Between the Sheets

      На холме мягко дул ветер, было темно, но в небе сияла луна. Кларк сидит на капоте своего автомобиля, ждёт. Она вздохнула и прижала ноги к груди, положив руки на колени. Её голубые глаза смотрят на звёзды, наблюдая за их мерцанием, красотой и тайной, которую хранила каждая из них. Бесконечное пространство, планеты, звёзды и галактики, и из всех вещей, которые могли бы произойти, из всех вероятностей, которые правят этим миром, — она познакомилась с ней.       Кларк Гриффин не была плохим человеком, она была хорошей ученицей, она уважала своих сверстников и учителей, она слушалась свою мать. Одна ошибка. Это всё, что потребовалось, чтобы стать плохим персонажем в этой истории. Один взгляд, и она потеряла себя в зелёном с оттенками золота море. Один поцелуй, и она запомнила его навсегда.        Где её счастливый конец? Бог уже забрал у неё отца. Теперь она потеряла её.       Кларк посмотрела на часы. Уже поздно, но она не уходит, её сердце говорит ей никогда не терять надежды. Но кого она обманывает? Кларк знала, что такие истории не заканчиваются хорошо.       Её ошибка.       Она влюбилась в своего учителя.       Её грех.       Она перешла черту.       Кларк снова вздохнула; она опиралась на лобовое стекло, руки за головой, ноги вытянуты вдоль капота, глаза снова смотрят в небо. Это её реальность.       Закрыв глаза, она вспомнила тот день, когда первый раз зашла в кабинет, и она сидела там, как королева, в своём кресле. Как она могла забыть, когда моменты, проведенные с ней, были самыми удивительными за её короткие восемнадцать лет жизни. Люди не верили в любовь с первого взгляда, она тоже не верила. Тем не менее, как называется это чувство, когда ваше сердце буквально останавливается на секунду, дыхание замирает, и вы уже не знаете, живы ли вы или уже мертвы? Когда ваш желудок сводит, и вы чувствуете, как тепло разливается по всему телу, как искра проходит через вашу нервную систему, воспламеняя синапсы с миллионами нейротрансмиттеров, чтобы дать простой ответ, который в то же время безумно сложный, и вы понятия не имеете, что, чёрт возьми, происходит с вами?       Это случилось с Кларк.       — Я предполагаю, что это так и закончится, — шептала Кларк звёздам. — Но не могли бы вы выслушать меня? Позвольте мне рассказать вам, как всё начиналось… — Кларк усмехнулась: было смешно, ведь она ни с кем не разговаривала об этом, но если бы она поделилась с кем-нибудь, то это стало бы более реально и, возможно, только возможно, она, наконец, признала бы, что это — конец.       — Итак, давайте вернёмся на год назад. Это был ещё один скучный день в школе…

***

      — Дерьмо! — Кларк выключила будильник и с головой накрылась одеялом. Она не могла поверить, что уже пора возвращаться в школу, выходные пролетели в мгновение ока.       — Кларк! Пора вставать, милая, — Эбби постучала в дверь и заглянула в спальню. — Вставай, Кларк, ты опоздаешь.       — Агрх, я слышу тебя, мама, боже! — жаловалась она, но, тем не менее, села на кровати; зевая, она поднялась и медленно направилась в душ. Посмотрела на своё отражение в зеркале: растрёпанные светлые волосы, ещё сонные голубые глаза. Она сняла с себя футболку и бросила в корзину с грязным бельём.       Когда она, наконец, собралась и спустилась вниз, её родители уже завтракали. Кларк поприветствовала отца поцелуем в щёку и пожелала доброго утра матери.       Сев за стол, девушка взяла вафли и пододвинула к себе несколько яиц.       — Так когда у тебя художественная выставка? — Джейк посмотрел на свою дочь, зачерпывая ложкой кашу.       — Ах, ты знаешь, в конце семестра. Я всё ещё работаю над картиной, но не успеваю закончить, так что, думаю, мне придётся оставаться после занятий, чтобы успеть, — поморщилась Кларк.       — Убедись, что это не повлияет на другие предметы, Кларк. Это твой последний год, и ты должна учиться, если хочешь получить стипендию, — Эбби всегда была серьёзнее, чем Джейк. Всегда волновалась за её успеваемость в школе, в то время как Джейк был более спокойным.       — Тьфу, мама, остынь. Всё будет хорошо. По всем предметам у меня хорошие оценки, кроме проклятого английского: по нему я получила «С», но мисс Риверс — отстой, и её занятия скучные, — надулась Кларк, и Джейк рассмеялся.       — Ну же, Эбби, Кларк до сих пор хорошо учится.       — Меньше самоуверенности, Кларк, ты слишком много внимания уделяешь факультативам, а не основным предметам, — указала Эбби, допивая свой кофе. — У меня сегодня по расписанию две операции, так что, возможно, вернусь поздно; я оставлю деньги в банке на кухне, если вы захотите заказать что-нибудь, — Эбби собрала посуду, поставила её в раковину и пошла чистить зубы.       — Хорошо. Милая, я до сих пор работаю с Телониусом над системой водоснабжения. Я вернусь, как только смогу. Убедись, что у тебя есть ключ от дома, если я не успею к ужину, хорошо? — Джейк улыбнулся дочери.       Кларк закончила завтракать, почистила зубы и взяла свой велосипед, чтобы поехать в среднюю школу TonDC. ///       Она опоздала на десять минут. Быстро поставив велосипед на парковку, она побежала к своему шкафчику, пытаясь быть незаметной. Директор Кейн строго относился к опозданиям, а Кларк уже была в списке учеников, за которыми он следил. Не то чтобы Кларк была плохим ребенком, проблема в том, что она всегда спорила с преподавателями, чертовски раздражая их. Кларк всегда отстаивала свою точку зрения. Она просто не могла держать рот на замке.       Кларк взяла книги для первых уроков и побежала в кабинет, однако услышала голос директора Кейна в коридоре.       Дерьмо! Кларк осмотрелась вокруг, чтобы найти место, куда можно спрятаться. Она быстро юркнула за лестницу, ведущую в художественный класс, и стала ждать, когда директор пройдёт мимо неё.       — Я думаю, что вам понравится здесь, мисс Вудс, — рассказывал директор своей спутнице, показывая всё вокруг.        — Я надеюсь, директор Кейн, — сдержанно ответила женщина, идущая рядом с ним. Кларк выглянула из своего укрытия и заметила, что мужчина и брюнетка удалились на безопасное расстояние. Она кралась на цыпочках до следующего коридора, а потом побежала в кабинет.       Кларк, как можно тише, пробиралась к своему месту, чтобы не прервать занятия. Она быстро прошла в конец кабинета и села рядом со своими лучшими друзьями.       — Наконец-то ты здесь, Гриффин. Слишком много пива в выходные? — Рейвен улыбнулась подруге.       — Заткнись, это ты напилась, а не я, — прошептала Кларк.       — Заткнитесь, вы обе, пока Аня не…       — Итак, мисс Гриффин…       — Слишком поздно, — закончила Октавия.       — По-видимому, у Вас с Рейес интересный разговор, но не будете ли вы так добры объяснить классу, почему Хатшепсут сочла нужным выдавать себя за мужчину?       — Ммм, конечно, мисс Форрест. Хатшепсут хотела убедиться, что, гм, египтяне признали её как фараона, как божество. Как королева, она была бы просто женщиной, а как король, она сохраняла свою божественность, — объяснила Кларк.       Аня приподняла бровь и обратилась к ученикам:       — Да, по крайней мере, Гриффин выполнила домашнюю работу. Продолжаем урок…       Урок истории был первым. Кларк работала с Рейвен и Октавией над презентацией о Тутмосе I, Тутмосе II и Тутмосе III.       — Кстати, Кларк, — Октавия посмотрела на свою подругу, говоря шёпотом, чтобы не потревожить одноклассников, — Джаспер хочет матч-реванш Mario Kart.        — Джаспер должен играть с Монти, мне скучно выигрывать у него каждый раз, — усмехнулась Кларк.       — В нём говорит его эго, Кларк; он не может поверить, что ты победила его грёбаным Йоши, — усмехнулась Рейвен.       — Вы трое, уже выполнили своё задание, Блейк и компания? — Аня гипнотизировала трех девушек.       — Почти, мисс Форрест, я уверяю, мы сможем Вас впечатлить, — уверенно улыбалась Кларк.       — Я надеюсь, Гриффин, — Аня посмотрела на неё серьёзно, слегка приподняв уголки губ.       После истории девушки пошли на разные занятия: Рейвен и Октавия на химию, а Кларк на высшую математику. Она встретилась с Уэллсом Джаха в коридоре, когда тот доставал калькулятор из шкафчика.       — Привет, Уэллс, ты сделал домашнее задание? — Кларк небрежно облокотилась на шкафчики рядом с ним.       — Конечно, Кларк, у кого бы ты его списала, если бы не я? — высокий парень улыбнулся.       — Это то, что я хотела услышать, — довольная Кларк взяла тетрадь, которую Уэллс передал ей.       Они пошли на следующий урок. Кларк сидела в конце кабинета: она ненавидела этот предмет, но ей нужны кредиты, так что она вынуждена была смириться. Она неплохо разбиралась в математике, но была слишком ленива.       — Как дела, мистер G? — Кларк поприветствовала огромного бородатого мужчину, что-то пишущего на доске.       — Рад видеть Вас такой весёлой, Кларк. Думаю, Вам понравится сегодняшнее занятие.       — О, на самом деле, Кларк? — Уэллс взял свободный стул и сел рядом с блондинкой. — Ты знаешь мистера Густуса: чем он счастливее, тем больше пишет на доске.       Кларк открыла свою тетрадь, чьи поля были сплошь украшены эскизами и каракулями, на которые она не обращала внимания. Она с привычной быстротой списала последнюю домашнюю работу и вернула Уэллсу тетрадь.       Густус начал писать пример, в котором они должны были найти предел уравнения, в это время Кларк, опершись на локти, склонила голову на руки. Она со скучающим видом смотрела на доску и зевала, а затем стала рисовать фигуры и линии, пока громкий звонок не вернул ее обратно.       Позже она встретилась с Рейвен и Октавией в кафетерии. Подруги искали столик, когда увидели своих приятелей — Джаспера и Монти.       — Как дела? — поинтересовался Монти; он сидел рядом с Джаспером, своим лучшим другом, также они были близкими приятелями Кларк и компании.       — Аня почти отпинала задницу Кларк сегодня, на этих двоих интересно смотреть, — Рейвен положила картофель фри в рот.       — Аня ненавидит меня, я не знаю почему, — пожаловалась Кларк, откусывая бутерброд, и пожала плечами.       — Да, да, притворяйся невинной, — Октавия посмотрела на Кларк с озорным блеском в глазах.       — Посмотрите, кто говорит, — насмешливо указала Рейвен на Октавию.       — Что? — невинно приподняла брови Октавия.       — Любимица учителя. Ты боготворишь свою учительницу — Индру, — издевалась Рейвен. — Она всегда говорит об Индре и о том, какая она обалденная. Индра это, Индра то, боже, заткнись уже, — Рейвен закатила глаза.       — Ты не любишь ее просто потому, что она отстранила тебя, перестань завидовать. А что насчет мистера Вика? Ты просто обожа-а-аешь лабораторную химию, потому что её ведёт горячий учитель — Кайл Вик.       — Хорошо, заткнитесь обе, — вмешалась Кларк, — Вик — отстой, а Индра, блядь, жуткая. Я бы не хотела учиться ни у одного из них, серьёзно. И влюбиться в учителя! Фуу, нет, — Кларк снова сосредоточилась на своей еде.       — Я имею в виду, это не значит, что я хочу переспать с ним или еще что-то, — Рейвен отпила колу, а затем добавила. — Но я признаю, что он симпатичный.        — Жаль, что я не учусь в художественном классе: твоя учительница чертовски горячая, Кларк, — рассмеялся Джаспер.       — Джаспер, всё, что движется, ты считаешь горячим, — внушительно погрозила пальцем Кларк. — Да, мисс Грин весьма красива, но я восхищаюсь ее открытостью и творчеством. Она очень талантлива.       — О, только их нам не хватало, — Монти напряжённо смотрел куда-то перед собой. Кларк перевела на него взгляд, не понимая, что он там увидел, пока два парня не подошли к ним.       — Так, у нас тут крутые девушки и два идиота.       — Мёрфи, если тебе дороги твои орешки, то проваливай, — предупредила Рейвен.       — Просто иду мимо, леди.       — Финн, почему бы тебе не увести отсюда своего приятеля? — обратилась Октавия к красивому длинноволосому парню.       — Да, пошли, Мёрфи. Было приятно поболтать, Кларк, — улыбнулся Финн и ушел вместе с Мёрфи.       — Я ненавижу Мёрфи, он мудак, — вздохнула Рейвен. — Интересно, когда Финн и Мерфи стали общаться.       — А Финн сохнет по Кларк. Сейчас это было довольно очевидно. Итак, что ты будешь делать, принцесса? — Октавия смотрела на подругу с любопытством.       — Не знаю, — Кларк нахмурилась, думая об этом. — Он симпатичный, и нам весело вместе, но я не уверена, хочу ли встречаться с ним.       Прозвенел звонок, оповещающий, что перерыв закончен. Джаспер и Монти пошли на свой следующий урок, а Кларк, Октавия и Рейвен отправились к художественной мастерской, прежде чем разойтись по своим аудиториям.       — У нас будет матч в это воскресенье; думаю, что после игры мы должны собраться и посмотреть фильм или ещё что-нибудь, — предложила Октавия, вопросительно глядя на подруг.       — Да, хорошо звучит. С кем игра? — спросила Рейвен.       — «Граундерс» против «Маунтвезер». Тренер Линкольн беспощадно гоняет нас по полю. Если мы победим «Маунтвезер», то будем ближе к чемпионату, — Октавия являлась одной из самых талантливых футболисток в команде и любила играть. Она надеялась, что получит спортивную стипендию после окончания школы.       — О, это будет весело. Мы придём! Будем на трибунах болеть за команду, — подмигнула Рейвен.       Девушки подошли к входу в здание.       — Повеселись, Кларк, увидимся на английском, а после школы можем сходить в «Челнок», — Октавия улыбнулась и помахала Кларк, которая уже вошла в мастерскую.       «Челнок» — это кафе, где ученики собирались после школы.       — Да, увидимся там, — Кларк быстро направилась к своему шкафчику и достала материалы для рисования. Был только один урок, по-настоящему приходящийся ей по душе, — это урок искусства. Засунув угольную палочку в сумку, Кларк побежала вверх по лестнице, к мастерской и толкнула дверь, чтобы войти. Молодая ученица прошла прямо к своему месту и вытащила необходимые материалы из сумки.       — Добрый день, Кларк.       — Здравствуйте, мисс Грин, — Кларк улыбнулась стройной женщине, которая ходила по кабинету и контролировала ход работы. Джаспер был прав — Костия Грин была красивой: смуглый цвет кожи, как и у Рейвен, темные вьющиеся волосы, каскадом ниспадающие на плечи; она была элегантна, и Кларк уважала её потрясающие художественные навыки.       — Как продвигается твоя работа с углём, Кларк? — Костия подошла, чтобы посмотреть рисунок, над которым она работала.       Девушка достала эскизы и показала почти законченную работу. Костия внимательно смотрела на детали: тема, контур, наложение тени. Она обратила внимание на каждую мелочь.       — Выглядит хорошо, мне нравится глубина, которую ты используешь в этой области, — учительница указала ей на рисунке.       — Спасибо, я всё ещё работаю над небольшим участком здесь.       — А как твоя картина для выставки, готова? — Костия склонила голову и оперлась бедром на стол, посмотрев на девушку.       — Ну, я застряла. Я вижу холст, и у меня появляется идея, но потом, когда я собираюсь изобразить это на бумаге, ничего не выходит, — с разочарованием объяснила Кларк.       — Как я уже объясняла, когда произведение настолько личное, а ты хочешь изобразить свои внутренние чувства, страсть наполняет тебя энергией, и творчество течёт вместе с ней, — Костия понимающе кивнула. — Если у тебя нет вдохновения, может быть, нужно сделать шаг назад. Не принуждай его. Конечно, есть определённые сроки, но я хочу, чтобы ты сейчас думала сердцем, а не головой. Найди музу, Кларк. Я знаю, ты сможешь.       — Да, я надеюсь на это, — улыбнулась Кларк.       К сожалению для Кларк, урок изобразительного искусства длится час, пролетающий незаметно, когда она погружается в рисунки и картины — это её комфортное место. Она пыталась искать вдохновение, как и рекомендовала учительница, но сейчас оно было неуловимым, не было никакой мотивации рисовать. Это был её последний шанс доказать матери, что у неё есть талант, чтобы стать художником. Её мама была против этого, желая, чтобы дочь строила медицинскую карьеру. Кларк любила помогать людям; медицина предоставляла хорошую возможность делать это, но всё же именно живопись была тем, что успокаивало, позволяло ей быть в гармонии с внутренним «я». Она любила рисовать.       Звонок оповестил об окончании занятий. Кларк убрала материалы и взяла рюкзак. Подойдя к столу, оставила свою работу на рассмотрение.       — Хорошо, класс, обязательно ознакомьтесь с первобытным искусством для следующего урока, — дала задание учительница, пока ученики неспешно выходили из мастерской.       Кларк неторопливо шла вниз по длинному коридору, чтобы дойти до аудитории, где должен был проходить английский, её самый нелюбимый предмет. Мисс Риверс была чертовски скучной: она всегда затыкала Кларк, когда та хотела подробно обсудить роман или поэму. Она ненавидела старую ведьму, отнимающую её время. На полпути она встретила Рейвен и Октавию.       — Торопись, принцесса, мы опоздаем из-за тебя, — Рейвен подняла свой рюкзак с пола и небрежно перекинула через плечо.       — Где-то пожар? Мисс Риверс, скорее всего, всё еще подключает проклятый ноутбук к проектору, — Кларк проигнорировала комментарий своей подруги, еле плетясь на урок.       — Просто шевели своей задницей, — Октавия улыбнулась и потянула Кларк за руку.       Рейвен вошла в кабинет первая, за ней Октавия. Кларк осталась стоять снаружи, размышляя над тем, стоит ли ей прогулять этот урок. Запищавший телефон оповестил о новом сообщении, и она достала его, чтобы посмотреть, кто ей написал.       — Финн. Что теперь? — она отправила ответ и убрала телефон, только после этого, наконец, вошла.       — …заменяю мисс Риверс…       Кларк проскользнула внутрь, и женщина перестала говорить. Она замерла, понимая, что за столом сидит вовсе не мисс Риверс.       — Простите, но урок начался восемь минут назад… мисс? — брюнетка смерила её строгим взглядом.       — Гриффин, эм, Кларк Гриффин, — Кларк сглотнула. И бонжур, мадмуазель. Кларк осмотрела женщину с ног до головы. Нет, безусловно, это не мисс Риверс.       — Кларк, — повторила женщина, мурашки побежали по спине от того, как она произнесла её имя. — Это последний раз, когда Вы опаздываете на мой урок.       Кларк продолжала рассматривать новую преподавательницу: её каштановые волосы были распущены, не считая пары кос; зелёные глаза, пухлые губы и царственный нос; загорелая кожа и линия подбородка, высеченная, казалось, самим Зевсом. Горло Кларк пересохло, и она снова сглотнула. Кларк почувствовала, что нервничает: эта женщина не станет играть в игры, а её слова являлись не предупреждением — это была явная угроза. И если было что-то, в чём Кларк была хороша, так это бросить вызов авторитету преподавательницы.       — Прошло всего восемь минут, ничего страшного, — Кларк изогнула бровь, если она и была напугана, она этого не покажет.       Краем глаза Кларк могла видеть, что Рейвен сидит с широко открытыми глазами, а Октавия опустила голову. Подруги знали: теперь она в глубокой жопе.       Женщина в кресле не изменила своего выражения, быстрое движение дёрнувшейся брови было единственным признаком того, что её, может быть, раздражает непочтительность. Брюнетка встала с кресла, будто это был её трон, и пошла в сторону Кларк, глядя прямо ей в глаза.       В классе стало тихо. Напряжение было высоким, Кларк внезапно почувствовала, что ей слишком жарко. Высокая брюнетка шла гордо, подняв подбородок. Она вела себя сдержанно, а Кларк собиралась наложить в штаны.       Брюнетка остановилась в нескольких футах от Кларк, она была на два дюйма выше, язык её тела говорил о силе, и Кларк чувствовала себя запуганной.       — Это не переговоры, Кларк, — зелёные глаза смотрели в голубые. — Вы будете приходить сюда вовремя, — брюнетка не повышала голос, она говорила почти шёпотом, и всё же это было страшней, чем все эти проповеди, которыми докучал директор Кейн в прошлом.       Кларк онемела, она не могла сказать ни слова, и в течение минуты потерялась в этих глазах, смотрящих на неё. Такие холодные, отстранённые, но всё же Кларк не могла не смотреть.       — Да, мэм, — наконец, среагировала Кларк. Она отошла назад и села между Рейвен и Октавией.       — Как я уже говорила, прежде чем ваша одноклассница прервала, я буду заменять мисс Риверс до конца семестра. Я заметила, что вы работали над грамматикой, однако, я думаю, будет лучше, если мы начнём работать с литературой в этом семестре, учиться излагать своё мнение на бумаге и анализировать прочитанные произведения, — брюнетка осмотрела весь класс, однако её взгляд остановился на блондинке. — Есть вопросы?       Кларк подняла руку.       Брюнетка сузила глаза, и её губы слегка изогнулись. Она кивнула, чтобы Кларк задала свой вопрос.       — А Вы, мэм?       — Лекса Вудс.       "Лекса". Кларк повторила про себя. Чужое имя на губах вызывало странное ощущение.       Блондинка была очень впечатлена. Эта женщина, Лекса Вудс, пришла сюда и всё перевернула. Речь Лексы была полна страсти, было ясно, она любит то, что делает.       Кларк никогда не обращала так много внимания на этот предмет. Её глаза следили за учителем, ловили каждое движение. Было интересно изучать поведение этой женщины.       — Мы обсудим произведения многих авторов Викторианской эпохи и двадцатого столетия, а также проанализируем ценности и проблемы Викторианской эпохи. Может кто-нибудь привести примеры?       — Лорд Байрон? — Монро была первой, кто дал ему шанс.       — Его работа замечательна, но нет, — Лекса покачала головой.       — Эмили Дикинсон, — сказала Кларк с уверенностью.       — Очень хорошо, какая работа, интересует Вас у этого автора?       — Не уверена, но «Потому что я не могла остановиться для смерти» — крутое стихотворение, я считаю.       Лекса хотела, что-то сказать, но её прервал звонок. Ученики собрали свои вещи и стали выходить из кабинета.       Октавия и Рейвен стояли возле выхода, Кларк уже подходила к ним, но внезапно была остановлена командным голосом.       — Мисс Гриффин, Вы могли бы задержаться на минуту, пожалуйста? — брюнетка вернулась за свой рабочий стол, собрав документы и устройства.       Кларк посмотрела на своих друзей, выглядящих довольно взволновано, и кивнула им, заверяя, что всё в порядке.       — Да, мисс Вудс, — Кларк развернулась на пятках и посмотрела на учителя.       — Я хочу узнать, почему у Вас так много «С» по этому предмету, я вижу, что у Вас есть потенциал, Кларк. Вы знаете материал. Я надеюсь, что Вы сможете показать это, — женщина наклонилась на стол, теперь она казалась более спокойной. Её красивые глаза сканировали Кларк. — Меня это не интересует, мисс Вудс, — нейтрально ответила Кларк. — Я вижу. Ну, я надеюсь, что смогу предложить Вам что-то, что сможет заинтересовать Вас, но также я надеюсь, что Вы будете приходить вовремя. — Это переговоры, мисс Вудс? — Кларк слегка наклонила голову, позволяя себе лёгкую улыбку.  — Увидимся завтра, Кларк, — закончила разговор Лекса, поворачиваясь, чтобы поправить стопку бумаг на столе. — Увидимся завтра, мисс Вудс, — Кларк ушла с улыбкой на лице.