Владыка

      Глава 5        Украсть нож из кухни не сложно, если доверить дело хитрому подчинённому.        Каждого сироту, проживающего в моём приюте, заставляют работать. Очищать территорию вокруг здания, помогать различным работникам. В том числе и поварам.        Недавно нашим славным поварам помогал проныра Дэйв, самый давний и верный из моих прихвостней. Пронырливым его прозвали не зря.        Чтобы украсть нож, не вызвав подозрений, он провернул целую операцию, подставив одного чернокожего парнишку, недавно прибывшего в приют.        Отец новенького, напившись, застрелил свою жену, мать парня. Об этом писали в газетах, которые читает меньшинство сирот, но очень горластое меньшинство. Над новеньким начали издеваться, но он, желая прекратить это, пришёл ко мне за помощью, заметив особое отношение ко мне.        Я согласился, но не безвозмездно. Так уж вышло, что мне очень понравилась красная толстовка парня, на которой был изображён Терминатор.        В приюте не так уж и много негров, схожих ростом и телосложением с новеньким, но один есть. Его-то Дейв и подговорил на соучастие. Я не спрашивал его, каким образом. В этом приюте каждый знает что-то о другом, будь то прошлое, которое человек не желает разглашать, или серьёзная проделка, о которой «не должны знать работники».        Проныра, не заперев дверь, позволил войти своему знакомому, одетому в толстовку с капюшоном. Второй, быстро подбежав к ножу, схватил его, после чего кинулся прочь, покинув приют.        В это время я ждал его в парке, расположенном неподалеку, где он и отдал мне толстовку. Оставалось лишь подкинуть толстовку новенькому под матрац, вернувшись в приют. На меня никто не обращал внимания - сироты либо отсутствовали в зале, либо занимались своими делами, находясь под влиянием моей воли. Магические выбросы стали слабее, но всё ещё эффективны.        Ночью умер один из главных обидчиков новенького. Никто не проснулся во время его убийства. Нож так и не нашли.        Позже обнаружили толстовку. Новенький подтвердил, что толстовка принадлежала ему, но уточнил, что теперь она принадлежит мне. Ему никто не поверил, так как повара ясно видели чёрные руки вора, наклонившего голову так, что лица не было видно, а Дейв, нервничая, подтвердил это.        Проныра Дейв боится меня. Увидимся следующим летом, «приятель». Я сохраню нож, чтобы подкинуть его тебе в следующий раз...        Ха-ха-ха... Жаль, не успею ещё и попрощаться с Дурслями... Напишу им письмо, когда доберусь до школы! Ха-ха, надеюсь, они всё ещё проживают там...        ***        Постукивая по окну автомобиля костяшкой указательного пальца, я задумался об опасностях магического мира. На одной из них я заострил своё внимание.        Легилименция - способность проникать в разум посредством «встречи» взглядов жертвы и мага-легилимента.        Поскольку я отправляюсь в среду, в которой обитают колдуны, существует вероятность, что я могу повстречаться именно с легилиментом. Я принял соответствующие меры, обезопасив себя.        Отправившись в магазин очков, я приобрёл колёсообразные, подобно старым, и зеркальные очки, не позволяющие окружающим видеть мои глаза.        Существам, подобным мне, не следует подвергать свой разум такой опасности, поэтому я теперь ношу зеркальные очки. К сожалению, создание иллюзии глаз мне не по силам... Если бы меня не ограничивали эти чёртовы законы, это чёртово Министерство, отслеживающее мою волшебную палочку, я бы уже добился совершенства... Я бы достиг вершин...        Министерство Магии не будет мне мешать, если Министром буду я. А если я возжелаю уничтожить Министерство, можно использовать отца Драко Малфоя, Люциуса, работающего там... Возглавить или уничтожить?        Нет.        Поработить.        Они подчинятся, у них не будет выбора.        У людей без собственной воли не может быть выбора.        ***        - Поттер, вы точно уверены, что поезд в эту вашу «элитную школу» скоро приедет? - устало спросил старый уборщик, вызвавшийся отвести меня до вокзала - лишь бы не работать.        - А Вы точно уверены, что я отвечу Вам шестой раз? Ладно, ладно... седьмой. Или всё же шестой, как думаете? Не столь важно, Вы же не умеете считать. Кстати, а как Вы семью обеспечиваете? Или...        Из машины вылетела сумка с моими вещами, которую я без труда поймал. Медитация идёт на пользу, моя реакция стала лучше. Полагаю, на магический организм медитация влияет иначе, чем на маггловский.        Захлопнув дверь, уборщик, давя на педаль газа, гневно убрался прочь, оставляя за собой следы шин на дороге. Он скрылся спустя десять секунд.        Несколько мгновений я стоял, ожидая звук столкновения машины о столб, но, так и не услышав его, я, тяжело вздыхая от огорчения, отправился искать платформу девять и три четверти.        Если верить Драко Малфою и книге «История Хогвартса», мне нужно найти стену, сквозь которую я смогу пройти...        - Я так и думала, что тут будет целая толпа магглов... - услышал я отрывок разговора.        Быстро обнаружив владельца голоса, я скривил лицо в презрительной усмешке.        Уизли, Предатели Крови. Как забавно... Я ещё не успел найти платформу, но уже убедился в том, что Уизли, не обладая деньгами, завели целый отряд из себе подобных, который они не в состоянии обеспечить! Ха-ха... Их вид меня раздражает. Они глупы, недостойны статуса аристократов, они... магглоподобны.        Огромная толстая женщина, четыре сына с рыжими волосами... и уйма тележек с чемоданами. Дьявол... Мерлин (ведь так здесь выражаются?), они не могут себе позволить даже один чемодан с расширением пространства! Впрочем, можно использовать многочисленных детей в качестве пищи, в качестве доноров органов, которые можно продать на маггловском «чёрном» рынке довольно просто... Но они этого, по всей видимости, не делают.        Когда все отродья мамаши Уизли пробежали сквозь нужную мне стену, я подошёл к ней за спину, надеясь на...        - Ах! - вскрикнула она, обернувшись. Что ж, мой вид не самый приятный и располагающий, а новые зеркальные очки лишь делают мой внешний вид всё более жутким. На моём лице невольно появилась улыбка... она испугалась меня! - Мерлин!        Хм... а ведь правда... ранее я вёл себя так, словно все должны меня уважать, но... они, кстати, должны, но... мне не нужно их уважение! Даже человека, которого ты уважаешь, можно раздавить... Любого можно раздавить, но захочет ли нормальный человек испытать удачу с исчадием Ада? Страх - это наука, которую я начал осваивать ещё в приюте, но только сейчас во мне проснулась жажда открытий!        Что можно сказать об этой свинье? Она, судя по великому количеству рыжих личинок, обожает своих детей, любит их... Что есть любовь? Могу лишь догадываться. Я всегда полагал, что это нерациональная и нездоровая зависимость, зависимость от желания обладать одним конкретным существом, превратить его в своего питомца... Это доказательство того, что люди всё ещё способны быть превозмогающими хищниками. Даже относительно друг друга.        Её дети - её собственность, её подобия, её плоть и кровь. Если я нанесу вред им, я нанесу вред её психике, если она об этом узнает...        Она добрая, то есть глупая. Она одна из тех людей, которые действительно не могут поверить, когда видят людское зверство.        Издевательства над её бедностью лишь заставят её презирать меня, но не боятся...        Что же, угрозу я уже придумал, но... чтобы быть более убедительным, нужно поверить самому... ха, с этим у меня нет проблем.        - Ваши дети кажутся очень беззащитными... В Хогвартсе Вы не сможете приглядеть за ними, не так ли? - произнес я, глядя на неё исподлобья.        - Что... что, мальчик?.. - не поняла она.        Я поднял левый уголок губ, проходя мимо неё сквозь стену. Её крохотному разуму нужно время, чтобы понять мой намёк.