Я утону в тумане твоих глаз

***

POV Гарри

      Вот и конец пути - дверь профессора Северуса Снейпа.       — Доброй ночи, сэр, — сказал я напоследок, перед тем, как развернуться и идти по направлению к комнатам Гриффиндора.       — И Вам, мистер Поттер, — услышал я в след. От этого пожелания на ночь совсем спать перехотелось. И сердце ускорило ритм. Да что же, черт возьми, происходит?       Дойдя до портрета-двери, я еще минут пятнадцать топтался перед ней, не решаясь войти.       Да что я как маленький ребенок? Я же ничего не делал страшного, противозаконного или неправильного. М-да. Таланта самовнушения у меня определенно нет. Хотя я и правда ничего такого не делал, но что-то все равно не дает со спокойной душой зайти в гостиную. Блять. Бесит. Это все Рон виноват. Из-за него я теперь чувствую себя неуютно.       — Гарри? Чего не заходишь? — обернувшись в сторону лестницы, я заметил, что по ней поднимается Полумна. Она улыбнулась мне в знак приветствия, так искренне, что невольно я сам улыбнулся ей в ответ. — Тебя что-то мучает, Гарри? — всегда поражался ее силе понимать, что происходит с человеком, даже когда это увидеть почти невозможно.       — И тебе привет, Луна. Да вот думаю обо всем, что накопилось, раскладываю по полочкам, так сказать, — с долей какой-то странной неловкости я ответил.       — Гарри, не нужно волноваться зря о том, чего еще не случилось. А на то, что уже произошло нужно смотреть с позитивом. Ведь каждый день — это новый урок, не так ли? — вроде, такие умные вещи говорит, но взгляд все равно остается детский, устремленный в розовые дали.       Хотя она почти ничего такого и не сказала, но порой маленький бред хорошей подруги помогает. Вот как сейчас.       Войдя в гостиную Гриффиндора, я застал своих друзей мирно сидящими, в обнимку на диване, возле камина. Для меня это было уже не в новинку. Гермиона и Рон, как я понял, начали друг другу нравится еще с третьего курса, но признаться смогли лишь в конце четвертого. После осознания того, что Темный Лорд воскрес. Ну, и с тех самых пор они вместе. От этого ничего не изменилось, почти. Но мне все-таки повезло, теперь подруга больше лезет к Уизли, а не ко мне.       — Гарри! — воскликнула Грейнджер.       — Друг, ты где так долго ходишь? Мы уже собирались идти тебя искать. Путь в подземелье и обратно занимает минут пятнадцать, но не час, — причитал Рон, который бы и за четыре часа оттуда не выбрался.       — Я просто решил прогуляться, — фиговая отмазка, знаю, но это не так уж и плохо, вроде поверили.       — Ладно, завтра история магии и нумерология стоят первыми, нужно подготовиться, — наша песня хороша, начинаем ее с начала.       — Ну уж нет, Герми, сейчас глубокая ночь. Идем спать, солнышко. Не встанем же, — задобрить, чмокнуть в щечку и смыться пока не опомнилась. Гениально, друг мой! Сколько бы лет не прошло, а всегда срабатывает.

***

      Глубокий и густой лес. Я зашел слишком далеко. Ничего не видно. Лишь темнота, поглощающая все на своем пути темнота. Из нее нет выхода. Я здесь навечно. Навсегда в этой пустоте, что медленно и мучительно втягивает меня в свой мрак. Помогите, прошу. Мне нечем дышать.       — Нет! — тихо прикрикнул я. Ошарашенно начинаю вертеть головой из стороны в сторону, и мельком замечаю темную фигуру в углу комнаты. Быстро хватаю очки, включаю лампу на тумбочке, но никого там больше нет. Причудилось наверное, просто не отошел еще от сна. Снимаю очки, выключаю свет, и снова ложусь спать. Снова в эти вечные кошмары, которым нет ни начала, ни конца. Это мой личный ад, с моими чертями и темным омутом. Но, я не герой из сказки про любовь, спасение не придет, мою боль никто не разделит. Ни к чему эта сентиментальность. Мы живем в реальности, а она порой очень суровая. И с мыслями о тщетности бытия, я заснул. Хотя совсем не на долго.

***

      — Поттер, блять, подъем! Харе спать! — кричал во всю Симус. — Если из-за тебя я снова получу нагоняй от Минни (Минерва), то ты труп, понял? — немного пихнул для полного осознания дел Финниган.       — Понял, понял, встаю, — и так каждый день. Как на заевшей пластинке, все начинается заново.       Собравшись, мы с Роном стали ждать Герми в гостиной, пока народ медленно и сонно начал продвигаться в сторону Большого Зала. Когда она вышла, перекинувшись парой стандартных фраз, мы также пошли на завтрак. Но того, что там пришлось услышать, не ожидал никто из нас троих.       — Дорогие ученики, с добрым утром и прошу внимания! — усилив голос с помощью палочки говорит Дамблдор. — С сегодняшнего дня у нас в школе новый преподаватель «Истории магии и волшебного мира» — мистер Киллиан де Волкан. — И пред нами встал тот человек, который буквально вчера еще звался — Салазар Слизерин. Шоку не было предела.       — Также мы произвели замену по «Нумерологии» и «Древних рунах», что теперь также будет вести мистер де Волкан. Прошу, скажите пару слов учащимся, — предложил нынешний директор.       — Конечно, профессор, — после этих слов мужчина отвел взгляд от Дамблдора и стал сурово смотреть на всю аудиторию. Но заметив меня, задержал свой взгляд, еле заметно ухмыльнулся и начал свою речь.       — Уделите мне всего пару минут. Надолго вас не задержу. Я лишь хотел сказать, что рад преподавать в Хогвартсе, таким одаренным детям, как Вы. Надеюсь, что с многими мы сможем найти общий язык и обучение не станет для Вас пыткой, а для меня мучением. От Вас требуется выполнение заданий, внимание и уважение, если уж не ко мне, так к предмету, который важен для Вас в будущем. Ну что ж, всем продуктивного дня, — слегка кивнув головой, Киллиан ушел садиться за стол. И все продолжили есть, попутно обсуждая нового преподавателя.       — Гарри, Гарри! — тормоша звала меня Герми.       — Да?       — Что с тобой? Ты как в воду опущенный, — напрягся Рон.       — Да так, ничего, идем на историю магии, а то не хочется злить нового преподавателя, — быстро собравшись мы двинулись на занятие.       Дойдя до кабинета, мы стали ждать начала занятия, как вдруг ко мне в руку смертельной хваткой вцепилась Джинни.       — Гааарриии, — так сладко протянула Джин, что стало аж противно. — Ты же сядешь со мной на уроке? — смотря невинными глазками она спросила. Ну да, а как же, невинный. Не нужно из меня невесть кого делать, я знаю, как ты с Дином зажимаешь в углах и как один раз вас обоих не было в комнатах всю ночь. Но играть нужно до конца.       — Прости, Джинни, я уже пообещал Рону, — ничуть не соврав я ответил.       — Ну ладно, — обиженно ответила актриса.       — Все за мной, — громко сказал Киллиан быстро проходя мимо нас в кабинет. Прям Северуса Снейпа напомнил. Брр.       Весь урок у меня с профессором проходили какие-то странные перепалки взглядами. То он смотрел неотрывно, явно о чем-то думая, то я, не понимая, почему меня так сильно тянет к человеку, которого я не знаю. И плевать, что я видел в видении, до этого же еще дожить нужно. И я даже не заметил, как при вспоминании видения покраснел, чем вызвал недоумение на лице Киллиана.       После звонка я больше не ощущал на себе его пронзительных глаз и мне этого даже не хватало как-то. Остальные занятия прошли будто в трансе и я не заметил, как закончился ужин и прозвенели часы оповещая, что уже время отбоя.       Очень долго ворочась в кровати и думая о профессоре, решил, что пора пойти проветриться, ибо такими круть-верть сейчас всех разбужу. Натянув мантию-невидимку, я пошел по направлению к Астрономической башне, ведь только там можно было спокойно подумать обо всем, что произошло.       Но мое уединение было нагло прервано тем, что на башне уже кто-то был. И был никто иной, как профессор Киллиан.       — Здравствуйте, профессор, — переминаясь с одной ноги на другую, я все ждал, когда меня отчитают и отправят спать, при этом сняв десяток баллов.       — Здравствуй, Гарри, — от того, как он произнес мое имя, по спине пробежала стая мурашек, а в паху ощутилась странная тяжесть. — Присоединяйся.       — Спасибо, — молча подойдя к перилам, стал наблюдать за прекрасным пейзажем, что открывал нам Хогвартс. Простояв так некоторое время, я и не заметил, как стало светать. И с приходом в себя, понял, что замерз и весь продрог. Как вдруг, меня сзади укутали в теплый серый плед, а в руки всунули чашку с ароматным зеленым чаем.       — Согрейся, а то замерз ведь, а я уже пойду, — сказал как бы на прощание профессор. Но его взгляд. Так не смотрят на просто ученика, он слишком нежен. Он слишком ласков, чтобы ничего не значить. И я решился.       — Вы ведь тоже знаете? — Боже, что я творю? Точно бессмертный.       — О чем? — на его лице не было удивление, лишь… облегчение?       — Что мы с Вами связаны самой Судьбой и нам суждено быть вместе, — все, заказывайте гроб, я умираю. Сердце не бьется. Секунды в ожидании ответа тянутся в вечность и я сам не ожидал, что боюсь отрицательного ответа или еще чего хуже, что он оттолкнет меня. Блять, о чем я думаю?       — Да, знаю. Выходи за меня.