Дубль "9"

Вершитель судеб (качая головой): Ничего не получится, все равно все заканчивается одним и тем же. Ангел-хранитель: Не совсем. Вершитель: Детали другие, а конец один и тот же. Папка у нее, а он погиб. Ангел: Не погиб, а при смерти. Вершитель: Ну, так скоро погибнет. Ангел: Прошу вас, умоляю, дайте еще один шанс. Вершитель: Это была восьмая попытка. Вам не кажется, что этого более, чем достаточно? Ангел: Но даже у кошки девять жизней, а человек ведь много ценнее! Вершитель вздохнул: Хорошо, но это в последний раз. Самый последний, вы понимаете? Ангел: Благодарю! Я уверен, что все получится. Но у меня маленькая просьба. Вершитель: Снова? Ангел: Все по правилам. Прецедент №3231 от 1452 года. Вершитель (бормоча): Нанял на свою голову ангела с юридическим образованием. Ладно, согласен, но помни, это последний раз.

******* Утро было туманным и холодным. Штольман вошел в гостиничную столовую как раз, когда оттуда выходил последний посетитель. Удобно расположившись у столика за окном, он сделал заказ. Наконец появилась возможность расслабиться после длительного и довольно утомительного путешествия. Немного гудела голова, правда, не столько от стука колес, сколько от коньяка, предложенного вчера случайным попутчиком. Принесли кофе, неожиданно оказавшийся довольно вкусным, и он с наслаждением стал отпивать маленькие глоточки, пока не показалось донышко. Все, теперь он готов приступить к работе. Штольман встал, пропуская официанта, собирающего со столиков грязную посуду. Внезапно из фойе послышался сильный шум. - Деньги, я говорю, деньги давай! - требовал грубый сипловатый голос. - Да помилуйте, какие деньги, утро же, - лепетал портье. - Не дури, вываливай все, что есть, иначе тебе крышка! Знаком приказав официанту оставаться на месте, Штольман по-кошачьи бесшумно продвинулся к двери фойе. Из-за шторы ему был виден грабитель, держащий на мушке портье. Мгновенно оценив обстановку, Яков одним ударом повалил преступника на пол и заломил ему руки за спину. - А вы где были, голубчик? - повернулся Штольман к запыхавшемуся пожилому швейцару, который появился в этот момент. - Так я это, по нужде отлучался, - смущенно ответил тот, все еще тяжело дыша. - Ну, это мы еще проверим. - Помилуйте, барин, много лет служу, не погубите, - взмолился швейцар. - С самого утра по нужде бегаю. - Ладно, зовите городовых. - Слушаюсь, господин полицейский. … Когда Штольман вышел из гостиницы, на улице все еще было довольно пасмурно, но сквозь тучи уже начали пробиваться сонные осенние лучи. Вдалеке промелькнул мальчишка на велосипеде. Балуют родители сорванца, подумал Яков Платонович, и быстрым шагом направился к полицейскому участку, так удобно расположившемуся на соседней улице. ***** - Антон Андреевич, его украли, я в этом уверена. Приятный женский голос заставил Штольмана остановиться у приоткрытой двери кабинета. - Конечно-конечно, Анна Викторовна, вы не переживайте, ваша техника обязательно отыщется, - заверил Коробейников. – Наша полиция – лучшая полиция в мире. Тем более, к нам нового следователя прислали, из самого Петербурга. Штольман Яков Платонович – надворный советник. Важная птица, скажу я вам. - Надворный советник, значит, из Петербурга? – заинтересованно произнес голос. – А могу я с ним поговорить? Штольман хотел было уже открыть дверь, но резкая боль в животе не дала его намерению осуществиться.