Seven "i"

До конца первого летнего месяца оставалось всего несколько дней. Обычно в это время я всегда пребываю в приподнятом расположении духа, ведь на горизонте радужным пятном маячит мой день рождения, но в этот раз… Тот судорожный глоток свежего, напоённого ароматами хвои и смол воздуха, что на краткий миг восстановил равновесие в моей душе, растаял, как дым. Я снова остался один на один с самим собой, своими безуспешными поисками выхода, бессонницей и охапкой неразрешенных проблем. Не самая приятная компания для молодого парня, не находите? К сожалению, а может, к счастью, бешеный ритм жизни не давал мне полностью погрузиться в себя, требовал постоянного движения, сосредоточенности, энергичности. Он дал мне отсрочку…ненадолго. Пока я был занят, у меня в более-менее приемлемом виде сохранялась способность здраво соображать. Очередной успех в том или ином деле всё ещё мог взбодрить меня, возвращая уверенность в себе и собственных силах. И я держался. По намеченному ранее плану праздника вообще не предполагалась, так как я, мягко скажем, был не совсем в духе. Совсем не в духе. Но ведь планы для того и существуют, чтоб их менять, верно? – Да, спасибо. Передайте ему, что я жду звонка. До свидания, – попрощавшись, я положил трубку. Всё. Последний пункт по списку выполнен. Я ведь ничего не забыл? – Автоответчик, смс, почта, работа, – тихо бормотал я, загибая пальцы. – Было бы неплохо отправить ещё и обычное письмо, но я уже не успею… Решив действовать на ходу и импровизировать по пути осуществления замыслов, я пригласил его всеми пришедшими мне на ум способами. Хоть один-то должен сработать! По моему разумению, идея стопроцентно была беспроигрышной. Да и вообще, поскольку эта затянувшаяся конфронтация уже порядком испортила мне жизнь, я решил идти напролом. «Дорогой Арт-..ур! Так как ты упорно не хочешь брать трубку и уж тем более встретиться со мной, мне ничего не остаётся, как написать тебе дофига много смсок или вот так оставить сообщение на автоответчике. Э-э-э…*пауза*…Вообщем, у меня, кхм, день рождения, ты, конечно же, в курсе. И…я тебя приглашаю, приезжай. Обязательно приходи, слышишь? Отговорки не принимаются. А если не приедешь, тогда я…*пауза*…Тогда ты мне не брат, ясно? Вот так. Я жду звонка. Пока». Это уже серьёзно. Он не сможет проигнорировать. Он приедет. *** Четвёртое число встретило меня похожим на раствор извести серовато-белым небом, духотой и тягучим безмолвием. Что ж…наверное, в шесть утра так и должно быть. Город ещё спит. Но не я. Спрыгнув с кровати, я подошёл к настенному календарю и передвинул маленький красный прямоугольник на одну клетку вправо. – С Днём Рождения меня, – тихо прозвучал бесцветный голос, впитываясь в тишину. Ну вот скажите, разве я похож на человека, который ночью спал? За завтраком и ещё парой-тройкой бесполезных утренних дел прошло два с небольшим часа. В квартире за это время будто бы стало чуть светлее, но тусклые лучи закрытого облаками солнца навевали на меня невыносимую тоску. Устав терпеть издевательства погоды, я задёрнул шторы, с размаху упал на диван и включил ноутбук. – Так-так…почта, – бездумно щёлкая мышкой, я ждал, пока загрузится страница. Ну и, что тут у нас? Увидев несколько новых писем с весёлыми заголовками, я воспрянул духом. – Ого, поздравлялки! Хоть что-то хорошее за всё утро, а то я уже отчаялся, – закатив глаза, я в мыслях облегченно вздохнул. – Так, это от Мэтта. Поздравляю…бла-бла…счастья, удачи….угу…здровья…Спасибо, друг! – улыбнулся я, пробежав взглядом по строчкам. – Кто следующий? Ага, Кику. Читаем… Душевной гармонии…стабильность…и развитие…доброго здоровья…короче, как всегда, в своём репертуаре, – откомментировал я, вглядываясь в электронную открытку. – Что там ещё есть? Поочередно просмотрев все письма, где-то просто улыбнувшись, а где-то даже и похохотав, я открыл последнее, оставшееся непрочитанным. «Уважаемый А.Ф. Джонс! От имени Соединенного Королевства поздравляем Вас со знаменательной датой! США были, есть и остаются одним из наших самых надёжных союзников, и это, бесспорно, является результатом проявления Ваших лучших деловых качеств, профессионализма и умения правильно выстраивать взаимоотношения с любым партнером. В этот день мы хотим пожелать Вам успехов в бизнесе, реализации творческих замыслов, здоровья, оптимизма и благополучия. Мы гордимся сотрудничеством с Вами. Желаем счастья и процветания! С уважением, администрация UK» – Ну надо же, – напрягся я, читая сухие, выдержанные в официальном стиле строки. – Ты ведь не надеешься таким образом отвязаться от меня, а, Арти? *** Гравий приятно шуршал под колёсами машины, подъезжающей к дому. Заглушенный двигатель покорно замолк, а мне не без определённых усилий удалось выбраться из набитого всякой всячиной салона и открыть багажник. Схватив несколько пакетов, я потащил их в дом, негромко кряхтя – непрочная коричневая бумага грозила вот-вот порваться под весом натолканных внутрь продуктов. – Последние, – сгрузив оставшиеся две сумки на стол, я устало прислонился к стене. Затишье. Если на шумных улицах центра воздух бесперебойно наполняли нестройные завывания хора разнообразных звуков, то здесь, в пригороде, знойное безмолвие подчинило себе каждый сантиметр пространства. Грязно-пыльный небосвод, закрывая собой солнце, маняще дразнил иллюзией скорого дождя. Насколько скорого, интересно… Я вышел во двор, сел на стоявшие около дома с незапамятных времён качели и, скрестив руки на груди, вперил взгляд в ленту дороги. Лениво раскачиваясь на деревянном сиденье под звуки музыки, летящие из динамика, и изредка поглядывая на время, я просидел так полтора часа. Потом приехал Мэтт, которого я попросил помочь мне подготовить вечеринку (а он, добрая душа, естественно, согласился), и я нехотя слез с насиженного места. Оставив на него кулинарные заботы, я пошёл развешивать по дому праздничные флажки и яркие украшения, по дороге немного прибрался, распихав весь найденный мусор по шкафам, и ещё принёс дров для камина. С кухни по всем комнатам распространились чудесные запахи канадской стряпни. Поборов соблазн кинуться к плите и съесть всё, что уже там наготовил Мэтт, я схватил коробку из-под флажков и запихал её в кладовку. Ну вот, вроде бы, и всё. В семь часов приехали первые гости – азиаты. Что ж, неудивительно…об их пунктуальности легенды слагают. Минуты шли, народ подтягивался, я беспрестанно бегал в коридор, чтобы открыть очередному приглашенному дверь. Суета, галдёж, хохот – праздник бурлил вовсю. Я вымученно улыбался, выдавливал из себя принуждённые смешки и всё время поглядывал на часы. Без пяти девять я решительно поднялся с места, незаметно выскользнул из гостиной и поманил Мэтта. – Что такое? – тихо спросил он, выбравшись ко мне в коридор из царившей за захлопнувшейся дверью толкучки. – Мне нужно отлучиться, так что я оставляю всё на тебя. Справишься? – я положил руку ему на плечо и с надеждой всматривался в слегка распахнувшиеся от удивления глаза. – Пожалуйста. – Хорошо, но…куда ты? – Это неважно. Спасибо тебе, Мэтт. Прости, что взваливаю всё на тебя. – Ничего… всё в порядке, – вздохнув, кротко ответил он. – Можешь на меня положиться. И… Я уже выскочил из дома, поспешно шаря в карманах в поисках ключей от машины. –…возвращайся поскорее. Разве я мог остаться там ещё хоть на час? Мог, наверное. Но это было бы сродни самой настоящей психологической пытке – изощрённой, причиняющей невыносимые муки и подстёгивающей беспричинную озлобленность на всех и вся. Волнение, беспокойство, страх жгли меня изнутри, и я просто устал изображать беззаботность, строить из себя радушного и гостеприимного именинника, который на самом деле ни на секунду не перестаёт ерзать на стуле, сгорая от чувства убивающего ожидания, и тяготится собственноручно устроенной вечеринкой, громкой музыкой, безумно раздражающим хохотом…всем. Да и ещё и Мэтта так бессовестно использовал. Плохая, плохая была затея… Зачем ты это сделал, Альфред, зачем? Но уже поздно что-то менять. И я просто сбежал. Автомобиль порывом ветра летел по шоссе, подгоняемый силой моей мысли. Куда я ехал? Попробуйте догадаться. Я ведь всё ещё надеялся…Всё ещё. Добравшись, наконец, до пункта назначения, я быстрым шагом направился к входу. В здании было почти пусто, если не считать персонала и десяти-пятнадцати человек, по всей видимости, ожидающих прилёта ближайшего самолёта. Внимательно просмотрев каждую строку на электронном табло, фиксирующем время прибытия, я нашёл среди них два нужных мне рейса. Из Англии. Десять сорок – Бирмингем. Двенадцать десять – Лондон. Полодиннадцатого. Я жду. *** ... Это было больно. По-настоящему. Каждый удар сердца, каждый вздох, каждый шаг – всё было меркой подвисшего в пустоте времени. Глухой стук, свистящий взмах руки…и разбивший мир на несовместимые в одно целое части раскат грома. Вера умерла. Надежда – умерла. Они сделали своё грязное дело, раздавив, изничтожив меня до основания. Что осталось? Это идиотский вопрос. …Я смог только увидеть дождь, не услышать. Приклеиться взглядом к тёмным струям, что гладили снаружи массивное стекло, ветвились, застревали на мгновение – и снова падали вниз. Я не слышал более ничего после этого оглушительного возгласа небес, смилостивившихся, наконец, над загнувшимся в жажде городом. Словно пушечный выстрел, возвестивший о начале войны, он раздробил моё сознание, превращая мысли в щебень. Лишь один крупный булыжник он пощадил, оставляя каменную глыбу такой, какая она есть. Он не придёт. Я как-то вышел, преодолел расстояние между аэропортом и парковкой, прислонился к капоту. Ливень шёл шикарный, скорее всего, мне хватило полминуты, чтобы промокнуть до костей. Помню, вода была тёплая. Приятная такая, не то, что в…тогда…не холодная совсем. А ещё сильная. Капли упруго хлестали по рукам, шее, лицу. Я запрокинул голову назад, позволяя дождю раз за разом перерезать мне горло. Плакал ли я? Не знаю. Наверное.