Долгожданный отпуск

Благодаря Стивену, наблюдение за погодой заразило чем-то вроде спортивного интереса почти всех. Странная склянка, стоящая на столе в жилом блоке, привлекала внимание. Утром, днем, вечером — неважно, но рядом обязательно стоял кто-то и глубокомысленно наблюдал за тем, что творилось внутри. Чаще всего жидкость была прозрачной, иногда мутнела, а сегодня Армин увидел что-то похожее на водоросли. Тонкие нити расползались по поверхности, суля, по уверениям Стивена, ветер. Капитан Петри постучал костяшками пальцев по столу: — Вы меня слушаете, сержант Древиц? — Так точно, сэр! Взять две машины, техника и семь человек сопровождения, выехать на устранение неисправности к маяку номер шесть. Отправляться сразу после обеда, — Армин четко повторил то, что в течение часа с бесконечными повторами и уточнениями пытался донести до него капитан. — Хорошо, — было непонятно, доволен ли тот ответом: капитан Петри совершенно не умел ставить задачи, вечно ударялся в многословие, пытаясь разжевать, разложить по полочкам и предусмотреть все возможные ситуации. Его, наверное, и сплавили в эту дыру именно потому, что перестраховщик и мямля — для военного это приговор. Зато всевозможные отчеты он писал гениально. Капитан Адамс молился на эту его способность и радостно сваливал на коллегу сводки и рапорты. В казарме ожидаемо болтался Стивен, развлекался с планшетами. Как только удалось обойти библиотечного робота и получить в личное пользование аж две штуки? Армин подозревал, что без верного Санчо Пансы — Лукаса — здесь не обошлось. Уточнять он не собирался, иначе пришлось бы докладывать капитану, писать рапорт и погрязнуть в бюрократии недели на три, чтобы получить официальное одобрение сверху. — Стивен, после обеда едем на маяк, — нейтрально произнес Армин, параллельно набирая сообщение на комме. Можно было бы обойтись приказом, переданным по каналу связи, но показалось правильным сказать еще и вслух — странно было бы промолчать, находясь в одном помещении. Стивен поднял голову и встал, тут же запищал его комм, принимая приказ. — Да, сэр, — ответил он и активировал подтверждение. — Только, — Стивен запнулся, помедлил, но все-таки продолжил: — Погода портится. Судя по штормглассу и расчетам, возможно, идет какой-то серьезный атмосферный фронт. — У нас приказ. Без этого маяка точных координат коридора не получить, и «Ювентия» может сбиться с курса. А твои расчеты… Стивен опустил глаза на бегущую строку длинной формулы. Армин знал, что ему нечего сказать: расчеты были и правда примитивными, очень приблизительными. Что могли дать несчастные три метеостанции на поверхности планеты? Ни зондов, ни архива погоды, ни данных со спутников — ничего. Какая там точность! — Насколько можно верить вот этой ерунде? — Армин щелкнул ногтем по стеклянной колбе, белые нити внутри задрожали, зашевелились, как живые. — Я не могу дать сколько-нибудь точный прогноз, вы же знаете. Но хотя бы запасные аккумуляторы можно захватить? Подстраховаться? — Нет, штатных вполне хватит даже при пасмурной погоде. Даже в полной темноте мы сможем проехать около полусотни миль. Незачем лишнюю тяжесть катать по пустыне. И, — Армин внимательно посмотрел на Стивена, на его плотно сжатые губы, упрямый профиль и не стал добавлять про то, что можно остаться. Он вдруг остро почувствовал, что обвинения в трусости ему не забудут, и закончил совсем не так, как собирался: — Возьми на всякий случай эти штуки. Не помогут, так развлечешься. Сухой паек получишь на камбузе. Стивен кивнул и продолжал следить за буквами и цифрами на экране. Армин не стал задерживаться и ушел, короткий разговор дался тяжело, словно пришлось танцевать на канате. Как сержанту, ему не было нужды объяснять приказы начальства и вести себя так, будто он не то оправдывается, не то уговаривает простого наемника делать то, что должно. Он и злился на себя, и в то же время знал: иначе не сможет. Армин мысленно прикинул, сколько еще осталось до конца контракта Стивена: выходило слишком много, и он почти решил просить досрочный отпуск, ну хоть по семейным обстоятельствам, но вовремя вспомнил, что еще месяц, целый гребаный месяц в эту жопу мира ни один корабль не спустит посадочный модуль! Придется сжать зубы и терпеть… Армин на всякий случай выбрал машины с самыми новыми аккумуляторами. Пусть все они и проходили профилактику, но количество циклов все равно сказывалось на уровне зарядки и способности этот самый заряд держать. Он самолично закинул в багажник комплект специальных масок, которые защищали от пыли и песка при сильном ветре и которые пока еще ни разу на памяти Армина не пригодились. К машинам подтягивались те, кто должен был участвовать в рейде. Занимали места, перешучивались. Армин сел за руль, и тут же рядом устроился Стивен, мазнул взглядом по сторонам и достал планшет. Всю дорогу Армин время от времени косился на Стивена, тот был отстраненным, полностью погруженным в какие-то свои мысли. Наверное, они были невеселыми, судя по вертикальной складке между бровей, казалось, она поселилась там навечно. Армин старался не отвлекаться от дороги. Красноватая пыль стлалась сзади шлейфом, поэтому обе машины шли рядом. Солнце слепило глаза, приходилось ехать ему навстречу — не помогали ни козырьки над лобовым стеклом, ни темные очки, которые Армин недолюбливал. Поэтому сначала он даже обрадовался, когда солнечные лучи стали меньше бить в лицо, и только потом обратил внимание на мутнеющий небосвод. — Это вроде не туча? — спросил он Стивена. — Не похоже. — Ладно, тогда прибавим ходу. Должны успеть. Маяк технику пришлось приводить в порядок рекордными темпами. Помогали все, потому что в воздухе сгущалось что-то такое, от чего волосы на затылке поднимались дыбом. Пригодились и маски, без них дышать было бы сложно. Песок пел, перекатываясь бурунами, и хотелось оказаться как можно ближе к казарме. Задраить ставни на окнах и дверях и пересидеть в безопасности до того, как погода снова станет привычно спокойной. Ветер усиливался. Оставаться у работающего маяка было опасно, и Армин приказал выдвигаться. Насколько он помнил, если взять немного правее и проехать по широкой дуге, то можно будет пересидеть бурю в ангаре, где рабочие Смита держали технику и строительные материалы. Устав Легионеров прямо говорил, что для спасения жизни военнослужащих можно использовать любые гражданские объекты без согласия их владельцев. Командование потом разбиралось само, и, как правило, никаких эксцессов не было. К тому же появлялся шанс доехать и до казарм — кто ее знает, эту погоду. — Стивен, сколько у нас есть времени? Тот пожал плечами и показал погасший экран. Армин выругался и попытался связаться с капитаном, но комм мигал красным огоньком — сигнал пропал. Вокруг стремительно темнело и усиливался ветер. Пришлось включать фары, которые не слишком помогали, а только жрали ресурс батареи. В соседней машине через стекло жестами показывали, что нужно бы поднажать, но солнечный свет почти не пробивался сквозь плотную взвесь песка, и рассчитывать на пополнение заряда не приходилось. Скорость падала, но они упорно продвигались вперед. У Армина вспотела спина. — Есть! Вижу! Правее, сержант! — заорали сзади. Армин послушно вывернул руль и едва смог разглядеть за стеной пыли серо-коричневый бок ангара. Вторая машина ткнулась рядом. Он выскочил, попытался оценить обстановку, но разобрать что-либо в творящемся вокруг ужасе было почти не реально. — Туда, там ворота, — Стивен тронул его за рукав и махнул влево. Армин послушно пошел вдоль шершавой стены, придерживаясь за нее рукой. Отлепиться было страшно: шаг — и все, считай, похоронили. Ворота оказались крепким орешком — ни замка, ни щели, и пришлось делать подкоп. Дюк, отплевываясь песком, зубоскалил: что вот были бы на приличной планете, хрен бы подрыли. Там бы и бетонный фундамент был, да и пол сделали бы монолитом. — То ли дело у нас, по бедности… — Дурень, от кого тут монолиты делать! — Лишь бы эту конструкцию ветром не сдуло… — Вряд ли ангар строили идиоты. Привязали уж как-нибудь. Армин не обращал внимания на досужие разговоры. Подкоп велся споро, и вскоре они уже оказались внутри. — Все. Мы победили! — в темноте голос Лукаса прозвучал слишком громко и неожиданно, он смущенно кашлянул и замолчал. Вокруг слышалось шумное дыхание, но двигаться никто не спешил: страшно наткнуться на что-нибудь, помощи ждать неоткуда. Армин приказал ощупью добраться до стены и сесть. В горле першило, пыль и песок сушили гортань, хотелось умыться и напиться, он потянулся к фляжке, сделал пару глотков и похолодел — водой они не озаботились. Ее было мало. — Парни, у нас не очень хорошие дела, — тихо сказал он. — Брось, сержант! Закончится буря, и мы… — Стивен, — Армин перебил Эскерта, — сколько предположительно будет длиться буря? — Не знаю. Может и трое суток, и неделю. Но то, что сейчас на улице, — это только начало. — А воды у нас мало, — тихо подвел итог Армин. — Экономьте. Вокруг стало совсем тихо. Только слышался шорох песка о наружную стену ангара. Рядом завозился Стивен. Даже в полной темноте Армин безошибочно определил, что это он. Вспыхнул фонарик на планшете, Стивен, видимо, благоразумно не использовал в дороге второй, оставил запасным. — Хоть осмотримся, — пробормотал Армин и огляделся. Тусклый свет слабого фонарика отражался от блестящей фольги, которой было укутано все вокруг. Под тонкой пленкой угадывались очертания какой-то техники. Кто-то присвистнул, кто-то потянул за ближайший край, обнажая сокрытое, а кто-то обнаружил тумблер аварийного освещения… Под потолком зажегся ряд редких ламп, заискрился, преломляясь о грани почти зеркальной поверхности фольги, которая нехотя сползала, обнаруживая под собой то, чего никто не рассчитывал увидеть, — бесконечные ряды дронов и даже один большой беспилотный разведчик.