"Милый"

Когда я в детстве простывал, папа не отходил от меня ни на секунду, вечно возился около меня, следил, чтобы температура не поднималась, протирал влажным полотенцем. Я не понимал: с чего такая опека, посплю денёк и все пройдет, а теперь, протирая взмокший лоб омеги, понял чувства папы. Мне хотелось он нем заботиться; не знаю, в какой момент он стал мне так дорог, но я действительно волновался. Возможно, это просто инстинкт - заботиться об омеге, но даже если так, то навряд ли я бы волновался так сильно, не будь омега мне дорог. Спящий Гайлс выглядел точно ангелочек: светлые волосы растрепались по подушке, пушистые ресницы то и дело подрагивали, а розовенькие губки были немного приоткрыты. Он тяжело дышал, то и дело морща лобик и что-то бормоча. Протерев омеге лоб холодным полотенцем, я положил его обратно в тарелку и отнес в ванную. Мне не хотелось оставлять Гайлса одного, но нужно было работать, поэтому постепенно из кабинета в спальню перекочевали ноутбук, папки, стопки бумаги и канцелярия. Я устроился на полу, рядом с кроватью, разложил вокруг себя бумагу для чертежей и принялся за работу. В конечном итоге, я окончательно увлекся работой и очнулся только тогда, когда в комнате стало совсем темно. Размяв затекшие ноги, поднялся с пола и прошел на кухню. Поставил вариться кофе и глянул на висящие на стене часы. Маленькая стрелка слегка перевалила за десять часов. В квартире стояла кромешная тишина и только шум дождя за окном немного разбавлял ее. Я испугано вздрогнул, когда в дверном проеме появилась миниатюрная фигурка Гайлса. Он, слегка пошатываясь, прошел в комнату и остановился на некотором расстоянии от меня. — Можно воды? — хриплым голосом спросил он, а затем скромненько добавил: — Пожалуйста… — Конечно, — я быстрым и ловким движением достал из шкафчика кружку, налил в нее воду и протянул омеге. — Как ты себя чувствуешь? — Полегче, но все равно чувствую слабость, — честно признался парень, и вновь припал губами к кружке. — Мне нужно идти домой, — осипшим голосом сказал он, ставя кружку рядом с раковиной. — Я отвезу тебя, — погасив огонь и убрав турку с плиты, я повел омегу в коридор. — Надеюсь, ты не придешь завтра в университет, тебе нужно выздороветь. — Я подумаю. Меня немного удивило, что Гайлс не стал протестовать, настаивая на том, что сам прекрасно доберется до дома, но я не стал ничего ему говорить. Напомню еще ненароком. Мы быстренько оделись и уже через минут пять были на улице. Под куртку сразу пробрался морозный ветерок и в моей голове поселилась мысль, что пора бы надевать пальто. Скоро зима, а там не за горами Рождество. Надеюсь, я не проведу его опять в гордом одиночестве, в то время как все друзья встречают праздник со своими семьями. Шмыгнув носом от нахлынувших грустных воспоминаниях о прошлом Рождестве, я залез в машину, заводя мотор и включая печку. Гайлс уселся на соседнем месте, вновь отворачиваясь к окну и прячась в воротнике теплой кофты. В машине воцарилась тишина, честно сказать, приятная тишина. Когда я остановился у его дома, то слегка прифигел. Двухэтажный огромный дом в довольно престижном районе скорее походил на особняк; дом был огражден забором со всякими витиеватыми узорами и выглядел очень даже дорого и роскошно. Я такое только в кино видел. Пока я с интересом разглядывал хоромы богачей, Гайлс вылез из машины и без единого слова пошел домой. — Быстрее выздоравливай, буду ждать тебя в университете! — не знаю, зачем я сказал последние слова, но омега мне ничего не ответил, даже не остановился. Я проследил за его удаляющейся фигуркой, и только когда она скрылась за калиткой, развернул машину и поехал домой. Квартира встретила меня приятным ароматом, скорее всего - остывшего кофе и легкими отголосками лесных ягод. Я сделал глубокий вдох и улыбнулся: вот бы меня всегда сопровождал этот ягодный шлейф. Желание работать тут же куда-то испарилось. Проигнорировав ароматный кофе, я пошел в спальню. Комнату залил яркий свет телевизора, который я включил лишь для того, чтобы осветить себе путь до кровати. Пройдя прямо по своим чертежам, залез на мягкую постель, прикрыл глаза, вдыхая прекрасные ароматы, витающие в воздухе, а через час уже уснул, прижав к себе подушку, на которой до этого спал Гайлс. Никогда я еще не чувствовал себя так умиротворенно. На следующий день в университете Гайлса не было видно, но это и к лучшему. Вчера он выглядел слишком болезненно. Правда, весь день был какой-то не особо приятный, я не чувствовал (так полюбившейся мне) ягодный аромат, не слышал грубых для омеги ругательств, которые в большей степени умиляли. Наверное, за свою жизнь я повидал слишком мало омег, ибо такие, как Гайлс, мне еще не встречались. Обычно, они все были утончёнными, нежными, иногда, конечно, с характером, но все равно, радикально отличающимися от Гайлса. А то, что он курит, меня вообще выбило из колеи; всегда думал, что омежки очень трепетно относятся к своему здоровью. Время в университете тянулось непозволительно долго. Честно говоря, когда последняя лекция подходила к концу, я думал лишь о том, как бы побыстрее уехать домой. Только дома делать тоже совершенно нечего. Впереди два дня выходных, а я совсем не знаю, чем себя занять. Хотя, не помешало бы закончить свой проект, но муза меня покинула и делать ничего не хочется. Впервые в жизнь мне хотелось, чтобы выходные прошли побыстрее. Когда я уже собирался поехать домой, в кармане завибрировал телефон, оповещая о сообщении. Я быстро убрал оставшиеся вещи в сумке и пошел на выход, одновременно доставая телефон. Оказалось, что близкий друг решил позвать меня в кафе. Недолго думая, я согласился, прося прислать адрес и время. Вообще, мы познакомились именно в этом университете. Нас поселили в одну комнату в общежитии, и мы довольно быстро сдружились. Затем, после окончания университета, пошли работать в одну и ту же компанию и теперь являемся коллегами. Из-за того, что я решил некоторое время поработать на дому, мы давно не виделись, и сейчас предоставилась отличная возможность (в виде выходных), чтобы провести время вместе. Придя домой, я первым делом глянул на место встречи. Кафе, конечно, друг выбрал не особо удачное - в том плане, что ехать мне до него достаточно долго, но его можно понять, у него беременный муж. Я решил особо не распыляться с одеждой и, накинув теплое пальто, пошел на выход. Никогда не любил холод, и всегда с нетерпением ждал окончания зимы. Даже Рождество не вызывало особо радостных эмоций, ну, конечно, до тех пор, пока меня начинали задаривать подарками. — Привет! — с улыбкой до ушей встретил меня друг, приглашая за столик. — Как у тебя дела? — Все хорошо, — всегда поражался его оптимизму. Мы говорили с ним об обыденных вещах: о работе; о том, что произошло за месяц, пока мы не виделись; я поспрашивал о его муже; а друг, в свою очередь, вновь завел любимую песню о том, что мне пора бы найти омегу. Прям как родители… Все время, пока мы с ним общались, у меня было такое чувство, что этот ягодный аромат меня преследует, ибо даже здесь я его чувствую. Даже ненароком поглядывал по сторонам, надеясь увидеть Гайлса, ведь это кафе находится рядом с его домом, и он вполне мог бы прийти сюда. Но убедившись, что омеги здесь нет, я заставил себя прекратить думать о всяких глупостях и полностью сосредоточился на друге. Я мирно пил горячий кофе, попутно разговаривая с другом, как почувствовал несильный толчок в ногу. Опустив глаза, увидел маленького ребенка, который задев мою ногу, упал на пол. Благо, не расплакался. Я уже хотел было поднять его, но к нам подбежал какой-то паренек. Он схватил ребенка на руки, что-то ему говоря, а я удивленно уставился на парня. Это был Гайлс. Теперь-то я понял, почему ощущал ягодный аромат. Омега стоял передо мной, одетый в форму официанта, чуть запыхавшийся, с покрасневшими щеками, и тоже смотрел на меня. — Простите, — на его лице была медицинская маска, но из-за того, что она слегка сползла, я был точно уверен, что это Гайлс. Омега нервно поглядывал то на меня, то на моего друга и, похоже, не знал что делать. — Ничего страшного, — с улыбкой ответил я. — М-может вам что-нибудь еще прин…— договорить ему не дал еще один омега, который подбежал к нам. Он выглядел старше Гайлса, наверное, даже мой ровесник. Одет в обычную повседневную одежду, какой-то слегка встревоженный, а в руке с силой сжимал телефон, что аж костяшки побелели. — Луис, ну сколько можно убегать?! — он бережно забрал ребенка из рук парня, прижимая его к себе. — Простите, пожалуйста, за беспокойство. Гайлс, сделай этим молодым людям скидку, а я пойду, — он попрощался с Гайлсом и поспешил на выход. Только сейчас я заметил, что от этого омеги исходит очень яркий запах - похоже, что течка. — Конечно, до свидания, — Гайлс помахал удалившемуся омеге и повернулся к нам. — Вы желаете что-нибудь еще или будете уже оплачивать?

***

Домой я вернулся в приподнятом настроении. День выдался довольно хорошим, я даже перестал обращать внимание на жуткий холод. Было приятно встретиться с другом, да и встрече с Гайлсом я тоже был рад, чего уж скрывать. Ему очень идет рабочая форма, а когда он держал на руках ребенка, выглядел просто восхитительно… Кхе, похоже, я увлекся. С хорошим настроением я принялся работать. Ведь когда-то мне нужно закончить этот проект, а то не хочется получить нагоняй от директора. К моему удивлению, работа шла даже очень хорошо и быстро: постоянно появлялись новые идеи, которые я пытался впихнуть в свой проект, что-то менял и дорабатывал. Когда за окном стало совсем темно, я закончил еще один чертеж и был полностью доволен проделанной работой. Осталось совсем чуть-чуть и все. Со светлыми мыслями я забрался под одеяло, плотно укутываясь в него, и моментально провалился в сон.