17 неправильных решений.

— Люк Бекер просто человек. У него есть право на ошибку, но он сначала делает, а потом думает. Следующая станция «Дом любви». Люк стоял перед зеркалом и пристально смотрел на себя, как будто отражение сейчас исчезнет. Он смотрел на свой нос, глаза, губы, не понимая, что в нём не так. Почему люди видят в нём эгоистичного и зазнавшегося подонка? — Да, всё в полном порядке. Он побил себя по щекам. Раньше это был голос в голове, а теперь всё перешло в галлюцинацию. Люк закрывал глаза, чтобы не видеть самого себя, глубоко вздыхал. В нём обретает силу пустота. Она ноет каждый день, каждый час, каждую минуту. Эта пустота просит принять её, но он отторгает её. Он не хочет, чтобы она была сутью его, пытаясь держаться за кого-то. — Ты будешь в полном порядке, всё хорошо. Ты должен спасти себя. — Как я могу быть в порядке, если я вижу самого себя? — Это пройдёт, Люк. Ты должен принять меня. — Перестань! Хватит появляться! — Да всем плевать на тебя, — громко засмеялся, упал на пол. Его смех становился всё громче и громче, этот смех был не только в его голове, он был повсюду, отчего Люк начал громко кричать на всю комнату. Этот ор слышали абсолютно все. Стая птиц, сидевшая на крыше общежития, улетела прочь, испугавшись этого отчаянного крика. Некоторые люди, находившиеся поблизости, не смогли проигнорировать это и начали оборачиваться. Люк вскакивает с дивана и хватается за стол, кричит: «Прочь!», но смех становился всё громче и громче. Люк не мог это вытерпеть, схватился за стол, опрокинул его, схватился за голову и по стенке скатился вниз.

***

10 декабря 2016 года.

— Помоги мне, приятель, — Джей сделал щенячий взгляд, надеясь, что Джо купится на это. — Всего лишь один вечер. — Что ты получишь с этого? — Секс с Амандой, — Джозеф закатил глаза и достал свой айфон. — Ну, Джо… Аманда волнуется, сказала, что он постоянно пьёт. Сегодня пойдёт в бар. — Это тут причём? — Да притом, что я буду героем, а герои получают вознаграждения, смекаешь? — подмигнул блондин и протянул руку. — 500 фунтов. — 1000. — Ну и придурок же ты, — он пожал руку Джею. — Договорились.

***

Чёрные волосы уже не лежали в «супер укладке». У него был потрёпанный вид, искривлённая улыбка. На нижней губе образовались маленькие трещинки, потому что он вечно её кусает. Появилась легкая щетина, двухдневная такая. Он провёл рукой, вспоминая, как недавно она колола какую-то мало знакомую девушку. Он прикрыл глаза, словно прятался от кого-то, не понимая, что бежит от самого себя. Резкий взгляд на себя. Зелёные глаза были наполнены отчаянием. Хотелось всё исправить. «Иди до конца», — пронёсся в голове голос отца. Люк включил холодную воду, начал умываться, отрезвлять себя. Сегодня тот день, когда он изменится. Тебя никто не потревожит.

***

Неделю назад.

Аманда сидела во втором ряду на лекции Эллисон Джером. Преподавательница была очень нервная, чем-то потревоженная. Было заметно, что она либо не доспала, либо вообще не ложилась. Мы смотрели документальный фильм про мозг человека. Некоторые даже рискнули заснуть. Аманда заметила, что из этих кто-то был Люк. На столе стояла бутылка воды, волосы были растрёпаны. «Всё ясно, ещё одна ночь пьянства». — Просыпайся, — Аманда потрясла Люка, и от неожиданности он подскочил. — Спасибо, — вяло произнёс парень и собрался уходить. Аманда подхватила его и взяла за руку. — Поговорим? — О чём? — О твоём запое. Люк поморщился и покачал головой. Раньше их связывало многое, но невозможно навернуть три года и вести себя, как ни в чём не бывало. — Тогда я присоединюсь к тебе вечером.

***

— Ты странный, чувак, — сказал какой-то парень из общежития. — Целый час стоять перед зеркалом, так даже бабы не выдерживают. Его странный смех раздражал. Люк закатил глаза и покачал головой. Отчего парень почувствовал себя как-то неуверенно и сделал шаг назад, чтобы пропустить Люка. Бекер облегчённо вздохнул и пошёл на пары, сегодня у него будет интересная встреча. Внутри него всё просто ликовало: неужели, всё приходит в норму, и он сможет вернуться к своим планам. Пытаться изменить свою жизнь дальше. По пути на пары он заметил, что преподаватели носились от одного к другому, что-то скрывали от всех, кричали друг на друга и закрывали лица. Это одна из его ошибок, но лучше не думать об этом и просто переключиться на свою жизнь. По пути парень встретил своего однокурсника Скотта, он что-то рассказывал о своём новом открытии, а потом предложил выпить. «Да, да и да», — пронеслось у него в голове, но он обещал ещё в ту ночь Аманде, что не будет пить до конца этого месяца.

***

— Люк Бекер! — воскликнула девушка и изобразила их первую встречу. — Аманда Рассел! — подхватил Люк и засмеялся. Тут же Аманда подхватила и заказала два пива. — Ну что, будем веселиться? — парень поднял бровь и всплеснул руками, когда девушка сказала про веселье. Неужели она будет с ним пить? — Ты такой же зануда-а, — протянула Аманда и захихикала. — Одним пивом не напьёшься, — прискорбно сказал Бекер и бросил на Рассел грустный взгляд. — Это разогрев, друг мой.

***

— А он мне говорит таким странным акцентом, — пьяно и тихо говорила девушка, как будто их кто-то подслушивает. — Ты выглядишь, конечно, неплохо, но твой глубокий вырез не поможет сдать зачёт. Люк стал смеяться и хлопать по столу рукой. — Серьёзно, я глупее себя не чувствовала никогда, — с улыбкой на губах говорила Аманда. — Как насчёт выпить… за нашу крепкую дружбу? Даже через года мы снова вместе. — За нашу крепкую дружбу! — воскликнул Люк и чокнулся с ней рюмками. Спустя час они уже пили водку и вспоминали былые деньки в Итоне. — А помнишь, как ты упала и тебя пришлось нести 4 квартала? — она кивнула. — Я, блин, до сих пор чувствую эту пульсирующую боль в ногах. — Слышишь эту песню? — в баре играла «Welcome To Mars», — это же песня Криса Паркера. Ты думаешь о том же, что и я? Люк покачал головой в опасении, что она намекает пойти танцевать, как они делали это в лет 15. Аманда усмехнулась и подала ему руку. Хер с ним, терять было нечего. — Танцева-ать! — протянула вновь девушка, и они бросились в пляс.

***

Experimental Cocktail Club — одно из тех загадочных мест, которые скрываются за страшными чёрными обшарпанными дверями, чтобы сохранить элемент эксклюзивности и таинственности. Найти эту дверь не самое сложное, куда сложнее пройти фейс-контроль. Преодолев все сложности, можно оказаться в очень элегантном баре с наиболее интригующем коктейльным меню во всем Лондоне. Интерьер бара внутри был просто ошеломляющим. Стены в тёмно-красных и чёрных тонах придавали этому месту некий мистицизм и загадочность. На стенах висели самые разнообразные картины современности, делая этот бар в какой-то степени даже уютным. На первом этаже клуба — большой зал, несколько более-менее укромно расположенных столиков, стойка буквой «Г», занимающая ровно две стены из четырёх. Ну и, конечно же, огромный танцпол, где под зажигательную музыку местной поп-группы уже танцевала молодёжь. Среди всей пёстрой и разношёрстной толпы людей выделялись два человека, которые отрывались вместе с остальными, но как будто были в другом месте. В своём особом мире, вдали от всего этого сборища. Девушка с шикарными тёмными локонами выглядела словно супер-модель, сошедшая с обложки модного журнала. Её тёмно-синее платье плотно облегало точёную фигуру, выгодно подчёркивая все формы девушки. Танцующий рядом парень не уступал ей ни в чём. Неизменно чёрные джинсы, белая футболка и кожаная куртка, оставленная на спинке стула. Аманда покачивала бёдрами в такт музыки, плотно прижимаясь спиной к Люку и закидывая назад руки, крепко обхватывая шею парня. Бекер, улыбнувшись от таких действий девушки, кладёт руки на её талию и начинает двигаться вместе с ней. Ритм пульсирует. Они закрывают глаза и полностью отдаются танцу. Руки Люка беспрепятственно блуждают от талии Аманды к бёдрам, вызывая табун приятных мурашек у девушки. Открыв глаза, Люк обнаружил, что танцпол понемногу начинает заполняться до предела. Они танцевали, как будто их никто не видит. На секунду Рассел почувствовала чей-то изучающий взгляд, когда она стала двигать бёдрами из стороны в стороны. Соприкасаясь телами со своим бывшим. Но, когда зал был просто переполнен, а дышать было нечем, парочка решила подышать свежим воздухом. — Забыл, как ты танцуешь, — кривил губы в улыбке. — Надеюсь, ты не забыл наш уговор, — громко говорила девушка, пытаясь пробиться сквозь толпу. — Никаких чувств, только алкоголь и танцы, — самодовольно ухмыльнулся и обнажил свои зубы. — Давай скорее, я хочу покурить. Спустя две минуты Люк и Аманда уже подходили к выходу. Парень пару раз хлопнул по карманам, ища пачку сигарет. Спустя маленькое мгновение в его руках уже была пачка «Parliament». — Ты будешь? — Да. Девушка обернулась и сделала пару шагов «вслепую», протягиваясь за сигаретой. Спускаясь по лестнице, девушка соскочила и проехалась кубарем вниз. — Ааа, Люк… — голос девушки сорвался, и она оказалась на асфальте, — Похоже, я ушибла ногу. — Ты встать можешь? — обеспокоено спросил Бекер и быстро спустился к ней. — Похоже, мне тебя придётся нести до общежития. — Справишься? — с надеждой спросила девушка, и тут же Люк покачал головой. — Тут есть отель через дорогу… — тихо сказал парень, приподнимая Аманду. — Куда угодно, а то на нас пялятся, — она захихикала, а Люк взял её на руки. Люк обернулся и заметил, как какая-то компания тыкала пальцами в них. — Мой герой, — положила голову ему на плечо.

***

4 декабря 2016 года.

— Герой того времени был Бенджамин Франклин, — громко говорил Мистер Берч. — Мисс Рассел, расскажете почему? — А-а-э, — запнулась девушка и опустила свой взгляд на учебник. Прочитав нужную строку, она сказала, — Он был вдохновителем Американской революции 1775 года. Кажется, изобрел громоотвод и был академиком Российской Академии наук. — Правильно. — А ещё он кресло-качалку изобрёл! — воскликнул Скотт и облокотился на спинку лавочки. — А ещё он на банкноте 100 долларов и монете 50 центов, — сказал Люк с усмешкой и показал стодолларовую купюру, как будто никто не видел таких денег. — Всё верно, — подтвердил Мистер Берч и дополнил, чего ещё удивительного изобрел этого «герой».

***

— Помнишь, как ты нёс меня в прошлый раз? — тихо спросила девушка. — Тогда я тебя впервые поцеловал, — так же тихо ответил парень и немного поднапрягся, но спустя пару секунд он начал смеяться. Странно, что некоторые воспринимают смех в исключительно оскорбительном смысле. — А спустя месяц ты уехала. — А могла остаться. — Я был глуп, — отчаянно сказал парень и оглянулся вокруг. — Все же ошибаются. — Да, я сама оставила нашу «нишу», — утрированно произнесла Аманда. — Как ты называла наш уголок в школе? — через смех говорил Люк. — Дом любви, мать твою, дом любви. — Эй, не смейся и смотри под ноги! — грозно сказала Рассел. Люк шёл медленно, но достаточно уверенно. — Вот мы и на месте, — и ловко положил девушку на постель. — Мой герой, — приподняв голову, сказала Аманда. — останься со мной… — Зачем я платил за второй номер? — спросил Люк и упал к ней на кровать. — Ты когда-нибудь можешь заткнуться? — И в одно мгновение он уже был над ней и взял её за талию, причём как можно крепче. Аманда в недоразумении посмотрела на Люка. — Я не это имела ввиду… — кого она обманывает? Он наклонился и поцеловал её.

***

Взгляд Люка был жаждущий. Он просто пожирал её полностью. Его руки сплетались с её. У обоих сбилось дыхание. По телу Аманды пошли мурашки. Она запрокинула голову, и Люк прошелся от её шеи до губ нежными, короткими поцелуями. — Я так не могу…— её голос задрожал. Люк не слушал её, только движения становились ещё наглее. Он своими тонкими пальцами уверенно начал искать застёжку на синем платье. Бекер чувствовал сильное возбуждение, ноги сделались ватными, а её глупое бормотание пропускал мимо ушей. — Я сказала, хватит! — пытаясь оттолкнуть парня. — Ты что такая зануда? — он продолжил свои действия с ещё большим напором. Сердце билось в бешеном ритме. — У меня есть парень. Я встречаюсь с Джеем. Он проиграл войну. Эти слова моментально его отрезвили. Люк уставился на девушку ошарашенным взглядом и замер. Было слишком больно дышать, будто на него что-то давило, как будто ему нужен ингалятор. Но ничего не прекращалось, как будто стены начали двигаться и пространство вокруг него начало уменьшаться. — Отойди от меня, — успокоившись, произнесла Аманда. — Это шутка? — охрипшим голосом проговорил Люк. — Мы с ним вчера провели ночь вместе. — Не могу поверить что ты… и он…вот мерзость! — скривился парень и отошёл на шаг от неё. Его глаза выпучились. Губы сложились буквой У, а нос сморщился, как будто учуял запах канализации. Увидев выражение его лица в этот момент, Аманда прикусила свой язык, чтобы не издать смешок. — Люк, ты же понимаешь, что у нас ничего не получится. Эту связь больше не вернуть. — Он же кретин! — Ты совершенно его не знаешь. Мы с ним очень похожи. Правда. — Я всё равно хотел с тобой только лишь переспать и всё. Сразу же после этих слов лицо девушки изменилось, стало серьёзным, и парень ощутил жгучую боль в области щеки. Аманда дала ему пощёчину. Гордо вскинув голову, Рассел повернулась к нему спиной и ушла, хромая, не проронив и слова.

***

Носить в себе боль было нереально, можно свихнуться. Словно если он не смоется с себя этот день, то он вместе с камнем пойдёт на дно. Он не совсем помнил, как влюбился в Аманду. Единственное, что он помнил, что он чувствовал уже дьявольскую влюбленность к ней, когда они чуть не поцеловались перед вечеринкой.

***

Люк смотрел на себя в зеркало, оперевшись обеими руками на умывальник. Он смотрел на свои зелёные глаза и видел там огромные корабли. Они везли его груз с отчаянием и болью далеко-далеко. На какой-нибудь необитаемый остров, чтобы никто не нашёл, чтобы ещё один раз начать всё с начала. Но вдруг его отражение пошевелилось. На Люке появилась зловещая ухмылка. — Больно на тебя смотреть, — прохрипело его отражение, — хочешь похоронить свои чувства? — продолжало оно. — Я уже не знаю, что делать… — Что ты чувствуешь? — Я её всё ещё помню, у меня к ней ещё ничего не прошло, — печально смотрит вниз, — я думаю… — Думать не твоё. Тебе не повезло, ведь она ушла не предупредив? Люк смотрел на отражение непонимающе, он не понимал, что оно хочет сказать. — Она ушла из твоей жизни. Может быть, тебе лучше быть одному? — Не знаю… я справлюсь однажды. Отражение начинает громко хохотать и выдавливать из себя смертельную фразу, которая пронзало его тело словно пуля. — Я тебя не узнаю. Ты не сможешь найти ей замену. Никто не сможет стать Амандой Рассел. Отражение его бросает грустный, печальный взгляд, словно его что-то гложило. Но это было не так, словно притворство. Ведь так люди делают? — Не смотри на меня так! — Не выдерживаешь? Люк не выдерживает и, замахнувшись, резко бьёт зеркало. Выдыхает, с надеждой, что всё это закончилось. Заходит в комнату и видит его. — Неприятно, да? — победоносно говорило оно. — Ты всего лишь посторонний, прохожий для неё. Ты ей так сильно нравился, что она взяла и ушла? Волна гнева накрывает Люка. Он со злостью сжимает кулак и бьёт себя. Он страдальчески закатывает глаза и резко закрывает дверь своей комнаты, возвращается в ванную. Медленно скатывается по стенке вниз, хватается за свои волосы и, немного смещая свой взгляд налево, он видит каблуки, длинные ноги, короткое платье, кудрявые волосы, лицо Аманды. — Думаешь, так просто от меня избавиться, — хриплый баритон бьёт в барабанных перепонках у парня, — ты потерял меня. Твой лучший друг учится далеко от тебя, твои родители погибли, твоя мать скоро умрёт. Ты будешь продолжать терять дальше, пока не потеряешь себя. Люк закрывает глаза, сидит так около минуты, открывает. Вновь видит себя. — Тебе не повезло, — говорит оно, — что сейчас происходит, Люк? В тебе просыпается равнодушие, бесчувственность? Думаешь, ты перетерпел всю свою чёртову боль? Думаешь, тебе когда-нибудь будет плевать? Думаешь, тебе будет лучше без неё? Давай я тебе покажу, что бы было… Перед его глазами картина. Он в большом городе, перед Бекером проходят сотни, тысячи, даже миллионы людей. Он так хотел быть случайным прохожим, что теперь это получилось. Он спускается к метро, спускается вниз по эскалатору и вместо названия следующей станции он говорит: «Найди её, найди». Он бродил по всем станциям метро, улицам Лондона, больницам, всматриваясь в лица практически каждого прохожего и нервно вздрагивая, когда видел каштановые локоны. В его голове говорил голос: «Ты её больше не волнуешь. Посмотри, как она стоит, ищет глазами, возможно, своего нового парня. Она осознала после вашего расставания, что она заслуживает лучшего. Её больше не волнуют ни твои проблемы, ни ты сам. Она больше не плачет по ночам, она больше не заботится о тебе. А ещё она больше не узнает тебя. Ну что, ты ведь этого хотел? Быть прохожим». — Заткнись, — негодующе проговорил Люк. Расталкивая прохожих, Люк пробирался к Аманде. Казалось, с каждым шагом толпа становилась всё плотнее и плотнее, а Рассел всё дальше от него. А он всё продолжал проталкиваться к ней. — Постой! Аманда, постой! — умоляюще кричал Люк. Но она уходит. Не слышит. Не останавливается. У него появился смертельный страх, что она его не узнала, а толпа просто поглотила его в своей очередной рутине. При виде её он опускается на землю и начинает тихо плакать. Солёные слёзы ручьём катятся по его измученному лицу. К Люку подходит его иллюзия, садится на колени перед ним, вытирает его слёзы и прижимает к себе. — Ты этого желаешь? Быть никем для неё? Прекрати хотеть того, чего не знаешь. А теперь просыпайся, — шептало оно, — просыпайся, чёрт побери! — кричит иллюзия. От этих слов парень вздрагивает и просыпается. — Даже во сне он не оставляет меня одного.

***

Люк Бекер в чёрном костюме, с идеальным пробором в натёртых до блеска туфель, натянутой улыбкой проходит мимо сотни студентов, которые смотрят ему вслед. А парни от вида этого короля отворачивались и мечтали о том, чтобы хоть на мгновение побыть в его шкуре. Если бы он шёл так по улице, все подумали бы, что он идёт на какую-нибудь важную конференцию, но нет, он идёт на пару по патологии. Неожиданно из-за угла выбегает Скотт Тёрнер и берёт Люка за руку. — Ты идешь на патологию? — Бекер утвердительно кивнул. — Может быть, сядем вместе? — с надеждой в голосе спросил Скотт. — Окей. Уже сидя на паре, Люк каждые пять минут смотрел на свои часы и молил, чтобы время шло быстрее. Но, как известно, время бежало слишком медленно. Казалось, оно вообще остановилось. — Ты куда-то спешишь? — поинтересовался Скотт, внимательно наблюдая за своим соседом. — Нет, но я не очень хочу слушать о шизофрении. — Будущий психиатр не хочет изучить все болезни? — Я бы лучше провёл это время с пользой. Пошёл в бар, например. Не составишь компанию после пар? — Эмм, нет. У меня есть дела, — наклонившись к Люку, уже тише добавил, — в одном притоне. Если ты понимаешь, о чём я. — Договаривай. Фантазия-то дикая. — А погнали со мной? Я тебе всё покажу, — парировал он. Пара патологии шла катастрофически медленно. Поначалу, но честно говоря, его потом заинтересовала эта лекция, и он решил углубиться в это ещё больше. Спустя два часа парни отправились на ланч, где Люк пытался узнать что-то новое об этой болезни. Скотт сообщил, что если попробовать что-то из запретного, то галлюцинации будут меньше появляться. Люк решил не томить, и они направились на окраину города, где собирались одни бандиты, проститутки, наркоманы и сутенеры. Они подъехали к заброшенному деревянному дому, с дырой в крыше, разбитыми стёклами. Весь дом был разрисован граффити. Несколько торчков стояли и толкали друг друга и тупо ржали.  — Давай я тебе всё объясню, — указывает рукой на мужчину в форме, — вон того видишь? Он продаёт травку. Знаешь, как распознать наркомана, употребляющего травку? Люк отрицательно помотал головой. —Давай покажу, — Скотт подхватывает парня, раскрывает его глазницу и продолжает, — смотри на зрачки. Они сильно расширены, — и после этих слов бросает тело как мусор на землю, — ещё белки глаз сильно покраснены. Видишь, он кашляет? Люк оборачивается и смотрит, как мужчина карабкается и его сотрясает приступ неукротимого кашля. — Его горло пересушено, постоянно мучает жажда. А ещё, после окончания этого эффекта человек бы съел слона. Они зашли внутрь перекошенного дома, где по правой стороне слышались женские стоны. А по левой стороне стояла группка молодых студентов, а может и школьников, которые слушали музыку и были в полусонном состоянии. — Видишь эту группу людей? Они употребляют тяжёлые наркотики — морфин и героин. Вводят внутривенно. Они постоянно хотят спать, часто зевают. В этот момент Люк обратил внимание, как парень прикрыл глаза и покачнулся. У какой-то молодой девушки в руках была сигарета, и после нескольких затяжек она забыла о её существовании. Парень, который разговаривал с ней, говорил медленно, растягивал звуки, повторял одно и тоже. У них у всех была холодная, ледяная кожа. Люк и Скотт перемещаются в гостиную, где Тёрнер пожимает руку нескольким ребятам, некоторых называет братьями и знакомит их с Бекером. — Эти парни толкают психостимуляторы. — Психо…чё?  — Ну, кокаин, амфетаман, метамфетамин, эфедрон и прочую шнягу, — перечислял парень наркотики, загибая пальцы, — ну ты знаешь, что кокаин в виде белого порошка, а остальное в виде таблеток. Распознать наркомана легко, догадается каждый. Ты думаешь, почему я играю в футбол так хорошо? У меня повышенная активность, так как в спорте у меня повышенная продуктивность.  — А ещё, — добавил новый знакомый Люка Дэвид, — чувствует повышенное сексуальное желание, но у Скотта с этим проблемы. — Когда оканчивается «кайф», наркоман часто впадает в глубокую депрессию, — скривившись, продолжил Тёрнер, — ещё есть таблетки со снотворным эффектом. Такого человека легко распознать. Обрати внимание на речь, его руки трясутся, горло першит, а двигательная координация нарушается. Это очень похоже на алкогольный эффект, поведение может быть чрезмерно вызывающим. Обычно от нас пахнет ацетоном, клеем и бензином. Галлюцинации — верный признак. Так, Дэв, Люку нужно расслабиться. Что предложишь? — Давай для начала эфедрон, — показывает парень пакетик с таблетками белого цвета, — двести пятьдесят фунтов за две таблетки. Люк достаёт свой бумажник, быстро достает триста фунтов и говорит: — Сдачи не надо. — Скотт научит тебя, как принимать его. Тёрнер и Бекер поднялись на второй этаж в сортир, минуя лежавших на лестнице торчков. Тот, кто хоть немного был продуктивен, предлагали им совершенно недорого поразвлечься с проституткой. Некоторые люди сидели за столом, нюхали кокс и играли в покер. Они прошли сквозь эту толпу, зашли в туалет, и Скотт достал шприц из кармана. Делая из таблеток какой-то желтоватый раствор, он поднял рукав рубашки, побил по месту, куда собирался вколоть этот яд, и, приподняв голову, спросил: — Готов? — Да. После этих слов парень ввёл ему эфедрон. — Готово, — похлопав по плечу Люка, сказал Скотт, — с дебютом тебя, чувак. — Через сколько наступит эффект? — Через несколько минут. Люк смотрел на себя в зеркало, и отражение, которое сначала улыбалось ему, стало обычным отражением. Когда он смотрел на себя, он уже не видел солнечный свет, вокруг него обитала тьма. После того, как препарат подействовал, он почувствовал пробуждение. Резкое ощущение счастья, повышение самооценки (если ещё это было возможно), его мышление ускорилось, поэтому он замечал отныне не только мелочи. Обострилось восприятие. Окружающий мир вокруг него впервые выглядел ярким, богатым, наполненным красками. Под действием эфедрона он был способен мгновенно найти идеальные, мудрые способы решения собственных проблем.