"Милый"

Я слышал, что мистер Дейвидсон что-то кричал мне, но не понимал - что именно. Перед глазами все плыло, а в ушах безжалостно звенело, заглушая все остальные звуки. Я лишь хотел как можно быстрее добраться до постели, не свалившись на пороге. Более-менее я пришел в себя, когда, зайдя в дом, увидел у входа два чемодана. Пиханув ногой каждый, я убедился в том, что это не галлюцинации и прошел дальше по коридору в поисках родителей. Мне стало немного страшно от мысли, что родители вдруг внезапно решили переехать, и сейчас меня заставят собирать вещи. Я не хотел переезжать, от слова «совсем». Родители нашлись в свой спальне. Отец складировал на кровати вещи, а папа-сметал свою косметику с туалетного столика. Я наблюдал за их копошением в ожидании - когда же меня заметят, но, видно, родители были слишком увлечены сборами. — Что случилось, почему в коридоре стоят чемоданы? — не выдержал я, отрывая родителей от их занятия. — О, милый, ты уже вернулся, — папа улыбнулся своей белоснежной улыбкой, которой часто светил на телевидении, и подошел ко мне.— Неужели ты забыл? — он как-то удивленно посмотрел на меня, и я сделал такое же выражение лица. — Гайлс, я же говорил тебе, что мы с отцом уезжаем в командировку сегодня. — Когда это ты мне говорил? — мне внезапно стало противно от своего хриплого голоса и я прикрыл рот рукой, чтобы прокашляться. — Несколько дней назад, Гайлс. — Опять ты ни черта не слушаешь, — решил вставить свое слово отец. — Научись уже слушать других. — Я все понял, — раздраженно ответил я. Отцу лишь бы упрекнуть меня в чем-то. — И долго вас не будет? — Всего лишь недельку. Сынок, у тебя все лицо красное, ты заболел? — папа прикоснулся к моему лбу, проверяя температуру. — Иди быстро ложись в кровать, я принесу жаропонижающее. А ты, — папа указал на отца, — быстро собирай оставшиеся вещи. У нас скоро самолет. Отцу ничего не оставалось, кроме как послушаться, а я благополучно свалил в свою комнату. Усталость как рукой сняло, да и особо больным я себя не чувствовал, но папа напичкал всевозможными таблетками и приказал спать, а еще и запретил идти завтра в универ. Я не стал спорить, но на работу все же решил пойти. Не хочу весь день сидеть в четырех стенах. Больным тоже свежий воздух нужен. Родители уехали ближе к двенадцати ночи, и я остался в огромном доме совсем один. Конечно, они и так не особо часто проводят время со мной, но я все равно не хочу, чтобы они уезжали в свои командировки. Родители часто уезжают куда-нибудь, и всегда вместе, хотя работают они совершенно в разных сферах. Меня обычно оставляли на дедушек или с нянями, мне это не нравилось. Я хотел, чтобы родители остались дома, со мной. Так было всегда, но я никогда им не говорил об этом, и они сами не догадывались. Стало как-то грустно. Я перевернулся на бок, посильнее укутываясь в одеяло, и закрыл глаза. В силу того, что температура еще прочно держалась и не желала спадать, я уснул довольно быстро. Правда, спалось не очень приятно, я постоянно вошкался, было безумно жарко. Я старался сдержать себя и не скинуть одеяло, ибо нужно было пропотеть, чтобы завтра чувствовать себя получше. Благо, вскоре я окончательно отключился и уже совершенно ничего не чувствовал, просто спал. Утром я чувствовал себя гораздо лучше, по крайне мере, голова не трещала, грозясь расколоться на части. Правда, во всем теле все еще была слабость и вставать не хотелось, ну, я и не встал. А что? Больным лучше не появляться в учебных заведениях, мне это еще в школе вдалбливали. Мало ли - плохо станет, а я не хочу грохнуться в обморок у всех на виду. Но на работу надо, именно ее я пропускать не хочу. Люблю свою работу, там очень приятные люди, особенно Найл. Кое-как подняв свою тушку с постели, я, еле переставляя ноги, поплелся в ванную. Мои старания привести себя в более-менее приличный вид провалились в дребезги, поэтому я просто умылся и переоделся в свежую одежду. Особо готовить что-то сверхъестественное на завтрак не хотелось. Я не стал исхищраться и просто пожарил яичницу, за одно еще позвонил родителям, узнать как они долетели. Немного поболтав с папой, я наконец позавтракал и все оставшееся время до работы решил полностью посвятить лени и безделью.

***

Я совершенно не ожидал увидеть в кафе учителя. Найл не разрешил мне выходить в зал из-за того, что я болею, нацепил маску на лицо и сбагрил своего сына. Странная у него логика: к посетителям не пустил, зато ребенка доверил. Ну, я в принципе не против: Луис очень милый альфочка, только иногда чересчур шебутной. Вот и в этот раз он попытался убежать от меня, считая, что это забавная игра, и выбежал в зал к посетителям. Я сначала замер в ступоре, а когда очнулся, побежал за этим сорванцом. Луис, похоже, был настолько рад, что смог сбежать, поэтому не заметил и тюкнулся головой об чью-то ногу. Я подбежал к нему в надежде, что он не расплачется, и подхватил его на руки. А затем с ужасом понял, чья это была нога. Наверное, я был похож на идиота: стоял как вкопанный и пялился на него. Вообще, в этот момент во мне бушевали негодование и злость. Мне действительно показалось, что это…альфа… за мной следит. Он живет совершенно в другой стороне, но каким-то непонятным образом зашел именно в то кафе, где я работаю. Совпадение? Навряд ли. Правда, только через некоторое время я заметил, что он не один, и почувствовал себя еще большим идиотом. Я не знал, что мне делать, благо, меня спас Найл, который подбежал к нам и забрал сына. Чтобы я без него делал?! Я не хотел возвращаться домой, но выбора у меня не было. Накупил много всякой вредной еды, нашел какой-то фильм и удобно устроился на полу. Не прошло и десяти минут фильма, как в дверь кто-то позвонил. Я сначала не понял, кто это мог быть, а затем, когда краем глаза увидел пять пропущенных от Мао, все понял. — Я тебе звонил спросить, могу ли я к тебе прийти, но ты не отвечал, — Мао бесцеремонно вошел в дом, сразу заруливая на кухню. — Поэтому ты решил явиться без спроса? — Именно, — друг улыбнулся свой фирменной улыбкой до зубов, и вернулся к разбору пакетов, которые я только заметил. — Гайлс, меня тут позвали в бар, идем со мной? — он резко развернулся ко мне и схватил за руки. — Не-е-е, ты же знаешь, что я такое не люблю, — я стал как мог отмазываться, но когда Мао что-то надо, он ни перед чем не остановится. — Ну, пожалуйста, завтра вечером пойдем развеемся, м? Просто все идут со своими друзьями, а я один. Ну пошли, — он состроил щенячьи глазки, и я сдался, как обычно. — Ей, люблю тебя, — он чмокнул меня в щеку и убежал в комнату. Мао остался ночевать у меня (точнее, я его попросил), а он охотно согласился. Всяко лучше, чем сидеть в одиночестве. Мы досмотрели включенный ранее фильм и, решив особо долго не засиживаться, легли спать пораньше, тем более я почувствовал себя неважно, и во мне загорелась надежда, что я смогу откосить от похода в бар. Но ничего не вышло. Наутро мою простуду как рукой сняло. Будто бы ее и не было. Естественно, Мао этому был несказанно рад, ну, а я как-то не очень. Мы долго думали, чем себя занять весь день и пришли к выводу, что нам стоит начать потихоньку готовится к экзаменам, которые, кстати, не за горами. Мао объяснял мне весь материал, который я пропустил из-за течки, а я в свою очередь старался помочь другу с тем, с чем он затруднялся. Я даже вспомнил несколько заданий, которые объяснял мне мистер Дейвидсон. За учебой мы и не заметили как пролетело время. Мао сказал, что нас будут ждать к семи, а уже пять, поэтому нужно было собираться. Не знаю зачем, но друг вырядил меня так, словно я иду на свидание со своим будущем мужем. Может, он что-то замышляет? Я просто не стал препираться и полностью доверился ему; в итоге меня одели в светло-голубые джинсы, которые плотно обтягивали мою филейную часть, сверху нацепили белую майку и такой же белоснежный свитер в дырочку. Я даже не знал, что в моем гардеробе есть такие вещи. Я выглядел, как… ангелочек? Весь такой беленький и пушистенький, аж как-то не по себе стало. — А ты уверен, что я нормально выгляжу? — я недоверчиво покосился на Мао, а он продолжал с улыбкой пялиться на моё отражение в зеркале. — Ты выглядишь превосходно! — он чуть ли не запищал от радости. — Я не думаю, что эта одежда подходит для бара. — Господи, прекрати, все отлично подходит. Бери телефон и пошли, а то опоздаем, — Мао быстро собрал свои вещи и вытолкнул меня в коридор. Пока мы ехали до бара, я пытался узнать у друга - кто вообще там будет. Он назвал лишь пару наших общих знакомых из университета, а остальных он не знал. Нормально, блять. Что-то мне эта затея совсем перестала нравиться и оказалось, что не зря. Бар находился ближе к центру города и выглядел довольно престижно. Красивый интерьер и приятная музыка делали это место еще более интересным. Мао провел меня вглубь бара, и я увидел столик чуть ли не в самом углу, за которым расположилось человек так пять. Нас всех сразу познакомили и я немного успокоился, но не надолго. Через час все уже без стеснения общались между собой, подкрепляя разговоры всякими легкими закусками и алкоголем. Но я чувствовал себя не совсем комфортно. Во-первых, я не пил, в отличие от остальных, и их пьяные разговорчики меня не особо интересовали. А во-вторых, меня жутко напрягал парень, сидящий напротив. Он с самого начала пялился на меня, совершенно этого не скрывая, и если сначала я еще не реагировал на это, то теперь у меня стал нервно дергаться правый глаз. Чтобы не беспокоить остальных, я все же принял решение просто забить на этого парня и, глубоко вдохнув, присоединился к интересному разговору про всяких там знаменитостей. Меня буквально током прошибло, когда я почувствовал чью-то ногу, поглаживающую мою голень. Я шокировано глянул на того самого парня, а он так гаденько мне улыбнулся. Вот же сука! Если бы не куча народу и стол, который преграждал мне путь к этой нахальной роже, то я бы уже давно повыбивал ему все зубы. Еле как сдержав свой порыв злости, я встал из-за стола и бросив что-то типа: «я выйду ненадолго, а вы веселитесь», направился на выход. Плевать, что на улице несусветная холодина, но мне просто необходимо проветриться. Я достал пачку сигарет и закурил. А ведь хотел бросать, но как тут бросишь, если такие выродки жить спокойно не дают. Неожиданно рядом со мной появилась здоровенная такая фигура парня из бара… Боже, ну за что?! Я не скажу, что он прям огромный, для альфы даже худощявенький, но его рост… Мне даже показалось, что он выше мистера Дейвидсона, которому я даже до плеч не достаю. Стало немного страшно. — Не встречал курящих омег, — чуть заплетающимся языком сказал парень, вновь вызывая нервный тик в моем правом глазу. — Смотри, пока есть возможность, — огрызнулся я, затягиваясь. В этот момент амбал тоже достал пачку сигарет. — А ты очень миленький. Знаешь, что-то мне наскучили эти посиделки, может свалим отсюда? — он обернулся ко мне, вновь противно улыбаясь. Госпаде Иисусе, как руки-то чешутся выбить его белоснежные зубы. Правда, боюсь, что я не дотянусь. — Я бы свалил, только без тебя. — Ты чего такой грубиян, — альфа выкинул сигарету на асфальт и начал приближаться ко мне. — На улице холодно, а здесь неподалеку есть отель… или мы можем... — Отъебись! — прервал я его, стараясь уйти от неприятных объятий. — Как некультурно, тебя нужно научить, как правильно вести себя с альфами, — он совсем близко подобрался ко мне, и я не выдержал. — Блять, съебись, мудак! — я резко толкнул его в грудь и, вернувшись забежал в бар. Люди, сидящие за столом, удивленно глянули на меня, но я ничего им не сказав, взял свою сумку с дивана и поспешил убраться отсюда. Я из последних сил бежал до ближайшей остановки, сердце бешено колотилось, а воздуха катастрофически не хватало. В тот момент мне стало действительно страшно. Мало ли что этот придурок мог учудить, тем более я по сравнению с ним - вообще ничто. Благо, мне хоть удалось оттолкнуть его, а то навряд ли я бы ушел оттуда целым. Терпеть не могу таких альф, прям в дрожь от них бросает. Лучше я буду всю жизнь один, чем свяжусь с подобным выродком. Когда к остановке подошел автобус, я, не думая, запрыгнул в него, для меня было главное уехать. Но мне повезло и автобус оказался нужным. Как я был рад, когда увидел калитку родного дома. И зачем согласился на предложение Мао?! Сейчас бы спал и видел прекрасные сны. Я подошел калитке и полез в сумку за ключами. — Твою мать, — вырвалось у меня, когда, обшарив всю сумку, я не обнаружил в ней ключей. — Бля-я-ять, и где они?! — я полез по карманам, но и там оказалось пусто, разве что пачка сигарет. И что мне теперь делать?! Я сел перед калиткой, уткнувшись лицом в колени, и судорожно пытался придумать, что мне делать. Время было уже довольно много, а кроме одной единственной мысли в голову ничего не приходило.