Беги-спасайся

Зал был торжественно убран, но излишнего пафоса, от которого страдали многие подобные мероприятия, не было. На вечере царила приятная атмосфера стиля и утонченного вкуса директора Данброх. В центре зала возвышался широкий подиум высотой в три фута и блестел черной полированной поверхностью на свету десятков ярких прожекторов. Приглашенных было много. Одетый в классический черный костюм и белоснежную накрахмаленную рубашку без галстука Флинн неторопливо прошелся между расставленных в ряды черных стульев и опустился на тот, который находился аккурат рядом со стулом его лучшего друга, - Хэддок восседал с каменным спокойствием на этом месте в гордом одиночестве и ни на кого до этого не обращал внимания. Но даже заметив краем глаза своевольные действия Райдера, Иккинг не стал возражать, несмотря на то, что соседнее место было официально закреплено за его матерью - его родители все равно не смогли сегодня приехать на вечер, в последний момент отправив на него сына. А так как Иккинг прибыл сюда уже полчаса назад, то уже успел поздороваться со всеми знакомыми и компаньонами синдиката и откровенно скучал, хотя по его виду невозможно было предположить что-то подобное. Вообще, он был крайне задумчив - собственные мысли притягивали его куда больше, чем украшения и свет общества. К тому же от осознания, что красотка-невеста сейчас находится на огромном расстоянии от него, внутри Иккинга все наливалось непроглядной тоской. И если бы хоть кто-то сказал ему, что сегодняшний вечер не сплошное уныние, он бы мысленно плюнул ему в рожу. Казалось невероятным, но, похоже, общение с Астрид делало его менее терпеливым. - Классный вечер! - воодушевленно заметил Райдер, приземлившись на стул, и Иккинг одарил его холодным взглядом. Флинн, оглядывающийся с энтузиазмом по сторонам, не заметил реакции друга. - Я думал, ты не придешь, - заметил Икк, не поворачиваясь, и протяжно вздохнул, скрещивая руки на груди. - Ты же вроде поехал к маме. - Она настояла на том, чтобы я сопровождал сегодня Рапунцель. У нее ответственный вечер. Флинн так и не нашел, видимо, того, кого искал взглядом, поэтому сел, наконец, прямо и расслабленно оглядел лучшего друга с ног до головы. Тот был одет, как европейский аристократ 17 века, и Райдер не смог сдержать усмешки: - Ну ты и вырядился! - фыркнул он. - Что это вообще за галстук? - он демонстративно показал на шею друга. - Это теперь мода такая? - насмешка сквозила даже во взгляде шатена. Хэддок не растерялся: - Это - “аскот”, необразованный ты человек, - невозмутимо заметил он. - Я же на торжественном мероприятии. Мне надо соответствовать. У самого же Флинна вообще не было галстука и рубашка была расстегнута у горла на две пуговицы. По мнению Хэддока, это было как минимум неприлично и неуместно. Флинну было далеко до лампочки мнение других по поводу его внешнего вида, поэтому он усмехнулся и закатил глаза: - Тогда ты перепутал торжества, Хэддок, тебе с таким галстуком сразу надо к алтарю. Хотя, боюсь, что увидев это произведение швейного искусства, - он разочарованно цокнул языком, - твоя невеста сбежит от тебя со всех ног. Даже кольцо ей на палец не успеешь надеть. - Астрид никогда от меня не сбежать, - парировал Икк, чуть самодовольно дернув уголком губ. Его веки немного опустились, а улыбка стала до неприличия широкой. Лицо посветлело и преобразилось до неузнаваемости, хотя всего мгновение назад было каменным, под стать белым мраморным колоннам в зале. Флинн прищуренно уставился на друга: - Нет, вы только поглядите на него! - вдруг полувозмущенно-полунасмешливо фыркнул он, обращаясь в никуда. - Что это за блаженный вид? Где мой вечно невозмутимый товарищ? Признавайся, незнакомец с рожей моего лучшего друга, когда ты успел снять с него скальп и где ты прячешь теперь его тело? Иккинг не ответил на эту колкость, лишь впился в разглагольствующего Райдера ответным пристальным взором. Райдер продолжал нести какую-то чушь про скифов и древних персов. "Боже" , - Иккинг покачал головой. И кто из них блажен больше? Неужели Хэддок должен поверить в то, что этот придирчивый, вечно недовольный и вспыльчивый парень не без ума от Рапунцель Сандроп? Только поглядите на него - помирился с ней и расцвел, как роза посреди зимы. Борясь с желанием демонстративно приложить ладонь ко лбу друга, чтобы измерить его температуру, Иккинг скосил глаза на проходившего мимо официанта и взял у него бокал с шапманским. Мысль запить скуку хотя бы небольшим количеством алкоголя была действительно привлекательной, но он так и не пригубил напиток. Вместо этого Иккинг взглянул на лицо друга сквозь начищенное прозрачное стекло бокала: - Вижу, ты помирился с Рапунцель? Отражение лица друга в хрустале сменило несколько выражений - Флинн внезапно растерялся, но тут же хмыкнул и самоуверенно отвел взгляд. Он оставил вопрос шатена без ответа. Вместо этого он снова обвел взглядом весь зал, но вдруг увидел Вестергорда и его взгляд сменился. Уголок губ Райдера насмешливо дернулся вверх: - О, гляди, этот придурок нацепил такой же идиотский галстук, как у тебя. И что вы оба в нем нашли? - и тут же презрительно отвернулся. Иккинг даже бровью не повел на столь откровенную попытку выплеснуть яд, поскольку знал, что совсем не элегантный аскот задевает Райдера в Хансе Вестергорде. Хэддок повернулся и посмотрел в ту же сторону, изучил Ханса всего за пару секунд, затем снова взглянул на бокал в своих руках и будто бы между прочим заметил: - Зато, по всей видимости, Рапунцель это нисколько не смущает. Райдер дернулся от произнесенного, как от укола нестерильной иглой. Он резко обернулся и увидел, как из-за черных кулис выглянула немного бледная голова Рапунцель, видимо, разведывая обстановку, и приветливо улыбнулась Хансу, заметив его в толпе. Улыбка блондинки была настолько дружелюбной, что внутри Райдера тут же все вскипело. - Что она ему лыбится? - почти прорычал он. Он резко поднялся с места, но Иккинг схватил его за локоть и заставил остановиться. - Отпусти! - возмутился Флинн. - Не порть вечер в самом начале, ты только помирился с ней. Сам ведь сказал, что это важный для нее день, - осадил его Хэддок. - Снова поссориться хочешь? Райдер сцепил зубы и недовольно посмотрел на лучшего друга - нет, снова ссориться с Рап он совсем не хотел. В это же мгновение свет в зале погасили и прожектора указали в центр подиума. Белые пятна света плавно прошлись по рядам сидящих в зале людей и сконцентрировались на огромном экране, на котором в следующее же мгновение заиграла заставка фирмы “Dunbroch Diamonds”. Из-за кулис через пару секунд появился ведущий и заговорил в микрофон. Иккинг, слушая его пламенную приветственную речь лишь краем уха, настойчиво потянул Флинна за локоть и усадил обратно. И что за привычка у него вечно лезть на рожон? Начинался показ. Первая модель - красивая высокая девушка в белом платье - вышла на свет прожектора, сияя ослепительными изумрудами и бриллиантами на шее и в ушах. По зрительным рядам прошлась волна одобрительных хлопков в ладоши. Флинн вырвал руку из цепкой хватки друга и слегка возмущенно опустился на стул: - Всё, успокойся, я сижу, сижу, - отрывисто выдохнул он. Иккинг внимательно оглядел его, чтобы убедиться в правдивости его слов, потом повернулся лицом к сцене, пару раз задумчиво постучав указательным пальцем по бокалу. Временами он продолжал поглядывать на друга - тот сидел, хмуро скрестив руки и ноги в лодыжках и прохладным, недовольным взглядом следил за девушками, стройными ногами вышагивающими по черному подиуму. Они были одна другой великолепней, но не задевали интересы ни одного из двоих парней. Однако наигранно спокойное выражение лица Райдер смог сохранять только до того момента, пока на подиуме не появилась последняя модель - Рапунцель Сандроп. Сначала выглядела она немного робко, но когда пошла по подиуму, стало понятно, что у нее был хороший наставник, - блондинка была настолько восхитительна в насыщенного цвета золотистом платье в пол, что затмила всех моделей, которые выступали до этого. Ее шикарные волосы, заплетенные в длинную причудливую косу, перекликались с оттенком платья. На шее яркими бликами играли крупные изумруды, которые смотрелись бы нелепо на любой другой худой девушке, но только не на Рапунцель. Она будто была создана для этих украшений, а украшения будто были сотворены специально для нее. Они составляли единую, неделимую композицию и были венцом сегодняшнего вечера. Девушка прошлась воздушной и уверенной походкой до конца подиума, бросила смелый взгляд вперед, прямо туда, где сидели Иккинг и Флинн. Именно в этот момент Иккинг понял, почему Фрост всегда называл Рапунцель “светлячком”, пока ему не отшибло память, - девушка была просто обворожительна, она будто сияла изнутри, лучилась светом и будто бы неземной красотой. Впечатленный Хэддок одобрительно приподнял уголок губ и искренне присоединился к общему шуму бурных аплодисментов. Совершенно случайно он скосил взгляд вбок, и его тело тут же машинально повернулось туда целиком - Флинн Райдер, всего минуту назад бывший мрачнее тучи, выглядел теперь столь ошеломленным и пораженным, что на него было даже страшно смотреть. Его лицо выдавало такое вселенское восхищение и обожание, что Иккингу стало не по себе. Пару секунд он смотрел на товарища и, не выдержав, протяжно выдохнул. По спине пробежал холодок. Казалось, он всегда знал Райдера. Знал его нестабильные отношения с девушками - они все-таки выросли вместе. И раньше Хэддок глубоко сомневался, что его друг когда-нибудь сможет по-настоящему проникнуться чувствами к кому-нибудь. Да, после появления Сандроп в их мире мнение Иккинга немного изменилось, потому что Рап смогла войти в зону доверия Райдера. Даже это уже казалось пределом возможного. Казалось, что дальше проникать в жизнь Флинна просто некуда. Но, оказывается, Иккинг представления не имел, как глубоко шатен впустил эту девушку в свое сердце. Только сейчас он, оказывается, это осознал. Как же сильно на самом деле его лучший друг влюблен в эту маленькую хрупкую девушку? На долю секунды Иккинг содрогнулся - его вообще мало что могло так сильно впечатлить. Немного смятенный, он отвел взгляд от Флинна, не сводящего восторженного взора с модели, и невольно еще раз посмотрел на идущую по подиуму блондинку. Она была в центре внимания, улыбалась под вспышками камер и выглядела так, будто родилась в этой среде. Икк внезапно ощутил какую-то пропасть между ними и этой девушкой. Становилось не по себе все больше. Чёрт подери, если бы Иккинг не верил в искренность ответных чувств Сандроп к сидящему рядом Райдеру, он бы пришел в ужас - ведь такую преданность и слепое обожание в глазах Флинна Хэддок видел впервые. *** - Мисс Данброх, значит, теперь вы стали официальным представителем фирмы “Dunbroch Diamonds”? - Мисс Данброх, вы продолжите быть моделью или полностью сосредоточитесь на новой должности? - Кто теперь будет завершающей моделью на показах вашей компании? - Мисс Данброх, расскажите о концепции новой коллекции? Какая будет тема? Рапунцель оперлась на стол ладонями и успокаивающе выдохнула. Она уже сменила длинное золотистое платье на короткое голубое с пышной юбкой и выглядела донельзя прелестно и мило. Недалеко стояла потрясающе выглядящая Мерида в белом кружевном платье, пока несколько журналистов брали у нее интервью. До этого они так же задали несколько вопросов Рап, но тут же переключили все свое внимание на мисс Данброх как на нового представителя фирмы, но даже тех нескольких минут под прицелами камер по горло хватило блондинке, чтобы пожелать смыться подальше. С непривычки такое внимание ошеломляло. И то, как Мерида потом подмигнула ей и шепнула, что ее интервью обязательно покажут в нескольких странах Европы по национальному телевидению, ничуть не умаляло ее нервозности. Наоборот, к ступням будто прикладывали ледяные подушки и подгибались коленки. Когда улыбающаяся взглядом миссис Данброх подошла к ней, блондинка стояла у стола с напитками и буквально пряталась за пышными букетами роз и георгинов рокко, расставленных тут и там для создания соответствующей обстановки. - Это было отличное выступление, ты большая молодец, Рапунцель. Я не сомневалась, что ты справишься. Рапунцель даже подпрыгнула от испуга, когда услышала директора. Она впилась пальцами в столешницу и подняла огромные глаза на женщину, но тут же успокоилась, поняв, что это не журналисты. - Вы приложили много усилий, чтобы сегодняшний вечер прошел идеально, - чуть смущенно ответила Рап, - я боялась вас подвести. Директор по-доброму посмотрела на нее. - Ты сделала много для нашей компании. И персонально для Мериды. Она так давно мечтала показать себя, и благодаря тебе у нее это получилось. Спасибо, - губы женщины вдруг растянулись в довольной улыбке, и она перевела взгляд на свою дочь, ослепительно красивую и невероятно счастливую новой должностью. Рапунцель казалось, что это меньшее, что она способна сделать для рыжеволосой после того, как скрыла от нее произошедшее с Джеком. И хотя Мерида еще до начала показа заверила ее, что все в порядке и что Фрост уже вспоминает ее, Рап мучила совесть. - Я рада, - с улыбкой вздохнула она. Миссис Данброх улыбнулась ей в ответ и кивнула: - Наслаждайся вечером, я пойду к другим гостям. Блондинка проводила ее взглядом, затем перевела взгляд на Мериду - рыжеволосая была на седьмом небе от счастья. Миссис Данброх наконец-то оценила ее способности, поэтому Рап стало намного спокойнее. В конце концов, все вышло лучше, чем можно было ожидать: Джек восстанавливается, Мерида получила долгожданное признание матери, только Иккинг и Флинн куда-то пропали, - Рап лишь мельком видела их в самом начале вечера. Неожиданно она выхватила взглядом Ханса Вестергорда, и ее губы невольно растянулись в улыбке. Парень явно искал ее, прохаживаясь меж гостей и столов, но не замечал блондинку за огромными охапками цветов. Выглядел он великолепно в светло-коричневом костюме и с небольшим букетом ромашек. Она поспешно обошла столик и, схватив парня за руку, заставила его ужаснуться от неожиданности. Когда шатен оторопело и ошалело повернулся к ней с вытянутым лицом, она вдруг подумала, что скорее всего выглядела точно так же, когда ее застала врасплох директор пять минут назад. Рапунцель отпустила рукав одноклассника: - Нервы у тебя не прочнее моих, - хмыкнула она. - Рапунцель! - облегченно выдохнул парень, хватаясь за сердце. Затем выпрямился и снова расправил плечи: - Не надо пугать меня так! Я подумал, что ты призрак! - Так ты все-таки их боишься? - поддела она его, изогнув бровь, вспоминая их давний разговор. Затем она внезапно вспомнила другие события того же дня, и ее плечи содрогнулись. Она быстро повела плечами и помотала головой, отгоняя дурные воспоминания. - Ты чего тут ходишь? - Искал тебя, - он протянул ей букет. И Рап с благодарностью приняла его. - Я ведь обещал познакомить тебя со своими родителями. Пойдем? Они рады будут с тобой встретиться. Рапунцель широко улыбнулась и, немного оглядевшись и-таки не увидев ни Флинна, ни Икка, взяла цветы в правую руку, вдела левую в галантно поданный локоть друга и согласно кивнула: - Пошли. - Мои родители потрясающие. Они тебе понравятся. Они очень хорошие, - описывал их на ходу Ханс. - Я считаю, что им повезло в жизни друг с другом. Рапунцель с легкой улыбкой слушала его восторженные описания. - Звучит так, словно они даже не ссорятся и в вашем доме царят гармония и понимание, - но она снова вспомнила о своей маме и осознала, что улыбка на собственных устах становится напряженной. Она моргнула и похлопала себя по щекам, чтобы размять мышцы лица. - А как же фраза о том, что тарелки в доме бьются на счастье? У вас такое не бывает? - пошутила она, чтобы разбавить разговор. - Исключено. Мои родители любят друг друга, - невозмутимо ответил парень. Буквально через пару секунд они вышли к мужчине и женщине, которые стояли около одного из столиков. Мистер Вестергорд-старший был высоким широкоплечим мужчиной, и Ханс оказался точной его копией. Мать шатена была также высокой, она была женщиной средних лет с великолепно сложенной фигурой и такими тонкими запястьями, что могла бы запросто сойти за пианистку. Рап не удивилась бы даже, будь это так на самом деле. Рап так сильно задумалась, оценивая их, что вдруг оступилась на каблуках и упала бы, если бы не вцепилась пальцами в предплечье друга. - Рапунцель, ты в порядке? Что случилось? - Ханс остановился и удивленно посмотрел на нее. - Туфли, - охнула Рапунцель, справляясь с каким-то странным внутренним истерическим приступом смеха. Она вдруг почувствовала себя такой неуклюжей. Нога действительно ныла, она чуть ее не подвернула. И если бы здесь не было так много людей, она бы запрыгала на одной ноге, схватившись за вторую. - Болит? - обеспокоенно спросил шатен, заглядывая ей в лицо. Рап сознавала, как нелепо выглядит - не самый лучший, наверное, у нее вид, чтобы знакомиться с новыми людьми, тем более с такими важными. Не бог весть какое впечатление она сможет произвести. Поэтому она перестала охать и морщиться и выпрямилась, возвращая лицу первоначальный непринужденный и довольный вид - от искреннего сочувствия представителя сильной половины человечества, который представления даже не имел, что такое мозоли от новых туфель на ногах, получить такую заботу было даже забавно. Рап заулыбалась своим мыслям, понимая, что боль в ступне отступает на второй план и появляется легкость на душе. - Нет, всё в порядке. Идем к твоим родителям. Будто ничего и не случилось, они подошли и поздоровались с мужчиной и женщиной. Ханс представил ее. Те кивнули и с готовностью благодушно заулыбались. - Здравствуйте, - она ответила легким рукопожатием мужчине и женщине. Рап казалось, что отец одноклассника, занимая важный пост в правительстве, может быть суровым и даже высокомерным, но она с удивлением обнаружила, что ошиблась. Наоборот, он был дружелюбным, предельно аккуратным, и в нем не было никакого холодного отчуждения, только доброта и искренность во взгляде. Мать шатена казалась более сдержанной. И в ней было что-то такое элегантное и аристократичное - создавалось впечатление, что Рапунцель смотрит на одно из великолепнейших произведений мирового ювелирного искусства. Рап не могла оторвать от нее восхищенного взгляда. Ей казалось, что они уже встречались. - Вы сегодня потрясающе выступили, - заметила женщина с искренней улыбкой. - Показ имел невероятный успех. Думаю, что благотворительный фонд на этот раз соберет больше денег. Мы сможем помочь многим семьям, - заметила она. - Так это ваш благотворительный фонд? - изумилась Рапунцель, проникаясь еще большей симпатией к этим людям. - Не совсем, этот благотворительный фонд основала семья наших друзей много лет назад. Я лишь временно занимаюсь ведением дел, поскольку директор фонда мадам Оверланд сейчас за границей. Я сама выросла в неполной семье, поэтому я хочу поддержать людей, которые оказались в такой же ситуации, ведь это непросто, - пояснила она. - Я думаю, что вы делаете доброе дело, - от души согласилась Рап, ведь и она согласилась принять участие в вечере из соображений солидарности. Женщина благодарно улыбнулась ей. Мистер Вестергорд, как истинный джентльмен ожидавший окончания беседы дам и не прерывавший разговор, с интересом посмотрел на нее: - К слову, Рапунцель, мы раньше не могли встречаться где-то? Может, на других показах? У меня такое впечатление, будто я тебя где-то видел, - вдруг сказал мужчина. Ханс и Рапунцель недоуменно переглянулись. - Рапунцель была на обложке журнала “Dunbroch Diamonds”, дорогой, - заметила миссис Вестергорд, - мы выписываем каждый номер. Не удивительно, что ты мог ее видеть. Девушке ничего не оставалось, кроме как растянуть губы в вежливой улыбке. Мистер Вестергорд некоторое время еще рассматривал девушку, вгоняя ту в еще большую краску, но тут в зале заиграла легкая музыка и объявили традиционный танец. Приглашались все желающие, и мистер Вестергорд с женой, попросив прощения, благородно прошли в центр, взявшись за руки, и присоединились к другим парам. - Рапунцель, не хочешь?.. - Ханс едва повернулся к девушке с вопросом, как рядом с ней так же неожиданно, как белый гриб во время засухи, вырос Райдер. Не прошло и секунды, как Рап с улыбкой до ушей повернулась к нему, несказанно обрадовавшись его появлению, как рука Флинна тут же обхватила ее плечи и собственнически притянула ее к себе. - Флинн! - радостно воскликнула Рапунцель, чувствуя, как в груди радостно начинает трепыхаться сердце. - Райдер, - машинально произнес Ханс вслух, слегка сводя брови на переносице. - Рад, что ты помнишь, как меня зовут, - с легким оттенком раздражения ввернул тот. - Надеюсь, ты не только мое имя помнишь? - он выразительно вскинул бровь и с мрачным удовлетворением заметил, что Вестергорд невольно коснулся своего живота, на котором еще под рубашкой красовался приличный синяк. Флинн дернул уголком губ. Отлично, он еще помнит его удар, - значит, ему не придется повторно напоминать, кто из них все-таки является парнем блондинки. Заметив его выражение лица, Ханс с легким скепсисом уставился на него в ответ. Ханс сложил руки на груди - боже, и что такая чудесная девушка, как Рапунцель, нашла в этом наглеце? - О, я действительно помню не только твое имя, - не без иронии заметил он, складывая руки на груди. - Как сейчас помню, как Рап плакала из-за тебя на школьном дворе. Он не мог бы придумать что-то, что еще больше задело бы Флинна - тот даже изменился в лице, и у него сбилось дыхание. Янтарные глаза вспыхнули злобой, а руки сжались в крепкие кулаки: - Я предупреждал тебя. Не действуй мне на нервы. С нарастающей внутренней паникой Рапунцель обняла шатена за пояс. Меньшее, что она сегодня хотела, это повторения событий того дня, когда они поссорились с Райдером. - Флинн, он не это имел в виду… - она бросила просительный взгляд на Вестергорда. Однако тот, очевидно, после поражения в прошлый раз в этот раз даже и не думал уступать: - Предупреждаю тебя, больше не заставляй ее плакать. Рапунцель - хороший человек. Иначе я буду вынужден защищать ее от тебя. - Ты себя-то способен защитить? - огрызнулся разозленный Флинн. - Флинн, пожалуйста, перестаньте, - Рап упрямо оттащила его на целых два метра от Вестергорда. Несколько людей, которые стояли к ним ближе всех, с непониманием покосились на них. - Не портьте вечер. - Она права, - послышалось сзади, и сразу за Райдером нарисовался Хэддок, одним своим видом заставивший друга вспомнить о том, что рядом с ним стоит девушка, перед которой он не хотел бы терять лицо. Но от этого понимания желание врезать Вестергорду ничуть не уменьшалось. В его груди все тряслось от ярости. Он сам прекрасно знал, что обидел Рапунцель, но слова новенького о том, что он оградит блондинку от него, выбесили его основательно. Да кем он себя возомнил? Но Иккинг вдруг покровительственно положил ладони на лопатки друга и его девушки и настойчиво повернул их в сторону танцплощадки. В центре зала в вальсе кружились не меньше десяти-двенадцати пар, в том числе и родители Ханса. - Какая красивая музыка! Может, пойдете и потанцуете? - вдруг предложил Иккинг. - Дурацкая музыка, - так же внезапно ощетинился Флинн, сцепляя зубы и не сводя глаз с одноклассника блондинки. Он должен был сначала поставить на место этого сопляка. - Нормальная музыка, - настойчиво возразил Иккинг. - Зато у тебя партнерша красивая, - и он подтолкнул их к другим парам. Рапунцель быстро сообразила, что это лучший способ отвлечь Флинна, поэтому дальше уже сама потянула его к танцующим. - Флинн, пожалуйста, я хочу потанцевать, - хотя танцевала она никудышно, но сейчас риск выглядеть глупой или неуклюжей выглядел вполне оправданным. Лучше помучиться две минуты на этих каблуках, чем разнимать двух дерущихся парней. Флинну было нечегой возразить, и он подхватил ее за тонкую талию, и они присоединились к вальсу. И правда, лучше он насладится обществом своей девушки, чем будет лицезреть того, кого на дух не выносит. После их ухода повисла неловкая тишина. Ханс чуть хмуро наблюдал за парой Рап и Райдера, и Иккинг, дабы сгладить не самое лучшее первое впечатление, с самым добродушным видом, на какой был способен, повернулся к Вестергорду. Тот, почувствовав, что на него смотрят, обернулся. - Ну, здравствуй, мы ведь еще не знакомы. Я Иккинг Хэддок, друг Флинна, - Иккинг автоматически протянул шатену руку. Тот пару секунд моргал, видимо, гадая, могут ли у Райдера вообще быть вежливые и адекватные друзья, затем пристально посмотрел на Хэддока и все-таки пожал его ладонь. - Очень приятно, Ханс Вестергорд. Я недавно перевелся. - Я знаю. Ты друг Рап. Если понадобится моя помощь, всегда можешь обращаться, друзья Рап - наши друзья. В эту секунду Хэддок не мог не удивиться, насколько насмешливой и ироничной порой бывает судьба: прямо сейчас он пожимал руку сыну возможно самого принципиального и неподкупного чиновника города, в то время, как люди его не самого легального в мире синдиката расхаживали с оружием под пиджаками наперевес, обеспечивая безопасность своего будущего главы. Впрочем, - Икк усмехнулся, глядя на светлеющее на глазах лицо ничего не подозревающего Ханса Вестергорда, - пусть все так и остается. Его всегда забавляли такие необычные ситуации.