Тени прошлого

***

Прошло две недели.       Катерина резко распахнула глаза и приподнялась в постели, глядя по сторонам. Рядом с ней, свернувшись в три погибели, спал Дима, который зашел пожелать сестренке сладких снов, прочитал ей сказку и случайно заснул на краю кровати. Оставалось загадкой то, как парень не упал с нее. Девочка дотронулась до носа, после чего вздрогнула, взглянув на свою ладошку. Она была в крови. Ей снова снился сон. И он снова сбудется. — Катя, — открыл глаза Деев, зевнув. Однако он тут же сбросил оковы сна, как только увидел кровь на пальцах сестры. — Опять сон? Что снилось? — моментально напрягся молодой человек, сев в постели. Парень взял со стульчика полотенце и протянул его первокласснице. Катя вытерла руку и лицо. Девочка молчала, а в голове ее брата возникали картины одна страшнее другой. Обычно Кате снились дурные сны… Вместо ответа Деева посмотрела в упор на брата и как-то странно улыбнулась, после чего девочка скинула одеяло, слезла с кровати, натянув тапочки, взяла ванные принадлежности и так же быстро убежала, оставив Диму один на один со своими мыслями.

***

      Синий Форд мчался по пустынной дороге. Мужчина за рулем напряженно следил за дорогой, чувствуя некоторую скованность, нервозность и даже страх. Он то и дело бросал взгляды на зеркало, чтобы посмотреть, чем занимается его жена. Игорь Исаев волновался за нее, женщина за всю дорогу не проронила ни слова, словно она пребывала в трансе, пряталась где-то глубоко в себе.       С той самой ночи Лариса сильно изменилась. Она походила на тень былой себя, на жалкую пародию, ее волосы утратили блеск, в них появилась первая седина, синие глаза ввалились и были окружены серо-фиолетовыми синяками от частых слез и недосыпа. Женщина сильно похудела, в раз сбросив весь набранный за восемь месяцев беременности вес. Что хуже всего, она сторонилась мужа, почти не разговаривала с ним, а если и говорила, то это было одна-две ничего не значащих фразы.       Изменился и сам Игорь. После той трагедии и последующего приступа мужчина окончательно во всем разочаровался, словно происходящее утратило в раз смысл. Теперь он отчетливее понимал Кирилла, который тоже потерял сына. Но Исаеву в этом плане повезло, у него осталась любимая жена, а у Воронцова же нет и этого.       Ко всему прочему Игорь сильно переживал не только из-за смерти ребенка. Дело в том, что неделю назад он дал согласие на пересадку костного мозга и стволовых клеток погибшего Лешеньки Ниночке. Сводный брат для малышки оказался идеальным донором. Операция должа состояться со дня на день. Лариса, разумеется, об этом не знала. Исаев не представлял, как рассказать супруге об этом. Она даже не знает о том, что у него есть дочь. Игорь еще раз посмотрел в зеркало, Лариса задремала, подперев голову рукой. Они тем временем въехали на территорию школы. Новый дворник, Олег Иванович, нанятый вместо Семена Андреевича, убирал во дворе листья, что-то бурча про отвратительную погоду. — Лара, мы приехали, — как можно ласковее произнес Исаев, поворачиваясь назад и дотрагиваясь до блеклых волос жены. Лариса нахмурилась во сне и открыла глаза. — Уже приехали? — спросила она. — Да, — кивнул Игорь, попытавшись улыбнуться. Утро. Школьная столовая       Компания старшеклассников сидела за столом. Юра и Тася в кой-то веки нормально говорили друг с другом без шуток, подколов и ссор. Они даже улыбались, поглядывая то и дело на друг друга. Алиса прожигала Данилу влюбленным взглядом, а тот ее упрямо игнорировал. Девушка имела вид довольно несчастный, убитый. Дима же уминал за обе щеки завтрак, они с Надей изредка переговаривались о том, куда могла пропасть банка с эмбрионом. Прошло уже две недели, а это по-прежнему был весьма актуальный вопрос. Ко всему прочему буквально вчера ребята нашли еще один вход в подземелье, располагался он в музее военной славы школы, то бишь в кабинете истории. Данила бросил убийственный взгляд Деева, который заносчиво усмехнулся, чем сильно нервировал Славина. В какой-то момент парень не выдержал, встал со своего места и стремительно удалился, а причиной служила банальная ревность, которая и помогла им накануне найти очередной вход в подземелья усадьбы. Днем ранее. Кабинет истории       Деев вошел в кабинет истории в убитом настроении, он снова говорил с сестрой о сбывшимся кошмаре. Девочка продолжала твердить, что во всем виновата только она. Аргументы Дмитрия никак не влияли на сестру, ко всему прочему кто-то украл альбом Деевых, разорвав фотографии в клочья и разбросав их по двору школы. Ни одного снимка не осталось. Катя, вполне ожидаемо, огорчилась, но молодой человек хотел распечатать фотографии, которые были у него на ноутбуке, но и тут кто-то подсуетился. Все снимки были безвозвратно удалены. Дима, думая о своем, прошел к первой парте и сел за нее, место рядом с ним занимала Надежда, которая что-то рисовала в тетради, улыбаясь своим мыслям. — Привет, не помешал? — вопросил он, глядя на одноклассницу, которая тут же на него уставилась. — Нисколько, — улыбнулась девушка. — Как у тебя дела, ты какой-то хмурый, что-то с Катей? — Она расстроилась, что кто-то испортил все наши фотографии, да и зациклена на своих детских кошмарах, — отозвался Деев. Очень скоро вошел Роман Геннадьевич, который поприветствовав ребят, дал им самостоятельную работу по теме «Дворцовые Перевороты». Дима начал выполнять задание, замечая, что Авдеева не особо утруждает себя выполнением работы, девушка продолжила рисовать в тетради. — Как не хорошо, Надежда, ленимся? — усмехнулся парень, взглянув на брюнетку, которая подняла на него карие глаза. — Я все это знаю, и знаю в два раза больше того, что нам дают, — она кивнула на открытый учебник. — Надо же… Как скромно, — усмехнулся Деев с сарказмом. — В каком году и какой партией была возведена на престол Екатерина-первая? — задал внезапно вопрос молодой человек. — В 1725 году партией Меншикова была возведена на престол Екатерина-первая, — тут же ответила Надя. — В каком году и при каких условиях престол был передан Анне Иоанновне? — Это произошло в 1730 году, при условии подписания кондиций, ограничивающих ее самодержавие, — улыбнулась Авдеева. Дима сузил глаза, начиная задавать ей дополнительные вопросы, но девушка на все ответила. Деев откинулся на спинку стула, улыбаясь. — Ты все знаешь, — вздохнул он, не подозревая, что за их милой беседой наблюдает Славин, который сидел с Алисой за последней партой соседнего ряда. — А как иначе? — улыбнулась парню Авдеева. — Ты тоже продвинут в истории… — Это заслуга мамы, — ответил Деев, помрачнев. — Она преподавала историю? — поинтересовалась десятиклассница. — Нет, она психолог, просто очень любила историю, — ответил Дмитрий. — А отец? — У отца была своя адвокатская контора, сейчас ей управляет Аверин, змея подлая, — последние слова Деев произнес сквозь зубы. — А как же археологический клуб? — Авдеева вопросительно подняла бровь. — Это детище моего деда, — отмахнулся парень, — его всегда влекли тайные знания, артефакты и прочая ерунда, он был помешан на ней. Ко всему прочему дедушка был фанатиком Германии, знал в совершенстве румынский и латинские языки, и немного владел древнегреческим, — улыбнулся молодой человек, отдаваясь воспоминаниям. — Ого, как интересно, — искренне изумилась Надежда, улыбнувшись Диме, который ответил ей тоже улыбкой. — Да, для врача занятия довольно интересные, — хмыкнул Деев. В этот момент прозвенел звонок. Ребята начали сдавать самостоятельные работы и собирать свои вещи. Авдеева все еще с интересом то и дело поглядывала на своего нового соседа по парте. Что не говори, Дима ей нравился, хотя она всеми силами пыталась скрыть это в первую очередь от себя самой. Но что-то в нем было. Что-то близкое и родное. Это чувство роднило между собой ее мать, Иру Исаеву, и завуча школы, Кирилла Евгеньевича. — Помню, я как-то лет в тринадцать разбил вазу давно умершей бабушки, и дед отругал меня на латыни, ничего страшнее я в жизни не слышал, — тихо произнес Дмитрий, поднимая с пола учебник, который Надя уронила, и протягивая его девушке. Та смущенно улыбнулась. — И не услышишь, если продолжишь в том же духе, — послышался звенящий голос со спины. Деев медленно обернулся и встретился взглядом карих глаз с глазами Данилы, который сатанел на глазах. За его спиной маячила Ткаченко, которая пыталась было одернуть парня, положив руку ему на плечо. Однако Славин сбросил руку девушки со своего плеча и наградил его прямо-таки звериным взглядом, отчего Алиса отшатнулась от него и больше не вмешивалась. В кабинете почти никого не осталось. Кроме Таси, которая замерла у двери, Юры, который вальяжно развалился на стуле и со смешками наблюдал за разгорающимся конфликтом да Нади, которая напряженно смотрела то на Данилу, то на Диму. — Звучит, словно угроза, — спокойно протянул Деев. Он никогда первым не нарывался на конфликты. Отец, конечно, научил его бить кулаком в лицо, но это вовсе не означало, что Деев при мимолетном косом слове бросался на всякого. Особенно если этот всякий ему плохо известен. Дмитрий предпочитал спокойствие гневу, только так можно удержаться на грани и не сорваться, натворив глупостей. — Не смей к ней подходить, — прошипел Данила, сделав шаг в сторону Деева, который с деланным спокойствием продолжал складывать в сумку учебники. Парень посмотрел в глаза молодого человека и увидел в ней огонь ревности. Дима так же начал подмечать более выгодные позиции для защиты, мало ли. — Не буду, если, конечно, она сама не захочет моего общества, — тихо припечатал Дмитрий. В следующий миг Славин, подаваясь порыву, попытался ударить одноклассника, однако тот увернулся, толкнув Данилу к стене. Тот оперся рукой об красивое резное украшение на стене. Это была змея, ползущая по кругу и кусающая свой хвост. В следующий миг большая картина, на которой было изображено все семейство Орловых, отъехала в сторону, открывая потайной ход. — Че за херня?! — вскрикнул Юра, вскакивая на ноги. Ребята ошеломленно переглянулись. Город Москва.       Вика подъехала к дому, где она снимала квартиру. Девушка расплатилась с таксистом и вышла на улицу, запахивая свое черное пальто. Уже было довольно холодно. Дули промозглые ветра. Осень вступала в свои права. Женщина подошла к подъезду и начала вводить необходимый код. Едва дверь отворилась, она хотела войти в подъезд, но тут дверь кто-то придержал. — Здравствуй, Виктория, — Кузнецова вздрогнула от хриплого тихого мужского голоса. Резко обернувшись брюнетка увидела перед собой мужчину, которому было около тридцати, может больше или меньше. Трудно было сказать. У него было худое, изнеможенное лицо, резкие, смутно знакомые черты лица. Карие глаза выделялись на бледном, отдающем в болезненный серый цвет лице. В некогда черных волосах серебрилась ранняя седина. Вика смотрела на мужчину, не понимая, где могла раньше его видеть. На нем были старые брюки, темно-синий свитер и тонкая куртка. — Не узнала, — горько вздохнул незнакомец и усмехнулся, хотя в его глазах не было и намека на веселье. — Леша, — с ужасом в голосе выдавила Кузнецова, поняв, наконец, кто перед ней стоит. Женщина отшатнулась от него. — Барышников, — выплюнула она, нахмурившись. — Я рад, что ты меня все еще помнишь, — вздохнул Алексей. — Я хочу поговорить, — добавил он. — Мне не о чем разговаривать, — отрезала брюнетка, запнувшись. — С преступником… — продолжила она. Мужчина поморщился. — Я отсидел свое, на мне кроме службы в Ингрид, — Вика на названии компании вздрогнула. — Нет больше грехов. Я исправился, — продолжал говорить Барышников. — Знать тебя не хочу, — выдавила Виктория и убежала прочь, боясь, что он бросится следом. Но Барышников отступил, отпустил ее. Не стал надоедать своим обществом. Поздний вечер того же дня. Кухня       Вечером Дмитрий отправился на кухню, он пропустил ужин по причине головной боли, поэтому ближе к девяти вечера сильно проголодался. Войдя в резиденцию четы Шевцовых, как персонал школы называл Марию и Илью, Деев первым делом подошел к холодильнику, откуда достал сок, яблоко и булочку. — Объедаемся на ночь глядя? — раздался ехидных голосок сбоку. Обернувшись, десятиклассник увидел Шевцова, который поставил на пол большую коробку. Мужчина потирал руки и улыбался. Повар вообще был человеком довольно веселым и спокойным. — Я проголодался, — изрек Дима, усмехнувшись. Илья поднял ящик, сделал пару шагов в сторону кладовки и с шипением опустил его на пол. — Что случилось? — вопросил школьник, подходя к повару. В этот момент из кладовки выбежала Надя, увидев одноклассника, девушка замерла, широко распахнув глаза. — С вами все в порядке? — напряженно вопросила старшеклассница. — Старая травма, — отмахнулся Илья, не говорить же им, что в трагические дни карантина, один из военных прострелил ему ногу, задев нерв, с тех пор боли переодический беспокоят повара. Но он виду не подает. Об этом знает только его жена. — Идите отдохните, содержимое коробки я сама разложу по полкам в кладовке, — попыталась улыбнуться Авдеева, глядя в лицо Шевцова. Мужчина хотел возразить, но его пресек Дима, который улыбнулся: — Я помогу Наде, — пообещал он. Илья улыбнулся. — Спасибо, молодежь, — с этими словами повар удалился прочь, а Авдеева и Деев переглянулись. Дима, стараясь не таращится на знакомую, поднял ящик, который был довольно тяжелым и понес его в кладовку. Авдеева двинулась следом. Там он открыл его, начиная вместе с девушкой расставлять его содержимое по полкам. Все это проходило в полной тишине. Дмитрию было приятно общество Авдеевой, но он понятия не имел о чем с ней говорить. Надя же была немного смущена, поскольку с каждым днем все сильнее привязывалась к этому скромному, серьезному парню. Так бы они и дальше молчали, если бы дверь в кладовку внезапно не закрылась бы и ее не заперли бы на замок. Школьники переглянулись и принялись дружно колотить дверь руками, прося их выпустить. Но вместо этого услышали тихий детский смех. — Вера, — сквозь зубы прошипела Авдеева, поняв, кому она обязана заточением. — Вера, немедленно открой, иначе я подарю тебе на день рождение не лук и стрелы, как ты просила, а розовое платье с крыльями феи! — перешла к угрозам Авдеева. Дима, не понимая, нахмурился. Для его сестренки подобные подарки были награды. Но он, зная нрав Шевцовой, понимал, что она скорее порвет платье и сломает крылья. Ответом Наде служил смех и… — Бла-бла-бла… После этого повисла тишина, а это значило, что их уже никто не вытащит, все разошлись по комнатам и легли спать. Комната девочек первого класса       Шевцова, воодушевленная своей проделкой, забежала в свою комнату и увидела Катерину, которая привычно сидела на подоконнике, показывая кому-то книжку детских сказок, которая была раскрыта на яркой картинке. — С кем ты говорила? — настороженно вопросила Вера, подойдя ближе к окну, но за ним никого не было. Катя взглянула на нее, на ее лице в кой-то веки сияла радостная улыбка. Нельзя сказать, что она ей не шла. Деева была похожа на ангела в своей бежевой ночной сорочке до пят, ее темные волсоы были распущены и, завиваясь, достигали талии, на щеках горел румянец. — С Феем Крестным, — серьезно изрекла Катерина, улыбнувшись. После этого она указала на красивую подделку, что стояла в плетенной корзине у нее на кровати. Это был медведь из шишек, которые восседал на импровизированном троне из дерева, который был украшен цветными листьями. На голове у медведя было красивое кольцо с изумрудом. — Смотри, что он мне принес, — продолжала восхищаться Катя. Вера пожала плечами, садясь на свою кровать. — Я выполнила свою часть сделки, — серьезно изрекла Шевцова. Деева подошла к своей тумбочки и вытащила оттуда маленький черный фонарик, после этого она протянула его Вере. Та его забрала. — Еще ты говорила, что отдашь мне черный рюкзак, — изрекла Шевцова. — Получишь его, когда план сработает, — так же серьезно отозвалась Катя, садясь на свою кровать и беря в руки красивое кольцо с изумрудом, которое служило своеобразной короной медведя. Вера кивнула своим мыслям. А Деева улыбнулась. Да, ее сон сегодня точно сбудется. Тем временем в кладовке       Надя и Дима сидели на свитере Деева, который он расстелил на полу. Места было не так много, поэтому они находились близко к друг другу. Авдеева рассказывала о смешных случаях из детства. — Помню, мы с Митей и Алисой решили собрать все оружие в школе, — рассказывала Надежда, смеясь. — В итоге собрали в мешок даже лифчики девочек и кроссовки с раздевалок… — Это еще зачем? — спросил Деева. Наяд перестала смеяться. — Как зачем? — сделала она серьезное лицо. — От запаха кроссовок можно умереть. Это оружие массового поражения, а лифчиком можно задушить, — ребята покатились со смеху. — Нас тогда Вера Дмитриевна поймала… — Поругала? — вопросил парень. Надя покачала головой. — Нет, она вообще хорошая. Была, — последнее слово она добавила тише. — Что с ней случилось? — спросил молодой человек. — Погибла во время одной из операций во время взрыва. Она ловила преступников, — пояснила старшеклассница, помрачнев. — С Митей она долго разговаривала о чем-то, после разговоров с ней он всегда был задумчивым и называл ее своим другом. Может поэтому на нее обратил внимание Кирилл Евгеньевич, — добавила она еще тише. — Воронцов? — удивился Деев, перед глазами в миг возник образ опекуна. — Да, Митя был его сыном, — вздохнула десятиклассница, с сожалением взглянув на одноклассника. — Помню, как Митя злился, что Вера Дмитриевна и Кирилл Евгеньевич стали встречаться, он ее ненавидел, боясь, что отец бросит его, забудет… — Он погиб? — уже зная, что Авдеева ему ответит, спросил Дима, чувствуя, как в душе появляется горечь. Все же математика он в некоторой степени уважал. — Да, в автокатастрофе, когда ехал с матерью в кино на премьеру мультфильма. Моя мать боялась, что Кирилл Евгеньевич сойдет с ума с горя. Сначала Вера, после — Митя… — Деев сжал челюсти, осознавая, что бы не справедлив к опекуну. Понятно, о ком он так нежно отзывался. Понятна теперь пустота и печаль в его глазах. Он лишился всех, когда когда-либо любил.       Парень невольно залюбовался знакомой, которая была задумчива и грустна. Да, она ему нравилась. Старшеклассник, подаваясь порыву, притянул к себе Надежду и накрыл своими губами ее уста. Около десяти секунд он нежно целовал ее, после чего почувствовал, что девушка осторожно отвечает на поцелуи, нежно обнимая его за плечи.