Соней и подобранную Андрюшиком бусинку, совать в рот ребенку шаловливые ручонки он больше не рисковал… — Давай, хороший мой, выплюнь каку. — По ответному взгляду дитенка стало понятно — не выплюнет, и торг здесь неуместен. — Сыночек, плюй, а то, если мама узнает, что ты у меня на подножный корм перешел, она твоего папку уконтропупит… Сыночек отрицательно покачал головенкой и с любопытством уставился на отца — мол, может, что существенное предложишь? Но папа хоть уже представил, что с ним сделает Алина за такое разнообразие рациона их персональной безобразинки, идти на кардинальные уступки ещё не был готов. — Сонь, иди сюда! — Девочка, услышав родительский зов, в котором были четкие признаки очередной приключившейся засады, появилась буквально через несколько секунд. — Это что за цветы? — Егор, продолжая почесывать мальчика под подбородком в надежде, что тот потерпит и не проглотит спрятанное за оттопыренной щекой, ткнул в немного ободранную стараниями совсем юного натуралиста клумбу. "Календула" — Они не ядовитые? "Нет. Полезные" — Точно? — все ещё продолжал сомневаться Егор, уже немного менее интенсивно покачивающий сынульку. — Пап, точно, — Мишка, ввиду некоторой неграмотности по части местной флоры в опознании цветика-семицветика не участвовал, но свое веское слово тоже сказал. — Но если ты его ещё немного потрясешь, выпадет не только эта ваша календулу, но и каша, которую Андрюха съел два часа назад… Только сейчас Егор обратил внимание, что у дитенка уже не совсем здоровый цвет лица. Ладно, схарченное не ядовито, это уже хорошо, но вряд ли в сыром виде сильно уж пользительно для растущего организма… — Сонь, умница, садись, пять. Давай так, ботанка, маме ничего пока не скажем, дневник спрячь в мой кейс, если спросит — говори, что папе на проверку отдала. Завтра все равно ехать в школу, зайду к твоей учительнице, поговорю насчет этой оценки. — Обрадованная девочка помчалась выполнять распоряжение отца. — Сына, — теперь Егор с максимально возможной суровостью посмотрел в глаза Андрюшке. Тот ответил таким же пристальным взглядом. — Если ты не засранец, выплюнь. Ребенок, который удивительным образом был похож одновременно и на него, и на Алину, горько вздохнул и… действительно выплюнул на подставленную ладонь несколько потерявший товарный вид цветок. Не успели все облегченно перевести дыхание, как дите, показав в улыбке несколько молочных зубов, радостно пролепетало: — Засранец. — Вот за это мама точно уконтропупит… — Мишка сочувственно похлопал по плечу отца. — Есть такой вариант… Мужской совет только представлял, что им сделает прекрасная половина семьи за обучение Андрейки ругательствам, как рядом раздался звук урчащего, как сытый кот, мотора автомобиля, сменившийся тишиной, а затем негромким цокотом каблуков по выложенной плиткой дорожке. — Миш, брысь пока с глаз. Старший сын хмыкнул, но послушно смылся за угол, не забыв прихватить мяч. — Ау, народ, вы где? — Здесь мы, — отозвался Егор, быстренько стряхнувший недоеденный ребенком плод ландшафтного дизайна, и пошел навстречу жене. Алина, чуть поправившаяся после родов и выглядевшая теперь, как говорил супруг, намного аппетитнее, на секунду остановилась, залюбовавшись мужем, держащим на руках их сына. Эти годы не прошли для них совсем уж ровно. Да и невозможно это для двух взрослых, сложившихся людей со своими привычками и разными характерами. Но он постепенно научился контролировать буйный темперамент и приступы ревности, а она — полностью доверять и не замыкаться от того, с кем собиралась прожить всю оставшуюся жизнь. — Меня полдня не было, а соскучилась, как будто неделю не видела, — призналась она, прижавшись на секунду губами ко рту мужа. — Угу, неделю… Минимум месяц, — проворчал он в ответ, вернув поцелуй. То, что они чуть увлеклись, стало ясно, когда Андрюшик довольно сильно дернул её за уже отросшие ниже плеч волосы, требуя уделить и ему немного внимания. — Котик мой, иди к маме, — Решетова забрала довольно улыбающегося сына. — Чем вы тут без меня занимались? И где дети? — Здесь где-то, они сегодня оба ещё дома. Мы пока поели, сделали домашнее задание и поиграли в прятки. Короче, расслаблялись, — он пропустил их немного вперед, по старой привычке, ставшей уже инстинктом, прикрывая собой семью. — Молодцы. Завтра моя очередь, так что сможешь хоть на работе от нашего дурдома отдохнуть, — рассмеялась женщина, представив, сколько "ненужной" информации он опустил. Ага, как же, с тремя детьми отдых понятие почти мифическое… — Егор… Чем ты Андрюшу кормил? — она притормозила перед входной дверью, внимательно приглядываясь к сыну. — Кашей. — Хочешь сказать, что это от неё слюна стала зеленого цвета? — Блин… Ой, — он на секунду зажал себе ладонью рот. — Он у нас немного витаминов поел… Но травка была полезной, Соня так и сказала! — Ну, если Сонька сказала… — Алина качнула головой, пряча улыбку. Егор был замечательным отцом, но не понимал — маленькие дети иногда творят, что хотят, и бороться с этим бесполезно. Она так и собиралась сказать, но слова замерли на губах, когда увидела, в каком состоянии гостиная. — Ааааа? — Я же говорю — немного в прятки поиграли, — Егор тоже осмотрелся и мысленно присвистнул. Н-да, бардак они устроили грандиозный… Диванные подушки разбросаны по всей комнате, стол перед выдвинут чуть ли не на ступеньки лестницы, кресла загнаны в коридор. Ковер, судя по появившемуся рельефу, пытался самостоятельно куда-то уползти. — Сейчас все уберем. — Даже не знаю, что сказать… Словно ждавший этого момента Андрюшка помог маме подобрать правильный эпитет: — Засранец. — Егор!!!