Тысяча и одна

Хинате нравятся места для поцелуев — для чего вообще нужны кинотеатры, как не для обжиманий на заднем ряду? — а Кагеяма предпочитает смотреть сам фильм, а не отвлекаться на посторонние дела. Поэтому большинство новинок он смотрит по два раза. — Два на задний ряд, пожалуйста, — говорит Хината кассиру, и Кагеяма закатывает глаза — как будто вообще бывает иначе. Сегодня они идут на очередной расхваленный боевик, и Кагеяма надеется, что Хината отвлечётся на закрученный сюжет и экшн, и в этот раз они посмотрят фильм в относительном спокойствии. Не то чтобы Кагеяма был против поцелуев и прочего, но заниматься подобным в переполненном кинотеатре... слишком экстремально. Зал оказывается полупустым, раннее утро в будний день — не самое популярное время, и Кагеяма этому рад: никто не будет хрустеть попкорном над ухом или обсуждать происходящее на экране. С этим неплохо справляется и один Хината, которого Кагеяма не считает за помеху, пока тот не начинает распускать руки. Последнее очень сильно отвлекает. Всегда. Они смотрят начало фильма в относительном спокойствии: Хината всего лишь чуть не проливает на себя газировку, подскочив от неожиданного взрыва в сцене преследования, а потом просыпает на Кагеяму попкорн. Собирать его в полумраке — не то занятие, которому Кагеяма хотел бы посвятить себя в кинотеатре. — Ничего, я соберу. Смотри, — заверяет его Хината, и Кагеяма чувствует в его голосе что-то скрытое, но потом фыркает и устремляет взгляд на экран. Это же Хината, каких подвохов от него вообще можно ожидать? Глупости какие. В фильме перерыв между погонями и перестрелками, и Кагеяма зевает от скуки — только они и спасали сюжет, а так — бесполезно потраченное время. Они с Хинатой могли бы заняться кое-чем поинтереснее. По бедру скользит рука — хотя попкорн уже давно собран, — оглаживая и чуть сжимая. Сдавить колено, проехаться по внутренней стороне бедра и накрыть пах. Кагеяма вздрагивает всем телом и поворачивается к Хинате. — Ты совсем сдурел? — шипит он Хинате на ухо и сдавливает его пальцы своими, стремясь убрать куда подальше, проконтролировать, чтобы это больше не повторилось. По крайней мере не сейчас точно. — А если кто заметит? — Никто не заметит, я тихо, — шепчет Хината в ответ и прикусывает ухо Кагеямы. — Расслабься, мы тут почти одни. Кагеяма сглатывает, но пальцы не отпускает: одни — это мягко сказано. Пусть ближайшие соседи через два ряда, а сам он сидит почти в углу, закрытый от других людей — почти на другом конце ряда — Хинатой, это вообще не успокаивает. На экране снова что-то взрывается, и Кагеяма переводит взгляд туда и надеется, что Хината тоже отвлечётся и забудет свою дурацкую затею. Неважно, что ещё пять минут назад он сам думал о сексе, но не прямо в кинотеатре же! Хината перестаёт вырывать пальцы и устраивает голову у Кагеямы на плече, всем своим видом говоря — не волнуйся, я прекратил. Кагеяма выдыхает и чуть ослабляет хватку, поглаживая пальцы Хинаты своими. Так намного лучше и даже уютно. Именно так они смотрят фильмы дома, но дома всегда можно поставить на паузу, дома нет посторонних и можно делать всё, что душе угодно. Но, кажется, Хинате всё равно, где они находятся. Он наваливается на Кагеяму сильнее, чем обычно, словно намереваясь залезть на колени, игнорируя все правила приличия. Кагеяма сердито шипит на него и отстраняется. Но как будто Хинату так просто контролировать или что-то ему запрещать... Проще выйти из чёртового зала и пойти в более подходящее место, где на них хотя бы не будут смотреть. — Мы уходим, — шепчет Кагеяма Хинате на ухо. — Фильм всё равно дерьмовый. Хината едва уловимо фыркает от смеха и целует Кагеяму в сомкнутые губы — быстро и смазано. — Так ты не смотришь. — Смотрю, — Кагеяма упрямо поджимает губы — ну и что с того, что в темноте не видно? — Ага. Смотришь. Кагеяма вздрагивает от того, что Хината снова накрывает рукой его пах и надавливает, слегка перебирая пальцами по плотной ткани джинсов. — Расскажешь мне? — спрашивает Хината и в его голосе слышится веселье. Он быстро осматривается по сторонам и плавным движением съезжает в проход, устраиваясь между ног Кагеямы. — Что? Сядь на место, идиот! — шипит он и тянет Хинату на себя. — Ты смотришь фильм, — напоминает Хината и деловито расстёгивает молнию на ширинке Кагеямы. У Кагеямы потеют ладони, когда Хината предвкушающе улыбается и подаётся вперёд. Фильм в этот раз он точно не посмотрит.