После возвращения

«Больно» - Это все, на что ты способен, Савада Тсунаеши? «Как же больно» - Подымайся, травоядное. Шатен пытался приподняться на руках, но они скользят по собственной кровавой лужице на полу, и он снова оказывается в лежачем положении. «Черт, ненавижу, ненавижу себя за все это» - Что за никчемное травоядное? Ну и как ты собираешься защищать своих друзей, когда даже за собственную жизнь постоять не можешь? «Прекрати» - Я смогу, - шепчет Тсуна, предпринимая новую попытку подняться. - Да неужели, - на лице брюнета расплывается хищный оскал. Одним быстрым движением он оказывается возле Савады и отшвыривает его в сторону ближайшей стены. Тело, встречаясь с бетонной преградой, издает глухой звук и скользит вниз, оставляя за собой кровавый след. Брюнет снова оказывается рядом с ним, присев рядом. Хибари берет Десятого за подбородок, заставляя смотреть на себя. - Ну, и что ты сделаешь? Тсу пытается сфокусировать свой взгляд на нем, но это плохо получается, глаза застилает пелена боли и слез. «Прекрати, пожалуйста, прекрати делать мне больно, мое сердце просто не выдержит этого». - Что ж, я покажу тебе, насколько ты слаб. Точный удар в солнечное сплетение выбивает весь воздух из легких Савады, он как рыба, оказавшаяся на суше, открывает рот, чтобы хоть немного вздохнуть. Хибари тем временем переворачивает его на живот и, схватив за волосы, тянет назад, заставляя Тсуну встать на четвереньки. Десятый, не понимая происходящего, хрипит пытаясь нормально дышать и неосознанно подчиняется брюнету, становясь в нужную ему позу. Запустив пальцы под резинку спортивных штанов Савады, Кея резко тянет вниз, снимая их вместе с бельем с шатена. - Хибари-сан? – Тсуна, немного повернув голову назад, смотрит на своего взрослого хранителя облака, не понимая, что тот делает. Бывший глава ДК, чья рука все еще держит его за волосы, тянет сильней, заставляя запрокинуть голову, затем он приближается к его лицу и слизывает кровь с разбитых губ Савады. «Пожалуйста, только не так». - последнее, что смог подумать Десятый перед тем, как услышал звук расстегивающейся молнии и животный рык хранителя облака. Потом была только боль, такая, что не сравнится даже с бешеными тренировками Реборна, болело не столько тело, сколько душа, сердце разрывалось на части, грозясь остановится в любой момент. Закончив свое «наказание», Хибари молча застегнул штаны и вышел из помещения. Тсуна пролежал, не двигаясь, еще, наверное, минут двадцать, затем приподнялся. Доползя до ближайшей стены, он сел, оперевшись на нее спиной, задница не болела, он просто не чувствовал ее, скорей всего, это было из-за пережитого шока. Почувствовав, что стало как-то мокро, Савада раздвинул ноги и посмотрел вниз, из ануса вытекала сперма, перемешанная с кровью. На глаза вновь навернулись слезы, странно, как это он не выплакал их все до этого. Сжав кулак, он со всей силы ударил им в бетонную стену, разбивая костяшки пальцев в кровь. - Так больше не может продолжаться, не может… не может… - шептал он. Нужно было подняться и идти, он оглядел себя – весь в крови и... и сперме, значит, сначала нужно в душ. Хорошо, что на этом уровне он был, буквально соседняя дверь, нельзя показываться другим в таком состоянии. - Бесит, - прорычал он, пытаясь подняться на ноги, - не позволю, не позволю так с собой обращаться, особенно ЕМУ. *** Электронная дверь со специфическим звуком открылась, впуская паренька в просторное помещение, он прошел в центр тренировочной комнаты и остановился напротив своего «противника». - Вау, не думал, что такое травоядное как ты придет, - Хибари подошел ближе, цепляя пальцами подбородок Десятого и заставляя его смотреть себе в глаза. - Неужто так понравилось? Саваду колотила мелкая дрожь, тело помнило, какую боль причинил ему этот человек. Страх сковывал, заставляя подкашиваться колени, а ведь он решился, решился дать отпор этому мужчине. Решился, когда принимал душ, пытаясь чуть ли не с кожей смыть с себя чужие прикосновения, решился, когда всю ночь пытался не разрыдаться, чтобы не разбудить Гокудеру, решился, когда шел сюда по коридору, но теперь, когда Кея стоял напротив и ТАК смотрел на него, когда его любимый человек ТАК смотрел на него, ну, пускай не совсем любимый, нет, он любил его… то есть… просто… сложно было разделить их на два различных человека, и это сводило с ума, терзало душу… и СИЛЬНО БЕСИЛО. - ...сти. - Что? – переспросил бывший глава ДК. - Отпусти, - глаза Савады полыхнули, а небесное пламя волной отшвырнуло от него Хибари. - Не смей ко мне прикасаться. Кея, ловко извернувшись, приземлился на ноги после того, как его отбросило, зрачки сузились, он был удивлен и даже немного растерян, что, кстати, никак не отразилось на его лице. - Неужели котенок показывает свои зубки? На лбу Савады горело пламя, так же полыхали и перчатки, которые он предварительно надел перед тем, как прийти сюда, это был первый раз, когда он зажег пламя без помощи пилюль. Даже если небо - это гармония, не стоит бесить его. - Может, такой крутой хищник как ты перестанет трепаться и начнет уже тренировку, - спокойно произнес Десятый в ответ. - Савада, да ты растешь прямо на глазах, - Хибари был доволен, похоже, котенок понемногу становится похож на НЕГО. - Хорошо, давай начнем, но правила те же. - …? - Проиграешь - тебе придется вновь удовлетворить меня. - … что будет, если выиграю я? - Ну-у, - Кея задумался. - Думаю, я выполню любое твое желание, хотя я и сомневаюсь, что это произойдет. - Не будь так самоуверен, Хибари, - Тсуна буквально прорычал это, а пламя на руках и лбу загорелось еще ярче. *** Кея стоял над поверженным «противником», всем своим видом показывая свое превосходство над ним, и плавными движениями вытирал тонфа белым платком от крови. - Ну что, котенок, ты проиграл. "Черт, черт, черт, - повторял про себя Тсуна. - Я должен стать сильней и заткнуть этого так названного хищника". Десятый, собравшись с силами, поднялся на ноги, левая рука ужасно ныла после неудачной блокировки удара бывшего главы ДК, ребра ломило, словно его переехал каток, а с разбитой губы и брови тоненькой струйкой стекала кровь. Тсуна поднял голову и посмотрел в глаза своему хранителю. - Этот ребенок… - подумал Кея, посмотрев в глаза младшей копии своего босса. Хибари довольно «улыбнулся», этот взгляд, целеустремленный, решительный и даже немного агрессивный, вот чего не хватало его боссу этого времени, взрослый Савада, хоть и многого добился, но постоянно сомневался в принятии того или иного решения. -Ну, - подал голос Джудайме. - Что ну? – вскинул брови хранитель. - Я проиграл… и теперь… это… - Мы не будем делать ЭТО здесь, жду тебя у себя в полночь, - произнеся это, Кея развернулся и вышел из помещения. *** Хибари был доволен, во-первых потому, что был полностью удовлетворен, во-вторых, потому что всего за пару дней тренировок сила Савады увеличилась в разы, котенок раскрепостился, стал чуть ли не противоположностью себя прежнего, постоянно дерзил и, кажется, вообще перестал его бояться. - Сегодня ты опять проиграл, - довольно произнес бывший глава ДК, сегодня ночью у него снова будет превосходный секс. Кея прижал паренька тонфой к стенке, упиваясь подобной близостью, это заводило, - подчинять так называемого босса, но если Савада будет прогрессировать в таком же темпе, что и сейчас, то в скором времени ему придется все-таки выполнить его желание. (Ночь того же дня) - Нн-н, ах…, - Тсуна застонал, запрокидывая голову и цепляясь пальцами за шелковистую ткань простыни. - Я смотрю, ты уже после нескольких раз привык и наслаждаешься этим. - Заткнись, - зарычал Савада, но после нескольких манипуляций Хибари снова застонал. Тот случай, в тренированной комнате, несколько дней назад, был первым и единственным разом, когда брюнет брал его жестко. На этого паренька было возложено слишком много надежд, хотя сломать его он и не боялся – сейчас Десятому, как говорится, «палец в рот не клади», но его маленькому хрупкому телу требовалось аккуратное обхождение, по крайней мере, он так думал, и это была своеобразная забота хранителя облака. Но потом он начал испытывать некие теплые чувства к этому пареньку и, когда он смотрел в эти большие карамельные глаза, то замечал в них отблески таких же чувств. «И как это произошло?» – размышлял хранитель. Он не помнил, в какой именно момент все изменилось, когда просто спор перерос в нечто большое, когда Савада начал к нему приходить, даже если в этот день у них не было тренировок, когда сам в спокойные дни стал выискивать котенка на базе, чтобы затащить его в какую-нибудь комнату или подсобку и… Как это переросло во что-то большее не знал ни Хибари, ни Тсуна, это просто произошло, может, из-за давления ответственности на Десятого, про которую он забывал лишь находясь в объятиях брюнета, а может они просто запутались во времени. ( День перед нападением на базу Мильфиоре) Оба противника сидели, оперевшись о стенку тренировочной комнаты, в тишине слышалось лишь их прерывистое дыхание и как осыпаются мелкие части разрушенных стен. - Ничья? - Ничья… И снова молчание. - И что будем делать? – поинтересовался брюнет. - Ну, не знаю как ты, а я сначала приму душ, затем нужно проверить, как там остальные и зайти к Хару и Кьеко, ай, - Тсуна получил не слабый удар по колену. - За что? Хибари лишь фыркнул и поднялся на ноги, отряхнув черный костюм, он повернулся в сторону Десятого. - Встретимся вечером, как всегда, тогда и поговорим. (Ночь того же дня) Тсуна отодвинул дверь в сторону и заглянул внутрь, хоть время и было позднее, надо было убедиться, что в «гостях» у Хибари никого не было. О том, что он приходил сюда, никто не знал. Ну, не совсем никто, однажды их запалил Лус, сами были виноваты, не стоило делать ЭТО в том месте. На горизонте никого не обнаружилось, и Савада, прошмыгнув внутрь, тихо прикрыл за собой дверь. Брюнет обнаружился быстро, буквально в соседней комнате, он сидел возле низкого столика и что-то читал в своем телефоне. - Котенок, - произнес Кея, оторвавшись от чтения, и повернулся в сторону вошедшего. - Хм, а иди-ка ты сюда. Хранитель похлопал себя по коленке, показывая, чего именно хочет, Савада широким шагом преодолел расстояние между ними и с довольной моськой уселся на предложенное место. Хибари вновь посмотрел на телефон, что-то там нажимая. - Так, а теперь скажи сыр, - Кея перевернул мобильный и вытянул руку, крепче прижимая шатена к себе. - Серьезно, фотография?- Савада был удивлен. - Не ожидал от тебя подобного. Тсуна посмотрел в сторону телефона и улыбнулся, послышался звук щелчка, брюнет посмотрев на результат, одобрительно хмыкнул и положил мобильный на стол. - Эй, а мне показать? – Десятый театрально надул губки и отвернулся. Бывший глава ДК нахмурился, а затем его руки скользнули под майку Савады и… -Ха-ха-ха, Кея, прекрати, - Хибари начал его щекотать. - Ха-ха-ха, ладно, все хватит. Хранитель остановился, наблюдая, как Тсуна пытается прийти в себя, вытирает слезы, которые уже успели появиться от «пытки». Вот и нашлось слабое место у Десятого Босса Вонголы. - Фух, вроде я успокоился, но ты должен обязательно напечатать мне фотографию, после завтрашней миссии, - приказал брюнету его босс. - Да, после миссии… - Хей, что с лицом? – спросил шатен, заметив резкую смену настроения своего хранителя. Кея резко мотнул головой, словно отбрасывая какие-то мрачные мысли, он ухватил Саваду за талию, повернул его на своих коленях лицом к себе и обвил его талию своими руками. - Я вот подумал, что мы будем делать с нашей ничьей? - А что с ней делать? Я считаю, что выиграл я. - И почему, интересно, ты так считаешь? - Ну, надеюсь, ты помнишь, что разница у нас в возрасте более десяти лет, так что, если принимать это во внимание, то через десять лет я буду круче тебя, - улыбаясь, заключил Савада, недвусмысленно ерзая на чужих коленях. - Даа? - протянул брюнет. - Посмотрим, посмотрим, ну, сегодня, так уж и быть, я признаю свое поражение, и каково же будет твое желание? «Только потому, что мы больше не увидимся», - продолжил он про себя. За это недолгое время брюнет сильно привязался к маленькому боссу, он видел, как мелкое травоядное начинает понемногу превращался в хищника, пускай катализатором этих изменений была его жестокость. Хибари тянуло к нему, заставляя желать Саваду все больше и больше, и… и любить, а мысли о «старшеньком» Кея старался душить на корню. - Ну, - Десятый задумался, а затем, сверкнув глазами озвучил свое желание, - Хочу сегодня быть свер… - Категорически нет, - перебил его хранитель. - Да не кипятись ты, я пошутил, хотя это была неплохая идея. Хибари фыркнул и опрокинул Тсуну на пол, навис над ним, гаденько так ухмыляясь. - Я тебе сейчас покажу «неплохую идею». Он накрыл своими губами губы шатена, яростно терзая их, заставляя того постанывать при каждом прикосновении к его телу. Это была их последняя ночь, но Савада узнает это лишь на следующий день и еще долго будет плакать по ночам и колошматить, в тайне ото всех, тренировочный манекен с рисунком взрослого хранителя облака на нем.