Мой огненный принц

- Бабушка, что это? - мальчик восхищенными глазами смотрел на маленькое неброское колечко с непонятными символами у себя на пальчике.- Какое красивое. Оно ведь теперь мое, да? - не унимался малыш, подставляя ладонь к солнцу и продолжая вертеть руку и так и сяк, чтобы лучше рассмотреть. - Да, Бэкки, теперь оно твоё,- бабушка мальчика добродушно улыбнулась внуку и протянула ему руку.- Нам пора домой, мама будет волноваться. - Да, идем, - мальчик последний раз оглядел идеально сидящее колечко на пальце и, конечно же, не взял бабушку за руку, а как обычно разбежался и покатился кубарем по пологому холму вниз по душистой зеленой траве, застилающей все вокруг. Бабушка лишь всплеснула руками и поторопилась за внуком. Мало ли что учудит этот маленький проказник. Вот только мальчик, увлеченный своим колечком, не заметил в уголках глаз бабушки капелек влаги, и это было вовсе не от слепящего солнца глаза...

***

Несколько лет спустя... - Бэкхён, Бэкки, помоги нам...прошу. Мы не справимся без тебя...Ты должен нам помочь. Бэкки... - Нет, нет, нет! Хватит, пожалуйста, я больше не вынесу этого, - молодой парень подскочил на кровати в холодном поту, яростно терзая волосы на голове.- Хватит, хвааатит! - он отыскал подушку на другой половине кровати и стал вымещать на ней всю свою злобу, страх, рыча и ударяя по ней кулаками. Это помогало. Помогало успокоиться и прийти в себя. Выбить все свои силы, чтобы ослабшей куклой повалиться обратно на кровать. Как же ему хотелось выспаться, хоть раз. Как нормальный человек. Не просыпаться посреди ночи в жутких агониях, не кричать на весь дом от страха и не слышать их...не слышать этих голосов, что уже на протяжении всей жизни преследуют его, не видеть этих снов. Бэхён очень хорошо помнит тот момент, когда это начало происходить с ним. Когда его мир перевернулся с ног до головы, смачно заехав кулаком под дых и выбив привычный уклад его жизни. Тот момент, когда он перестал быть ребенком, верящим в сказки и любящим сны. Кольцо. Он точно уверен, что все прелести его жизни начались именно с него. Тот роковой день, когда холодный металл обвил тоненький пальчик его руки, и не было пути назад. Не было права отказаться. Он был слишком глуп и доверчив. В тот день ему впервые приснилось это. Какой-то непонятный мир в красных тонах. Там не было солнца. Только красное небо. Оно будто светилось изнутри цветом крови. На утро мальчик почти ничего не вспомнил и решил не забивать себе голову, как он тогда считал, какой-то ерундой. Около недели ему больше ничего не снилось. А тот сон вовсе улетучился из головы. Но затем снова это ужасное небо, только оно стало черным с расплывающимися красными каплями, будто на воду капнули акварель. И кругом темнота. Только на фоне красных пятен видны очертания темных стволов деревьев...таких же черных. На утро Бэкхёну стало страшно. Место на коже под кольцом будто горело огнем, казалось, что раскаленный металл обжигал кожу, уже доказывая, что это не просто сновидение. Он точно был уверен, что это один и тот же сон, только это продолжение того первого кусочка, и что-то ему подсказывало, что это не конец. Затем через несколько дней ему приснился снова этот сон. Бэкхён слышал крики, такие жалобные, что хотелось забиться в угол и заткнуть уши, чтобы только не слушать этих отчаянных воплей о помощи. И наступило затишье. Ему больше ничего не снилось. Бэкхён смог снова ощутить себя нормальным человеком без голосов в голове и странных снов. Прошел год и мальчик уже давным давно забыл про это. И продолжал жить своей детской, беззаботной жизнью. Но спустя год он снова увидел это.Продолжение сна... Люди, очень много людей. Они были одеты в странные одеяния, прямо как у добрых волшебников из сказок, которые ему читала бабушка. Только мальчик знал, что эта не сказка, совсем не сказка. Сказки не могут быть такими злыми. Они что-то шептали, подняв голову к небу и...прося о помощи(?). А затем все стихло. Исчезли эти странные люди, но не надолго. Вместо них пустоту разрушили вопли. Снова эти ужасные крики, и небо покрылось красным, с непонятными очертаниями существ, быстро порящих в воздухе. Огромные птицы? Это продолжалось снова три дня. И это так надоело Бэкхёну, что он решился снять кольцо, хоть липкий страх охватывал каждую клеточку его тела, покрывая мурашками кожу. Но хуже ведь не станет? Но, к большому удивлению, кольцо и не думало сниматься, оно даже не шевелилось, будто было вшито крепкими нитями намертво. - Бэкхённи, мальчик, что ты делаешь? - это не укрылось от глаз бабушки, что проходила мимо кладовой, в которой, пыхтя и скуля, ее внук пытался снять кольцо. - Бабушка, я...я, - и тут его накрыло, да так, что молчать и держать все это в себе больше было невозможно. И он рассказал про каждую деталь его снов, про каждую мелочь, и про голоса, от которых сжималось все нутро. Бабушка лишь крепко прижимала внука к себе и успокаивающе гладила по спине. - Все будет хорошо, это просто сон. Ты у нас такой впечатлительный Бэкхённи. Как и думал Бэкхён: ему никто не верит. Даже мама, которая выслушивалас большим интересом каждую его историю, состоящую на 5% из правды, ему не поверила. Хотя это ведь правда. Эти сны правдивее всех этих глупых сказок, пусть в это так тяжело поверить. Потерпи... Шло время. Бэкхён рос. Сны же из года в год становились все реальнее, а голоса надрывнее, громче и противней, до такой степени, что Бэкхён стал просыпаться по ночам и громко кричать от боли в голове. На его крики всегда прибегала бабушка и целовала в лоб. И, как по волшебству, боль уходила, исчезали голоса, кровавые сны и он мог спокойно спать дальше, будто принял быстро действующую таблетку. Вот и сейчас бабушка, как всегда прибежала на крики внука и так же поцеловала того в лоб, от чего стало снова легче.В этот раз система сбилась: сны и голоса посещали его голову уже неделю. Случилось, что он отключился по среди дня во время завтрака. В этот раз сон был намного ужаснее. Ему приснилось, что он бежит по лесу, ноги, руки, все в крови и нещадно болит, еще немного и от долгого бега Бэкхён выплюнет свои легкие. Но он останавливался, а все бежал и бежал. Оно преследовало его... Если хочешь жить - беги. - Скажи! Скажи уже, что со мной происходит!? - он не мог совладать собой, истерика била через край, от чего парень как сумасшедший раскачивался на кровати, цепляясь за волосы, которые, казалось, скоро со всем выпадут. - Тише, Бэкхённи, тише, - ласковый и успокаивающий голос ласкал слух, а теплые и морщинистые руки гладили по спине. И становилось спокойней, не так страшно. Теперь он не в том чертовом лесу, а дома, с бабушкой. Женщина за это время привыкла ко всем нападкам внука и научилась успокаивать того. А Бэкхёна это изрядно бесило. Бесило то, как женщина ведет себя с ним. Так, как будто ничего не происходит, и это все обыденные вещи, такие как старость или потребность в еде. Будто каждый через это проходит. Но это ни черта ни так. - Не могу так больше... - Бэкхённи, это просто сны. Бэкхёну было восемнадцать. До его дня рождения оставалось совсем ничего, около двух недель. Он не ждал этот день. Хотя любой на его месте бы вопил и прыгал от счастья. Ведь совершеннолетие ждут все. Тот момент, когда открываются самые запретные и сладкие плоды, новые ощущения. Новая жизнь. Все новое. Но парень знал, что этот день рождения будет таким как и все остальные. Опять головные боли, ужасные сны и бабушка, что испечет внуку любимый торт, от которого его уже давно тошнит, но сказать боится. Его тошнит от этого замкнутого круга, что тугим кольцом сжимается вокруг парня который год.. Где же его родители? Мама умерла два года назад. Смерть близкого человека далась Бэкхёну очень тяжело. Он перестал разговаривать и запирался в своей комнате, скуля от боли. Даже головные боли не были так ужасны, как душевная. Будто там, где должно биться сердце, сразу стало пусто. Но бабушке удалось достучаться до внука и, казалось, все вернулось на свои места. Вот только от того озорного мальчишки не осталось и следа. Хотя, он перестал им быть еще тогда, когда это чертово кольцо появилось на пальце. Бэкхён забыл, когда он в последний раз улыбался и не думал о том, что будет дальше? Когда это прекратиться? А отца у Бэкки не было. Мама упорно не отвечала ни на один вопрос. А Бэкхён и перестал пытаться достучаться до матери. Ему не хотелось видеть, как она плачет после каждого упоминания об отце. Но Бэкхён и не хотел больше знать о человеке, от которого больно его маме. Он точно не умер, из этого не стали бы делать такую тайну да и нет ни одной фотографии. Значит, он просто ушел, бросив свою жену и ребенка на плечи старой бабки. Парень считал, что такой человек не заслуживает считаться его отцом. Мало зачать ребенка, его еще нужно воспитать и любить... Эту ночь Бэкхёну больше не снились сны. Его голову не сдавливали тисками голоса. Все исчезло, будто давая отдохнуть перед самым главным. Картинка собрана.