История души Онегинской

Евгений старался не думать о словах этого наглого лицеиста, но мысли решили совсем перестать его слушаться. Сядет ли он за уроки, решит поиграть с котятами, в мыслях постоянно всплывает едихная ухмылка Сергея и этот язвительный шепот. Евгений уже не мог справляться со своими мыслями, он постоянно представлял то, что было в той лабораторной и его бросало в дрожь. Он отважился действительно поговорить с Алексеем и все выяснить: только так он бы избавился от выедающих его душу мучений. Почти каждый день, примерно в три часа дня, они могли прийти в крайнюю аллею и застать друг друга. На это и надеялся Онегин. Такое отдаленное место мало кого интересовало, это и нравилось друзьям. Издалека Онегин заметил сидящую на лавочке фигуру. Но... это Сергей? Что он тут забыл? — Здравствуй, Евгений. — Здравствуй. — Не ожидал меня тут увидеть? — Ты прав. И зачем же ты здесь? — Скоро придет Алексей, хотел посмотреть, сознается он или нет. — С чего ты взял, что мы будем об этом говорить? — С недавних пор у тебя вечно озадаченное лицо. Понятное дело, что мои слова тебя задели, — он усмехнулся. — Убирайся отсюда, Сергей. — Тебе не интересно разве, почему я так забочусь о вас? — Не интересно, уходи. — Что здесь происходит? — из-за изящно подстриженных кустов вышел Алеша. — Ухожу, ухожу, — Сергей встал и, засунув руки в карманы, пошёл в сторону здания, — Но никто не запретит мне подслушивать ваш разговор. — Теперь совершенно нет настроения обсуждать такие вещи... "Как бы скандала не вышло", — Евгений не знал, как выйти из этой ситуации. Сергей вечно лезет в их отношения, это крайне раздражает. — Евгений, о чем ты? Что случилось? — Он мне сказал, что ты спишь с Варварой Семеновной, это так? — Онегин не понимал, откуда взялась эта решительность. Алексей посмотрел на него с превеликим изумлением, потерял дар речи от такого неожиданного поворота событий. — Молчишь? Боже, неужели правда?.. — Да, это правда, но я тебе сейчас все объясню, присядь и успокойся, — Онегин не заметил, что схватился руками за голову и уже минуту ходит взад и вперёд. Алексей насильно усадил его на лавочку и посоветовал сделать пару вдохов и выдохов. Немного подождав, Алеша продолжает: — Я бы не стал спать с женщиной старше меня без веской на то причины. Друг мой, понимаешь, наша семья беднеет с каждым днём из-за моего старшего брата, который пьянствует и проигрывает сотни рублей в карты. Родители его никак не образумят. Денег, конечно, ему не высылают, но он каким-то образом их находит и проигрывает в три раза больше. Им приходится покрывать его долги, им даже угрожали пару раз, — к моменту, когда он это договорил, его голос дрожал так, будто с каждым словом разбивался вдребезги стеклянный стакан. Онегин слушал эту тираду, не отводя глаз от собеседника. — Моя последняя надежда — это бесплатно поступить в какой-нибудь университет, выучиться и найти более-менее соответствующую угасающему статусу нашей семьи работу. В этом году мы заканчиваем лицей, а с историей у меня огромных размеров проблемы. Из-за истории я могу не поступить, поэтому решился на такой отчаянный шаг... Глаза Евгения торопливо заморгали, будто он пытался пробудиться от некоего сна. Сначала он посмотрел на сидящего рядом друга, потом на свои колени, а после сказал в полголоса "Ага" и направился в свою комнату. Алексей не пытался его остановить. Всю ночь Евгений тщательно обдумывал сказанное Алешей, анализировал, но к утру так ничего и не решил, как ему себя вести с Алексеем. Жаль, что нельзя, как раньше, сослаться на плохое самочувствие и проваляться пару дней в постели, сейчас бы это было как нельзя кстати. Но в этом возрасте к лицеистам относились крайне строго, остаться в своей комнате можно было только, если у тебя сильный жар, и больше никак. На занятиях Алексей был прежним дружелюбным весельчаком, совершенно не намекая на вчерашний разговор. Он даже пытался развеселить Онегина старательнее обычного. Вскоре это настроение передалось и Евгению, и он решил пока повременить с размышлениями о сложившейся ситуации. Позже и вовсе плюнул на это: в конце концов это Алешино дело, а моё заключается в том, чтобы быть хорошим другом. Чувства Онегина к Алексею вовсе не пропали, если вы могли так подумать, просто он научился их умело скрывать. О признании Онегин думал лишь на первых порах, но позже понял, что, во-первых, в обществе, даже если Алексей и ответит взаимностью, это настолько неприемлемо, насколько неприемлемо ходить голым; во-вторых, ему не так важна была взаимность, как находиться рядом со своим предметом обожания, поддерживать его и заботиться. Отношения между Алексеем и Евгением некоторое время были стабильные — Сергею, кажется, надоело портить им жизнь, ведь друзья договорились игнорировать его в абсолютно любой ситуации — пока директор лицея не вызвал Алешу к себе с разговором, касающемся платы за обучение. — Алексей, у нас к вам убедительная просьба, напишите своим родителям и спросите насчет денег, мы и так пошли вам на уступки, разрешая платить каждый месяц, а не за целый год; они, кажется, игнорируют наши письма. — Хорошо, господин директор. Через пару дней Алексею пришло письмо от матери, где говорилось, что денег почти не осталось, что с отцом они экономят, как могут, но на его обучение обязательно хватит денег, скоро они их вышлют; было ясно, это — чистой воды ложь, дабы успокоить мальчика. — Евгений, по твоему, как мне лучше поступить: старательно доучиться этот год, надеясь, что родители найдут деньги, или же отправиться домой и помочь им выбраться из этого положения? — Сидеть тут сложа руки будет крайне эгоистично с твоей стороны. Я думаю, что ты можешь уехать домой на пару дней, директор поймёт, и попробовать поговорить с братом. Алексей так и сделал.