Стражник

      Я думаю, что капитан действовал не совсем сгоряча. Компенсация по страховке жизни фон Адрианна дала возможность покрыть выплаты по откупным на много лет вперед. Хотя, на мой взгляд, не надо было ввязываться в эту кабалу, а стоило вложить деньги куда-нибудь еще. Также фонд при полицейском управлении гарантировал семье капитана выплаты и квоту на место в академии сыну.       Я замял дело, пользуясь определенными связями и тем, что командование само не хотело, чтобы эта история получила широкую огласку.       За инициативу меня поставили на место фон Адрианна.       Я долго привыкал к этому и неуютно себя чувствовал на месте капитана. Нервы вкупе с возрастом стали всерьез расшатывать мое здоровье. Начали сильно болеть ноги и почти невыносимо — голова. Я стал чаще срываться на подчиненных. Единственное, что удерживало меня на плаву, — это моя семья. Возня детей и щебетание Мелиссы с кухни помогали мне хоть дома обрести покой.       Помню, я решил загладить вину перед женой за свое поганое настроение последних месяцев и повел ее на центральную улицу в лавку портного Зингера. Мелисса долго мне про нее рассказывала, говоря, что там часто отовариваются занятные высокородные особы.       Мелисса что-то радостно рассказывала мне, когда мы вошли в лавку. Я широким жестом дал добро на выбор любого платья стоимостью не дороже моего месячного жалования.       В лавке также присутствовала молодая девушка явно дворянского сословия, которая придирчиво выбирала себе перчатки. Она была одета по имперской дворянской моде. Длинный приталенный плащ с разрезом до середины бедра, высокие сапоги на шнуровке и брюки узкого покроя в тон плащу. Последнее вызывало у меня не лучшие чувства. Своей дочери я бы не позволил так одеваться.       Эта дворянка была рослой, с осиной талией, но достаточно широкими плечами. Для девушки ее происхождения странное сочетание. Я подумал, что, возможно, она играет в поло или крокет при гимназии.       Я уже потерял интерес и отвел взгляд от девчонки, вокруг которой вертелся сам престарелый маэстро Зингер.       — У вас прелестные руки, ваше сиятельство. Если бы вы их только берегли, — с сожалением отметил портной.       — Ваши руки стоят гораздо дороже моих, маэстро, однако же вы их тоже не щадите, — ответила девушка.       Ее голос. Я словно оцепенел.       Я уже слышал его и словно опять оказался в подвале банка «Анкастер».       Тем временем она расплатилась и проследовала к выходу. Знакомый силуэт и знакомая походка. А я застыл и не мог и пошевелиться. Сердце стучало, как бешеное, а в голове пульсировала сильная боль. Мне начало казаться, что я задыхаюсь.       — Господин, вам плохо? — спросил меня подлетевший внучатый племянник Зингера и усадил меня на стул. Я не сумел ему тут же ответить.       Из ступора меня вывела жена.       — Данте! Данте, дорогой! Мне сбегать за доктором? — обеспокоенно коснувшись моего лица, спросила Мелисса.       — Нет-нет. Я… Я просто немного перегрелся, вот и все. Я пойду подышу свежим воздухом и вернусь, — отойдя, ответил я и вышел на улицу.       Девушки и след простыл. Я вернулся в лавку.       Мелисса выбрала совсем недорогое платье. Думаю, она просто решила, что мне стало плохо от расценок в этой лавке.       — Спасибо тебе, любимый. Я и не думала, что у меня когда-нибудь будет такая одежда, — поцеловав меня, сказала она.       — Привыкай. Я все же ни много ни мало капитан теперь, — как мог весело ответил я.       Когда мы вышли от Зингера, я спросил Мелиссу:       — Дорогая, а кто была та девчонка в лавке?       — А еще капитан полиции, — с осуждением сказала мне супруга, и я навострил уши. — Это же леди Беатрисс фон Анкастер.       — А она была судима?       — Что ты?! Но ты же городовой и работал на Анкастеров, уж ты-то должен о них знать все, — ответила мне Мелисса.       Я поник. — А почему ты спросил?       — Она мне показалась очень похожей на женщину, которую я видел при ограблении банка.       — Данте, ей от силы лет шестнадцать. Когда грабили банк, она еще пешком под стол ходила, — заметила Мелисса.       — Знаю. Не обращай внимания. Я просто заработался.       — Я вижу. Кстати, она совсем недавно наделала много шума и…       — Дорогая, давай сегодня без светской хроники. Мне не очень интересно, с кем она спит и кто за ней бегает, — взмолился я, зная, что Мелисса обожает сплетни про дворян и их окружение.       — Ладно, — разочарованно ответила она, но тут же добавила: — Совсем забыла. Помнишь, ты упоминал, что встречал Персиваля фон Анкастера?       — Ну да, видел как-то, — ответил я, понимая, что не отвяжусь, хотя и скрыл все подробности нашей с ним встречи от семьи и подчиненных.       — Так вот, эта девушка — его младшая сестра.       Не знаю почему, но это меня взволновало. Наверное, я действительно уже старею и стал многие вещи воспринимать гораздо сильнее, чем в юности.       Я не нашел в себе сил и идей, чтобы начать расследование. Быть может, это из-за изношенного тела и духа, а может, потому, что я так и остался простым стражником, поручать расследование которому было бы опрометчиво.