Лентяйка

      Год 845. В тот день, человечеству пришлось вспомнить…страх, который они вселяли…и то, как унизительно жить в клетке.

***

      — Вставай лентяйка! Ты уже должна была сходить на базар! — причитала мама, пытаясь стащить меня с кровати. А вот не так то просто сдёрнуть с кровати пятнадцатилетнюю отожравшуюся тушку.       — Не хочу. Мам, отстань! Сегодня понедельник, я не встаю рано по понедельникам! — прикрикнула я и отвернулась в другую сторону.       — А ещё сегодня возвращается Разведотряд и я собираюсь приготовить яблочный пирог. — хитрым голосом сказала маман. Неужели этот понедельник будет отличным? Да не, что-то не верится… Но пирог…       — Ладно, что ты от меня хочешь искусительница? — поднимаясь с кровати, пробормотала сонная я.

***

      Итак, сейчас я таскаюсь по базару в поисках нормальных продуктов. Нужны яблоки, обязательно. Вот только какие бы получше?       Спустя некоторое время я всё же нашла яблоки, которые мне понравились и быстренько закупила всё остальное по списку. Мм, сегодня придёт тётя Карла, будет учить маму готовить свой фирменный пирог. Пальчики оближешь, если вообще не съешь.       Уже возвращаясь домой с полными сумками еды я вновь заметила, что настроение толпы изменилось. Видимо разведчики вернулись.       Я быстренько перебирая лапками пошла пробиваться в первый ряд. Когда большая часть людей собралась, на противоположной стороне дороги я заметила Эрена и Микасу выглядывающих из-за толпы. Видимо гуляли и тоже решили поглазеть.       В этот раз легион был ещё более мрачный чем раньше. Людей осталось совсем мало. В какие же места они заходят, раз там столько титанов? Неужели их никак нельзя обойти? Не видят же они сквозь деревья и камни, можно ведь спрятаться? Разведчики медленно шли с опущенными головами, в этот раз никто не улыбался даже уголком губ. Лошади были все взмыленные, чуть ли не с пеной у рта. В повозках так же везли множество раненных и умерших. Кровь из повозок лилась рекой.       — Мозес! Мозес?! — выбегая навстречу разведчикам кричала женщина в возрасте. — Не могу найти своего сына, Мозеса. Где он? — вцепившись руками в бывшего командора, спрашивала женщина. Можно понять где он… Но ей понимать не хочется, не хочется верить в смерть сына.       — Это мать Мозеса. — с каменным лицом говорил Шадис. — Принеси. — обращаясь уже к рядом стоящему солдату. Через минуту тот принёс небольшой свёрток и отдал женщине. — Это всё, что мы смогли найти. — у женщины расширились глаза от ужаса. Она рваными движениями начала разматывать тряпки, а когда увидела, то сорвалась.       — Но мой сын тоже помог, правда? — срывающимся голосом спрашивала она стоя на коленях перед разведчиком и сжимая в руках то, что осталось от её сына. — Не нужно расписывать его как героя, просто скажите, что он… пожалуйста, скажите, что он внёс свой вклад в борьбу человечества! — уже крича и обливаясь слезами молила она.       — Конечно… Нет. — упав рядом с женщиной на колени говорил бывший командор. - На сей раз наша экспедиция… Нет, всё опять… было попусту! — кричал он срывая голос. — Моя неосмотрительность привела к гибели стольких солдат. Мы так ничего и не узнали о том, откуда они появились и что им нужно! — плача извинялся мужчина. Ужасно. Даже смотреть на это со стороны страшно и мучительно. Не представляю какого этой женщине. В который раз я уже вижу эту картину… Видимо в этот раз всё оказалось ещё хуже чем раньше. Лучше бы я вообще не слышала этого разговора, но сама виновата, протолкнулась в первый ряд. Нет, ненавижу понедельники. Они всегда всё портят. Сплошное несчастье, не удивлюсь, что сегодняшние проблемы не закончились. Уже вечер, а серьёзные проблемы только начались и скорее всего у всех.       Я не стала ждать, пока солдаты скроются полностью, а пошла быстрым шагом домой. Надо закинуть продукты домой и зайти за Карлой. Она обещала сегодня вкусняшки. Пытаясь отвлечься от той ужасной картины я стала думать о предстоящем ужине.

***

      Быстренько закинув продукты домой я пошла к соседям. Постучавшись и получив разрешение я вошла. Эрена с Микасой дома ещё не было. Видимо что-то случилось…       Стоило мне только подумать о том, что они во что-то вляпались, как дверь в дом открылась и раздался голос Эрена.       — Мы вернулись.       — Молодцы. — оборачиваясь к детям сказала Карла. Мы же с дядей Гришей тихо сидели за столом. — Эрен. Ты сегодня потрудился на славу. — подходя к ребёнку произнесла женщина. Эрен в это время высыпал дрова в ящик.       — Ага. — полу оборачиваясь к маме сказал он, но его вдруг схватили за ухо. — Что такое?       — У тебя ухо покраснело. Всегда краснеет, когда ты врёшь. Тебе же Микаса помогала? — отвечая на поставленный вопрос сказала женщина и потрепала Эрена по голове.

***

      Через десять минут стол был накрыт и все уплетали стряпню Карлы за обе щёки.       — Что? Пап, ты уезжаешь? По работе? — обратив внимание на сборы отца спросил ребёнок.       — Да. Мне нужно проверить нескольких пациентов в центре. Вернусь через два-три дня. — отвечал мужчина закрывая собранную сумку.       — Эрен сказал, что хочет в разведывательные войска. — спокойным голосом сказала Микаса.       — Микаса! Ты предательница!       — Нехорошо так делать мелкая, а то тебе доверия не будет. — вставила я своё замечание. Эрен посмотрел на меня с благодарностью.       — Эрен! — не обратила на меня внимания крёстная. — О чём ты только думаешь? Ты хоть понимаешь, сколько людей погибло за стенами? — срывалась женщина. Ну я бы тоже так делала, если бы моя кровинушка решила покончить жизнь в пасти у титана.       — Конечно! — отвечал ребёнок.       — Тогда почему?       — Эх Эрен. Неужели ты уже забыл тот случай сегодня? Когда разведчики возвращались. Ты точно всё обдумал и уверен, что хочешь умереть именно так? — спросила я. Не ну, а чё? Я к нему тоже привязалась.       — Эрен. Почему ты хочешь выйти наружу? — прервал наши женские укоры дядя Гриша.       — Я хочу узнать… Хочу узнать, что из себя представляет внешний мир. Не хочу до конца своих дней отсиживаться за стенами! К тому же… Если никто не помнит о заслугах тех кто отдал свои жизни, то все их жертвы были напрасны! — Задвинул речь Эрен. Иногда я жалею, что учила его нестандартно мыслить и загадывала задачки на логику. Уж больно умный он растёт, хотя и вспыльчивый.       — Понятно. Лодка скоро отплывает. Мне пора в путь. — направляясь к выходу из дома говорил мужчина.       — Дорогой, подожди! Скажи что-нибудь Эрену! — мы же трое сидели за столом и наблюдали за взрослыми. А я вообще получала удовольствие от ссоры. Я то выросла в другом мире, в другое время и с другим менталитетом. Там, где я жила, многие получали удовольствие смотря по телевизору программы, во время которых ругались. Чего только стоит программа « Пусть говорят» по первому. Оо, я часто смотрела её вместе с мамой, а в далёком детстве и с бабушкой!       — Карла. Если человеком движет природное любопытство, остановить его ни за что не удастся. — говорил Гриша смотря в глаза своей жене. Лучше бы в Эрене было не любопытство, а лень — как во мне. И жизнь у всех была бы проще. — Эрен. Когда я вернусь, покажу тебе, что скрыто в подвале, куда я тебя раньше не пускал.       — Правда? — а счастья-то сколько!

***

      — Удачно добраться! — кричал Эрен вдогонку уходящему отцу. Я лишь просто помахала.       — Не бывать этому. Я не позволю тебе сделать подобную глупость. — строгим голосом продолжила ссору Карла.       — Глупость? Настоящие глупцы — те, кто довольствуется участью домашнего скота! — воскликнул Эрен и побежал прочь, скрываясь за домами.       — Эрен! — попыталась остановить его Карла. — Микаса. Эрен всегда был безрассудным. Помогайте друг другу, ладно?       — Ладно. — ответила девчушка и понеслась догонять мелкого.       — Эх, и что мне с ним делать? — тихо спросила женщина.       — Что делать? Для начала попытайтесь не волноваться. Он ещё ребёнок. Возможно, со временем он бросит свою затею. В конце-то концов, сейчас его никто не возьмёт в армию, он ещё слишком мелкий. Так что у нас есть время. — так же тихо и спокойно ответила я. Кажется женщина ответа вообще не ожидала. — А ещё я порой жалею, что взялась его учить. Сейчас на него сложнее повлиять, потому что он сам умеет думать.       — Но лучше уж так, чем он был бы глупым и его все обманывали. — так же в ответ раздалось от женщины.       — Ну вот и решили, а теперь пойдёмте к нам, у нас ещё пирог не приготовлен, нужна ваша помощь. — поворачиваясь в сторону своего дома сказала я.       — Да, ты права, Зи-зи. Спасибо, вы с мамой всегда нас поддерживаете. — закрывая дверь в дом и догоняя меня сказала женщина.

***

      Пока маман помогала тёте вернуться к хорошему настроению и пекла пирог, то меня запрягла идти развешивать белье. Мне было лень, но просила-то меня мама, вот и пришлось поднять жопу с кровати и идти помогать. Взяв у мамы тазик, я направилась на улицу. Возле дома у нас стояли невысокие столбы, к которым была привязана бельевая верёвка. Поставив рядом с собой тазик, я стала по порядку вытаскивать белье и развешивать его.       На улице было как-то тихо, как будь-то кто-то убавил звук. Настолько нереально. Не слышно криков птиц, дуновенья ветерка, да даже разговоры редких прохожих раздавались где-то на периферии сознания. Чтобы хоть как-то избавиться от странного чувства, я стала мычать себе под нос любимые мотивы ещё с прошлой жизни.       Но вот вдруг на секунду все звуки просто исчезли, а следом раздался громкий взрыв. Он определённо был за стенами. После взрыва грохот не прекращался, но зато остальные звуки вернулись. Я обернулась к внешней стене, которая единственная отделяла нас от титанов. За край стены держалась огромная рука. После руки медленно стала появляться голова. Откуда вообще взялся этот титан?! Как военные проморгали появление такой громадины? Не из воздуха же он появился?!       Я с ужасом смотрела на голову, с которой просто напросто содрали кожу. Он был весь красный и от него валил пар. Откуда взялась эта махина?! Он же на целую голову выше стены! А стена ведь пятьдесят метров в высоту.       Пока я раскрыв рот смотрела на это чудовище, из дома выскочили родительницы и так же в ужасе остановились рядом со мной.       — Я так и знала… — просипела я. Голос от страха пропал, а горло пересохло. В следующий момент вновь раздался грохот, а со стороны ворот во все стороны полетели камни и огромные булыжники. Помимо них разлетелись и близко стоящие к воротам дома. Боюсь представить, что случилось с людьми, которые стояли близко к воротам. Один из огромных булыжников летел в нашу сторону, но мы трое лишь в ещё большем ужасе смотрели на него и не могли двинуться с места. Нам повезло, что он не упал на нас. Но он упал на дом Карлы. Как же хорошо, что она пришла к нам в гости, ведь будь она дома… её бы раздавило.       — Эрен! Микаса! — закричала женщина и хотела ломануться искать детей. Я перехватила её руку и заставила остаться на месте.       — Они скорее всего сейчас тоже бегут к нам. Если мы побежим их искать, то можем разделиться. Нужно ждать их здесь! — я пыталась говорить связно, но страх перекрывал всё. Я не в какую не могла оклематься. — Ждите здесь. Я сейчас вернусь. — вспомнив про рюкзаки сказала я женщинам и ломанулась в дом. Нужно быстро все забрать и бежать к воротам. Если камни полетят ещё раз, то один из них может грохнуться и раздавить уже наш дом. Об этом я старалась не думать. Взлетев по ступенькам на второй этаж, я схватила закопанные в шкафу рюкзаки, сунула ещё два комплекта одежды из своего гардероба. Постом забежала в комнату мамы и так же схватила ещё одежды. После слетела с лестницы и направилась на кухню. Мне нужно немного еды. Я шарилась по полкам, а в это время пирог в духовке совсем сгорел и вокруг витал запах гари. Нужно делать всё быстрее, слишком медленно. Схватив первую еду, что попалась я побежала на выход.       Родительницы всё так же стояли на улице и тряслись от ужаса и волнения. Рюкзак с пожитками я отдала маме, а рюкзак с записями оставила себе, он был тяжелее. Мы простояли на улице ещё пять минут в напряжении наблюдая за обстановкой и когда я уже было хотела потащить всех к воротам в надежде что дети спаслись, то из-за поворота выскочили две маленьких фигурки и понеслись к нам. Все вздохнули с облегчением. Эрен и Микаса подбежали к нам. Эрен уже было хотел извиняться и весь захлёбывался в слезах, но я оборвала их и мы побежали к воротам. Титаны пробрались слишком быстро и далеко. Они куда больше размером и шаг у них шире. Нельзя близко с ними сталкиваться иначе мы не сможем убежать.       Прокручивая в голове карту города я, петляя между домами, вела всех к воротам по самому короткому и безопасному, по моему мнению, пути. Я бежала, останавливалась, выглядывала из-за угла и вновь бежала. Иногда приходилось оборачиваться назад, мало ли, они могут зайти и сзади. Я боялась, у меня тряслись ноги, голова отказывалась нормально соображать, но мы всё же пересекли ворота Марии и вот надо бы вроде расслабиться. Но вряд ли этот понедельник закончится так быстро. У нас впереди ещё море проблем…       Я не расслаблялась ни на минуту и другим не давала. Вся наша компания из шести человек продолжала бояться и нервно оглядываться. Почему из шести? Да нам тут по пути попался один солдат из гарнизона. Его зовут Ханнес. Заядлый алкаш и лодырь. Вечно пьёт на посту. Вот и напился, блять, до прорыва стены! Злости на таких людей не хватает, но ничего уже не поделаешь. Нам повезло, мы смогли убежать и даже не столкнулись с титанами. А этот мужик нам всё же помог. Он перемещался по крышам домов и говорил, где ходят титаны, так мы избежали их полностью.

***

      Нам повезло, что мы смогли прибежать одними из первых. Понятно, что те, кто был ближе прибежали давно, но мы-то бежали чуть ли не от самой стены и добрались быстро и полным составом. За воротами Марии людей ждали корабли, которые переправляли людей дальше. По другому до Розы не добраться, мы не сможем пробежать сто километров и еды нам не хватит.       Нам повезло, мы смогли пробраться на корабль. Детей, женщин и стариков пропускали в первую очередь. Вот только на корабле пытались уместить как можно больше народа, а поэтому заставляли выкидывать все свои вещи. Я же была категорически против этого. В итоге родительницы пронесли рюкзаки под своими юбками. Никто из военных не заметил. Хорошо. Мы не лишились еды, одежды и документов, а я своих писулек.       На корабле мы встретили Армина и его дедушку, они тоже смогли быстро спастись и не пострадали. Наша компания уместилась рядом с ними. Дети были в шоке и ужасе, и их прижали к себе родительницы в попытках хоть как-то успокоить. Хотя их состояние было не многим лучше.       Мы отплыли. Дети о чём-то разговаривали с мамами, а я в то время смотрела в сторону отдаляющихся ворот Марии. Их ещё не закрыли, хотя давно бы уже стоило. Всё равно всех людей они не спасут. Уже не спасли. Многих съели, кого-то придавило обломками, некоторых затоптала толпа…       Этот день ещё не закончился. Сейчас вечер, но не конец дня. Ненавижу понедельники. Все мои проблемы от понедельников. Ненавижу. Я просто хочу тихо и мирно жить. Лениться в конце концов и вкусно кушать. А ещё я хочу наконец вырасти и работать ветеринаром. Как же мне уже надоел этот мир. Поганое средневековье.       Именно с такими невеселыми мыслями я продолжала пялиться на стену. Ворота наконец начали опускать. Вот только я видела хаос среди людей бегающих у стены. Что-то пошло не так. Со стороны ворот слышались громкие шаги. Неужели и эту стену прорвут? Неужели опять тот титан?!       Через некоторое время шаги участились. Неужели он побежал? Они же вроде бы тупые, дак как тогда они понимают, что именно ворота надо разрушить? Почему они просто не долбятся о стену? Именно ворота…       И вдруг, от ворот вновь полетели камни. Вторые ворота тоже пробиты, мы потеряли эту землю. И сомневаюсь, что сможем отвоевать всё назад. Мои глаза уже в который раз расширились от ужаса и на этот раз ещё и ноги подогнулись. Я бухнулась задницей на палубу.       — Что случилось, Зи-зи? — прерывающимся голосом тихо спросила мама.       — Ворота Марии прорваны… Умрёт ещё больше, чем я ожидала. — обняв маму сказала я. Нужно поспать. Теперь нам далеко плыть, целых сто километров. Теперь будем жить за стеной Роза. Надеюсь у нас есть время, чтобы подготовиться к очередному вторжению.       С такими мыслями мой уставший мозг заснул.

***

      Корабль плыл всю ночь и ещё один день пока мы не добрались до южного округа стены Роза. Округ Трост. Как оказалось позже, здесь живёт моя бабушка и мы теперь будем жить с ней. Она живёт практически у самых ворот ведущих за стену Роза. Это принесло мне немного облегчения. Если титаны вновь нападут, то мы спасёмся быстрее. У бабули был небольшой дом, но мы все в нём поместились. Было всего три комнаты, кухня совмещённая с гостиной и прихожей и небольшое помещение с туалетом и ванной. Всё это находилось на одном этаже. Одну комнату занимала бабушка, вторую забрали мама и тётя Карла, а третью отдали детишкам. В тесноте да не в обиде.       О бабушке я не знала до этого момента потому, что они с мамой были в ссоре. Как всё ни банально, но мама влюбилась, но бабушка не одобрила её выбор и в итоге мама сбежала с любимым человеком. Куда он в итоге делся мама мне не рассказала.       Но после того, как бабушка узнала о произошедшем, она наплевала на все свои обиды и приняла нас к себе. А как она оказывается любит меня… Я была в ужасе, когда она мне объятьями чуть рёбра не сломала. Но это так отступление.

***

      В течение нескольких часов после падения стены Мария в южном районе Шиганшина, тревожная весть об этом распространилась подобно лесному пожару.       В этот год центральное правительство решило прекратить всю деятельность за пределами стены Роза.       Титаны уничтожили десять тысяч человек.       В последствии выяснилось, что дядя Гриша тоже умер. Вот только что странно, в тот день я ходила осматривать окрестности и увидела, как Гриша с Эреном куда-то идут, но подумала, что мне показалось. После, в этот же день Эрена нашли без сознания, а когда я у него спросила про отца, то он ничего не помнил. В итоге я просто забила на этот случай так как ничего не поняла. Но после этого Эрену стали иногда сниться странные бессвязные сны, которые больше походят на кошмары.

***

      Помимо других проблем, была проблема с едой. На всех её не хватало. Продовольственный склад в Тросте быстро пустел. Еду старались экономить, на день выдавали лишь небольшой кусочек хлеба. Причём это не обошло и тех, кто всегда здесь жил. Людей пришло слишком много и всех прокормить не удавалось. Люди умирали даже здесь, не от титанов, а от голода или болезней. Теперь я понимаю, какого людям было на войне в 1940-45 годах. Причём вся эта ситуация напоминает мне блокаду Ленинграда. Вот прямо точь в точь как в рассказах ветеранов и выживших.       Нам повезло чуть больше, чем остальным. Когда я в Шиганшине забегала домой за рюкзаками, я забежала и на кухню. Тогда я сгребала в сумку всё, что только находила из долго не портящихся продуктов. Как оказалось я сгребла в сумку много разных круп и макарон, а так же немного консерв. Вот только этого хватило всего на две недели, а ведь мы экономили. Хотя кормить приходилось восемь человек, поэтому ничего удивительного. Помимо детей, родителей и бабушки к нам добавились ещё и Армин с его дедушкой. В итоге нас стало восемь.

***

      Спустя всего неделю проблема с едой вошла в абсолют. Люди даже начинали драться друг с другом за крошки хлеба. Как ещё животных не стали отлавливать…       Во время этих разладов местные военные просто стояли в сторонке и смотрели, либо обсуждали бедняков. Мол, раз титаны прорвались, то не могли что ли и сожрать побольше? А! Или вот так: «Почему мы должны делиться своей едой с ними?». Ублюдки.       И если взрослые всё понимали и терпели оскорбления, то у детей конкретно так бомбило. Мамам даже приходилось в четыре руки оттаскивать злобного Эрена от военных и извиняться. Было стыдно и противно, но иначе никак.       Зарвавшийся мусор. Вот погодите. Когда титаны потом до вас доберутся, вы по другому запоёте!       После этого дома был разговор. У Эрена бомбануло сильнее чем я думала и теперь он ещё больше хочет в разведку для того, чтобы очистить стену Мария от титанов. Я просто в шоке. Но что-то мне подсказывает, что он в любом случае поступит в армию и мы с Микасой и Армином пойдём с ним.       Да, я тоже решила пойти в армию. Вот только сделаю это позже. И всё для того, чтобы обезопасить родителей. Уметь управлять приводом выгодно, и если я научусь этому, то спокойно смогу провести нашу семью в безопасное место. Нет, я не говорю, что убью всех титанов или что-то в этом роде. Нет, я не хочу и не смогу быть героем или вести за собой людей. Я слишком ленива для этого и безответственна. Навыки мне нужны только для того, чтобы прожить ещё немного и желательно вместе с семьёй. А ведь теперь она довольно большая. Я и не думала, что когда-нибудь у меня появится кто-то кроме мамы, а вот как всё обернулось. Новая жизнь, новая семья. Главное сберечь её, тогда и моя прошлая мама сможет мной гордиться. Единственной проблемой остаётся моя вселенская лень, тупость, недалёкость и заторможенность. Причём я ввела всё это в абсолют. Хотя я всё равно умнее здешних людей. Не всех, но многих.

***

      Несколько дней спустя прибывших отправили возделывать землю для обеспечения едой. Но это не могло предотвратить нехватку еды. Мы мёрзли, получали обморожения, сдирали в кровь руки, но продолжали работать ведь еды не хватало. Но особо ничего не менялось.       Чтобы еда выросла, нужно время, а есть хотелось уже сейчас. В итоге мы целый год горбатились на полях.       А вот в следующем 846 году центральное правительство затеяло поход. Решили вернуть стену Мария силами беженцев. Было двести пятьдесят тысяч человек. Почти одна пятая часть всего населения. Но живыми вернулось около сотни. Их жертва слегка улучшила положение выживших — продовольствия стало больше.       Нам повезло опять же благодаря бабушке. Все беженцы, у которых не было дома, отправлялись в этот поход. Никого из наших не отправили. Мы с мамой и вовсе смогли прописаться у бабушки, а всё благодаря мне. Я прихватила документы. Тётю Карлу и дедушку Армина мы с криками, визгами и писками, но не отдали военным. Мы вцепились в них зубами и они остались живы.       Если уж за стенами гибнут обученные военные, то об обычных людях не могло идти и речи. Топорами и вилами с титанами не повоюешь, уж я то в этом была уверенна на все двести.

***

      Потом, почти в самом конце 846 года, после возвращения выживших, мы записались в армию. Мамы отговаривали нас как могли, но ничего не вышло. Мы всё же отправились на обучение. Мне на момент поступления в корпус было шестнадцать лет. Эрену, Микасе и Армину всего по одиннадцать. В мирное время их бы не взяли, но сейчас берут практически всех, просто потом половина всё равно отсеется. Хотя детей было гораздо больше, чем тех же моего возраста и старше. Многие шли в кадетский корпус для того, чтобы у них была еда и одежда, ведь люди платят налоги для обеспечения армии.       Когда мы собирались в дорогу, то нас всех за обнимали и зацеловали. И ещё сверху прижали обещанием навещать нас почаще. А ведь как оказалось, этот самый корпус будет возле Троста, за воротами Розы и попасть к нам не составит труда, особенно родственникам будущих солдат.       В итоге мы собрали небольшое количество одежды и других нужностей и отправились обучаться. Я разумеется забрала некоторые из своих записей. В особенности не до конца исписанные тетради. А вдруг я что-то вспомню?       Попали мы в сто четвёртый кадетский корпус…

***

      Множество людей стояло рядами и слушало вступительную речь нашего командира и учителя на следующие три года. Нам всем выдали форму по размеру. Она состояла из высоких сапог, белых штанов и короткой куртки на которой в будущем будет знак нашего войска, один из трёх: гарнизон, полиция или разведка. Рубашку и нижнее белье пришлось брать из своих вещей.       Если хотите узнать моё мнение о форме. Это полный отстой. По моему в моём мире эта часть армии продуманна лучше. Да мы в этой форме сразу везде выделяемся! Нет, чтобы сделать зелёную, того гляди и титаны не заметят. Дак нет, мы будем в белом скакать по зелёным полям! Пусть полиция выпендривается, это они там в центре живут. Вот у разведки пускай будет из оттенков зелёного, чтобы сливаться с лесом и травой. А у гарнизона серая, чтобы не видно на фоне каменного города и стены было. Впрочем им бесполезно что-то доказывать, эти правила уже давно устоялись.       А вот, кстати, и наш командир. Кажется, речь начинается.       — Теперь вы официально приняты в учебное подразделенье номер сто четыре! К несчастью для вас, командовать им буду я, Кис Шадис. — а гонору-то сколько, а ходит-то как важно, а лицо-то какоё серьёзное! — Не ждите тёплого приветствия. — И не думала. — Сейчас вы просто скот, который отдадут титанам на съеденье. Вы даже хуже, чем простой скот! — А вот сейчас обидно было. Я же на миг договорюсь со своей ленью и отомщу! — На протяжении следующих трёх лет я буду учить вас, остолопы! Вы узнаете, как убивать титанов! Когда вы встретитесь с ними через три года, останетесь ли вы тем же скотом? Или вы станете славной защитой для этих стен? Или могучими воинами, которые уничтожают титанов? Выбор за вами! — детишкам опять промывают мозги. Возможно, это могло бы прокатить и со мной, но мне-то уже тридцать девять лет в общем! Чёрта с два я буду из-за всякой фигни жопу рвать! Мне лень и мозг не позволят.       Дальше начался адовый трэш. Он начал отсеивать всяких олухов просто с первой минуты. Нужно придумать достоверную причину, чтобы меня не втоптали в грязь. Эх жизнь моя жестянка…

***

      — Эй, ты! — рыкнул Шадис подходя к Армину. Бедняжка.       — Да! — чуть ли не сломав позвоночник в другую сторону отдал честь Армин.       — Ты кто такой?!       — Я Армин Арлерт. Из Шиганшины! — продолжая выпрямлять позвоночник, громко говорил блондин.       — Вот как? Ну и дурацкое имя! Тебя так родители назвали?       — Мой дедушка!       — Арлерт, почему ты присоединился к нам?       — Чтобы помочь человечеству победить!       — Весьма похвально! Станешь отличной жертвой для титанов! Третий ряд! Кругом! — закончив на этом с Армином отдал приказ Шадис. Если он подойдёт и начнёт меня унижать, то я клянусь, плюну ему в харю. Можно было бы и ударить, но я не умею драться. Шадис пошёл дальше.       — А ты кто? Отвечай! — нашёл новую жертву этот изверг.       — Есть! Я Томас Вагнер из Троста! — опа, местный!       — Громче!       — Я Томас Вагнер из Троста!       — Не слышу! Учись нормально говорить! — во время этих криков мимо нашего построения проходили солдаты и с милыми улыбками о чём-то беседовали, временами поглядывая на нас. Ну да, вы то своё отстрадали и я уверена, что вам с командиром повезло больше.       — Следующий. Ты кто?       — Я Мина Каролина из… — в это время я украдкой зевнула и не расслышала. Впрочем оно мне и не надо.       — Ну уж нет! Ты родилась в свинарнике и сама хуже скота!       — Да! Я хуже скота! — ого, я бы не смогла так унижаться. Это же отвратительно, если он подойдёт ко мне я буду отвечать так, как посчитаю нужным. Импровизация!       — Неверно! Здесь я тебе говорю, кто ты есть! — вот и унижайся после этого.       — Да!       — Четвёртый отряд, кругом!       Итак, наш персональный ужас идёт дальше. И идёт он ко мне.       — Кто ты такая и откуда вылезла?       — Я Зензи Дауман. Вылезла в своё время из мамы.       — Издеваешься!       — Какой вопрос, такой ответ. — каюсь, не удержалась. Я выросла с другим менталитетом, от того и не люблю, когда меня унижают. Да и русская душа не позволяет.       — Шути свои шуточки титанам, когда они будут тебя переваривать!       — Всенепременно, сэр! — отдала честь я. Все остальные в это время смотрели на меня с ужасом.       — Откуда ты, Дауман?!       — Из Шиганшины. — нейтральным тоном ответила я.       — Громче!       — Из Шиганшины. — тем же тоном сказала я.       — Какова твоя цель?       — Хочу найти ответы на свои вопросы и защитить семью. — Командир на это лишь дёрнул бровью и пошёл донимать остальных. Видимо понял, что ничего путного он от меня не добьётся.       — Ну, а ты кто такой?       — Я Жан Кирштайн. Из Троста! — вао, ещё один здешний.       — Почему ты здесь?       — Хочу присоединиться к военной полиции и жить во внутреннем городе. — вот это честность. Его же и отметелить за это могут.       — Понятно. Значит, хочешь во внутренний город? — лучше соври чувак, лучше соври.       — Так точно! — Бабах! Его с размаху треснули по голове. Прямо лоб в лоб! А я ведь говорила… Не всегда стоит отвечать честно. Иногда бывает и ложь во благо.       — Кто разрешил тебе опускаться на колени? Тебе никогда не стать офицером полиции, если даже от такого сразу падаешь! — за всё наше добро нам воздастся да? Ты ведь за это его треснул? Эх…       — А ты кто такой? Зачем пришёл сюда?       — Я Марко Бодт из Джинаи, за стеной Роза! Я пришёл, чтобы вступить в военную полицию и служить королю! — О Небеса… Ещё один идиот…       — Вот как? Какой хороший парень. — с каждым словом командира улыбка на лице парня увядала и оставалось только нервное напряжение. — Благородная цель. Но помни, нашему королю ты и даром не нужен! — вплотную наклонившись к уху парня закончил Шадис.       А ведь когда он возвращался после вылазок за стены, он казался мне другим человеком. Интересно, а он узнал меня? Или я выросла и стала настолько страшной? Да не, я богиня. Как там описание в дешёвых романах? Попробую так же!       Меня зовут Зензи Дауман, для близких Зи-зи. Хотя мне и не нравится. У меня волнистые золотисто-каштановые волосы до поясницы, в темноте они похожи на молочный шоколад, а на солнце переливаются как драгоценные камни. Ну как, у меня получается? Глаза у меня яркие, янтарные. У тёти Карлы такие же. В солнечный день, когда заглядываешь в них, кажется, что тонешь в расплавленном золоте. Ростом я так и не вышла. Кое-как доросла до мамы. Мы теперь обе метр и шестьдесят два сантиметра. А в прошлой жизни я была выше. Фигурка у меня ещё не сформировалась. Мне ведь всего шестнадцать… Хотя задницей я могу гордиться уже сейчас. Ну, а грудь, это не так уж и важно. Всё равно бегать с огромной неудобно. Да и как говорят, нормальная грудь должна полностью помещаться в мужскую руку. Но проверять я это сейчас не собираюсь. Рановато мне ещё.       Кстати о птичках, в тринадцать лет у меня начались месячные. Тогда же начался новый круг ада. В этом мире нет прокладок. Здесь все пользуются тряпками и постоянно их стирают. Кошмар! Надо будет вспомнить как они делаются и наделать запасов. Это кстати ещё одна из причин, по которой меня разочаровала форма. Штаны-то белые!       Пока я размышляла ни о чём, командир успел отметелить какого-то побритого паренька и прикопаться к девчонке, которая ела в строю картошку. Забавно… Стоп, что? Картошку? Вао, да она меня в оригинальности переплюнула!       — Саша Брауз… Что это у тебя такое в правой руке?       — Печёная картошка! Я нашла её на кухне! — ну да, вот так взяла и нашла. А повара её нечаянно потеряли!       — Ты её украла? — вот и он не поверил. — Почему? Почему ты ешь картошку сейчас?       — Она вкуснее, когда тёплая, поэтому я подумала, что лучше её съесть сейчас! — да лучше бы ты вообще не думала. Я потёрла рукой переносицу.       — Это выше моего понимания. Почему ты ешь картошку? — но лицо у командира, это что-то с чем-то! Такое мрачное и офигевшее!       — Вы спрашиваете, почему люди в принципе едят картошку? …       Вокруг тишина. Все стоят в полном ахуе. У Саши дрожат ноги от страха. И где-то на фоне всего этого слышен мой смех. Это ж надо было! Командир старался не обращать на меня внимания. …       — Хотите кусочек. — робко протягивая руку с картошкой спросила девочка и попыталась улыбнуться.       — Кусочек? — с ещё большим шоком смотря на Сашу переспросил Шадис. Мой смех стал ещё громче. Хотя я в последствии пожалела, что вообще умею издавать звуки. Этот ирод заставил нас с Сашей бегать, пока не упадём. И мне ещё повезло, Сашу он вообще оставил без ужина! Для меня же прихватит моя семья.       Пока я наматывала круги по полю, то десять раз пожалела, что пошла в армию. Хмпф, веселье только начинается!