Hold me down

Кто же мог подумать, что собирать цветы и соцветия в букет — задача не из простых? Около двух часов я проносился по магазину, поднося к столу то розы, то фиалки, то ромашки. Женщина, с которой мама договорилась о встрече, оказалась слишком активной. Заявляя: «Ничего сложного тут нет!», она умудрялась собирать уже второй или третий букетик, когда я только начинал первый. В какой-то момент я даже наплевал на эти сборы, сел и начал записывать информацию на бумажку (с обратной стороны которой красовался недоигранный морской бой), изредка прося повторить последние её слова. Лариса, так звали эту энергичную даму, тихонько смеялась, но повторяла и впоследствии старалась говорить медленнее, расхаживая по помещению и вечно поправляя слетающие очки. Ближе к вечеру я был просто изнеможен. *** Последующие два дня я не появлялся на уже полюбившемся мне проспекте, где бок о бок стояли такие разные заведения: цветочный и тату салон. Занимаясь школьными делами, репетициями, покупкой формы и канцтоваров, я совсем забыл о милой улыбке Арсения и добродушии Кирилла. *** Открываю магазин, когда на часах нет и девяти утра. Не спеша выношу вазы с цветами на улицу, расставляю их вдоль витрин. Протираю стекло холодильника, рабочий стол, включаю кассовый аппарат. Напевая случайно залетевшую в голову мелодию, я даже не замечаю как в помещение заходит посетитель. Теплая рука опускается на моё плечо, вызывая мурашки от легкого испуга. Поворачиваюсь и встречаюсь с глазами, сиявшими словно небо в солнечную погоду. Арсений. — И где ты был? Вопрос парня вводит меня в тупик. Промычав нечто нечленораздельное, я отхожу, из-за чего его рука спадает с моего плеча. — Что? Ты язык проглотил за эти два дня? Не понимаю! Он тараторит, но продолжает по-доброму улыбаться. — Говорю к школе готовился! — фыркаю, смыкая руки на груди в замок. — неужто скучал? Оглядываю его с ног до головы. Чёрные штаны, чёрная майка, голубые потрёпанные кроссовки. Минимализм шёл ему к лицу, всё смотрелось гармонично. — Может и скучал! С кем мне чай пить, как не с тобой? — причитает Арс и проходит к стойке с открытками, разглядывая их. — Кексиков, случайно, больше не осталось? — Нет, а у тебя есть Кирилл, с ним не менее интересно, — наблюдаю за его руками, перебиравшими праздничные конверты для денег. Арсений корчит недовольную гримасу, а я смеюсь. — Нет, собеседник он, конечно, хороший, но я слишком долго с ним работаю, чтобы узнать о нём что-то новое, интересное… А вот ты — другое дело! Он довольно улыбается, разворачиваясь на пятках. Хватает меня за плечи, притягивая к себе и замирает. А в глазах у него творится хаос. Будто сотни огней искрятся и пылают, борются и взрываются. Голубизна неба приобретает оттенки синего, будто надвигается буря. — Может сделаем тебе тату? Выдаёт парень с серьёзным выражением лица и наблюдает за моей реакцией. Так вот что означает такая резкая смена в его глазах- глупую идею, чудной и безбашенный поступок. — Ты придурок что ли? — только и могу ответить я, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не закатить глаза, ведь тогда придётся разорвать зрительный контакт. — Сам такой! Это, вообще-то, круто, — он отпускает меня и присаживается на край стола. — Тогда давай хоть по кружечке чая… Я не выдерживаю и начинаю смеяться, хлопая себя ладошкой по лбу. Ну что за человек? Бросается из крайности в крайность. — Чай — ладно, — продолжая улыбаться, я удаляюсь в подсобку, чтобы поставить чайник и приготовить посуду. Для таких случаев (когда Арсений врывается без предупреждений) я попросил маму привезти сюда упаковку чая. Она была удивлена, ведь обычно я пью только кофе, но просьбу выполнила. — Посетитель! — кричит Арс, когда я собираюсь заливать кипятком сушёные листочки. Поспешно выхожу из комнатушки и прошу его закончить моё дело, сам же подхожу с покупателю; мужчина, лет сорока, в строгом костюме, завидев меня улыбается. — Здравствуйте, можно мне девять красных роз? — не дожидаясь от меня каких-либо слов, спрашивает он. — Здравствуйте, конечно! Открываю дверцу холодильника, набираю цветы с самыми свежими бутонами и переношу их на рабочее место. Мужчина просит лишь завязать их лентой, с этим я справляюсь быстро. — С вас девятьсот десять рублей, — протягиваю букет, принимаю тысячную купюру, сдаю сдачу. Благодарю за покупку, в ответ получаю лёгкую улыбку и кивок. — У тебя талант! — констатирует Арсений, возвращаясь с подносом в руках. На нем стояли две чашки, заварочный чайник и сахарница. — Будет чем заняться после школы, — пытаюсь пошутить я, но Арс меня не понимает. — В смысле? — он хмурит брови, составляя на стол посуду. — Ты не собираешься идти на высшее? — Собираюсь… — А что тогда? На кого? — Давай сейчас не об этом, прошу, — вздыхаю, показывая свое «не в настроении». Мне бы и не сложно рассказать о том, какие у меня планы на будущее, да есть у них такое свойство: не сбываться, когда я оглашаю их окружающим. И громкое это слово: «Планы». Так, наброски. — Ладно-ладно, — парень вздергивает брови и присаживается на стул. — Дождусь момента, когда ты сам захочешь рассказать. И, пожимая плечами, Арсений отворачивается к столу, беря в руки чайник и разливая согревающий напиток. — Конфетки будешь что ль? — спустя пару минут молчания произношу я. — Буду, — бурчит вроде бы уже взрослый человек, тщетно пытаясь скрыть улыбку. Разговор затягивает нас с головой. Уже позабыв о каких-либо недоговорённостях или неловкостях, мы сидим и битый час разговариваем о путешествиях. Арсений оказался мечтателем. Этого и стоило ожидать. Человеку, который делает татуировки, присущи творческие мотивы и, соответственно, большие розовые очки с не менее маленькими целями и планами на жизнь. — Значит, первым делом ты хочешь побывать в Италии? — задумчиво вопрошает Арсений, отпивая уже остывшую жидкость из чашки. Он сидит, облокотившись на стол. — Как только — так сразу, именно туда, — качаю головой, в подтверждение словам. — Там же невероятно, один Рим чего стоит… Он ухмыляется, переводя взгляд на стенд с открытками. — Надеюсь у тебя всё получится, — я улыбаюсь, тихонько соглашаясь с ним. — Как ты планируешь провести выходные? Это последние летние в этом году. — Ой… Я ещё не думал об этом, — слегка изогнув брови, задумался я. — Может прогуляюсь с Димой… Не знаю, а что на счёт тебя? — Мы с Кириллом хотели посетить парк аттракционов, хочешь пойти с нами? Арсений замер, мерным взглядом изучая моё лицо. — Я не против, наверное, — пожимаю плечами, слегка сконфузившись из-за взгляда, пытавшегося просверлить во мне дыру. — Если что, могу я позвать друга? — Да… Конечно… Не ожидая такого вопроса, Арсений немного растерялся, но всё же выкрутился: — Мы будем не против. — Тогда отлично! *** Арсений начал собираться лишь спустя пол часа. Появились важные, как он сказал, дела на работе, так что быстро распрощавшись, он побежал в соседнее заведение. Я же, просидев с пустым взглядом и не более заполненным мозгом пару минут, глубоко вздохнул и начал убирать со стола. Целый день впереди. *** К концу рабочего дня магазин посетило около двадцати человек, а касса пополнилась на пару тысяч. Приятная усталость тянула к мягкой кровати или, на крайний случай, к удобному креслу, так что я как можно быстрее занёс цветы с улицы, повозил мокрой тряпкой по полу, подражая «влажной уборке» и вымыл использованную посуду. Ближе к десяти вечера дверь магазина уже закрывалась на замок. — Куда это мы так рано собрались? — доносится до меня знакомый голос. Поворачиваюсь на звук и наблюдаю интересную картину: Арсений стоит возле витрины своего салона и потягивает сигарету. — Ты куришь? Серьезно? — удивленно воскликнув, я подхожу ближе. — Балуюсь, — улыбается парень. — Не ожидал от тебя такого, — хмурю брови и делаю шаг назад, когда едкий дым ударяет в нос. — Бывает, — пожимает плечами и переводит взгляд на соседнее здание. В сумерках совсем не разглядеть лица, его эмоций, но он, кажется, выглядит немного тише обычного. — Ты домой? — переводит тему Арс. — Да, жутко устал… Он улыбается, переводя на меня взгляд. Делает последнюю затяжку и выбрасывает бычок в близстоящую урну. Кидает быстрое «давай я тебя подвезу» и, не дождавшись ответа, скрывается в помещении, оставив меня слегка удивлённым. Не прошло и пяти минут, когда он возвращается на улицу, но уже в куртке и с ключами в руке. — Может не надо? У тебя ещё идёт рабочий день, а я успеваю на нужный мне автобус, — говорю я, медленно плетясь за парнем. Мы идём вдоль соседнего дома, обходим его и приближаемся к дороге. — Мне не в напряг, — говорит Арсений, поглядывая на меня через плечо. Мы подходим к небольшой парковке, организованной вдоль дороги и мои брови взлетают вверх, когда на ключ от сигнализации откликается новенький фольксваген тигуан белого цвета. — Охуеть, — вырывается у меня, на что Арс широко улыбается. — Она же дорогущая… Раздаётся приглушенный смех и приглашение сесть. — Невероятная, — только и могу повторять я, усевшись на пассажирское сиденье. — А панорамный верх? С детским восторгом смотрю на парня, а он, продолжая улыбаться, нажимает на нужную кнопку и участок крыши задвигается, оставляя лишь стекло. — С ума сойти… — Спасибо, приятно видеть такую реакцию, — он заводит машину и плавно выводит её на проезжую часть. — Куда едем? Я диктую адрес, продолжая рассматривать любые мелочи данной машины. — Сколько же ты зарабатываешь, раз смог позволить себе такую машину? — не выдерживаю я. — На самом деле не так много, — ухмыляется Арсений, не сводя глаз с дороги. — Но я долгое время копил, а сейчас на мне кредит… Я улыбаюсь, проклиная свою фантазию. Конечно я уже напридумывал, что он из богатой семьи и такие машины для них — мелочь, а магазин у него просто от скуки и что он, вероятно, каждый месяц летает на какие-нибудь Карибы и тому подобное… Мда. — Это здорово, — выкручиваю звук, услышав знакомую песню и откидываю голову. В стекле «верхнего» вида россыпью сверкали звёзды и оказалось невероятно сложно отвести взгляд от такой красоты. Всю оставшуюся дорогу мы провели в тишине. На прощанье он напомнил мне про выходные и пожелал доброй ночи. Я вышел из машины, так и не узнав, почему он решил довезти меня до дома, а он скрылся за поворотом не выждав и минуты. Лёгкая улыбка растянулась на моём лице, для полного счастья не хватает лишь хорошего сна. Глубоко вдохнув тёплый летний воздух, я зашагал по направлению к подъезду, а там уже к квартире, в любимую кровать.