All Cheaters go to hell

      Джаспер выскочил из палаты, как черт из табакерки, устремившись прочь из больницы, не разбирая дороги, всучив халат обеспокоенной Хайди, которая буквально подлетела к нему, засыпав вопросами.       — Боже мой! Что у вас случилось? Что ты ему сказал? Почему вы поговорили так быстро?       В голове Хейла билась лишь одна мысль о том, что Белла явно имеет отношение к неудачному самосожжению Деметрия, поэтому обязательно вернется за ним, но Джас не мог сказать Хайди об этом, по крайней мере, сейчас, к тому же, это прозвучало бы, как полный бред. Он нервно забормотал, что ей следует быть рядом со своим парнем, а затем бросился прочь, слыша, как девушка кричит ему в спину:       — Ты же обещал помочь нам!       — Я позвоню тебе позже! — крикнул Джаспер, даже не обернувшись, потому что ему было стыдно смотреть Хайди в глаза.       Да, Джаспер прекрасно понимал, что весь вечер вешал ей лапшу на уши, но он даже не думал, что все окажется настолько плохо. Мужчина надеялся, что быстро выяснит у Деметрия нужную информацию, а затем скажет его девушке то, что посчитает нужным или, может быть, Зервас сам попросит его не рассказывать о чем-то. Но в сложившейся ситуации было ясно, что новость об измене Деметрия не укрепит их и без того пострадавшие отношения, а быть гонцом с плохими новостями Хейл не хотел. К тому же, какая девушка поверит в то, что её парень не просто изменил ей, а трахался с ведьмой, из-за которой чуть не лишил себя жизни, поэтому ему нужна помощь, а не пинок под зад?       Он быстро сбежал по лестнице вниз, желая убраться из этого ужасного места как можно быстрее, потому что его паническая атака все нарастала до тех пор, пока мужчина не оказался на улице. Хейл жадно вдохнул прохладный воздух, в котором витал легкий запах весны, состоящий из запаха молодой травы и листьев, зеленеющих на деревьях, а затем побрел в сторону метро, не оглядываясь, на тот случай, если Хайди или кто-нибудь из врачей провожает его темную фигуру взглядом из окна.       Он едва не пропустил телефонный звонок, так как был занят мыслями о том, что у него попросту паранойя и никто не смотрит за ним, хотя, он определенно ощущал на себе чей-то взгляд еще со вчерашнего вечера.       Прежде чем поднять трубку, Джас взглянул на имя звонившего. Слава всем богам, но это был всего лишь Слизняк, а не кто-нибудь из его женщин, иначе он бы просто не ответил на звонок.       — Здорова, мужик. Где ты сегодня? — голос Эдварда прозвучал устало, как всегда бывало в конце рабочей недели.       — В полном дерьме, — иронично заметил Джаспер, сворачивая в какой-то сквер, чтобы срезать дорогу до метро.       — Могу поспорить, что я тебя переплюнул, — невесело усмехнулся мужчина на том конце провода, а затем вновь заговорил, но уже более бодрым голосом с нотками язвительности. — После того, как ты и Викки бросили меня вчера в баре на съедение потусторонним силам, ко мне подошла Ава. Блять, ты же знаешь, что ко мне нельзя было подпускать эту киску, черт бы её побрал…       — Только не говори, что ты снова её поимел, — протянул Хейл, немного сбавив шаг, потому что начал запыхаться, хотя, торопиться ему было совершенно некуда.       — Бинго, чувак! Я опять её трахнул, видит Бог, я этого не хотел, но она была такая горячая, сама терлась об меня, словно кошка. Я напился, мы поехали ко мне, я отжарил её так, как надо, а утром она упорхнула в школу, спросив, позвоню ли я ей.       — Эд, ты просто клинический придурок, — со вздохом ответил Джаспер таким тоном, словно только что вынес другу приговор.       Они оба прекрасно помнили, что малышка Ава несовершеннолетняя, и это было опасно, но, похоже, Каллен совсем терял голову, когда напивался, а, может, девчонка и правда нравилась ему.       — Кто бы говорил. Я хотя бы не изменял своей девушке с какой-то прислужницей Сатаны, которая убивает своих любовников, — парировал Эдвард в ответ, а затем, судя по звукам, затянулся сигаретой. Он всегда курил, когда нервничал или скучал.       — А вдруг Ава тоже ведьма и приворожила тебя? — со смешком поинтересовался мужчина, обходя какую-то парочку, которая медленно прогуливалась по аллее, не замечая никого вокруг.       Они чем-то напомнили Джасперу его и Элис пару лет назад, когда они только начали встречаться. От этой мысли ему стало грустно. Боже, он не сможет простить себя, если похерит эти отношения сейчас, да ещё и так глупо, из-за какой-то сумасшедшей девчонки, которая возомнила себя подружкой Дьявола.       — Если это так, я просто ёбнусь, но надо признать, что эта чертовка очень уж хороша для своих лет, — Каллен на том конце провода хрипло рассмеялся, явно вспомнив вчерашнюю ночь, но затем заговорил вновь. — Я позвонил, чтобы сказать, что можешь не ждать меня в баре сегодня.       — Да ладно? Ты же по пятницам всегда там торчишь и агитируешь нас с Эмметтом присоединиться, — с сомнением в голосе протянул Хейл, остановившись на пешеходном переходе, ожидая, когда загорится зеленый свет.       — Ава сегодня работает, а я бы не хотел попадаться ей на глаза, — признался Эд, явно чувствуя себя полным идиотом, поэтому что его поведение не было похоже на поведение взрослого мужчины.       Сначала Джаспер хотел как-нибудь подколоть друга, но затем прикусил язык, понимая, что у него самого ситуация нисколько не лучше, да и Эдвард явно был в замешательстве и нуждался в поддержке.       — Расслабься, мужик, ты просто немного облажался, с кем не бывает, — ободряюще произнес Джас, а затем продолжил. — Я только что виделся с Деметрием.       Эта новость моментально заставила Каллена забыть о своих проблемах, отчего он тут же едва ли не гаркнул в трубку:       — Что?! В новостях говорили, что он в больнице в тяжелом состоянии! Или это твоя Коротышка протащила тебя в палату?       — Если она узнает, что я там был и не взял её с собой, то оторвет мне башку, — со вздохом отозвался мужчина, останавливаясь около входа в подземку, чтобы вкратце поведать другу историю о том, каким образом он смог попасть к Зервасу в палату.       Выслушав всю историю от начала до конца, Каллен с энтузиазмом заявил:       — Блять, я так и знал, что твоя штучка имеет к этому отношение! Я ведь тебе говорил, а ты мне верил! Может быть, я экстрасенс?       — Ага, как же, — со смешком хмыкнул Джас, который уже десять минут измерял площадку перед подземкой, не спускаясь вниз, чтобы не потерять связь.       — Кстати, что там с твоими анализами? Мне можно теперь переименовать тебя в списке контактов в Пабло Эскобара*? — насмешливо поинтересовался Эдвард, напомнив Джасперу о том, что он совсем забыл упомянуть в своей истории об эпизоде с тестом на наркотики.       Внутри Хейла все вновь похолодело, потому что он совершенно позабыл о небольшом листке, лежащем во внутреннем кармане его пиджака, где говорилось о том, что он никакой не наркоман, а значит все, что происходит с ним — правда.       — Эй, ты молчишь, потому что оценил мою шутку или потому что…? — в голосе Слизняка явно скользнула острая нотка беспокойства.       — Я чист, — с неожиданным сожалением отозвался Джас, понимая, что шепчет, будто бы эти слова дались ему с большим трудом.       — Ёбаный в рот, мужик, наверное, надо за тебя порадоваться, но сам понимаешь — это хреново. Может быть, у тебя просто сдвиги по фазе?       — Да черт его знает, — устало произнес Хейл, собираясь наконец-то спуститься в метро, правда, он понятия не имел о том, куда ему ехать.       Возвращаться домой категорически не хотелось, хотя, вчера ему сменили замок, так что, теперь можно было не бояться незваных гостей. Он мог бы поехать к Элис, которая наверняка была бы рада его визиту, но сейчас у Джаса не было никакого настроения на то, чтобы в очередной раз кормить свою девушку какими-то дурацкими байками, когда его буквально трясло от того, что с ним происходит полнейшее дерьмо. Хейлу даже страшно было подумать о том, чтобы провести вечер с Беллой, а ехать в бар и напиваться там без Эда не хотелось.       — Так ведь не долго во всякую магию и мистику верить начать, а если это все правда существует, то мне придется извиняться перед Викки, — ворчал Эдвард в трубку, явно раздосадованный тем, что ему в любом случае придется как-то загладить свою вину перед девушкой.       Стоило Каллену произнести её имя, как Джаспера вдруг осенило. Виктория ведь предлагала помощь, ей всего лишь нужно было позвонить! Как он мог забыть об этом?       — Ладно, Слизняк, мне пора, я тору у метро уже десять минут, как идиот, — торопливо произнес Джас, желая как можно быстрее закончить разговор, надеясь, что друг не обидится, но Эд был не из таких.       — О’кей, Сабрина маленькая ведьма, держи в курсе.       Мужчина лишь весело хмыкнул, а затем нажал на красную кнопку отбоя, после чего тут же набрал Викторию, надеясь, что девушка не занята, благо, он точно знал, что сегодня она не на работе.       — Привет, Джаспер, — произнес знакомый голос на том конце провода где-то через пять гудков после звонка.       — Привет, Викки. Умоляю, скажи, что ты сегодня не занята и можешь дать мне небольшую консультацию по… — Хейл слегка замялся, но затем все-таки произнес, но уже намного тише. — По моей проблеме?       Наверное, со стороны казалось, что этот взмыленный и дерганный блондин трется у метро, дожидаясь своего дилера, а сейчас звонит ему, стараясь уточнить, действительно ли он пришел на нужное место или перепутал ветку?       — Я так и знала, что ты позвонишь так скоро, — девушка глухо хохотнула в трубку, словно этот звонок действительно позабавил её, но затем она поспешно добавила, опасаясь, что Джаспер передумает. — Можешь заехать ко мне, я всё равно планировала провести вечер перед телевизором в компании кота.       — Я думал, что у тебя нет отбоя от ухажеров, — мужчина не смог не подколоть её, но в его голосе звучало какое-то радостное волнение.       Боже, неужели он и правда начинает верить во всю эту ерунду с магией и ведьмами? Наверное, все дело было в том, что у него сработал синдром человека, попавшего в беду. Когда ты не видишь выхода из ситуации, то начинаешь шире смотреть на решение проблемы, пробуя всевозможные способы, надеясь, что это поможет. Если какой-нибудь самодельный защитный амулетик, который сплела Викки, поможет ему защититься от чар злой ведьмы или шарлатанки, Джаспер пока не понял, кем на самом деле является Белла, то почему бы не воспользоваться им?       — Тебе повезло, сегодня я решила провести время наедине с собой, — судя по голосу, Виктория усмехалась. — Кстати, ты приобрел новый крестик?       — Конечно же, нет, — вздохнул Джас, устало проведя по лицу рукой, потерев лоб и откинув светлые пряди волос.       Он совершенно забыл про этот чертов крест, который нужно было купить, потому что старый исчез, а если быть точным, то его, предположительно, украла Белла.       — Вот что. Займись этим прямо сейчас, а затем приезжай ко мне, а я пока приготовлюсь.       В любой другой ситуации Хейл бы запротестовал, попытавшись убедить собеседницу в том, что церковь никак не поможет в этом деле, но, пожалуй, Джаспер чувствовал себя слишком вымотанным. Если уж он обратился за помощью к этой странной девушке, то нужно было идти до конца, иначе она могла и вовсе отказаться помогать ему, ведь Виктория никогда не лезла за словом в карман.       — Ладно, идет, до скорого, — коротко ответил он, а затем положил трубку и, наконец-то, спустился в прохладу подземки.       Оказавшись в метро, Джас дождался поезда, а затем сел в него, мельком взглянув на карту, понимая, что ему нужно проехать всего лишь три станции, чтобы добраться до старого собора Святого Патрика, одной из самых знаменитых католических церквей Нью-Йорка.       Неподалеку от собора Джаспер зашел в небольшой магазинчик, чтобы купить крест, ведь в церкви их можно было только освятить, а не приобрести. К счастью, продавец не стал ничего спрашивать, а просто продал мужчине тонкий серебряный крест с обычной белой веревкой без цепочки. Дальше, по мнению Джаса, осталось самое сложное — освятить предмет.       Всю дорогу до собора Хейла одолевало удушающее чувство беспокойства, потому что мужчина очень давно не был в церкви. Эсми когда-то в детстве водила их с Роуз на службы, но это было так давно, что при одной мысли о церкви и её служителях, Хейла начинали терзать сомнения. Его нельзя было назвать верующим человеком, а сейчас он вдруг решил войти в святую обитель, чтобы спустя столько лет освятить крестик. Это было так глупо, что он сам не мог в это поверить.       Тем не менее, вскоре он оказался перед тяжелыми дверьми собора, построенного в готическом стиле. Его остроконечные башни стремились к небу, возвышаясь над Джаспером, но ни в коем случае не давя на него и не напоминая о том, что он всего лишь ничтожный человек, а величественно и молчаливо приглашая зайти внутрь, чтобы оказаться под защитой этих стен.       Дверь внезапно отворилась, и на улицу вышел пожилой священник в длинном одеянии, который вопросительно взглянул на Хейла, ведь тот стоял около входа, но будто бы не решался войти.       — Чем я могу тебе помочь, сын мой? — спокойно поинтересовался мужчина, открыв дверь шире и жестом пригласив Джаспера войти.       — Я… — Джас сглотнул, но все-таки прошел внутрь, нырнув в прохладу собора, слыша, что дверь за ним захлопнулась. — Я бы хотел освятить нательный крест.       Внутри помещения царила приятная полутьма, повсюду были зажжены свечи, а из витражных окон едва пробивался свет, освещая деревянные лавки, расположенные в два ряда по всему залу. Кое-где сидели люди, кто-то ждал очереди в кабину для исповедальни.       — Вы крещеный? — миролюбиво поинтересовался священник, двинувшись к источнику со святой водой, стоящему чуть в стороне от входа, шурша длинной рясой.       — Да, но я… потерял свой крест, — стыдливо признался Хейл, следуя за пастором, нервно вынимая новый крест из кармана пиджака.       В церкви удушающе пахло ладаном и пылью, отчего у Джаспера запершило в горле, поэтому он неловко кашлянул, остановившись перед источником.       — Это не очень хорошо, сын мой, — заметил священник, взглянув на Джаса светлыми и проницательными глазами, словно видел его жалкую и гнилую душу насквозь. — Как давно ты исповедовался?       Этот вопрос застал мужчину врасплох, но вместо того, чтобы сказать правду, Джаспер легко произнес, склонившись над большой медной чашей, больше похожей на небольшой фонтан, глядя на свое отражение в водной глади.       — На прошлой неделе, пастор, — он замолчал, а затем протянул мужчине крестик, наблюдая за тем, как священник окунает его в святую воду.       Пастор не сказал ни слова, но по его сочувственному взгляду было ясно, что он распознал ложь. От этого Хейлу стало немного стыдно, поэтому он так и не решился взглянуть мужчине в глаза, даже тогда, когда он прочитал молитву и вложил мокрый крест в его раскрытую ладонь. Поблагодарив пастора за помощь, Джаспер зажал крест в кулаке, а затем двинулся прочь из церкви, успев увидеть краем глаза, что священник перекрестил его на прощание.       Выйдя на улицу, Джас раскашлялся, а затем зашипел, поняв, что крестик слишком сильно впился в его ладонь, отчего там остались красные следы. Что за чертовщина? Из-за чего он так разнервничался? Зачем соврал про исповедь?       В приступе легкой паники, он тут же завязал веревочку на шее, пряча крест под футболкой, легко похлопав себя по груди, ожидая, что его сейчас поразит молния или вроде того, потому что он чертов богохульник, который пришел в церковь за помощью, но в последний момент зачем-то соврал и не принял её. К тому же, он ни разу не перекрестился и не окунул пальцы в святую воду, что можно было расценивать, как признак неуважения.       Стараясь не думать об этом, Хейл вновь нырнул в метро и отправился в неблизкий путь до дома Виктории, которая, как и сам Джас, жила в Бронксе, что было приятно, ведь они, как выяснилось, жили совсем недалеко друг от друга.       К тому моменту, как Джаспер вышел из метро на Нью-Йорк опустились прохладные, но приятные сумерки, которые должны были плавно перетечь в ночной покров через пару часов. Он ещё раз перепроверил адрес, отметив, что на часах уже девять часов вечера — поздновато для визитов, но Виктория, вроде как, была ничем не занята, что было странно, учитывая то, что сегодня был вечер пятницы.       Остановившись на первом этаже перед темно-зеленой входной дверью с нужным номером, Хейл позвонил в звонок, после чего дверь почти сразу же распахнулась, отчего он вздрогнул, так как не ожидал такой быстрой реакции от Викки.       — Привет! Я уже думала, что ты передумал, — с легкой усмешкой произнесла девушка, возникшая на пороге.       Виктория была одета в потертые джинсовые шорты и белый топ с бахромой и какими-то бусинками, большей подошедший кому-нибудь из тусовки хиппи. Пожалуй, девушке не хватало только венка из свежих цветов на голове, и тогда бы она точно вписалась в эту компашку.       Джаспер немного опешил, потому что ему никогда не доводилось видеть Викки где-то, кроме бара, где она, в большинстве случаев, была одета в эту странную красно-желтую форму, которая скрывала всякую индивидуальность.       — Нет, я просто застрял в метро, — проворчал он, заходя в квартиру, прикрыв за собой дверь.       В нос мужчины тут же ударил запах каких-то трав и цветов, будто бы он попал в какой-нибудь ботанический сад, а не в обычную съемную квартирку в Нью-Йорке.       — Проходи на кухню, я как раз заварила чай с мятой и мелиссой, ты ведь не против? — спросила его знакомая, удаляясь из прихожей в помещение, где горел свет.       — Да-да, конечно, спасибо, — торопливо ответил Джаспер, а затем последовал за ней, как только разулся.       Он мельком успел рассмотреть темную комнату, которая, предположительно, служила и спальней и гостиной, как и в его квартире. Почти везде стояли растения в горшках, заполняя большую часть пространства и источая те самые запахи, что наполняли квартиру. Создавалось ощущение, что Викки была садоводом, а не официанткой, хотя, у людей бывают совершенно разные хобби. Внезапно из темноты что-то бросилась Джасперу в ноги, отчего он выругался, сделав шаг назад.       — Черт!       — Что такое? — поинтересовалась девушка, выглянув с кухни, отчего ее кудрявые рыжие волосы будто бы вспыхнули на свету, блестя, как расплавленное золото. — А, это Джеймс. Назвала его в честь придурка-бывшего до того, как мы разошлись. Он такой же идиот, как и его тезка.       Кот с красивой песочной шерстью и хитрыми зелено-желтыми глазами перевернулся на бок, нервно дергая хвостом. Он явно наблюдал за ногами Хейла, думая, что это его новая игрушка.       — Какая… прелесть, — с сомнением протянул мужчина, осторожно двинувшись в сторону кухни, опасаясь повторного нападения, но оно не состоялось, потому что Викки шикнула на питомца, отвлекая его внимание.       Кухня оказалась совсем маленькой, но уютной, потому что везде была деревянная мебель, отчего комната казалась очень светлой и безопасной. Джаспер молча присел на один из деревянных стульев, покрытых милой вязанной накидкой для того, чтобы сидеть было не так жестко. Его взгляд скользнул по потолку, так как от одной стены до другой была натянута веревка, на которой сушились различные травы. Это было так странно, что, должно быть, Виктория заметила его остекленевший взгляд, поэтому произнесла, неловко рассмеявшись.       — Знаю-знаю, кухня вообще выглядит крайне странно, но квартира сдавалась вместе с мебелью, поэтому я даже не стала ничего менять, да и, признаться, у меня нет денег на новый кухонный гарнитур и все такое, а хозяйка — милейшая бабуля, ужасно дорожит всем этим деревянным старьем.       — А гербарий под потолком — это тоже её рук дело? — стараясь перевести все в шутку, спросил Хейл, с благодарностью принимая чашку чая из рук девушки.       — Нет, это уже моя инициатива, — на этот раз без тени смущения сказала Викки, усаживаясь на соседний стул, подогнув под себя одну ногу, всем своим видом демонстрируя то, что ей комфортно так сидеть.       — Только не говори, что это все нужно для каких-нибудь магических штучек, — Джас нервно рассмеялся, размешивая крупинки сахара, которые были отлично видны в почти что прозрачной, светло-зеленой жидкости.       — На самом деле, я не делаю ничего такого уж невероятного, — отмахнулась от него Виктория, скрывая улыбку за огненной волной волос.       — И это говорит девушка, которая знает кучу всего про ведьм, их ковены, обряды и разные травушки, — подколол её Хейл, делая глоток горячего чая, который приятно согрел его тело.       В этот момент Джаспер вдруг понял, что он знает только одну из сторон жизни Виктории, ведь он никогда не встречался с ней за стенами бара, где, в конце концов, было её рабочее место. На секунду ему даже стало стыдно, что они с друзьями не воспринимали её увлечение мистикой серьезно, смеясь над байками девушки. Всё это казалось им ребячеством, в которое не должна верить такая персона, как Викки, да и вообще никто не должен, разве что, дети. Проблема была в том, что, похоже, какая-то чертовщина все-таки существовала, сколько бы они это не отрицали.       — Это не такие уж секретные знания, Джас. Ты просто никогда не интересовался лечебными свойствами природы, которая тебя окружает, — уклончиво отозвалась Викки, поставив полупустую чашку на деревянный стол, отчего там тут же остался мокрый след— Ой, прости, совсем забыла. У меня же есть пончики, надеюсь, ты не сидишь на диете?       — Нет, я же не Эмметт, которого Роуз ограничивает в еде, поэтому он просто приходит в бар, где заправляется пиццей и пивом, а потом удивляется, почему это ему стала мала очередная майка, — беззлобно съязвил Джаспер в ответ, чем вызвал у рыжеволосой смех.       Она, само собой, знала их всех, как облупленных, потому что их компания была одними из главных завсегдатаев «Бухенвальда», принося в кассу львиную долю дохода. И почему только они, почти каждый вечер, просиживали там, потягивая алкоголь и объедаясь пиццей? Неужели их всех настолько тяготили их жизни, что к концу дня они не могли терпеть привычный уклад, поэтому бежали от своих девушек и обязанностей под надежные стены бара, где могли расслабиться? Если это было так, то, может быть, им всем пора было что-то изменить, потому что они были несчастны?       К счастью, Виктория не позволила Хейлу всерьез задуматься над этим, потому что поставила перед ним пластиковый контейнер с пончиками, покрытыми шоколадной и карамельной глазурью.       — Ого, это что, пластик? Я думал, что если у тебя весь дом в цветах, то ты — эко-активистка, которая агитирует всех жителей подъезда сортировать мусор, использовать только бумажные пакеты и так далее, будто ты местный Ядовитый плющ*.       — Только не говори мне, что ты не сортируешь мусор, — сдерживая очередной смешок, протянула Виктория, откусывая кусочек пончика.       — Если это так, то, что ты сделаешь? Отравишь меня с помощью какой-нибудь ядовитой травы? Или ты уже заварила отравленный чай? — Джас продолжил острить, наблюдая за тем, как девушка едва сдерживается от того, чтобы не засмеяться во весь голос.       Ему казалось, что шутки как-то разряжают обстановку, да и, на самом деле, он жутко нервничал, поэтому нёс какую-то полную чушь. Скорее всего, завтра он пожалеет об этом, но это будет завтра.       — Ты сейчас заболтаешь меня, и я забуду отдать тебе обереги, — наконец-то произнесла она, после того, как закончила смеяться.       — Я, конечно, не спец в этом всем, но разве можно носить крест и какие-то ещё штуки одновременно? Вдруг они будут перебивать действие друг друга? — громко спросил Хейл, так как Виктория встала и отправилась в соседнюю комнату. После чего он добавил, пробурчав себе под нос. — Если они вообще будут действовать.       Он старался не отталкивать девушку от себя, демонстрируя то, что раз он обратился к ней за помощью, то больше не собирается потешаться над ней, а хочет довериться, но это было так сложно, ведь насильно поверить в какие-то магические проявления было нельзя, это же касалось и веры в Бога.       Викки вернулась буквально через пару минут, неся в руках средних размером ловец снов и что-то еще, зажатое в кулаке.       — Можешь не переживать об этом, ведь в оберегах нет ничего необычного. Это просто различные дары природы, подобранные специально под тебя.       — Под меня? Что это значит? — глупо поинтересовался мужчина, доедая пончик и допивая чай.       Виктория вновь села на соседний стул, а затем отодвинула чашку и пончики в сторону, чтобы разложить на столе коричневый ловец снов с желтыми перьями, свисающими на нитях и странный кожаный браслет.       — Из фейсбука я узнала твою дату рождения, а, следовательно — знак зодиака и животное, в год которого ты родился. Пришлось немного повозиться с нумерологией, чтобы выяснить удачные для тебя числа и, вуаля, защитный оберег готов. Никакой магии вне Хогвартса, как видишь.       Пока Викки говорила о каких-то совершенно неведомых Джасперу вещах, она потянулась к его руке, чтобы примерить браслет. Он состоял из небольших деревянных бусин, прохладного темно-коричневого камня посередине и кожаных завязок, за которые нужно было потянуть, чтобы затянуть его на запястье.       — Нумеро… что? — переспросил мужчина, задумчиво рассматривая браслет, который смотрелся необычно на его бледной и худой кисти. Последний раз Джас носил что-то отдаленно похожее на браслеты еще в средней школе, когда в моде были напульсники.       — Нумерология. Если говорить совсем по-простому, то это магия чисел, заключенная в твоем имени, фамилии, дате рождения, — рыжеволосая хотела было продолжить, но осеклась, видя, что Хейл находится в ступоре. — Не вникай так сильно, а то мозги задымятся.       — Сделаем вид, что я всё понял, но, на самом деле, я ничего не понял, — честно признался мужчина, откинувшись на твердую спинку деревянного стула, продолжая рассматривать новый аксессуар на своей руке.       Следующие полчаса девушка пыталась объяснить ему, почему она выбрала те или иные материалы для браслета. Честно говоря, Джаспер так и не понял, каким образом она поняла, что его дерево — это дуб, а камень — сардоникс, о котором он даже никогда не слышал до этого момента. По её словам, браслет должен был принести ему удачу, потому что в нем гармонично сочетались все природные компоненты, а ловец снов должен был сделать его квартиру уютнее и избавить Хейла от кошмаров. Всё это, конечно, было очень мило, но выглядело так, будто он попал к какой-то шаманке, сошедшей с экрана телевизора. Тем не менее, Виктория не казалась безумной и фанатичной ведуньей, которая старалась заставить всех окружающих поверить в то, чем она занимается, что, признаться, подкупило Джаса, ведь он находился в незавидном положении.       Уже, будучи на пороге, завязывая шнурки своих кроссовок, он вдруг спросил:       — Кстати, а откуда ты знаешь про этот ковен, связанный с какими-то там черным цветами?       Свет падал на лицо Викки так, что оно, особенно при взгляде снизу-вверх, выглядело зловеще.       — Мне довелось общаться с парой представительниц из этой компании, когда они пришли на… — она осеклась, замолкнув на пару секунд, явно подбирая слова. — На сходки, куда я хожу.       — То есть, на шабаш? — уточнил Хейл, выпрямляясь, чтобы заглянуть в лицо Виктории.       Его полные губы подрагивали в какой-то нервной улыбке, но это не по той причине, что он смеялся над ней. Он просто был в легком ступоре от того, что действительно решился обратиться к ней за помощью и теперь стоит в коридоре странной квартирки, держа в руке пакет с ловцом снов, который будто бы и правда должен был помочь.       — Я бы так не назвала данное мероприятие, но, если тебе хочется, то пусть будет шабаш, — фыркнула девушка, скрестив руки на груди. — Ты ведь больше не собираешься видеться с этой девицей?       Почему-то слово «девица» так забавно и презрительно прозвучало из уст Виктории, что Джаспер рассмеялся, чем заслужил обеспокоенный взгляд.       — Я ведь не хочу умереть, так что, нет, не волнуйся, — успокаивающе произнес он, легко приобняв девушку на прощанье. — Спасибо за браслет и ловец снов, жаль, что ты не взяла за них денег, мне как-то неловко.       — Не переживай, можешь дать мне побольше чаевых в следующий раз, — отмахнулась рыжеволосая, легко приобняв мужчину за плечи, обдав его усилившимся запахом трав и меда.       Попрощавшись, Джас вышел из квартиры, а затем неторопливо побрел прочь из подъезда, окунаясь в прохладную Нью-Йорскую ночь, освещенную множеством огней. С его губ не сходила дурацкая кривая улыбка. Он соврал. Опять. Конечно же он собирался увидеться с Беллой, но не для того, чтобы трахнуть её, а для того, чтобы вывести чертовку на чистую воду. Если только она не угробит его раньше, но было похоже, что она не собирается этого делать, по крайне мере, пока что.