Wrong turn

      Ощущения такие, словно всё, что происходит со мной — неправильно. Омега, жаждущий альфу. Поправочка. Жаждущий вставить альфе. И альфа, которому совсем не хочется трахать омег, ибо… самому нравится, когда его трахают. Глупо, но, блять, как хочется.

Мин Юнги

***

      У Юнги в зубах тюбик, недавно купленной смазки и собственные пальцы внутри. Размеренные движения, постепенно ускоряющиеся и доставляющие нереальное удовольствие.       Вот только… Ебать, как хочется трахать кого-то. Желательно альфу. Желательно конкретного альфу, который мозолит его глаза уже пару дней, с нетерпением ожидая, когда у хена появится течка.       Юнги прикрывает глаза и охает, когда его отпускает. Вроде бы течки ещё нет, но трахаться хочется до дури.       Многие омеги считают, что нет ничего лучше лекарства от течки, как огромного члена внутри. Похоже, Юнги не тот омега, который бы был согласен с этим, ведь он больше всего жаждет сам насадить на себя альфу.       Вот только… Он омега и его член вообще не должен работать именно в таком направление. Он омега, которого должны трахать во время течки. Он омега, который должен быть слабым и хрупким. Он омега, который должен рожать. Он омега…       Но ебнутая природа! Неужели нельзя переступить все эти запреты и жить по иным порядкам? Так же будет лучше и легче. Больше не будут вгонять в рамки.       Юнги дома один. Уже вторую неделю «болеет», но на самом деле прячется от одного альфы по имени Пак Чимин, который пару дней не давал ему проходу, словно они закадычные друзья.       И словно не было того момента, когда Чимин, пару дней назад отсосал ему в медпункте.       Такие мысли заставили Юнги застонать в голос и прикрыться подушкой. Его мама хочет внуков в будущем, но вместо того, чтобы быть тем, кем надо, её сынок, похоже, пошёл не в ту сторону.       Телефон разрывается от обилия звонков и сообщений. Большинство от Намджуна и от его матери, а так же и с какого-то незнакомого номера пару смс.       Мин сидел в полной тишине, которую иногда разрывал очередной звонок. Не выдержав этого насилия, Юнги плюнул на всё, и не глядя на абонента, нажал «ответить». — Привет, хен. Долго будешь от меня бегать?       У Мина дернулся глаз, и он со страху откинул телефон куда подальше. Забился под одеяло и притворился умершим. Он просто не готов сейчас с ним разговаривать. У него скоро течка в конце концов, а этот парень только и жаждет того момента, чтобы засадить Юнги поглубже и погрубее.       Неожиданно в квартире раздался звонок, отчего Мин вздрогнул, но всё же поднял тушку с дивана, подходя к двери и заглядывая в глазок. Вторую ошибку он не совершит. На пороге не было никого. Юнги выругался. «Наверное, опять дети шалят»... — думает Юн и открывает дверь, совсем не ожидая увидеть улыбающегося Чимина. — Привет, хен! Я…       Юнги резко захлопывает дверь, а затем прислоняется к двери спиной, пытаясь утихомирить громко бьющееся сердце. «Что этому альфе от меня надо? Небось трахнуть пришёл… А шиш ему! Подставлять кому-то свой зад не хочу!» — Я знаю, что ты всё ещё там и прекрасно меня слышишь. Почему ты так поступаешь со мной? Я твой истинный, а ты бегаешь от меня, словно от прокаженного… Мне обидно вообще-то… Мин прислушивается к голосу младшего, который становится на тон тише и похоже… Чимин плачет.       Юнги немедленно распахивает дверь. Плачет. Его альфа и вправду льёт слёзы у его порога, неуклюже их вытирая. — Ты чего? Чимин поднял взгляд на омегу, и похоже, успокоился. — Я ничего, но тебе, похоже, скоро станет плохо… Или хорошо, если я помогу…       Юнги не понимает, о чём говорит младший, но в следующую секунду до него доходит. По собственным бёдрам нехило так потекло, пачкая пижамные штаны. — Ох, ебать… Мин попытался захлопнуть перед альфой дверь, но тот не дал, заходя внутрь. Резко прижимает старшего к стене и глазами просит, чтобы тот не отталкивал. Мин и не сопротивляется, доверчиво прижимаясь к альфе, от которого у него сносит крышу окончательно. — Ты вкусно пахнешь… Юнги кусает Чимина за шею, оставляя своеобразную метку принадлежности, пока Пак слишком занят запахом течной омеги. — Юнги-я… Прости, но… Я не смогу… Неожиданно Чимин отстраняется, падая на колени перед старшим и прижимаясь щекой к его бедру. — Чего? — не понял Мин, чувствуя, как всё нутро реагирует на сидящего рядом альфу. — Я не могу, хен… — Чего не можешь? — Прости… Не могу… — ДА ЧЕГО ТЫ НЕ МОЖЕШЬ?! — ТРАХНУТЬ ТЕБЯ НЕ МОГУ, ПОТОМУ ЧТО САМ ХОЧУ ПОД КОГО-ТО ЛЕЧЬ!       Всё! Чимин всё-таки признался Юнги в своём грязном секрете. Всё кончено… Теперь хен точно не захочет быть рядом с ним… Он всё испортил...       У Юнги в голове за несколько недолгих секунд произошёл взрыв, который приблизился к отметке «крупный пиздец». — Чего? Он точно всё правильно расслышал?       Чимин отстранился и взглянул на омегу снизу, вытирая выступившие слёзы. — Не могу я трахать омег… Мне… Мне не нравится… Я никогда не хотел быть альфой, но природа сделала меня таким, и ничего с собой я поделать не могу… Я пойму, если ты так же, как и мои прошлые омеги назовёшь меня ничтожным альфой, уродом, обдолбанным психом и уйдёшь. Я пойму. Я уже привык.       Юнги молчит, но Пак без слов всё понимает. Встаёт с коленей, отряхиваясь. Кидает на шокированного омегу прощальный взгляд и идёт в сторону двери.       Мин тут же отмирает и хватает альфу за запястье, крепко прижимая к себе и глядя тому прямо в глаза. — Всё сказал? Теперь послушай меня. Я омега, но никогда не любил, когда в нас альфы пихают свои члены, потому что сам желал кому-нибудь вставить, понимаешь? Я омега, который тоже жаждет иного. Мы с тобой оба такие, и я не вижу в этом ничего плохого. Юнги всё говорит, но сам уже на пределе. Течка даёт о себе знать, но омега желает совсем иного.       Не дожидаясь ответа альфы, он тащит его по направлению к своей комнате. Захлопывает дверь и кидает Чимина на кровать, седлая его бёдра и слегка потираясь своим членом о чужой. С губ Пака срывается первый тихий стон, а затем удивлённый взгляд направлен на омегу. — Ты… Тебе не противно? В ответ Мин больно кусает Пака в плечо. — Ещё хоть одно слово, и я заткну тебе твой симпатичный ротик собственным членом. Усек? Теперь просто лежи и получай удовольствие…       Чимин дрожит, но всё же кивает и позволяет старшему стянуть с себя футболку. Чужие руки касаются смуглого тела, слегка задевая возбуждённые соски, а затем Мин кусает правый сосок, облизывая и посасывая.       Чимин до жути возбуждён. Потирается о бедро старшего и просит, чтобы тот не прекращал эту сладкую пытку. — Я впервые испытываю такие ощущения… — признаётся Юнги, продолжая играть с бусинками сосков младшего и усмехаясь, когда Чимин пытается заглушить свои стоны, кусая ребро ладони. — Я тоже… — смущённо признаётся Чимин, а Юнги удивляется, прекращая свои действия.       Невинный альфа? Как мило… Мало когда встретишь альфу, который всё ещё чист. Такое заявление приободрило омегу. Значит они оба всё ещё только испытывают?       Чимин просит Мина прекратить, но когда омега полностью игнорирует просьбу альфы, Пак опрокидывает Юнги на кровать, нависая сверху. — Что… Проснулись инстинкты альфы? — усмехается Юнги, сжимая член младшего в своих руках. — Нет… Просто хочу тебе снова отсосать… - Чимин хитро улыбается и медленно спускает пижамные штаны старшего. Не разрывая зрительного контакта запускает руку в трусы хена, слегка поглаживая затвердевший член. — Блять… — ругнулся Пак и громко вздохнул. Мин слегка поднялся на локтях, а потом снова откинулся на кровать, громко рассмеявшись. — Да твой член больше моего! Я ещё тогда это заметил. Обидно… Именно это и стало причиной для новой порции смеха со стороны омеги.       Но потом резко стало как-то не до смеха.       Чимин взял в рот полностью, пытаясь хоть как-то расслабить глотку для ещё большего проникновения. Юнги схватился за волосы альфы, слегка сжимая в своих ладонях, а затем громко простонал. По бёдрам, не переставая, продолжает течь, как из ведра, но альфа моментально решает проблему, слизывая с тела старшего ароматную смазку. Смачно облизывается и снова возвращается к члену Юнги, слегка покусывая головку. — Где научился так сосать? — Тренировался на бананах. — Ебнутый ублюдок… — Ты тоже, хен. Это взаимно.       Юнги отстраняет от себя младшего, но потом снова тянет на себя, даря слегка смазанный поцелуй в губы. Чимин настолько увлекается изучением рта старшего, что не замечает, как на его запястьях щёлкают наручники.       Пак резко отстраняется и непонимающе смотрит на хена, который внезапно стал слишком горячим и желанным. И лучше бы его сейчас трахнуть и дело с концом, но…       Есть одно гребанное «но». Они оба больные на голову. Безумно желающие друг друга ублюдки.       Юнги усмехается, пожирая своего альфу глазами, а затем встаёт с кровати, уходя куда-то, и ничего не говоря. Чимин нехило так очкует, но желания, да и способа сбежать — нет. Ему приходится терпеливо ждать своего чокнутого, под стать ему, омегу.       Мин приходит через пару секунд. На нём новая одежда, а в руках покоится баллончик со смазкой и продолговатый предмет, больше похожий на фаллос. — Ты ч-чего? У Пака дрожат губы, а глаза неотрывно следят за хитрым прищуром узких глаз Мина. — Любишь, когда в тебя что-то вставляют? Я устрою… Юнги садится рядышком и стаскивает с альфы узкие джинсы вместе с бельём. Берёт радужный (надо же, епт твою мать) двадцатисантиметровый фаллос, открывает смазку и надавливает слегка на пальцы, размазывая по всему стволу. Затем касается языком кончика и проводит по всему стволу, неотрывно глядя на сглотнувшего вязкую слюну Чимина. — Хочешь… Хочешь его в меня вставить? Юнги резко раздвигает ноги младшего и устраивается между ними, касаясь пальцами, перепачканными липкой субстанцией, сжатого колечка мышц.       Пак тихо стонет, прикрывая глаза, а затем охает, когда пальчики омеги оказываются внутри него. Холодные. Чимин жмурится пуще прежнего, когда Юнги начинает двигать ими внутри. Не понятно. То ли слишком больно, то ли слишком приятно. — Нравится? Это ещё не конец… Буду тебя мучить до конца. Пока не кончишь… Всё это омега шепчет на ушко младшему и иногда царапает комочек нервов внутри, заставляя альфу брать довольно высокие «ноты».       Если сейчас их застукают за таким постыдным делом, то Мину всё равно будет плевать, ибо он давно жаждал этого момента.       Пока омега наслаждался видом распаленного от ласк младшего, Чимин заскулил, когда в заднем проходе резко стало пусто. Но не надолго.       Из глаз альфы брызнули слёзы, когда кончик радужного «нечто» проник внутрь. Такое ощущение, словно всё внутри жжёт раскалённым пламенем. — Теперь понятно, как именно чувствуют себя девственные омежки, когда их трахают… Пака затыкают очередным поцелуем и проталкивают фаллос дальше, который моментально достигает нужного угла. — Обними меня… — просит альфа, а Юнги моментально исполняет его прихоть. Прижимает младшего к себе и начинает имитировать толчки, проталкивая игрушку по самое основание. У самого течёт так нехило, но он не может оторваться от того, как приятно чувствовать превосходство над кем-то.       Голос Пака уже охрип от громких стонов, и он уже мычал себе в ладонь, слегка кусая ребро ладони. Руки Мина касаются члена младшего и слегка надрачивают, не переставая проталкивать фаллос дальше. — Ебать… Никогда не думал, что это так приятно… Чимин подаётся бёдрами вперёд, неосознанно касаясь промежности старшего, отчего тот глухо стонет и двигается намного быстрее, чем прежде. У обоих цветные пятна перед глазами, но они продолжают двигаться друг другу навстречу.       Юнги отстраняется и заставляет альфу перевернуться на живот. Не вытаскивая игрушки, он прижимается к Паку сзади и снова продолжает имитировать толчки.       Чимина хватает лишь на пару томных стонов, и альфа обильно кончает на простынь. Юнги тем временем орудует внутри себя пальцами и его отпускает. Омега плюхается рядом с вспотевшим и уставшим альфой и улыбается. — Понравилось? Если хочешь повторить, то вот мой номер. Позвонишь, когда потечешь. Чимин шутку понял, но не улыбнуться в ответ не смог. — Ловлю на слове.

***

      Юнги видит довольную лыбу Намджуна и старается спрятаться за своим альфой, но их одинаковый рост мало, как спасает положение. А точнее вообще никак. Джун вытаскивает друга из-за растерянного Чимина и хитро так улыбается. — Ну… Рассказывай, где пропадал? От тебя явно пахнет этим парнишкой. Неужели всё же позволил кому-нибудь себя трахнуть? Я рад за тебя, братишка! Становишься настоящим омегой. Намджун потрепал старшего по волосам.       Юнги с мольбой в глазах посмотрел на своего альфу, который моментально залился краской, вспоминая прошлые их дни и ночи. — Да уж… Стал настоящим омегой…       Омегой, которой в кайф трахать альф…