all the ark's a stage

— Моя мама думает, что мы встречаемся. Беллами посмотрел вверх, встряхнувшись от своих мыслей, когда Кларк села за стол напротив него: — Серьезно, сейчас? Кларк кивнула, плотно сжав губы. Её щёки начали розоветь, но она не отвела взгляд, когда начала говорить: — И я не поправила её. — О? — хохотнул он, наполовину ошарашенный, наполовину заинтересованный. Осмотревшись по сторонам, Кларк наклонилась к нему с заговорщическим видом: — Она знает, что мы что-то затеваем. Это идеальный способ отвести подозрения. Беллами фыркнул, но он не мог не признать, что это звучит как, хоть и неловкий, план: — Хорошо. То есть каждый раз, когда она будет рядом, мы будем проверять наши актерские способности, да? Кларк ответила хитрой усмешкой: — Это будет нелегко, но думаю, мы справимся. — Легка на помине, — Беллами перевел взгляд поверх плеча девушки. — Не оборачивайся, но канцлер Гриффин пытается убить меня одним своим взглядом. Заглушив смех, Кларк потянулась через стол и взяла парня за руку: — Мы должны решить, кто будет с нами, — сказала она, понизив голос. Блейк поднёс её руку к своим губам: — Не Финн, — прошептал он ей в костяшки пальцев. Её пальцы слегка сжались. — Нет, конечно, не после того, как… — голос девушки умер. — Я думаю, мы должны взять Мёрфи. Беллами громко и мощно рассмеялся, прижимая её руку к груди: — Я понимаю, что нам нужны человеческие ресурсы, — прошептал он сквозь улыбку. — Но он вроде хочет, чтобы я умер. Кларк наклонилась ближе, так что их носы коснулись: — Если он попытается что-нибудь сделать, то я убью его. Медленно и осторожно, Беллами заглянул за спину Кларк. Эбби Гриффин, сидела около одного из костров, впиваясь в него угрожающим взглядом. — Рейвен захочет пойти, — сказал он, захватывая и крутя прядь волос Кларк между своими пальцами. — Она всё еще восстанавливается, — девушка прикусила нижнюю губу, прежде чем добавить. — Но мы не можем оставить её в стороне. — И в тот момент я понял, что ты самая красивая девушка, которую я когда-либо видел, — вдруг произнес Беллами, повышая голос. Кларк ошарашенно моргнула, но тут почувствовала руку на своем плече. — О, привет, канцлер Гриффин. Кларк посмотрела на мать с широко раскрытыми глазами: — Мам, как дела? — Просто пришла посмотреть, что вы оба делаете, — натянуто улыбнулась Эбби. — Вам определенно очень…уютно. Сидящая пара обменялась коротким взглядом. Кларк сделала всё возможное, чтобы выглядеть смущенной, Беллами только самодовольно улыбнулся. — На самом деле, я надеялась, что ты поможешь мне разобрать травы в медицинской палатке. Джексон никогда не был хорош в земных навыках, и у тебя больше опыта работы с ними, — Это была жалкая попытка разделить счастливую пару, но они оба знали, что лучше согласиться. — Да, конечно, мама. Я поговорю с тобой позже, Беллами, — проговорила девушка, вставая. Блейк тоже поднялся, расцепив их руки. Взглянув на Эбби с еще одной, финальной, ухмылкой, он наклонился и чмокнул Кларк в щёку. — Спокойной ночи, Кларк. Ночи, канцлер. Когда мать и дочь ушли, Беллами наслаждался, вспоминая их одинаковую реакцию на этот сюрприз, и обнаружил, что ему не хватало ощущения переплетенных пальцев Кларк с его.

***

Когда Кларк закончила маркировать и разбирать травы, она была поражена пришедшей в голову мыслью: если у них есть хоть какая-либо надежда на союз с землянами, то им потребуется дополнительное оружие. Земляне были отличными воинами, но против технологий горцев это ничего не значило. Если они хотят собрать армию, им нужно оружие. Она направилась к двери, ей не терпелось поговорить с Беллами, когда её мать крикнула ей вслед: — Куда ты идешь? Кларк замерла. Это напомнило времена, когда она была под присмотром; она забыла, как это, когда каждый её шаг контролируется. — Я, э-э-э, иду проведать Беллами. Эбби покачала головой: — Уже поздно, Кларк, я уверена, что он спит. Еще даже не было полуночи; Блейк несомненно бодрствовал. — Я сомневаюсь в этом, — проговорила Кларк. — Он не спит много. Эбби приподняла бровь, и Кларк осознала, как должно было прозвучали её слова. — Ты можешь встретиться с ним утром. Пойдем обратно в нашу палатку. — Нет. Кларк почувствовала, как вскипает её кровь. Даже если бы ей уже не исполнилось восемнадцать, то она перестала быть ребенком, когда её заперли в одиночной камере, когда её отца выбросили в космос. Она не могла говорить ей, что делать ни как её мать, ни как канцлер. Эбби нахмурилась: — Нет? — Я взрослая, — Кларк сложила руки на груди и выпрямила спину. — Я собираюсь пойти к моему парню. Я проведу ночь в его палатке. И ты не можешь меня остановить. Развернувшись на каблуках, она вылетела из мед палатки, оставив мать в молчаливом оцепенении позади. Кларк никогда не проходила через этап подросткового бунта и теперь, похоже, наверстывала упущенное время. Всё еще кипя от злости, она зашла в палатку Беллами без предупреждения. Он сидел на краю своей постели, смотря на размеченную карту местности. Рейвен рядом возилась с рациями. — Как прошёл день, дорогая? — спросил парень с насмешливой полуулыбкой. — Сортировка трав была бурной, да? Кларк хмуро посмотрела на него: — Я должна спать сегодня здесь. Рейвен переводила взгляд с одного на другого с неожиданно возникшим интересом. Беллами нахмурился и спросил: — Вы поссорились? — Вроде того, — ответила девушка со вздохом. — И когда я разозлилась, то сказала, что буду спать в твоей палатке. Рейвен закашлялась, но Кларк подозревала, что она просто спрятала свой смешок. Губы Беллами были крепко сжаты, но из-за смущения или веселья, она не могла сказать. — Кроме того, — добавила она, желая перевести тему. — У меня появилась мысль: мы должны вернуться в бункер и найти еще автоматы. Оба клюнули на это. — Мы забрали всё, что нашли в прошлый раз, — сказал Беллами. — Большая часть исчезла, когда горцы нашли нас или была уничтожена. — Мы также отвлеклись на галлюцинации и попытку выжить, — парировала блондинка. — Мы не обыскивали бункер тщательно. Там может быть что-то еще. Беллами вздохнул: — Шансов мало, но я предполагаю, что у нас на самом деле нет выбора. Мы же не можем бороться с горными людьми с копьями, да? — Именно то, о чем я думала, — ответила со смешком Кларк. Беллами улыбнулся в ответ, его жесткий тёмный взгляд смягчился. Они сидели так мгновение, просто улыбаясь друг другу, пока Рейвен не кашлянула: — Так, эм, кто-нибудь собирается рассказать, что происходит между вами двумя? Кларк и Беллами переглянулись и рассмеялись.

***

Спустя несколько дней, Эбби и Кларк снова поссорились. И в это время, Кларк и Беллами выглядели самой милой и омерзительно-очаровательной парой в лагере. Он держал её за руку, и целовал в щеку, и вёл себя как истинный джентльмен. Несколько более старших женщин подходили к ней и, поглаживая по спине, поздравляли с находкой такого защитника. Ни Кларк, ни её мать ни разу не упоминали её повторяющиеся ночевки с Беллами, пока однажды утром Эбби на своем пути в лазарет, не заметила парня, выходящего с растрепанным видом из палатки Рейвен. Когда Кларк проснулась утром, она была встречена горячей кружкой чего-то (возможно чая, но это спорно) и сочувствующим взглядом. — Дорогая, — произнесла Эбби, коснувшись большим пальцем её щеки. — Мы должны поговорить о Беллами. Через час, после мучительного разговора с матерью, в который её вовлекли, стукнув по столу и вызвав реалистичные слезы, Кларк тащила Беллами в ближайший закоулок, поджав губы. — Моя мама думает, что мне изменяешь. — Она так сильно меня ненавидит? — Блейк провел рукой по волосам. — Она видела, как ты уходишь из палатки Рейвен этим утром. — Оу, — поморщился он. — Да, — упершись руками в бока, девушка прищурила глаза на него. — Ты разрушил наше прикрытие. — Или нет, — парень скрестил руки и нахмурил брови. — Твоя мать и охранники думают, что мы бесполезны, не так ли? Просто преступники? — Да…и? — медленно кивнула Кларк. Усмехнувшись, как кот поймавший канарейку, Беллами продолжил: — Если они считают нас никчемными подростками, то давай дадим им немного дрянной подростковой драмы. Кларк улыбнулась. — Ты сволочь! — кричала Кларк, толкая Беллами в грудь. — Обманщик! Они стояли у входа в лагерь, на виду у станции охраны и мед палатки. Люди оборачивались, наблюдая за разворачивающейся драмой. — Это ничего не значит! — прокричал Беллами. Он едва сдерживал улыбку и, казалось, наслаждался происходящим. — Она ничего для меня не значит! — Разве меня тебе недостаточно? — вскрикнула девушка. Она должна была признать, что была довольна собой, когда Эбби вышла из палатки с удивленными глазами. С драматическим размахом, на который она и не думала, что он способен, Блейк опустился на колени перед ней: — Ты всё для меня, Кларк. Пожалуйста. Я люблю тебя. На секунду Кларк обалдела. Они не обсуждали признание, только разговоры достойные расставания, которые не позволят охране что-либо заподозрить. Её сердце ускорилось, но только на мгновение, а затем бросила слова, прозвучавшие, как гром среди ясного неба. — Я отдала тебе себя, Беллами! — воскликнула она. — Я подарила тебе свою девственность! Я думала, что мы будем вместе навеки вечные! Кларк поежилась; это звучало лучше в её голове, менее похоже на часть из плохого любовного романа. Даже Блейк выглядел озадаченным, но он опомнился, когда унеслась прочь, крича ей вслед. Она ворвалась в свою палатку, едва сдерживая улыбку облегчения. Она знала, что её мать вероятно придет в ближайшее время, чтобы успокоить дочь, так что она надела свое обеспокоенное, самое расстроенное лицо подростка и бросилась им на одеяло, изо всех сил пытаясь выглядеть угрюмо. Услышав шелест в палатке, она уткнулась головой в руки, крича: — Уходи, мама, я не хочу говорить об этом!  — Кларк, это мы. — Кларк замерла. Октавия. Они с Беллами забыли посвятить её в свой план. Она быстро развернулась лицом к младшей Блейк, которая стояла у входа в палатку с Монро. Она выглядела рассерженной, но на кого, Кларк не могла понять. — Октавия, это не то, на что похоже… — О, так ты и мой брат не инсценировали разрыв посреди лагеря? — она ухмыльнулась ошеломленному выражению лица Кларк. — Вы, ребята, ужасные актеры. Монро кивнула в знак согласия: — Но я думаю, что остальные купились на это. — Плачевно, — Октавия скрестила руки, глядя на Кларк. — И вы даже не думали привлечь меня? — Это было незапланированным решением, — ответила та. — Мы сказали только Рейвен, так как нам нужна была «другая девушка». Октавия приподняла бровь: — Это не какой-то странный, запутанный способ отомстить Финну, нет? Потому что это по-моему не работает, честно. — Нет, — вздохнула Кларк. — Нам нужно было отвлечь внимание охраны от того, что мы делаем. Монро и Окти переглянулись. — И что же это? — спросила Блейк. — О, ты знаешь, — слегка улыбнулась блондинка. — Всего-то выбраться из лагеря, объединиться с землянами и освободить наших друзей из горы Везер. Обе девушки ухмыльнулись. — Мило, — сказала Монро. — Не могу дождаться. — То есть, мы можем стать частью этой схемы отвлечения или как? — спросила Октавия. — Руки чешутся прихлопнуть кого-нибудь.

***

Она не была уверена, был ли это стресс, усталость или месяцы потерь и страха, давившие своим весом на неё, но Кларк обнаружила, что удивительно легко плакать по команде. Каждый раз, когда Эбби хотела поговорить, ей просто надо было подумать о Уэллсе, или Шарлотте, или сорока семи подростках всё еще запертых внутри горы Везер, или о том моменте, когда она закрыла дверь челнока, оставив Беллами и Финна умирать, и она начинала реветь и бежала в палатку Монро или Мэл, где собирались Беллами, Рейвен и Октавия, ожидая её. — Вик помог мне, — как раз говорила Рейвен, когда однажды Кларк вошла в палатку, неистово вытирая слезы на лице. — Я не сказала ему про наш план, но, вероятно, он сам догадался до большей его части. В любом случае, мы улучшили рации, теперь они имеют диапазон трех миль, который чертовски впечатляет, скажу я вам. Эй, принцесса, мило с твоей стороны, что ты присоединилась к нам. Кларк присела, всё еще немного дрожа. Её мама не позволила уйти ей без боя сегодня, и её фальшивые слезы превратились в настоящие, когда ей всё же удалось сбежать. Она почувствовала, как рука обхватила её плечо, большая и теплая. Беллами сел рядом с ней, слегка нахмурившись. — Ты в порядке? — спросил он. Кларк кивнула: — Да, прости, мама была настойчивее обычного. Заняло больше времени избавиться от неё. Беллами сжал её плечо еще раз, а затем оставил свою руку там, большим пальцем очерчивая круги на спине девушки. Рейвен продолжала говорить о рациях, украденных из тайников охраны патронах, о бомбах, которые они с Виком придумали. Октавия рассказывала о землянах: всё, что она знала о кланах и учила группу некоторым известным ей словам тригедасленга. Кларк позволила голосам своих друзей окутать её и успокоить боль в груди. Рука Беллами не оставляла плечо, даря тепло и поддержку, удерживая её в настоящем моменте. — Мы должны идти в бункер, — сказала Рейвен, глядя на Кларк и Беллами. — Нам нужен еще один отвлекающий маневр. Кларк поджала губы: — У нас только что был самый неистовый разрыв, который Арка еще никогда не видела; у нас закончились идеи. Октавия насмешливо ухмыльнулась Кларк: — Ты имеешь ввиду, что у вас закончились идеи. Арка еще не имела дела со мной.