Do I wanna know?

Приборы издавали неприятный звук, не давая сосредоточить мысли. Взгляд метался по палате, но, будто против воли его хозяина, не мог сфокусироваться на единственно-важном для него во всем мире. Ева лежала на больничной койке, из ее рук тянулись многочисленные трубки, рядом, на высокой тумбе, покоилась уже ненужная кислородная маска. Все это вызвало у Криса чувство дежавю: словно несколько жизней назад она тоже была здесь, но могла говорить и держать его за руку, обещая, что будет бороться, что не сдастся так легко. И все это обернулось лживой иллюзией, потому что тогда казалось, что хуже уже быть не может. Его руки тряслись, он не мог поверить, что Бог, наконец, услышал его молитвы. Услышал и пощадил его грязную душу, вернув ему Еву. Крис рухнул на колени возле нее, аккуратно взяв холодную ладонь девушки в свои горячие руки, стараясь не задеть катетер. Слезы стекали по щекам, но впервые ему было совершенно все равно. Весь мир сузился до размеров этой палаты. -Неужели ты думала, что я позволю тебе вот так просто уйти? Глупая, черт возьми, какая же ты глупая. Я чуть с ума не сошёл, понимаешь? Готов был разнести все, убить каждого человека, который не верил, что ты вернёшься. Это была самая ужасная неделя в моей жизни, Ева.-он уткнулся лицом в простыню, тяжело дыша, даже не пытаясь бороться с эмоциями.-Когда я увидел тебя в той ванной, увидел твое безжизненное тело в крови, клянусь, мне казалось, что я сойду с ума. Понимаю, тебе казалось невозможным пережить случившееся, что это был твой единственный выход, но я так зол на тебя, любимая. Так зол, что ты решила бросить меня вот так, совершенно не подумав, как мне жить одному, без тебя. Ты же знаешь, я-законченный эгоист. Ни одна сила в мире, даже сама смерть, не отнимут тебя. Ничто и никогда, слышишь меня? Я знаю, что слышишь. Когда ты поправишься, мы уедем отсюда. Покинем этот чертов город и больше никогда не вернёмся, сжигая мосты из плохих воспоминаний. Мы заживём прекрасной жизнью, у нас будет квартира с панорамными окнами на четырнадцатом этаже, с огромным белым ковром и целым шкафом, в котором будет храниться твой кофе. Все как ты хотела. Ева, послушай меня очень внимательно: мы все исправим, склеим, соберём по частям, и будет ещё лучше, чем до всего этого дерьма, что с нами приключилось. Только пожалуйста, поправься. Вернись ко мне, и я подарю тебе целый мир. Прошла, казалось, целая вечность, но он и не думал покидать эту палату, все также сидя на коленях возле неё. Он слышал приглушённые голоса за дверью, знал, что абсолютно каждый находящийся там человек хочет зайти сюда и побыть с Евой, но не мог сдвинуться с места. Подобно Антею, черпающему свою силу из земли, Крис тоже наполнялся силой, которую давало ему лишь одно нахождение рядом с ней. И он знал, чувствовал, что ей тоже становится лучше. Потому что нет ничего невозможного, когда ее рука покоится в его. На улице была уже глубокая ночь. Палату освещала лишь большая лампа, стоящая в самом углу. Шистад неустанно молился, шепча какой-то несвязный бред. Но ведь сила же не в словах, а в чистоте мыслей, так? Крис почувствовал, что его ладонь слабо сжали. Он ошалело поднял голову вверх и замер: ее глаза, чуть приоткрытые, смотрели прямо на него, раздирая душу. Она не моргала, просто смотрела, тяжело дыша. -Я умерла?-хрипло, еле слышно прошептала Ева. Его дрожащие пальцы коснулись лица девушки, будто пытаясь проверить реальность настоящего. В носу предательски защипало, а взгляд заволокло пеленой. -Дурочка, разве я мог позволить тебе умереть? *** -Почему? -Что? -Почему именно Стокгольм, Крис? -Для меня там есть работа, а для тебя школа и прекрасный университет. В конце концов, этот город не так уж плох, ты не согласна? -Да, ты прав. Прошло два месяца с тех пор, как Еву выписали из больницы. Горы таблеток, бесконечные психологи, реабилитация-все это нависло над ними, словно грозовые тучи. Но у Шистада в голове не было и мысли жаловаться: Ева была рядом, она жива, а он, в свою очередь, приложит все усилия, чтобы снова возродить в ней желание жить. И, надо признать, пока парень очень в этом преуспевал. Первые несколько недель были сущим кошмаром. Ева каждую секунду сожалела о том, что ее спасли, что ей снова пришлось вернуться, а желание закончить начатое было на столько сильным, что от этих мыслей кровь зудела в организме, прогоняя мерзкий яд. Она отталкивала от себя каждого человека и готова была поклясться, что каждый из них уже устал от неё. Все, но не он. Кристофер терпеливо сносил каждый ее выпад, в его взгляде не читалось осуждение, лишь безграничная любовь и забота. И однажды, проснувшись ночью от ощущения пустоты возле себя, Мун тихо спустилась в гостиную в поисках Криса. Он сидел на полу, а в его руках были фотографии, подаренные ею на его День Рождения. Парень трепетно перебирал каждую из них, подолгу рассматривая. Его поза, его взгляд и движения-все это выражало такую нежность, что она заплакала. Шистад вздрогнул, вскочив на ноги. -Что случилось?-голос был полон страха, а Ева прижалась к нему, вцепившись руками в белую майку. Вдруг вся тяжесть того, что она сделала обрушилась на плечи. Она осознала, чего могла стоить ему ее смерть. Предоставив на секунду, что это он решил покинуть ее таким образом, ужас парализовал каждую частичку тела. Мун не смогла бы без него. Так же, как и он без неё. -Прости меня, прости, что так поступила с тобой. Мне так стыдно. Боже, прости меня, Крис.-шептала девушка, задыхаясь от собственных слез. -Все хорошо, малышка. Сейчас все хорошо. Ты со мной, и это главное.-он крепко прижал ее к себе, вдыхая запах волос, наслаждаясь теплом хрупкого тела. Живая. -Обещаю, все будет хорошо. Я больше не сдамся, никогда. Чтобы не произошло, Крис, я буду бороться. Я люблю тебя. -Я тоже люблю тебя, Ева. Один Бог знает, на сколько. И она правда приложила все усилия, чтобы исправить все. Исправно выполняла указания врачей, старалась уделять должное внимание Нуре и своему отцу, который теперь являлся неотъемлемой частью ее жизни. Но все свою заботу и любовь она дарила лишь Кристоферу, который прошёл с ней через семь кругов ада, но позже они оба возродились из пепла, чтобы начать все сначала. И когда Шистад объявил ей, что они переезжают, Ева и не думала протестовать. Прошлое навсегда осталось в прошлом. Там ему и было самое место. Впереди их ждала жизнь в Стокгольме, полная бытовых проблем, кучи домашнего задания для Мун и выгодных сделок для Кристофера. -Ты очень тихая сегодня. Жалеешь, что мы уезжаем?-он плавно вёл машину, искоса поглядывая на девушку. -Ни капли. Просто я немного взволнована. Но знаешь, мне все равно, куда мы уедем. Лишь бы ты всегда держал меня за руку. Крис крепко сжал ее прохладную ладонь в своей свободной руке, а затем поднёс к губам, нежно целуя костяшки пальцев. -Момент, когда ты вошла в ту гостиную, одарив меня высокомерным взглядом, разделил всю жизнь на ''до'' и ''после''. -он усмехнулся, вспоминая, какой маленькой занозой она ему тогда казалась.-И я всегда знал, что в конце концов, все так и закончится: ты и я в этой машине, безумно влюблённые едем на встречу новой жизни. И клянусь, я сделаю все, чтобы ты была счастлива и никогда не пожалела о своём выборе. -Это не конец, Крис. Все только начинается. -Я люблю тебя, ты же это понимаешь? -И я тебя. Думаю, ты уже тоже об этом догадался. Вдали виднелось здание аэропорта, а на горизонте маячила новая жизнь. Эта жизнь не будет лёгкой, но какая, в сущности, разница, если ее рука покоится в его?