Кукла для ухажера

      Жизнь Елены стала походить на сумасшествие, безумие. Собрав вещи, она следующим же утром переехала жить к родителям. Теперь они с Деймоном виделись очень редко, лишь когда он приезжал к Элайдже по деловым вопросам и пару раз на семейном ужине. Со временем она стала привыкать к такому ритму жизни. Их встречи с Деймоном отходили на второй план, постепенно превращаясь лишь в воспоминания. Решив, что эта глава ее жизни закончена, Елена всецело посвятила себя новым отношениям со Стефаном. - Ты сегодня необычайно молчалива, - подошел сзади и обнял ее Стефан. – Мы уже несколько дней здесь, а ты произнесла лишь несколько фраз. - Дай мне время, - вздохнув, оперлась на него девушка. – Я просто не могу вот так сразу. - Я не тороплю тебя, просто ты тоже пойми, мы встречаемся с тобой несколько месяцев, еще через несколько месяцев наша свадьба, а ты ведешь себя, по меньшей мере, странно. Я понимаю, твой страх перед Деймоном и все такое, но ведь пора все отпустить. - Я знаю, - словно дуновение ветерка послышался ее голос. – Я постараюсь сделать все, что в моих силах. - Тебе нравится здесь? – перевел разговор Стефан. - Я счастлива, - улыбнулась девушка и крепче прижалась к нему в объятии.       Деймон готов был рвать и метать. Переезд Елены отдалил их друг от друга, но легче так и не стало. Ему не хватало ее смеха, совсем взрослой для ее лет рассудительности. Да что там таить, ему не хватало ее такой, какая есть. После их со Стефаном помолвки, он, сам того не ведая, потерял практически все права на нее. Теперь у нее был отец, который готов убить любого. Да и причин наведываться к ней у него не было. Теперь это прерогатива его брата.       Налив себе в стакан спиртного, он уселся за столом в кабинете. Нужно что-то делать. Иначе он просто сойдет с ума. Деймон больше не мог смотреть, на то, как светилась счастьем Елена в обществе его брата. Стиснув зубы, он молча смотрел на это все в тихой ярости, боясь дать волю эмоциям. Елена же, отпустив прошлое, просто старалась быть счастливой.        Гром грянул, как всегда неожиданно. Через пару месяцев мирного и беззаботного существования, Елена поняла, что ждет ребенка. Она не знала, как это могло случиться, но факт был на лицо. <tПервое, что заполнило все ее существо - паника. Слишком хорошо она помнила резкое "нет" на вопрос о том, хочет ли Деймон детей. А еще поняла, как отреагирует на это известие мужчина. Он взбесится, обвинит ее в корысти, в том, что доверился ей, а она обманула его, и что более всего вероятно, он откажется от отцовства. И бесполезно будет приводить доводы - в своем безумии и ярости он не способен будет их услышать. Только спустя время, когда он остынет и подумает, он сможет понять, что натворил. Вот только что будет тогда с ней? Он ведь снова растопчет ее. А собрать себя по кусочкам опять она больше не сможет - сил не хватит.             Был еще Стефан, доверие которого она не могла растоптать. Ей и так слишком долго пришлось идти к тому, что она сейчас имеет. И единственное решение, которое видела в этой ситуации Елена - аборт. И пусть тело замирало при мысли об этом, другого выбора она не видела. Она не готова была потерять Стефана и его доверие. Так же как и знала, что Деймону она совершенно не нужна. Когда Елена решилась на это - ей понадобились все силы на то, чтобы спрятать свое горе и жалость к тому существу, что носила под сердцем.       Единственной, к кому она могла обратиться за помощью, была Кэролайн. Она рассказала подруге о том, что случилось и что собирается делать. Кэр была в ужасе от этого. - От тебя я ожидала этого меньше всего! - потрясенно сказала девушка. - Я не могу по-другому! - тихо плакала Елена. - Я не могу потерять Стефана. - Это безумие - выбирать мужчину, а не ребенка, - пыталась уговорить ее Кэролайн, но девушка была непреклонна. – Ты хоть представляешь, что с тобой сделает Деймон, если узнает? - Ты поможешь мне? - Да, - выдохнула недовольно Кэр, после того, как не смогла отговорить подругу от этой затеи. - Завтра поедем в больницу. Родителям скажешь, что ходила со мной за компанию.        Елена поблагодарила подругу и поехала домой. Она всю ночь проплакала, ненавидя себя за то, что собирается сделать. Да так и уснула - обхватив плоский животик руками.        Рано утром девушка поехала к Кэролайн. Через полчаса после того, как она зашла туда, подруги вышли вдвоем. Елена попросила Аларика отвезти их в больницу. Водителю отца она почему-то не доверяла. - Что-то случилось? - тут же нахмурился Рик. - Нет. У меня просто запланированный прием, - сказала Кэролайн, улыбаясь ему. - Елена со мной за компанию.        Мужчина успокоился и вырулил со двора.       Деймон с хмурым видом зашел в дом в сопровождении Элайджи. Настроение было ни к черту. Сорвалась крупная сделка, они два дня зря потратили, уговаривая партнеров подписать контракт. Не уговорили. - Где Елена? – поинтересовался он у спускающейся Кэтрин. - Поехала к подруге, - спокойно ответила женщина. – Да, она взяла с собой твоего водителя, того, который привез ее сюда. - Рика? - Ну, да. Сказала, что ей с ним комфортнее.       Деймон тут же набрал номер водителя Елены. - Ты где? - В больнице. - Что случилось!?! - Да все нормально, - успокоил охранник начальника. – Елена с Кэролайн за компанию приехала. У той прием какой-то.        Интуиция заставила Деймона нахмуриться. - В какой больнице? - тихо и спокойно спросил он, пытаясь списать свое волнение на плохое настроение. - Женская консультация.        Жуткое предчувствие охватило его целиком. А он никогда не игнорировал подобное. - Адрес, - вылетая из дома, потребовал Деймон в телефон. - Что-то случилось? – обеспокоенно посмотрели на него Кэтрин и Элайджа. - Надеюсь, что нет, - бросил им напоследок Деймон.        Уже через час мужчина был на парковке, где стояла машина Аларика. - Они еще не пришли? - спросил Сальваторе у подчиненного. - Нет. Что-то случилось? - Посмотрим, - пробурчал Деймон и пошел к входу.        В регистратуре он тут же спросил о назначенном приеме для Кэролайн Майклсон. - Не положено, - ответила вредная тетка.        Пару шелестящих купюр сразу же открыла перед мужчиной все двери. - Нет в списках такой на прием, - пробурчал женщина, пощелкав клавиатурой. - А Елена Гилберт? - спросил Деймон, боясь услышать ответ. - Такая есть. На аборт записана.       Эти слова выбили почву из-под ног мужчины. Он даже пошатнулся от неожиданности. А потом его накрыла волна бешенства. Такого яркого и ослепляющего, что глаза застилала красная пелена. Он до боли стиснул кулаки и зубы, идя туда, где был врач, на прием к которому была записана Елена. Перед ним в испуге разбегался персонал и беременные дамочки, когда он целенаправленно двигался по коридору.       Елена стискивала руки, ожидая, когда в смотровую придет врач. У нее были такие холодные пальцы, что она даже не чувствовала их. Зубы стучали, а все тело колотило в ознобе. В больших глазах стояли слезы. Она не боялась боли. Она боялась того, что собирается сотворить. Елена сидела на голой, холодной кушетке и глотала горький комок в горле раз за разом. Ей было так противно от себя самой, что приходилось прикусывать губу, чтобы не закричать в голос. Собрав всю свою волю в кулак, она аккуратно прикоснулась к еще плоскому животу. - Прости меня, малыш, - горько произнесла она, быстро надевая джинсы и блузку, и спеша покинуть этот холодный, мрачный кабинет. Пусть все летит к чертям. Это ее ребенок. Ее частичка, и она не имеет права решать за него, жить ему или нет. Елена наклонилась над кушеткой, чтобы собрать личные вещи и убежать отсюда подальше. - И как это понимать?! - резко и неожиданно раздался знакомый, леденящий душу, голос у двери.        Девушка резко повернулась лицом к Деймону, и тут же сделала несколько шагов назад, испугавшись того, что увидела в его глазах. - Ты объяснишь мне, что происходит? - спокойно спросил Деймон, надвигаясь на нее грозной волной ярости и безумия.        Елена не выдержала, и слезы заструились по ее щекам. - Тебе какая разница, - прохрипела девушка, глядя на него со страхом и отчаянием. – Я должна была сделать это для тебя и себя. - А меня ты спросить не хочешь?! - крикнул Деймон, резко хватая ее выше локтя и встряхивая с силой и злостью. - Тебе все равно не нужен этот ребенок! - закричала в ответ девушка, забыв о страхе от того чувства стыда и обиды, что поглотило ее. - Ты ясно выразился по этому поводу! Так же как и не нужен твоему брату! Что мне оставалось делать?! - Прийти ко мне! - рыкнул ей в лицо мужчина, вновь с силой дергая ее за предплечье на себя. - Прийти ко мне и сказать правду! - И что бы ты ответил мне?! - резко вырвавшись из его захвата, сказала Елена, отходя на шаг. - Ты бы обвинил меня в том, что я сделала это специально, нарочно, чтобы связать тебя! Чтобы показать свою власть над тобой! Разве не так?! Я бы стала для тебя второй Надей! Ты бы возненавидел меня в ту же секунду! - уже рыдала Елена. - Я и сейчас тебя ненавижу! Презираю! Ты говоришь, что не хотела уподобляться Наде, но именно это ты и сделала, убив моего ребенка! - кричал мужчина, хватая рукой ее за лицо и поднимая его к себе. - Ты сделала худшее из того, что могла! - Я не смогла, - зарыдала в голос Елена.       Он так резко отпустил ее, что Елена упала на пол. А Деймон развернулся и быстро покинул комнату. Девушка лежала на холодной полу и рыдала в голос. Было так больно! Но никого кроме себя она не могла винить в этой боли. Лишь она сама сделала это с собой. Она оттолкнула от себя любимого человека еще дальше, чем предполагала. И Елена знала, что этого Деймон не простит ей никогда. И всю оставшуюся жизнь ей придется жить с тем презрением и отвращением, что она увидела в его глазах. Более того, Стефан для нее теперь тоже потерян.       Деймон пулей вылетел в пустой коридор. Он со всей силы впечатал в бетонную стену кулак несколько раз. Ему было плевать на боль от разодранной кожи и хруста в кисти. Ему было плевать на все, кроме того, что едва не сотворила Елена.        Она предала. Предала так жестоко и так безжалостно, как он мог ожидать от кого угодно, кроме нее. Она же знала, как он отреагирует на все это когда узнает! Так почему солгала? Зачем было строить из себя невинную и беспомощную жертву, когда на деле она оказалась самой подлой тварью из всех?       Впервые в жизни на глазах мужчины выступили слезы.       Он не плакал, когда на его руках погиб отец пятнадцать лет назад после автомобильной аварии. Он тогда вытащил его полуживое тело из машины и смотрел, как он умирает, медленно и мучительно.       Он не плакал, когда в четырнадцать лет остался без всего, потому что ушлые родственник быстро отобрали у его семьи все, что было.       И он не плакал, когда узнал о том, что его ребенка нет.       Но сейчас слезы катились по лицу, пусть и слабо и медленно, но они катились. Это были слезы разочарования, обиды и боли, которую он никак не ожидал получить от женщины. Тем более от своей девочки. Перед ней он открыл свою душу, как никому и никогда прежде. Он показал себя настоящего. И был счастлив от того, что она принимает его таким. Но все перечеркнуло это. Он сам не ожидал, что так сильно отреагирует на случившееся. Но вот они - соленые капли на щеках. Он поймал их пальцами и смотрел, как на восьмое чудо света. А внутри, свет, который внесла в его жизнь Елена, превращался в тлеющий уголек. Уголек страданий и боли, презрения и отвращения.        Деймон раздраженно смахнул с глаз ненужные капли и пошел на выход. На улице он приказал Рику найти Елену и доставить ее домой, к родителям. Более того - запереть в спальне. А потом сел в машину и поехал, куда глаза глядят.       Елена провела в комнате почти неделю. Но и особого желания выходить у нее не было. Несколько раз с ней пыталась заговорить Кэтрин, но Елена упорно молчала. Только сидя глубокой ночью в своем кабинете в компании Элайджи, Деймон поведал ему всю историю. - Что ты теперь намерен делать? – посмотрел на него внимательно отец Елены. - Не знаю, - бесцветным голосом произнес Сальваторе. – То, что она сделала… - Я приму любое твое решение, - кивнул Элайджа, - но если Елене или моему внуку будет угрожать опасность, пеняй на себя.       Откинувшись на кресле, Деймон задумался.       Елена так и не выходила из комнаты. Отчасти, боясь расспросов, еще больше боясь увидеться со Стефаном, который приходил почти каждый день. Еду ей приносили в комнату. Книги точно так же. Но аппетита почти не было, а читать не получалось. Целыми днями она пролеживала на кровати, обхватив руками живот и прося прощения у своего малыша. Глаза постоянно были на мокром месте, а губы искусаны до мяса. И вина давила так сильно, что было трудно дышать. И вина не только перед ребенком, но и перед его отцом.        Деймон не приходил к ней. Она даже не слышала, чтобы он приходил к отцу. И это снова заставляло ее обвинять себя во всех смертных грехах.        Елена не знала, что теперь с ней будет, но не ждала ничего хорошего. Она сама себя не могла простить, и знала, что и Деймон не сможет, и даже не захочет. Осталось лишь предполагать. И самое худшее из того, о чем она думала, так это то, что Деймон дождется, когда она родит, а потом просто выставит ее за дверь, отняв ребенка. Такое развитие сюжета пугало ее больше всего. Она готова была стерпеть все, кроме расставания с любимым мужчиной и своим уже любимым малышом.        Но когда Елена все-таки узнала, что ее ждет, она была просто шокирована.       Девушка и не ожидала в ближайшее время, что Деймон придет к ней. Но в один из дней дверь ее комнаты открылась, и вошел он, в сопровождении Кэтрин. Его взгляд был так холоден и равнодушен, что Елена просто не знала чего ожидать. Уловив сочувственный взгляд матери, Елена посмотрела на Деймона. - Пойдем,- приказал Сальваторе. - Куда? - Задавать вопросы ты больше не имеешь права, - только и сказал мужчина, выходя из комнаты. - Деймон! – попыталась осадить его Кэтрин, но безуспешно.        Девушка молча последовала за ним. Они сели в машину и направились в дом Сальваторе. - Бедная девочка, - всхлипнула Кэтрин. - Это их жизнь, - обнял ее Элайджа. – Деймон знает, что делает. Он не обидит нашу девочку.       Деймон и Елена прошли в дом, и направились к дальней гостиной. Мужчина распахнул перед девушкой дверь и пропустил ее вперед. Елена даже зажмурилась от той белизны и блеска, что увидела. И даже не сразу поняла, что видит. А когда сообразила, резко повернулась к Деймону. Он стоял за ее спиной, скрестив руки на груди, и только и сказал: - Выбирай.        Елена снова посмотрела вперед, не веря своим глазам и ушам. Такого она не ожидала совсем. Перед ней на диванах, креслах и столах были разложены самые разные и прекрасные свадебные платья, что она когда-либо видела. - Что это значит? - тихо спросила девушка, вновь повернувшись к мужчине лицом. - А разве ты не этого добивалась? - Нет!! Как ты можешь так думать!? - А что я должен думать? - спокойно спросил Деймон. - Деймон... - Хватит! - резко оборвал он ее. - Выбирай и готовься к свадьбе. Она через две недели, и жених уже точно не мой брат - сказал мужчина и вышел из комнаты.        Как только за ним закрылась дверь, к ней тут же подбежали две женщины, до этого молчаливо стоявшие в сторонке, и принялись нахваливать тот или иной наряд. Здесь так же была масса обуви, по несколько вариантов для каждого платья. Были фотографии букетов, ресторанов и украшений для всего, что только можно придумать.       Елена с трудом смогла сконцентрировать внимание на без умолку болтающих женщинах. В голове по-прежнему не укладывалось, что это все действительность, а не ночной кошмар. Почему кошмар, а не сон? Да потому, что это было худшим сном, который могла увидеть девушка. Она никогда не хотела чего-то подобного, никогда не стремилась к статусу жены Деймона. Ее бы вполне устроила тихая размеренная жизнь со Стефаном. Она просто не смела, заходить в своих мечтах так далеко. А если и смела, то не так все это представлялось в ее подсознании.        Уже через полчаса у Елены разболелась голова от трескотни организаторш. Все, на что оказалась способна девушка - это выбрать платье. Оно было самым простым. Без рукавов и плеч, с прямым декольте и кружевным верхом, не очень пышной юбкой и мелкими аксессуарами под него, в виде маленьких бриллиантовых сережек и браслета. Так же отделанные кружевом туфли.        Выбор всего остального девушка свалила на нанятых для этого "торжества" работниц, уверив их, что готова положиться на их вкус. Деймон не нанял бы непрофессионалов, так что она могла, смело сбросить все это на них. Участвовать самой в этом фарсе у Елены не было ни малейшего желания. Поэтому, ткнув пальцем в платье, девушка удалилась к себе.