YuriO nIce

Юра хорошо учился в школе. Он редко её посещал, в связи с занятиями на катке, однако старался не расстраивать дедушку плохими отметками. Поэтому — после занятий с Яковом, возвращался в общагу и штудировал, штудировал, штудировал. Даже к 15-ти годам у него не появилось друзей среди одноклассников. Он держался особняком и одноклассники подсознательно его сторонились тоже. Никто не предлагал ему списывать, и никто не просил списать у него. Школа была просто местом, куда он должен был приходить для галочки. Тем не менее Юра умел пользоваться знаниям, которые получал. Наряду с развившейся фокусировкой, школьные теоретические знания помогали ему рассчитывать свои возможности, подсчитывать баллы, анализировать ошибки. Когда хотел, Плисецкий мог выступить, получив от жюри задуманное число баллов. Но он никогда не задумывал число большее, чем был способен на данный момент. Потому что всегда осознавал свои силы и анализировал своё состояние. Не важно, что Яков ругал его самонадеянность — Юра умел сделать себе правильную оценку. Оценивал Плисецкий также других фигуристов. Исключительно Виктор был всегда раздражающе непредсказуем. Единственное что можно было о нём всегда с точностью предсказать — это то, что он победит. Пока что Юра был во многом слабее Виктора. Но он стремился его сместить с вершины пьедестала чемпионов. Поэтому нужно было использовать всё, что у него есть, ловить каждый шанс, способный приблизить его к цели. Ещё маленький, но уже решительный Плисецкий мгновенно заполучил обещание программы от Виктора, как только появилась возможность. Уже давно Никифоров прослыл гением хореографии на льду, поэтому Юре нужна была именно его программа. Рукопожатием они скрепили договор. Успокоенный этим, Юра продолжал тренироваться. С его талантом и с программой Виктора Юра безусловно станет чемпионом. Виктор принял условия, беспечно пообещав устроить ему лучший дебют во взрослую категорию. Возможно, он и не заметил, что юный мальчишка вознамерился в этот дебют его победить его же программой. Но зато маленький Плисецкий уже видел это в своём будущем. Оно, будущее, Плисецкому казалось чётким, и оставалось только правильно проложить к нему дорогу. А сделать всё правильно и чётко - это Юра умел. Он победил, конечно победил. В категории Юниоров никто из его соперников и близко не стоял. Теперь Плисецкий переходил на высший уровень зимнего спорта. Оставалась лишь формальность — закрывающий банкет поздним вечером. Но до него у Юры были тоже важные дела. Он пошёл на зрительские трибуны. Скоро на лёд выходила взрослая категория. Произвольная программа, решающее выступление. Бывший юниор уже ознакомился с выступающими. Не лично, конечно. Уже несколько лет он следил за взрослыми чемпионатами. Изучал своих будущих противников. Юра хорошо понимал, что его тело скоро изменится, поэтому он торопил Якова с переходом во взрослую. Когда организм перестроится, он наконец избавится от своего чересчур хрупкого вида. Но придётся чуть ли не заново учиться кататься. Поэтому нужно было победить сейчас, пока его тело напоминает превосходное и послушное орудие. Годы тренировок именно этому и были посвящены, Юрий Плисецкий был готов к схватке с сильнейшими. Пусть у них за плечами опыт, но и у Юры имелось пару тузов в рукаве. Пару четверных тузов. А также самая ценная карта — джокер. Джокер по имени Виктор. И вот, на финале Гран При собрались лучшие фигуристы из разных стран. Вернее, предполагалось, что лучшие. Взрослая группа в тот день его разочаровала. Китаец с итальянцем оба решили дополнительно вставить сложные элементы во вторую половину своих произвольных. Если б откатали, как на отборочных, вместо того чтоб пытаться угнаться за Никифоровым, то получили бы куда выше баллы. А так они вымотались и не хватило сил на правильное выполнение добавленных прыжков, а дальше и остальные элементы посыпались. Но занявший последнее место японец вообще вывел Юрия из себя. На видео с предыдущих этапов тот хоть не блистал прыжками, но не падал, как теперь. На каждом. Долбанном. Прыжке. И это когда каждая секунда на счету, когда падение не только забирает очки, снижает концентрацию, но ещё и крадёт время у других элементов. В итоге от той дорожки шагов, которую Плисецкому хотелось посмотреть вживую, не урезанную объективом камеры, от неё осталось несколько несчастных шагов. Юра чуть не зашипел. Чтоб его! Отстой! И этот... Кацуки Юри?.. считается одним из сильнейших? Он собирается со мной соревноваться? Ну нет, Я бы ни за что не поддался давлению финала, ни какому-либо другому давлению, о котором трепались дикторы. А когда Юри ещё расклеился, как девчонка — это Плисецкого взбесило!. Слабак! Чтоб я делил имя с таким слабаком? — да хрен вам! Делить с ним лёд тем более не намерен. Только один Юрий нужен в следующем финале Гран При. И это точно не этот плакса. После этого разъяснения отношений в туалете Юра полагал, что на этом и закончится их знакомство. Но тот япошка, напившись во вдрызг и явно не соображая ничего, как-то вынудил соревноваться с ним в брейк-данс. Ни один из них не умел его танцевать, поэтому шансы были равны, убеждала логика. Но то ли японский Юри видел больше уличных представлений, то ли ему помог алкоголь, но трезвый и совершенно разозлённый русский Юра был признан проигравшим. И Плисецкий лишь сильнее его возненавидел. У пьяного японца также раскрылся талант в других танцах, в том числе, на шесте. Плисецкого чуть не стошнило от зрелища. И ненависть Плисецкого лишь усилилась. Но он сдерживался, так сильно сдерживался, что весь трясся. А совершенно нечувствующий его убийственного взгляда японец, бросив Кристофа и шест, кинулся прижиматься к Виктору. „Не надо было сдерживаться,”- потом думал Плисецкий. – „Надо было сразу выбить из него дух, наплевав, что все смотрят.” Чтоб не успел произнести этих слов. Чтобы Виктор не рванул потом за ним в Японию. Чтобы Юре не пришлось лететь туда за ним. Чтоб не пришлось пережить этого унижения. Чтоб он дальше жил согласно строго проработанному плану. Джокер над ним посмеялся и перескочил в чужие руки. Остались только тузы, которые, как оказалось, не много стоят. Юра теперь не знал, справится ли с поставленной задачей. Теперь, когда его давно просчитанный план вдруг был выброшен в мусорку, он был растерян. Из Японии он вернулся с хорошей короткой программой, да. Но именно произвольная решает всё, а её нет. Из сообщений Юки, Юра узнал, что Виктор помогает Юри создать свою собственную программу. Это сложно. Юра на такое не решился бы, даже под присмотром Никифорова. Тем более под присмотром Никифорова. Плисецкий не иначе как с содроганием вспоминал тренировки авторства начинающего тренера. А создавать с ним произвольную... Юра почти сочувствовал Юри. Однако в результате Виктор позаботится, чтоб у японца была отличная программа. А также он проследит, чтобы Кацуки исполнял её не хуже, чем Эрос. А Юра... Он нуждался в новом плане. Со старым планом, скорее всего его и так ждало поражение. Это показало ему соревнование в Японии, кола парень, оказавшийся на последнем месте на соревнование Гран При, победил золотого медалиста Юниоров. Значит, Юра не мог продолжать, как раньше. Нужно было измениться. Юра и не подозревал, что точно такие же мысли совсем недавно мучили и японского фигуриста. И, как и Юри, Юрию на помощь пришёл его тренер. Это и был тот шанс, в котором нуждался молодой фигурист. Поэтому, с появлением Лилии Вороновской, он без секунды размышлений отдал себя в её руки. Он был готов измениться, как она того пожелает. Словно идеальная очищенная эластичная глина, из которой мастер вылепит шедевральное произведение искусства. Хороший тренер всегда требует отдачи от подопечных, но Лилии он отдал себя всего, душу и тело. Подстёгиваемый её замечаниями, Юра разрушал самого себя. Прошлого себя. Он себе не был таким нужен. Юра хотел того, что ему обещала бывшая Прима балета. Сжечь себя и восстать из пепла. Возродиться куда более сильным, чем был до этого. Скорее! Скорее! Сейчас! Юрий Плисецкий вспыхнет ярко и станет легендой! А перед этим, Котлета, я тебя сотру, размажу... - Я из него борщ сделаю в Москве, - тихо прорычал Юра. Вот только он забыл совсем о JJ. Этот канадский индюк в кричаще красной куртке и с заносчивостью, которая немного напоминала Плисецкому старого себя, он снова обошёл Юру по всем пунктам. На втором отборочном туре в Москве Юра снова оказался вторым. И это вдвойне бесило! Возможно, если бы он набрал больше баллов на короткой... теперь только оставалось расстраиваться об упущенных шансах. Вместо того, чтоб отвлекаться на русско-японский дуэт, Плисецкому стоило осмотреться, хладнокровно оценить все свои возможности и возможности противников и составить стратегию. Спокойно и чётко. Но как сохранять спокойствие, когда Виктор так показушничает и хвастается своим японским учеником? Юре казалось, что когда Виктор выступал сам, и то он не вёл себя так самодовольно. Накануне выступлений Юра как раз прокрадывался через общий холл отеля в свой номер за спинами папарацци, когда по голосу понял, кого они обступили. Виктор снова болтал о безусловном таланте своего протеже. Юра тоже прошёл во второй этап — и без Виктора. Хотелось выкрикнуть это, но с журналистами дело иметь совсем не хотелось. Представителей этой профессии он недолюбливал, видя в них неизбежное зло, которое тем не менее помогает ему быть в курсе событий в мире, ведь они мастера задавать меткие вопросы. Словно в подтверждение его мыслей, одна из журналистов подготовила вопрос, над которым, возможно, Плисецкому надо было подумать уже давно. Юра сам удивился, что почему-то не задумался об этом раньше. Готовит ли Виктор в Юри соперника для себя? Или зачем он с ним тогда возится, если думает вернуться к катанию и кинуть тренировать Котлету? Он сейчас кажется совершенно довольным присматривая за Поросёнком.А вернётся ли Виктор на лёд вообще? Или он делает из Юри что-то другое? Что же запланировал Виктор? С его историей побед, неужели он так просто сойдёт с дистанции, уступит лёд "следующему поколению"? От него теперь можно ждать чего угодно. - ...не хотели бы Вы с Кацуки посоревноваться? На вопрос Виктор на секунду замолк, с фирменной улыбкой застывшей на лице. Потом, удачно заприметив Юру, привлёк к нему внимание вышеупомянутых представителей прессы. О вопросе без ответа все быстро забыли. "Вот подстава! Урод Никифоров!" Какие у них планы, есть ли у них планы вообще - Юре стало наплевать - на его собственном плане это никак не отразится. А молодой Плиисецкий планирует ни много ни мало - быть звездой в свой первый сезон. Это его время сиять. Не Виктора, и не Юри. Его. К своей досаде на короткой программе Юрий не был достаточно сосредоточен, и это отразилось на оценке комиссии. Надеялся, что в Москве, в родном городе, где его всегда ждёт в гости дедушка, он сможет улучшить Агапе... но вышло даже хуже. Всё потому, что не смог успокоить злость на этих двоих - вели себя, словно весь мир у них в руках. Эта самоуверенность, да ещё снисходительная поддержка — непрошеная злость мгновенно вскипела и разрушила Агапе. Но на произвольной он не позволил себе совершить ту же ошибку. Когда коньки встали в уже заученную позицию, и тело послушно настроилось для начала программы, Юра решительно отбросил все мешающие чувства и мысли. В таком состоянии полной концентрации он сделал то, что хотел — вышел за границу своих сил, поставив свой новый личный рекорд. С его баллами, Юра играючи прошёл в финал Гран При. Прошёл и Кацуки. Едва. Насчёт этого... Это что такое было?! Ёперный балет! Какого чёрта, Котлета?! Повтор истории с прошлого года? Ты едва не оказался отпавшим! Ты меня напугал. На произвольной программе так сложилось, что у Юрия и Юри снова был один тренер на двоих. Русский Юрий, мягко говоря, недоумевал в сложившейся ситуации, но отбросив ненужные тогда мысли, он смог сосредоточиться полностью на программе. Даже зашевелившееся раздражение было грубо смято и закинуто на задворки сознания, чтобы Юра сделал то, что нужно. Более того - подчинив себе чувства, он достиг своей лучшей формы. Он был так собой доволен и предвкушал посмотреть, как соперники в панике пытаются побить результат русского завоевателя катка. Особенно хотелось посмотреть на нервничающего Юри. Но Юри выглядел спокойным. Чересчур спокойным. Будто его совсем не взволновало такое безупречное выступление его главного противника. Не так — казалось, что Юри вообще ничего не волнует. Но спокойствием это определённо не было. Хоть Яков и согласился заменить Виктора, Котлете это явно не помогло. Он вышел на лёд и ни разу не глянул в сторону своего временного тренера. Не смотрел вообще ни на кого. Как будто, раз нет Виктора, больше никто не считается. И катался тоже так, бездушно. Совсем не похоже на него. Прямо как на прошлогоднем финале. Слабак! Я же говорил, что парень, рыдающий в туалете не сможет измениться только из-за появления Виктора! Виктор исчез, и ты снова стал неудачником для всего мира. После того, как я себя довёл до предела, как Ты смеешь не делать того же?! После того, как Виктор выбрал ТЕБЯ, почему ты не надрываешь силы ради победы? Ярость была уже готова выплеснуться в самых сочных выражениях, но тут совсем рядом раздалось: - Поддержишь и меня тоже? Снова забыл про этого индюка. Чёртов Лерой! Кулака просишь? Так ведь дождёшься! Вот посмотришь, в следующий раз, как не будет рядом Вороновской... И не "поддерживал" я никого. Я таким не занимаюсь, не чирлидер. Просто от злости хотелось выкрикнуть пару ласковых. Но момент был упущен, и Лилия уже сопровождала остывающего фигуриста с трибун. Снова интервью, блин. - пронеслось в голове Плисецкого, когда увидел, куда его привела хореограф. Но надо было привыкать — звёзды и журналисты — эти понятия всегда идут парой. Зато быстро с ними разберусь — и можно будет наконец отдохнуть. В раздевалке никого не было и Юра снова себя похвалил за хорошо подобранное время на переодевание. Так он избежал шуточек канадца и повторного столкновения с японцем. Юра быстро нашарил ключ в кармане ветровки и открыл свой шкафчик. Рядом со сменной одеждой и чемоданом для костюма лежал бумажный свёрток. От него приятно пахло душистым тестом и теплом маленькой старой квартиры на окраине города. Там жил его любимый дедуля. Это он сделал для Юры пирожки, которые всё ещё излучали тепло, даже несколько часов спустя после того, как деда привёз их Юри, чтоб приободрить перед выступлением. Кацудон-пирожки — только дедуль мог такое придумать. Юра отложил их, чтобы съесть как награду после выступления. Дедушка верил, что Юра отлично справится на соревновании, и Юра не подвёл. Дедушка всегда верил, что его внучек вырастет сильным и мужественным. Где бы Юра ни был, он знал, что в мыслях дедушка желает ему успеха и это знание поддерживало его многие годы жизни в чужом городе. Юра привык искать поддержку только внутри, в таких мыслях и воспоминаниях. Он привык быть один, но не чувствовал себя одиноким. Он стал сильным. А Юри всё же был слабак. И сейчас в России он казался совершенно одиноким. И не было Виктора, которого, по мнению Юры, всегда казалось слишком много. Но, видимо, для Юри, чтобы заполнить его одиночество, было мало всех других людей вместе взятых. Плисецкий далеко не сразу это понял, когда, попереобнимав всех фигуристов, зомби-Котлета погнался уже за ним, протянув руки для объятий. Пойми он тогда — наверное хотя бы из жалости дал бы Кацудону прижаться к себе. После Виктора в России он ведь был наиболее близок японцу. Дурак Виктор, ни к чёрту из тебя тренер! Играете с Юри во что-то странное. Несносны когда вместе, невыносимы, когда порознь! Юра переоделся и упаковал костюм. Взял свёрнутый бумажный пакет со своей наградой. Пирожки внутри всё ещё были тёплые. Он может съесть их с дедушкой, который, наверное уже ждёт его в машине, разогревая двигатель. А Котлета, скорее всего слоняется где-то один на улице. Виктор договорился с Яковом только на один день, значит сегодня он вернётся. Так что Котлета наверняка отправится его встречать. От спортивной арены, где происходили соревнования до аэропорта не так уж далеко для натренированного спортсмена, так что он скорее всего пойдёт туда пешком. По такой холодюге. А пирожки в пакете приятно грели руки. Дедушкины новые фирменные пирожки, придуманные специально для меня. ... чёрт меня возьми... Я ведь хочу их дать Кацудону?