Моя слабость

Адриан был зол, как Жеводанский оборотень. Его Леди снова оттолкнула его. Впрочем, ничего нового. Он чуть не сорвал утреннюю съемку своей недовольной физиономией и крайней степенью раздражительности. Ему никак не удавалось отделаться от мысли, что если в ближайшее время что-то не изменится в его отношениях с Ледибаг, она до конца дней будет воспринимать его просто как напарника по спасению Парижа от злодеев. В класс он влетел в препаршивейшем расположении духа. Буркнул что-то, что, при наличии фантазии и желания ее применить, могло бы сойти за приветствие, и попытался сосредоточиться на учебе. Маринетт наблюдала за ним обеспокоенным взглядом, после чего вышла из класса, зашла за угол и расстегнула сумку. Квами высунула свою милую мордашку и вопросительно посмотрела на девушку. — Тикки, может, я зря все это задумала? У него, видимо, какие-то проблемы, не до моих признаний ему. — Не трусь! На отношение к человеку бытовые трудности не влияют, ты или нравишься ему или нет, а именно это ты же и пытаешься узнать, Маринетт, — квами понимала, что сладкий вкус откладывания дел на неопределенный срок грозит их невыполнением вообще. — Да, ты права, - девушка прикрыла сумку и, превозмогая мандраж, отправилась на урок. Все еще пребывавший в расстроенных чувствах Агрест складывал учебники в рюкзак, как вдруг увидел между конспектов аккуратный белый конверт. Немного удивившись, он достал оттуда простой лист бумаги, сложенный вдвое. «Приходи после уроков к фонтану в парке. Надо поговорить. Маринетт» — гласило нехитрое послание. Парень устало выдохнул. Как же все это не вовремя. Впрочем, откладывать что-либо на потом Адриан не умел, не с его плотным графиком. Собравшись с мыслями, он отправился на не предвещающую ничего хорошего встречу. Когда он подошел на место встречи, девушка его уже ждала и, увидев его, вскочила с края фонтана. — Привет, — улыбнулась она, предательски краснея и опуская глаза. — Здравствуй, — на лице парня не было ни тени улыбки. — Ты хотела о чем-то поговорить со мной? — Адриан, я… Я хотела сказать, что ты мне… очень… — слова давались с трудом, девушке пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы преодолеть смущение. — Стой. Я понял. Не надо. Маринетт подняла голову и столкнулась с прямым и необычно колючим взглядом. Слово «нравишься» стало комом в горле, мешая сделать вдох и заставляя сердце сжиматься от ужасного предчувствия. — Я знаю, что ты хочешь мне сказать. Но я не могу ответить взаимностью на твои чувства, — оказывается, говорить такие слова тоже больно, почти так же сильно, как слышать их от любимого человека, — я люблю другую девушку, — прозвучало гораздо резче, чем парень рассчитывал, — а тебя воспринимаю просто как… — Спасибо, — перебила его готовая разрыдаться девушка, — рада, что мы все выяснили, — резко развернувшись, Маринетт зашагала прочь, прилагая максимум усилий, чтобы не броситься бежать, куда глаза глядят, но не в силах остановить текущие по щекам и застилающие глаза слезы. — Я тебе уже говорил, что такого отвратного хранителя не видел за последние пару тысяч лет? — высунувшийся квами не считал нужным щадить и без того потрепанные нервы Адриана. — Плагг, я не знаю, что на меня нашло. Я не собирался отвечать ей так грубо. — Тоже мне супергерой. Всем бывает больно, кошки там на душе скребут. — Очень смешно. — Но это не повод умышленно причинять боль другим людям. Именно поэтому и становятся жертвами акум. А твоя резистентность к ним — в значительной степени заслуга камня чудес, иначе бегал бы уже по улицам Парижа спятивший Адриан и превращал все, что движется, в Ледибаг, — квами захихикал, но чуть не получил в нос куском камамбера, благо, парень быстро сообразил, что это единственный действенный способ заставить котенка заткнуться. «Как часто мы причиняем боль кому-то только потому, что больно нам. Считаем это достаточным основанием для того, чтобы не щадить чувств других людей, если что-то идет не так, как нам бы того хотелось. Маринетт… — парня захлестнуло сожалением и запоздалым чувством вины при воспоминании о побледневшем личике, на котором невероятно синие глаза стали выделяться еще контрастнее от подступающих слез, — как бы мне хотелось, чтобы ею оказалась ты. Такая милая, нежная, скромная. Если бы я не был Котом Нуаром, и не был так безнадежно влюблен в Ледибаг, я бы наверняка стал встречаться именно с ней. Правильно ли я поступил, отказав ей? Маринетт заслуживает явно большего, чем честный с ней только на половину парень. Но… Можно было сказать это гораздо мягче. Интересно, научусь ли я когда-либо вести себя не как идиот». Но ответов на риторические вопросы не предвиделось.

***

Маринетт вышла из парка и бросилась бежать, закрыв лицо руками. Идти домой не имело смысла, беспокоить своим видом родителей не хотелось, как и отвечать на их расспросы. Поделиться с Альей она тоже не была готова. Забежав в безлюдный переулок, она прислонилась спиной к стене и открыла сумку. — Маринетт… — квами выглядела обеспокоенной и попыталась утешить свою незадачливую хранительницу. — Трансформация, Тикки, — девушка сейчас вообще вряд ли что-то слышала. Превратившись в Ледибаг, она мчалась над родным городом, пытаясь сбежать от горечи отказа, обиды и боли разбитого в пыль сердца. Когда боль в мышцах выдернула ее из развалин внутреннего мира, она была уже где-то на окраине Парижа, а солнце неуклонно клонилось к закату. Легко спрыгнув на крышу, девушка села прямо на парапет и наконец-то позволила себе разрыдаться. — Моя Леди? — знакомый голос прозвучал совсем рядом и так неожиданно, что девушка вздрогнула. — Кот, уйди, я не хочу никого видеть. — Шутишь, что ли. Я не оставлю тебя в таком состоянии, даже не надейся. Что случилось? — Как ты нашел меня? — У девушки не было ни малейшего желания отвечать на какие-либо вопросы. — Почувствовал, что с тобой что-то неладное, моя принцесса. У девушки даже не было сил закатить глаза, она просто грустно усмехнулась. — Он отказал мне, Кот, — произнесла Ледибаг, смотря в одну точку, — я ему призналась, а он даже слушать меня не захотел. Я даже не удивляюсь. Я ему не ровня. Он такой… такой… — …придурок, — закончил за нее Кот. Девушка вскинула на него возмущенный взгляд, — Как он мог отвергнуть чувства такой прекрасной девушки? Ты же восхитительна, и надо быть не в своем уме, чтобы этого не замечать, — парень протянул руку и нежно заправил выбившуюся прядь волос за ухо своей Леди. Маринетт благодарно улыбнулась и даже не стала отодвигаться, когда Кот придвинулся к ней поближе. Ей так хотелось почувствовать себя понятой, защищенной, согретой. Кто бы мог подумать, что с первым пунктом справится Кот, а со вторым и третьим — его теплый бок. Видимо, правду говорят, что коты забирают на себя часть стресса своих хозяев. Так, стоп. Она Нуару не хозяйка, о чем она думает вообще. — Ты не понимаешь. В жизни я не храбрая и решительная супергероиня, а более чем обычная девушка. — Это неважно. Я бы принял тебя в любой ипостаси, — Маринетт ощутила на своей талии когтистую лапу и вскочила с парапета, — если бы ты открыла мне ее. — Не начинай. Спасибо тебе за поддержку, Кот. Я, пожалуй, пойду. Происшествий вроде не намечается, а трансформация скоро закончится, — с этими словами девушка развернулась и стала раскручивать йо-йо, намереваясь в который раз удрать от романтически настроенного напарника. Внезапно она почувствовала, что ее с силой дернули за руку, вынуждая развернуться. От неожиданности йо-йо выпало, и покатилось по крыше со звуком, показавшемся в наступившей тишине поистине оглушительным. Девушка во все глаза смотрела на внезапно оказавшегося напротив нее Кота, чьи глаза опасно поблескивали. Воспользовавшись замешательством Ледибаг, парень притянул ее к себе и с силой накрыл ее губы своими. Маринетт попыталась инстинктивно оттолкнуть от себя Кота, но через мгновение оказалась прижата спиной к стене рядом с дверью на крышу. С пойманными в плен и разведенными по обе стороны запястьями. Поцелуй нельзя было назвать нежным, язык парня властно ворвался ей в рот, изучая, лаская, наказывая за отказ и вынуждая ответить. К своему стыду девушка почувствовала нарастающее возбуждение где-то внизу живота. Она отчетливо понимала, что начинает медленно терять голову от его прикосновений. Все попытки извернуться приводили только к тому, что она еще теснее прижималась к нему. Губы парня и ощущение его рук на своих руках начали неотвратимо сводить ее с ума. Если в первую секунду ей искренне хотелось залепить парню звонкую пощечину, то сейчас она уже не была уверена, что хочет именно этого. — Что ты творишь? — выдохнула она, прикрыв глаза, не решаясь посмотреть на Кота, когда тот оторвался от нее на секунду перевести дыхание. — Я заставлю тебя забыть его, — услышала она ответ до ужаса возбуждающим шепотом, и ощутила, что парень начал покрывать неспешными поцелуями незакрытую костюмом часть шеи. По всему телу прошлась предательская дрожь, и девушка не смогла сдержать тихий стон. Даже не глядя на Кота, она почувствовала, как он усмехнулся, прекрасно его услышав. Переплетя свои пальцы с ее, он начал медленно подниматься обратно к ее губам, в этот раз целуя одуряюще нежно, ловя рваное дыхание своей упрямой возлюбленной и легко проводя языком по ее мягким губам. Он положил ее руки себе на плечи и она, немного замешкавшись, обняла его за шею и запустила руку в мягкие светлые волосы. Парень начал плавно скользить руками по ее стройной фигурке, поглаживая узкую талию и спину слегка дрожащей девушки, не решаясь позволить себе большее, чтобы не спугнуть свое хрупкое счастье. Он и подумать не мог, что когда-то будет вот так целовать Ледибаг. В смысле, он мечтал об этом, в мечтах заходя намного дальше поцелуев, надеялся на то, что она испытает к нему то же, что он испытывает к ней, но никогда не думал, что в какой-то момент она вскружит ему голову настолько, чтобы буквально силой сорвать поцелуй с ее нежных губ. А Маринетт забыла обо всем на свете, растворяясь в парне, который никогда бы ее не оттолкнул, даря свой первый поцелуй и прижимаясь еще сильнее к горячему даже через костюм телу, чувствуя удивительную наполненность, правильность происходящего, и смутно желая большего. — Ах, Адриан… — выдохнули напухшие губы, но когда она осеклась и открыла глаза, рядом с ней уже никого не было. Слез уже просто не осталось, и Ледибаг направилась домой.

***

— Твою ж мать! — только и смог произнести Кот, который смотрел в окно с соседней крыши, как с его одноклассницы спадает трансформация, а рядом возникает обеспокоенная квами.