Kuss Mich

"За окном снова снег. Серый вид уныло убивает во мне все чувства к тебе. Я не спал уже больше трех дней, потому что, закрыв глаза – снова увижу твой образ. Я ведь боюсь смотреть на тебя, особенно в глаза. Жизнь давно закончилась для меня, и я осознаю это. Ну вот, ты снова в моих мечтах, ты как вирус, живешь в моей душе и медленно убиваешь ее. Я чувствую свое прогнившее сердце, которое уже давно перестало биться, но, помни, оно оживает при твоем взгляде. И отчаянно кричит, воет, заставляет меня подойти к тебе и страстно поцеловать твои губы, но я подавляю это желание, и сердце обидчиво сгорает внутри меня. Когда я вижу тебя с другими женщинами, то стыдливо прячу свой взор и как мазохист терплю боль, которую ничем не смыть. О, если бы ты знал, как учащенно бьется мое сердце одновременно пылая, ты никогда не почувствуешь эту боль! А я, я чувствую это каждый день. И мне все равно, вместе с тобой или без тебя. Я перестал общаться с вами, ребята. Особенно с тобой. Мои руки все время дрожат, когда я вижу твое оголенное тело. И поэтому я не могу спокойно держать в руках микрофон. Ты много раз замечал это и гнобил меня этим, говоря, что я неудачник. Да, да, я неудачник, потому что не смею признаться тебе, о том, что безумно люблю. И все мои мысли только о тебе... Если бы ты был сейчас рядом... Я люблю тебя, твой Л.". Нет, нет, нет и еще раз нет! Я смял листок с очередным сопливым признанием в своих чувствах и мучительно лег на кровать, она была холодна, как и погода за окном, как и твоя душа... Ох, стоп! Нет, я больше не хочу думать о тебе! Ты делаешь меня ничтожным, мой дорогой. Я ненавижу тебя, ненавижу, ненавижу!!! Хотя... твое тело пробуждает во мне огромное возбуждение, и я никак не могу ненавидеть тебя. О да, черт, почему ты вновь в моих мыслях? И почему без одежды? По твоей мокрой коже стекает несколько капель пота, они нарочно сползают с твоей шеи вниз по великолепному торсу; а что там у тебя ниже да... Я закрыл глаза, представляя тебя рядом. Я чувствую у себя в штанах огромное напряжение, которое нужно снять. К черту трусы, они мне не нужны, мои руки уже скользят по моему животу, на секунду я замираю. А что если я извращенец, который хочет поласкать себя, представляя в мыслях своего друга? А что если я педик, как ты выражаешься? Я ведь мужчина, который хочет своего друга, как дикий зверь? Нет, я не такой... И мои дрожащие руки обхватывают уже отвердевший и набухший член. Сердце бьется все быстрей и быстрей, словно опасаясь, что кто-нибудь застанет меня в этот момент. Я не хочу сдерживаться, поэтому каждое движение по моему органу, дается мне с тихим стоном. Я хочу ускорить темп, быстрей, я уже сбился с тихого и непрерывного дыхания, сладкое ощущение скоро наградит меня, мне только нужно делать это еще быстрее... аххх, с моих губ сорвался протяжный стон, я тяжело дышу и не чувствую сердца, только оргазм, который вот-вот поразит меня, да... черт. Последний толчок, который помогает выйти наружу белой жидкости. Это удовольствие я никогда не забуду. Я, кажется, первый раз онанировал, вспоминая тебя. Все еще тяжело дыша, я переворачиваюсь ничком и улыбаюсь сам себе. Ох, какой же я дурак! Сейчас я начну проклинать себя за то, что только что сделал. Идиот! Извращенец! Ничтожный! Как мне стыдно, стыдно, что ублажил себя, вспоминая тебя, прости меня, прости... Мои глаза медленно закрываются, я еще в сознании накрыл себя одеялом. Я наконец-то могу поспать хоть несколько часов. И я буду молиться, чтобы твой образ вновь приснился мне... *** Звонок моего телефона напомнил мне, что сон не вечен. Я с еще не проснувшимся мозгом потянулся к тумбочке, где лежал телефон и нечаянно задел кружку с водой. Ее содержимое растеклось по всему ковру, черт! - Алло, - сонным голосом пробурчал я. Мои глаза были еще закрыты. - Привет, дружище! Это я Рихард, - бодро прокричал в трубку Круспе. - Я приехал в Берлин всего на неделю, по работе. Эмигрейт, черт тебя побери, это штука серьезная! Ты ведь знаешь, что в Нью-Йорке сейчас снег. А как у вас там? В общем, что я хотел-то. Можно я у тебя в гостях поживу. А то остальные раммы разъехались по разным странам! – думаю, сейчас Рихард не спрашивал, а настаивал, но, как мне отказать другу? Пришлось согласиться. - Хорошо, но не забывай, что ты в гостях и, - я, наконец, разлепил глаза и уставился в окно. Чертов снегопад! – веди себя прилично! - Yes, my friend! – победно крикнул Круспе. - А как ты там со своей юной Элизабет? Как у вас продвигаются амурные дела? – сквозь смех, прошептал Рих. - Да иди ты! – я сразу понял, о чем идет речь. Дело в том, что я пишу текст песни о грязной любви к подонку, смысл в том, что люди будут понимать песню, как призыв к извращению и унижению ради любимого человека, но на самом деле смысл здесь совсем невинный, он заключается в... - Эээээй, ты что заснул там, Тилль? - Нет! - Ну, тогда жди меня, - сказал Рихард и положил трубку. Ну вот, ко мне домой приезжает голубоглазый болван. Опять у меня в доме что-нибудь сломает! И опять тишину моей спальни нарушил звонок мобильника, я подумал, что это Рих забыл что-то, поэтому что есть силы рявкнул в трубку: - ДА ЧЕГО ТЕБЕ ЕЩЕ! - Оу... Тилль? – в трубке послышался голос – твой голос. Мое сердце предательски забилось в ускоренном темпе и я уже не смог контролировать себя. Твой голос делает меня ничтожным, робким и нежным. Только тебе я могу позволить издеваться надо мной. Твои унижения я воспринимаю, как наказание за то, что влюбился в тебя. - Извини, - тихо и нежно прошептал я. Мой голос был обычным, таким, каким должен быть, я не напрягаю голосовые связки, когда нахожусь вне зоны группы. - Ты что голос потерял, Пончик? – улыбнулся он. - Нет, я... – что же мне тебе сказать? - В общем, Тилль. Мне надоело отдыхать в Рио. Можно я приеду к тебе поживу немного. А потом отправлюсь по своим делам дальше. Ну что скажешь? Jaaaaaaaaaaaaaaaaaaaaaaaaaa!!! - Я подумаю... - с дрожащим голосом ответил я. - Черт, я же твой друг! - Ну, хорошо, только ко мне приезжает Круспе на неделю, - я пытался скрыть в своем голосе нотки привязанности к нему, но получалось у меня не важно. Идиот! - Вот и отлично, устроим всемирную попойку! – вдохновенно крикнул ты. - Встретимся сегодня вечером, - гудки... Вот же напасть! Я не смогу жить с тобой в одной квартире, я же просто умру от нехватки воздуха, когда буду наслаждаться твоим телом. Ну почему, почему жизнь так ужасна?! Я же никогда не признаюсь тебе в своих чувствах, я не смогу пересилить себя. А Круспе? Он точно заметит, как я смотрю на тебя. Мои глаза никогда не врут, они показывают все, что я так старательно прячу! Но в душе я жду нашей встречи... *** - Привет, Тилль, - Рихард прошел ко мне в гостиную, кинув на диван свою сумку с вещами, - я проголодался, есть чем перекусить? – он закатал рукава рубашки и направился на кухню. Я просто вздохнул, а что мне еще оставалось делать. Круспе он и в Нью-Йорке Круспе. Говоришь, веди себя прилично, а он мимо ушей проносит все слова. Ну, хоть готовить умеет! И то плюс. - Тииилллль, - прокричал Рихард с кухни, - ты либо ничего не ешь, либо уже все съел, - Круспе зашел ко мне в гостиную, - где еда? Я уже и забыл, когда в последний раз ел. Все из-за любви... - В магазине! - Очень смешно! Давай, беги в магазин, - Рихард указал на дверь. - Хотя, пойдем вместе. Ты же у нас "Герр-любитель-побросать-в-корзину-самое-большое-количество-продуктов". - Я в шоке от твоего юмора, - немного улыбнулся я. Кажется, Рихард немного выводил меня из "любовного" запоя. - Тилль, а я вот подумал, мы Новый год отмечали отдельно, каждый со своей семьей, ну и днюху твою мы так и не отпраздновали, давай зажжем! – Рихард по-дружески обнял меня за плечи, и я уже не слушал свое сердце, которое кричало о неразделенной любви. *** - Ой, а вы Линдеманн и Круспе? – продавщица в супермаркете проглотила жвачку от неожиданных посетителей. - Нет, я Святой Генри, а это мой сын Люк, - сказал Рихард, показывая на меня пальцем. - Ой, правда? – кажись, продавщица под градусом была и верила всему, что ей говорили. - Нет, мой друг шутит, - серьезно сказал я. - Вообще-то, он ободранная лиса, а я упитанный пончик. Рихард вдруг начал громко смеяться и биться в конвульсиях, из его глаз ручьем текли слезы. - Я, я – сквозь смех пытался сказать Круспе, - я знал, знал, что настанет этот день. - Он наклонился ближе к девушке и произнес: - Вы хотели правду, так получайте! Мы секретные агенты и пришли к вам в магазин под видом обычных людей, чтобы выяснить, почему у вас хлеб ломтиками нарезан! Тут настала моя очередь смеяться. Продавщица смотрела на нас с огромными глазищами и, не отрывая взгляда, начала пробивать продукты. Ну, как продукты. Пиво, пиво, пиво, водка, шнапс, водка, хлеб, печеньки, водка, пиво, водка, колбаса... - Ой, а я же про помидоры забыл, - Рихард стукнул себя по голове. - Тилль, ты иди к машине загружай продукты, а я сейчас! – Круспе растворился среди полок наполненных коробками с сухим завтраком. Я взял пакеты и пошел к машине, но мой взгляд все же проскользнул в сторону продавщицы, и тут я покраснел. Она, широко открыв рот, пыталась кому-то дозвониться. У меня в голове возникли две идеи на счет этого. Первая, она звонила в дурку и вторая, она пыталась позвонить в полицию. POV Рихард Черт, почему помидоры гнилые? Что за магазин! Я как салат без помидоров делать буду! - Дяденька, - сзади меня послышался голос, - дайте автограф! – две девочки двенадцати лет и три совершеннолетних кобылы стояли рядом со мной и пялились на меня. - Извините, я тороплюсь. - Дяденька, мы знаем кто вы, - сделав шаг ко мне, пропищала одна из девчонок. Я прижался к полке с овощами, нервно водил руками по одной из полок, ища кулек с долбанными красными помидорами! Вся ситуация напрягала меня, эти девочки смотрели на меня, будто взглядом раздевали! А мне уже за сорок, я в тюрьму не хочу. - Вы такой милый, - сказала самая высокая из девочек, она хотела дотронуться до моей груди, но я, наткнувшись на пакет с овощами, резко направился бежать к кассе. Толпа девочек побежала за мной. Я вилял между полками, что бы сбить след, но они догоняли меня! Я прижал к себе кулек и, не отпуская, бежал! - Вот, сдачи не надо, - я кинул в продавщицу крупную купюру денег, параллельно показывая то, что взял в магазине и пулей вылетел к Тиллю. Он ждал меня в машине. Я бегом бежал, не останавливаясь, слыша, что за спиной орут девчонки. POV Тилль Ёперная жизнь! Моя челюсть отвисла, когда я увидел Рихарда, который, придерживая руками пакетик с помидорами, бежал ко мне в машину; за ним гналась толпа маленьких девчонок. - Гони, - еле дыша, произнес он, когда сел в машину. Я что есть мочи надавил на газ, и мы благополучно выехали на дорогу. - Может, ты оторвешь свою хватку от пакета и бросишь его на заднее сиденье? – произнес я, когда мельком взглянул на друга. Он испуганно смотрел на дорогу, крепко держа тот пакет с помидорами около груди. Его волосы в конец разлохматились, на лице виднелся красный румянец, а взгляд напоминал безумного ученного. - Они хотели меня изнасиловать, - тихо произнес он. - Да ладно, с нами так пол мира хотят сделать, - спокойно произнес я. - Ну не маленькие девочки же! А если бы кто заметил? Сразу бы на меня все обвинения повесили! И в тюрьму бы упекли! За растление малолетних! – Круспе наконец бросил помидоры на заднее сидение. И испуганно, крепко сжал мою руку, я на секунду потерял контроль над машиной, но все обошлось. - А если они найдут меня? - Твою мать, Рихард! Я клянусь, сейчас развернусь и поеду отдавать тебя тем детям! - Ой, прости, что-то я разнервничался, - Риха привел себя в порядок, поправил рубашку и пригладил волосы. Вот так-то лучше. *** Стол был почти накрыт, время близилось к девяти часам вечера. Я ждал его и сильно нервничал, изредка поглядывая на часы. Круспе хозяйничал на кухне, доделывал очередной салат, который должен был стать закуской к бесконечному алкоголю. - Эй, - Рих ударил меня по руке, когда я своровал из салата нарезанный кусочек того самого помидора, - когда сядем, тогда и поешь! Кстати, когда придет... - договорить он не успел, в дверь постучали. Я бегом направился к ней, мое сердце бешено колотилось, я думал, что сейчас покраснею, когда увижу его. Вдохнув побольше воздуха, я открыл дверь.