Беги-спасайся

Иккинг оказался дома только после девяти и уже с порога почувствовал присутствие посторонних людей - атмосфера в доме была не такой, как обычно, в воздухе витал сильный запах чужого одеколона - но не его и не отцовского. Кто бы это ни был, было поздновато для дружеских визитов. Шатен с предчувствием притормозил в холле, и ему навстречу неожиданно вышла мама. Вид у нее был если не взволнованный, то точно заинтересованный. Даже ее блестящий взгляд говорил о том, что она хочет спросить у наконец-то появившегося сына о чем-то крайне важном, как неожиданно она остановилась ровно в метре от него и подозрительно повела носом: - Дорогой, что это за странный запах? Где ты был? - удивилась она. Как-то очень неожиданно она напомнила Иккингу, что он пахнет отнюдь не персиками, и парень задумался. - Я-я… - он посмотрел на свои руки, не представляя даже, какие слова мог бы подобрать для описания своего сегодняшнего приключения. Он мог бы сказать, что это, пожалуй, была самая странная и самая бессмысленная беготня в его жизни, не имевшая, как оказалось, под собой никакой логической почвы, но не успел. - Понимаешь, мама, я тут встретил... - Иккинг! - внезапно раздалось из гостиной, и парень с женщиной синхронно повернули головы в одну сторону. - Подойди сюда, сынок! Мама опомнилась и поторопила шатена: - Ах, сходи помыть руки и иди в гостиную. У нас гости. Что Иккинг и сделал. Гостиной была огромная комната, залитая искусственным вечерним светом и очень гармонично сочетающая в себе мужественный дух хозяина дома и душевную теплоту его хозяйки. Все было выдержано в довольно спокойных аскетических тонах, что создавало ощущение, будто помещение еще больше своих реальных размеров. Возле зажженного камина прямо под выступающим из стены огромным черепом быка спиной к дверям стоял крупногабаритный мужчина, а отец Иккинга сидел напротив него, своим объемом занимая добрую половину дивана. Парень выверенным шагом прошел возле стоявшего в дверях охранника гостя, и на звук его шагов все обернулись. - Иккинг, иди сюда, сынок. Это Фил Хофферсон, помнишь его? Шатен соврал бы, если бы сказал “нет”. С кланом Хофферсон синдикат отца Иккинга уже давно хотел сотрудничать, и мистер Хофферсон был его главой. Это был очень прибыльный клан. Имея собственные золотые прииски и алмазные шахты в нескольких странах Африки, они занимались тем, что доставляли драгоценные камни и золото ведущим ювелирным брендам Европы и США. Но чтобы в целости и сохранности доставить такой ценный груз покупателям, им нужна была сильнейшая охрана. В этом им могли помочь как раз-таки люди Хэддоков. Вступление Хофферсонов в синдикат было бы взаимной выгодой. Синдикат обеспечивал бы безопасность груза, а Хофферсоны отдавали бы ему часть прибыли. Все честно. Лично с Филом Иккинг в последний раз виделся лет, наверное, десять назад, когда в клане Хофферсонов произошла трагедия - в автокатастрофе погибли младший брат главы клана и его жена. С тех пор мистер Хофферсон заметно постарел. Но даже если бы по каким-то неведомым причинам Иккинг запамятовал о нем, то буквально за сегодняшний день он столько раз мысленно упоминал фамилию Хофферсон, что вспомнил бы не только дядю Астрид, но и всю ее родословную вплоть до основателя. И, вообще-то, отнюдь не невинными словами. Тем не менее, шатен выровнял подбородок и вежливо кивнул мужчине: - Разумеется, помню. Добрый вечер, сэр. Какими судьбами к нам? - нейтрально спросил он. Мистер Хэддок ответил за него сам: - Иккинг, у Фила к нам серьезное дело. Иккинг уже догадывался, что это за дело. Мистер Хофферсон согласно закивал: - Да, серьезное. Дело вот в чем… В нашем клане возникла весьма неприятная ситуация, - он прокашлялся. - Моя племянница две недели назад внезапно исчезла из пансиона в Америке, в котором училась, и больше ее там не видели. Мы никак не можем связаться с ней, - сделав паузу, мужчина серьезно продолжил. - Думаю, ее похитили. Мы уже вторую неделю занимаемся ее поисками, но тщетно. Наш клан не такой многочисленный, нам не хватает людей. Поэтому я обратился к вашему отцу за помощью. Иккинг с внимательным лицом кивал во время этих объяснений, совсем не торопясь опровергать произнесенные слова. Он неотрывно смотрел на мистера Хофферсона. Ему было крайне любопытно - действительно ли Фил думает, что его племянницу похитили, или же он знает, что она сбежала сама? Потому что второй случай значил бы, что он лжет, чтобы прикрыть племянницу. Иккинг прикоснулся кулаком к своему подбородку и немного потер его. Если он сейчас уличит Фила во лжи, его отец ни за что не станет им помогать. Потому что на самом деле ситуация была не такой простой - потенциальная невеста будущего главы самого крупного в стране синдиката так сильно не хотела замуж, что сбежала прямо перед помолвкой. Фактически, это оскорбление Иккинга, а значит - и всего рода Хэддоков. Крайне неловкая ситуация для мистера Хофферсона. Признаться в подобном - это почти что объявить им войну. От небольшого, хоть и такого богатого клана, как Хофферсон, после таких потасовок может остаться мокрое место. Поэтому для молниеносно соображающего Иккинга было крайне важно понять мистера Хофферсона. Парень задумчиво нахмурился, и голос отца донесся до него, как сквозь воду в бассейне: - Ее исчезновение очень странно, действительно, - согласился мистер Хэддок. - Слышал, сын? Они ищут Астрид. А я обещал им помочь. Иккинг почувствовал на себе сразу три пары пронзительных глаз. Неужели его отец поверил в слова мистера Хофферсона? И он решил взять быка за рога методом неожиданности. - Так, может, ваша племянница сама сбежала, потому что прячется от свадьбы? - прямо спросил Иккинг, строго глядя мистеру Хофферсону в глаза. Всего на какую-то миллионную долю секунды в глазах мужчины блеснула тревога, которая выложила проницательному шатену всю подноготную. Иккинг с хмыком дернул головой. О чёрт, да этот человек в курсе о проделках племянницы! Шатен бы мог только похлопать такой ловко придуманной истории с похищением. Он бы и сам поверил в это, не знай он правды. А что, в этой затее, хоть и есть риск, но есть свои плюсы - люди Хэддоков помогают им найти Астрид, потому что те сами просто не в силах ее сыскать. И тогда они беспрепятственно приведут блондинку на помолвку, как бы она ни сопротивлялась. И уже неважно будет, кого в итоге выберут в невесты, потому что для доказательства преданности синдикату достаточно просто выставить кандидатуры невест из клана. И никто даже не заподозрит, что вся эта история с похищением - фальшивая. - Что за глупости! - вдруг вмешался мистер Хэддок, и Иккинг четко понял, что отец даже мысли не допускает, что обращающийся к нему за помощью человек может лгать. Мистер Хофферсон спешно закивал: - Ни в коем разе! Думаю, мою похищенную племянницу держат где-то в тайне от нас. Мои люди обыскали уже весь город, но так и не нашли никого. Ещё бы он признался. Иккинг скептически уставился на мужчину: - Тогда, если вашу племянницу и вправду похитили, почему вы ищете ее здесь? Зачем преступникам держать ее в городе, где концентрация людей вашего клана больше, чем где-либо еще на Земле? Мистера Хофферсона его прямолинейность поставила в тупик. Но Иккинг не любил вранья, тем более в деловых отношениях синдиката. Вдруг стоявший в дверях высокий крепкий парень, которому Иккинг кивнул на входе и который проигнорировал его мирный жест, грузными шагами прошёл в середину гостиной и пристально посмотрел на Хэддока своим ястребиным взором: - Мы просто хотим найти Астрид! Так ты... Вы видели ее или нет? - вспылил он. Вообще-то Иккинг изначально не собирался врать. Но между ним и этим парнем внезапно проскочила такая мощная искра соперничества, что шатен сразу принял это, как вызов, брошенный ему в лицо. И он поддался своему внезапному желанию победить его, хотя всегда учился подавлять эмоции. Он прищурился, затем очень натурально сделал невинный вид: - Не видел, - нарочно ответил он. Охранник тоже прищурился: - А вы уверены? - Уверен, - ответ бойко отскочил от зубов Иккинга. - Понятия не имею, где она. Возникшую долгую паузу и напряженные перегляды парней внезапно прервал хлопок руками: - Ну что ж, - мистер Хэддок потер свои огромные ладони. - Я сейчас же подключу людей на поиски Астрид, мы не можем бросить девушку в беде. Если будут новости, мы вам обязательно сообщим. Да, Иккинг? Иккинг дождался, пока охранник мистера Хофферсона первым отведет взгляд, и только тогда кивнул: - Да. Обязательно, - с чувством проронил он. *** Утреннее пробуждение было крайне тяжелым после половины ночи без сна. И все равно Иккинг встал и принял душ. Голова шла кругом. Вчера парень долго размышлял о том, что Фил Хофферсон - человек, с которым его синдикат хотел вести дела - солгал. Но еще больше его насторожило собственное поведение. С какого фига он соврал, когда у него напрямую спросили, видел ли он Астрид или нет? Зачем-то поддержал чужую ложь, хотя, как преданный синдикату человек или как верный сын, должен был открыть глаза своему отцу. Ведь ему нет никакой выгоды покрывать блондинку. Что это было вообще? Просто чёрт подери! Иккинг завернулся в халат и вышел из ванной. За окном еще было темно, но он все равно предпочел не включать свет в комнате, чтобы он не слепил глаза. Стояла ощутимая тишина. Потирая лицо ладонями, парень медленно подошел к настенному зеркалу и вгляделся в отражение. Какого черта он это сделал? Позади него внезапно раздался шорох. Иккинг резко обернулся, готовый к нападению абсолютно любого рода, но к такому все равно оказался не готов. В окне балкона сначала показалась человеческая рука, она беззвучно отодвинула в сторону одно из окон, а потом и сам хозяин этой руки - темный силуэт в капюшоне - взобрался на балкон и спрятался под подоконником. Иккинг опустил руки с боевой позы и с интересом наблюдал за крадущимся человеком. Силуэт медленно выпрямился в окне и с минимальным шумом, очень умело выдавил стеклопакет вовнутрь. Затем он ловко перебрался с балкона в спальню, что в общей сложности заняло у него не больше минуты. В комнате было действительно темно, и, продолжая бесшумно красться, силуэт внезапно напоролся на Иккинга, который стоял прямо посреди комнаты, хмуро сложив руки на груди: - Вас именно этому учат в клане? - спросил он вслух, заставляя человека подскочить на месте. - Преследовать людей и проникать в их дома? Если это правда, я думаю, среди своих ты самая лучшая. Другим у тебя только учиться. - Эй, ты! Напугал меня! - зашипела на него блондинка, скидывая с головы капюшон. - Что встал посреди дороги? Иккинг всерьез уставился на Астрид: - Ты охренела? - ответно спросил он. - Это ты что делаешь в моей комнате? - Мы до сих пор не прояснили насчет помолвки, поэтому я здесь, - гордо ответила Астрид. Похоже, ее первостепенная цель все-таки перевесила вчерашнюю обиду на него, раз она снова захотела с ним встретиться. Она обошла его и по-хозяйски огляделась. Шатен испытывал противоречивые чувства - самоуверенность этой девушки его раздражала. - Слушай, - обратился к ней Иккинг, - может, ты не в курсе, но твой дядя поручил твои поиски моему отцу. Наши люди повсюду ищут тебя, а ты являешься прямо к ним в руки. У тебя совсем котелок не варит? Астрид прыгнула в кресло и очень похоже передразнила его мимикой, и Иккинг вскипел. Над ним даже в младших классах никто не смеялся, а тут какая-то девчонка! Он подлетел к блондинке и, схватив за запястья, вжал ее в кресло, нависая сверху: - Ты думаешь, что тебе все можно? - прорычал он ей в лицо. - Я могу сдать тебя своим в любую секунду! Если не будешь думать перед тем, как что-то делать, я тебя выдам! У Астрид внезапно екнуло сердце, и она замерла. Она и не думала, что шатен схватит ее так резко, но глядя в его блестящие от раздражения зеленые глаза да еще и в такой близи, она вдруг почувствовала, как по ее спине пробежали мурашки. Неожиданно с другой стороны двери послышались четкие легкие шаги, и через пару секунд в дверь постучались. Астрид встрепенулась. - Дорогой, Иккинг, ты уже встал? - спросил женский голос. Мама. Иккинг резко отпустил руки блондинки и встал с кресла. Дверь была не заперта. Если мама сейчас войдет, то будет лицезреть весьма необычную для этого дома картину. - Да, мам! - поспешно выкрикнул Хэддок и быстро указал блондинке на кровать. Та живо залезла под нее, и буквально через секунду миссис Хэддок немного приоткрыла дверь и с доброй улыбкой заглянула в комнату. Иккинг стоял посреди спальни в полутемноте в одном халате и невинно на нее смотрел. Миссис Хэддок непонимающе протянула: - Но ты даже свет еще не включил. - Я не успел, только что вышел из душа, - крайне вежливо ответил шатен. - Ну ладно, одевайся и спускайся на завтрак, - в итоге произнесла женщина и прикрыла дверь. Когда ровные шаги стихли за стеной, Иккинг облегченно провел пятерней по влажным после душа волосам, затем бросил взгляд назад и покачал головой. Хофферсон еще не вылезла из-под кровати. Может, ну ее, эту девчонку? Пусть посидит под кроватью пока. Или пусть выйдет и ее поймают - какая ему разница? Только дышать станет легче. Но закатив глаза и пробормотав “Боже, и за что я встретил тебя, а?”, он подошел к кровати и хлопнул по покрывалу: - Вылезай. Она ушла. Из-под кровати ползком вылезла Астрид и поднялась на ноги. - Слушай, ты точно нормальный? - вдруг всерьез спросила она, выпрямляясь и поправляя свою одежду и волосы. - У нормальных парней под кроватями чего только нет, а у тебя там ни пылинки. Иккинг выразительно вскинул брови и подошел к шкафу, распахивая двери: - А ты у многих парней лежала под кроватью? Ухмылка сползла с лица Астрид, которой показалось, что она сейчас взорвется. Она уже было бросилась к нему, чтобы схватить за шкирку и надавать тумаков, как Иккинг неожиданно развязал узел своего пояса и сбросил с себя халат. Астрид коротко взвизгнула и, спешно прикрыв ладонями глаза, отвернулась. - Да чтоб тебя, Хэддок! - раздраженно процедила она сквозь зубы, еще сильнее прижимая руки к вспыхнувшему лицу. У Иккинга один уголок губ сам пополз вверх. Он надел брюки и вытащил из шкафа свежую рубашку и черный форменный жилет с нашивкой школы. Когда он уже завязывал галстук, девушка все же осмелилась к нему повернуться и, увидев, что сзади из-под ворота жилета у парня торчит бирка, фыркнула. Понимая, что шатен этого не заметил, она подошла к нему и, не спрашивая разрешения, сама спрятала бирку ему под ворот. Иккинг дернулся от неё, как ошпаренный, но Астрид задержала его за плечи. - Подожди, - она развернула его к себе лицом, - давай я галстук тебе поправлю. Выглядишь, как клоун. Иккинг задержал дыхание и сквозь полуопущенные ресницы посмотрел на девушку. Он по привычке начал внимательно изучать лицо приблизившегося к себе человека - Астрид была красивой. Когда она сосредоточилась, то немного сморщила нос и слегка надула губы. Это было забавно. Внезапно она распахнула глаза и подняла взгляд. Иккинг резко отвел взгляд и глубоко вздохнул. Астрид спрятала ухмылку и, закончив возиться с галстуком, несколько раз прошлась ладонями по плечам шатена, распрямляя материал его жилета. Крайне умело блондинка привела его в порядок, будто делала это не впервые. Это-то и насторожило внезапно Иккинга. Сколько раз Астрид уже поправляла парням одежду, если так натренировалась? Или их этому в пансионе научили? - Все, хватит, спасибо! - с громко заколотившимся сердцем выпалил Иккинг, убирая от себя руки девушки. Астрид пожала плечами и молча отошла, позволяя ему самому завершить образ. Иккинг вновь повернулся к зеркалу, чтобы напоследок расчесать ещё не высохшие волосы, но то и дело бросал на Хофферсон косые взгляды. Та ходила по комнате и задумчиво осматривала все вокруг. Ему вдруг стало жутко непривычно. Шею охватил какой-то жар, а потом озноб, словно он переместился в один из жарких летних дней, когда страшно припекает жаркое солнце, а сверху на голову выливают ведро ледяной арктической воды. Шатен содрогнулся и помотал головой. Господи, ну что за фигня с ним творится? - Эй, беглянка! - у него сильно колотилось сердце. Астрид подняла голову на оклик, и шатен кивнул головой в сторону дверей. - Я посмотрю, нет ли там кого, а ты выйдешь следом. Поговорим по дороге в школу, - пауза. - И больше не вламывайся в мою комнату через окна. *** В воздухе пахло лекарствами и бинтами. Рапунцель поднялась на нужный этаж и поудобнее перехватила небольшой букет с фрезиями. Сколько же ей времени пришлось просить дежурную медсестру, чтобы ей сказали, где лежит эта пациентка. Да и то, если бы ее случайно не увидел знакомый хирург и не вспомнил, что именно она была донором, то ее так бы и не пропустили. А вдогонку Рап медсестра еще и взгляд бросила такой, что у блондинки даже холодные мурашки по спине пробежались. Рапунцель толкнула дверь и зашла в палату. Мама Райдера лежала на кровати с подключенной капельницей, а справа от койки пищал кардиомонитор. Если бы не этот монотонный искусственно создаваемый звук, в палате было бы совсем неуютно и тихо. Рап медленно приблизилась к женщине. Она впервые видела мисс Фитцерберт воочию. Честно говоря, она себе не так представляла женщину, которой так часто изменяет муж. Мама Райдера казалась ей почему-то какой-то злобной истеричкой, которая никак не может найти общий язык с мужем, и поэтому тот ходит налево. Но Флинн, так яростно защищая мать, постепенно выбил из Рапунцель такое представление и оказался прав - на кровати, пусть и без сознания, как-будто лежал прекрасный ангел. Женщина была хрупкой, у нее были блестящие темные волосы, светлая кожа и точеный профиль. Сравнивая мать и сына по внешности, легко можно было увидеть, от кого Флинн унаследовал такую невероятную красоту. Рап покровительственно положила свою ладонь поверх тоненькой руки мисс Фитцерберт и немного погладила: - Вы поправитесь, - мягко сказала она. - Люди, у которых есть, кто их ждет, обязательно поправляются. А Флинн, до этого вышедший из палаты буквально на несколько минут, чтобы налить в вазу воды для своего букета, зашел обратно и изумился: - Ты? - он никак не ожидал увидеть здесь Сандроп. - Привет, - Рапунцель тоже не думала застать Райдера. Раньше в это время он несколько раз отправлял ей сообщения с приказами купить ему кофе, поэтому она думала, что парень уже в школе. Рапунцель вдруг стало неловко. Она потупила взгляд, даже немного растерявшись, и выпалила: - Я могу уйти, если хочешь, - сейчас она и вправду не обиделась бы на него за это. Но Флинн прокашлялся: - Кхм, все нормально, я просто не ожидал тебя увидеть, - он во все глаза смотрел на блондинку. Его взгляд медленно прошелся по всему ее телу вниз от лица до рук, и он увидел свежий букетик из белых цветов. Парень перестал дышать. - Что это? - отрывисто спросил он, впиваясь взглядом в цветы. Увидев странную реакцию парня, Рап спохватилась: - Это фрезии. Прости, что не спросила у тебя разрешения, - взволнованно выпалила она. - Надеюсь, у твоей мамы нет на них аллергии? Флинн медленно покачал головой: - Нет… Я удивился, потому что это ее любимые цветы. Он обошел девушку, которая следила за каждым его шагом, и поставил вазу на тумбочку, прежде опустив в нее свой букет с фрезиями. Рапунцель тоже поставила свои цветы рядом с его и рукой случайно коснулась запястья парня, который сам протянул руку за ее букетом. Их взгляды столкнулись, и девушка жутко смутилась и первой отвела взгляд. - Эм, - Рапунцель посмотрела на его маму: - Как она? - после паузы спросила блондинка. - Есть улучшения? Флинн запоздало моргнул, и только через несколько секунд тело вновь начало его слушаться: - Пока ничего нового. Чувствуя, как во рту становится сухо, что никак не способствует беседе нормальным голосом, Райдер прокашлялся. Он обошел кровать с другой стороны и мягко провел ладонью по волосам матери. Но затем его взор медленно и упрямо поднялся к лицу притихшей блондинки. Он рассматривал ее задумчивое лицо и себя крайне необычно чувствовал. Если бы Флинн до этого собственными глазами не видел, как Сандроп помогла его маме, и если бы она в последние дни не относилась к нему так спокойно, он бы в жизни не поверил, что любовница его отца может быть действительно хорошей. Он бы, скорее всего, решил, что она играет и пришла сюда лишь позлорадствовать над сложным положением соперницы. Да он бы выставил ее отсюда в два счета! Однако… У него было такое странное ощущение доверия к ней. Он больше не чувствовал опасности с ее стороны. Хоть и не столь надежным было это чувство, но оно по крупицам начинало накапливаться в нем, и Флинн давал себе в этом отчет. Рапунцель находилась рядом и ничего не требовала - ни от него, ни от его отца, ни от матери. Это было так непривычно - понимать, что человек помогает просто так. Флинн уже бог весть сколько думал об этом - может, за спасение жизни его матери стоит закрыть глаза на тот инцидент с его отцом? За проявленное к нему великодушие он в принципе мог бы отплатить Рапунцель тем же. Девушка будто нутром почувствовала, о ком он думает: - А твой отец приходил навестить маму? Флинн понял, что она и так догадывалась, каким будет ответ, и хотя не мог со стопроцентной уверенностью сказать, из-за чего она спрашивает - из беспокойства или преследуя личные интересы, - все равно решил не наезжать на нее. Не в этот раз. Поэтому просто отрицательно покачал головой: - Нет… - пауза. - Я выгнал его из дома, и он пока больше не появлялся. Ни здесь, ни дома, ни на работе. У Рапунцель расширились глаза: - Я, конечно, понимаю, что у вас не идеальные отношения, но твоя мама, наверное, сильно расстроится, когда придет в себя и узнает об этом. Флинн тяжело вздохнул: - Я знаю. Он был согласен с ней. Если отец устроит скандал и совсем уйдет из семьи (а он такое легко может сделать), его маме будет очень больно. Флинн отлично понимал, что погорячился. Вспылил, не подумав о чувствах матери. Но все напряжение, накопившееся в нем за долгие годы, пока он скрывал от мамы тайну, все раздражение - он не мог в себе это больше держать. Это был его предел. Он бы просто взорвался, если еще хоть день держал это в себе. У Флинна кольнуло в сердце, и он взял в руки ладонь матери. - Эй, Флинн... - тот поднял лицо. Рапунцель смотрела ему прямо в глаза: - До того, как твоя мама поправится, лучше не оставайся один, - произнесла она. - Тяжело хранить чужие секреты, но еще тяжелее - быть все время одному. Каким бы сильным человек ни был, ему все равно нужны друзья. У Флинна поползли мурашки по коже от ее мягкого голоса. Сандроп точно человек? Ему внезапно стало интересно. Может, она какой-то международный шпион или экстрасенс, потому что его никто так сильно никогда не понимал. Вот, видимо, почему ему так комфортно в ее присутствии в последнее время. Следя за красноречивыми изменениями на лице парня, Рап вдруг пробрало такое теплое чувство, что она растроганно улыбнулась. Как же сильно Райдер ей все-таки нравится! Хоть он очень часто действует на эмоциях, но все равно умеет заботиться - вон, как беспокоится о маме. Значит, его сердце совсем не черствое и холодное. Рапунцель прочистила горло, когда поймала на себе ответный взор парня, и поднялась с места: - Ладно, пожалуй, я поеду в школу. Не хочу опаздывать, - и направилась к дверям. Шатен вскочил с места раньше, чем сообразил: - Я тоже туда еду. Хочешь… подвезу тебя? - вдогонку ей выпалил шатен, и Рапунцель удивленно обернулась. У Флинна перехватило дыхание - он не знал, чем объяснить этот внезапный джентльменский порыв, но ещё больше его взволновал ответ девушки. Согласится или нет? Ему вдруг так захотелось услышать первое. Рапунцель несколько секунд хлопала своими чистыми глазами, рассматривая доселе ей не знакомое взбудораженное выражение лица шатена, а затем вдруг искренне улыбнулась и кивнула: - Спасибо. Я с удовольствием.