Always be together

— Она станет гибридом трех сущностей только тогда, когда вы сами этого захотите, — фыркнув, сообщил Брэдли, смерив ироничным взглядом первородных. — Да, она родится ведьмой. Но ген оборотня активируется только тогда, когда она кого-нибудь убьет. А потом, конечно же, молодому отцу понадобится ее обратить. Чего боитесь так? Просто ничего не делайте. Это пустяк. Вайолет видела, что еще одно слово, сказанное таким тоном, и Габриэль закипит окончательно. У оборотней и так проблемы с контролем гнева, а тут еще Сальваторе ведет себя… непонятно. Кажется, он был не в духе, что активно показывал сейчас. Неужели все-таки не отошел после встречи с отцом? Вай видела, что Деймон много раз звонил сыну, но Брэд не отвечал. Или они все-таки поговорили? Поэтому Брэдли и бесится? — А может тебе шею свернуть? — флегматично предложил Кол, бросая заинтересованные взгляды на Паркер. Вайолет это напрягало. Но, возможно, гость не мог понять, почему не слышит ее сердца. Чувствует, наверное, что перед ним не вампир. Что поделать, если Вай не успела представиться… — Проблем меньше будет. Кто за? Трудно было не удержаться от вздоха. Вайолет уже знала, чем это закончится. Так называемый «взрыв мозгов», потом драка, свернутая шея… Найти контакт с семьей Майклсон у Брэдли определенно не получалось. Да он вообще с трудом с кем-то сходился. Кристиан и Вайолет исключение. И, пожалуй, Габриэль. Брэд, как ни странно, относился к оборотню довольно неплохо. Вздохнув, Вайолет незаметно скрылась на кухне. Не понадобилось призрачными способностями пользоваться, ее и так никто не заметил. Эх… Даже слушать не хочется все эти споры. Оставалось только надеяться, что Брэд все-таки одумается, и они с первородными мирно договорятся. Иначе… жди беды. С одной стороны, Брэд прав. Вампиром нельзя родиться. А для превращения в оборотня существует важное условие — убийство другого человека. Но, с другой стороны, если ведьмы охотятся за ребенком, значит все не так просто, правильно? Обстоятельства могут привести к тому, что будущая мисс Майклсон все-таки станет гибридом трех сущностей. Нельзя, конечно, быть пессимистом, но лучше бы уберечь малышку от нападок ведьм… На кухне обнаружилась гитара. Кажется, Брэд сегодня утром играл, пытаясь привести мысли в порядок, это у него ритуал такой. Призрак, улыбнувшись, несмело коснулась струн. Играть она не умела, зато петь под гитару просто обожала. Иногда Вайолет, Кристиан и Брэдли даже исполняли что-то втроем, ведь голоса у всех были отменные. Чудесное совпадение. Только в последнее время ребята все реже и реже пели вместе. Слишком много проблем навалилось. А Вайолет очень не хватало таких вечеров. Тогда они как будто становились настоящей… семьей… Из гостиной послышался непонятный грохот. Испуганная Вайолет все-таки выглянула посмотреть, не смогла побороть свое любопытство. Ох… — Придурок, — зло произнес Габриэль. Брэдли зажимал сломанный нос, ожидая, когда проснется вампирская регенерация. Говорила же, что подерутся. А на лицах пришедших Майклсонов было легкое недоумение. Они явно не ожидали такой драки. — Я? Действительно. Подумаешь, что ты бы сдох, если бы я тебе жизнь не спас, — огрызнулся Сальваторе в ответ. Габ, собиравшийся что-то сказать, осекся. А дальше в дело вступила Кристиан, извиняющаяся перед всеми за произошедшее, защищающая Брэда. Ничего необычного. Вайолет вернулась на кухню, села на стул и глубоко вздохнула, пытаясь привести мысли в порядок и успокоиться. Не получалось. Это же… это же ведь несправедливо. Почему именно им троим выпала такая нелегкая жизнь? Почему они должны постоянно бороться? Почему судьба не дает неправильным детям шанса пожить нормально? Нет. Не троим. Четверым. Сам Габ, конечно, может это отрицать, но Брэд был прав в том, что такие, как они, друг друга не бросают. Сальваторе, Хеммингс и Паркер встретили оборотня случайно, да только теперь вряд ли смогут разойтись. — Вся эта тема про мертвецов, которые никогда не возвращаются — чушь? — От этого обращения Вайолет даже подскочила на месте. Она и не поняла сначала, кто с ней заговорил, пока не повернулась. Неожиданно. Очень. — Не совсем понимаю, о чем Вы, — мило улыбнувшись, ответила призрак. Она привыкла разговаривать с малознакомыми на «Вы». Странно. Почему вместо того, чтобы решать проблемы своей семьи, младший первородный разговаривает с ней? И зовут его… Кол, верно? — Если осталась ты, значит были и другие, — заметил первородный вампир, уже не спрашивая, а утверждая. И глаза у него такие… странные. Как у человека, которому в свое время сделали очень больно. — Я не знаю, — честно призналась Вайолет. Если бы даже половина мертвых оставалась в виде призраков, в мире бы начался настоящий хаос. Но, наверное, могли быть и другие. — Мне кажется, что другие могли быть, но… это редкий случай… Вампир в ответ просто кивнул, и Паркер еще больше стало казаться, что он тоже кого-то потерял. И, наверное, надеялся раньше на чудо, мечтал о том, что дорогой сердцу человек вернется к нему. Но ничего не произошло. А теперь Майклсон обнаружил девчонку-призрака. И задумался, наверное, почему она получила шанс на новую жизнь, а тот, кто был дорог ему, нет? — Я Вайолет, кстати, — с неловкой улыбкой представилась Паркер, потому что этот Кол еще не уходил. А молчать, находясь в одном помещении, тоже довольно странно, вот и решила взять инициативу в свои руки. Только бы не пожалеть об этом. — Мне было шестнадцать, когда я умерла. Вот. — Кол, — с усмешкой отозвался Майклсон через пару секунд, подтвердив догадки девушки о его имени. Но к семье возвращаться вампир явно не собирался. Поговорить захотелось? Скучно ему? Что? — Уже не помню, сколько мне было, когда обратили. Предположу, что двадцать. А сейчас, как сказал Габриэль, около тысячи. Подумаешь. Вай невольно хихикнула. Странно как-то осознавать то, что парень, стоящий перед ней, старше ее примерно в шестьдесят три раза. А по виду и не скажешь. — Это мне еще повезло, что Брэд нашел мое тело и остановил… ну, естественные процессы. Потому что сначала я ходила со здоровой раной на животе и разбитым лицом, а потом Брэд поколдовал, и все нормально. Как я поняла, призраки остаются такими, какими были при смерти, — сама не зная, зачем, призналась Паркер. У нее до сих пор в голове была картинка того, что было бы с ней, если бы не Брэд. Гниющая плоть, старые раны, засохшая кровь… Даже представлять страшно. — Так что лучше, ну, уходить после смерти. Кол к такому заявлению отнесся скептически. Глаза закатил, вздохнул. Вайолет даже немного обиделась. Она ему душу изливает, а он себя так ведет! Хотя идея рассказывать историю смерти почти незнакомцу достаточно сомнительная сама по себе… Ну и ладно. Чтобы показать, что с таким отношением Паркер разговор продолжать не собирается, девушка снова повернулась к гитаре. Если из-под рук Брэдли выходила удивительно прекрасная музыка, то у Вайолет получалось лишь жалкое ее подобие. Первородный это тоже «оценил». — Раз уж у нас будет команда, то надо в свободное время заняться твоим обучением, — скривился парень. Ну да, конечно, у него-то было больше времени, чтобы учиться. Но это не значит, что можно так кривиться, как будто все совсем безнадежно! — Потому что это ужасно. — Знаешь ли, иногда словами можно сильно обидеть человека, — хмуро заметила девушка, скрестив руки на груди. От обиды она даже перешла на «ты», хотя раньше никогда не решалась на такое без разрешения собеседника. Но сейчас совсем другой случай. Что этот противный парень позволяет? Как можно так вести себя с девушкой? Да, она не умеет играть, но почему нельзя было просто промолчать? Чисто из вежливости… Или первородным такое понятие неизвестно? Что-то вроде «Мне тысяча лет, поэтому я имею полное право говорить все, что душе моей угодно»? Ничего подобного! — Это я еще не старался, дорогая, — с ухмылкой сообщил Древний, все-таки покинув кухню и вернувшись к семье. Потерянная Вайолет хотела провалиться сквозь землю, потому что это был худший разговор за всю ее недолгую жизнь после смерти. Хотя… вот и хорошо, что Майклсон ушел. Лучше его вообще никогда не видеть…

***

Выйти с кухни Вайолет решилась только тогда, когда новые союзники покинули их дом. Девушка уже собиралась узнать у Брэда подробности, но так и замерла на пороге комнаты. Она-то думала, что их покинули все Майклсоны, а оказалось… — Я могу защищать дома, но я не пробовал защитную магию на людях, — заметил Брэдли задумчиво. Кажется, его настроение все-таки изменилось. В лучшую сторону. Как будто даже забыл, что Габ сломал ему нос. — Тем более на людях, которые еще не родились. — Я тоже ни разу детей не защищал, — признался Габриэль. Именно ему и удивилась Вайолет, ведь она думала, что парень ушел с семьей. А он остался. Надо же. А вообще, утверждение Брэда с каждым днем кажется все более и более правдивым. — Но, думаю, втроем справимся. Да и отец хочет… — Издеваешься? — вдруг вспылил Сальваторе. Кристиан в сердцах хлопнула себя ладонью по лбу. Все же так хорошо начиналось! — Я не буду работать, если вы приплетете сюда других ведьм. Габ явно хотел возмутиться. Но потом… поняла даже Вай. Ведьмы могут помочь Клаусу, потому что боятся его. Но кто знает, что они сделают, когда узнают о вампире и лисице? Брэд просто не мог так рисковать. Ни собой, ни своими подругами, ни даже самим Габриэлем. — Ладно, — миролюбиво произнес оборотень. Паркер невольно улыбнулась — кажется, Габ начал понимать, как найти подход к Сальваторе. Это хороший знак. — Втроем проще сработаться. Меньше конфликтов будет. — А я? — подала голос Вайолет. Почему про нее постоянно забывают?! Если у Паркер проблемы с выходом из дома, то это не значит, что она бесполезная! — Я же тоже могу помочь! Я могу выходить из дома в определенные дни, я тоже хочу с вами! — Вчетвером, — в ту же секунду исправился Майклсон. Вот так-то лучше. Габ вообще славный парень. Умеет сгладить конфликт, когда это нужно. — Знаете, я просто хочу сказать… спасибо. Ведь вы смело могли послать меня к черту… — Сам удивляюсь, если честно, почему мы этого не сделали, — перебил Габриэля Брэд с кривой ухмылкой. — Но что-то менять уже поздно, так что будем страда-а-ать… Повисло неловкое молчание. Никто не мог понять, зачем Сальваторе испортил такой милый момент. И ни оборотень, ни призрак, ни лисица не знали, как на это реагировать, пока вампир вдруг не засмеялся. — Да ладно вам. Я же любя, — жизнерадостно заявил Брэд, взъерошив волосы Майклсона. Габриэль даже не попытался отстраниться, потому что не ожидал такого поступка. Хотя от Брэда явно можно ждать многое… — Ладно. Читайте умные книжки, а Брэду нужно порелаксировать. И ушел, насвистывая себе под нос какую-то песенку. Если Вай не подводил слух, это что-то из репертуара Тейлор Свифт. В плане музыки у Сальваторе вкус тоже был своеобразным. Ребята переглянулись между собой. Кристиан и Вайолет, привыкшие к такому поведению, просто пожали плечами. — Не пробовали сводить его к психологу? — поинтересовался Габ, проводив взглядом ушедшего вампира. — Я так, просто интересуюсь. Ничего личного. — Крис один раз пробовала. Тот бедный мужчина потом ушел в запой, потому что Брэд его довел, — откликнулась Вайолет. Кристиан тогда пришлось очень постараться, чтобы восстановить психическое состояние психолога. Да, после рассказа обо всех проблемах Брэда любой… слетит с катушек. А он сам будет веселиться. — Так что мы привыкли. — Мило, — через пару секунд выдал Габриэль. Элайджа и так скептически отнесся ко всей этой затее, а тут… Брэд. Дядю, наверное, после сегодняшнего парализовало. Явно ведь не обращался ни разу за помощью к гибриду вампира и ведьмака, чья психика пострадала после убийства родным отцом. С кухни донеслись звуки гитары и слова на неизвестном языке. Похоже было на какое-то незнакомое Габу заклинание. Собственного сочинения что ли? Вайолет снова удивительно незаметно исчезла. Кристиан присела рядом с Габом на диван с книгой. — А вообще, он хороший, — начала вдруг девушка с таким видом, словно рассказывает какую-то тайну. Что за привычка разговаривать о человеке с абсолютным слухом за его спиной? — Дурит больше для виду. Но за своих глотку любому перегрызет. Оборотня до сих пор восхищало то, как упорно Вайолет и Кристиан отстаивали честь друга. Каждая старалась доказать, какой Брэдли хороший, тогда как он сам дымил на кухне и хрипел непонятные песни, совершенно не волнуясь насчет происходящего и меняя свое мнение каждые тридцать секунд. — Мне уже немного жаль его девушку, — заметил Габ с сочувствием в голосе. А потом, чуть помедлив, добавил: — Или парня. А что? Всякое может быть. Габриэль вообще спокойно относился к любой ориентации, потому что и сам за свои двадцать лет так и не определился, кого предпочитает больше. Только отцу об этом знать не следует. Клаус в таких вопросах более… консервативен. Да и вообще, показалось или с кухни действительно послышалось одобрительное хмыканье? — У этого человека должно быть огромное терпение, — согласилась Кристиан, перелистывая страницу книги с заклинаниями. — Как у тебя, допустим.