Фея танцующего домика

      Пыхля терпеливо сидел на ветке дерева. За это время он порядочно вырос и теперь был по размерам побольше кошки. Его золотисто-бронзовая чешуя закрывала все тело, кроме крыльев и была прочнее брони. Вокруг его головы порхала Хвиндра и натирала тряпочкой морду Пыхли до ослепительного блеска. Периодически она задевала ножкой то один глаз дракона, то другой и щекотала крыльями его уши. Пыхля сопел и стоически переносил заботу феи. Он закрывал глаз с той стороны, с которой появлялась угроза в виде тряпки или ноги Хвиндры и встряхивал ушами от щекотки. Его хозяйка заливисто хохотала.       За этой сценой наблюдал гном, до половины высунувшись из норы под деревом. Он оценивающе приглядывался к блестящей чешуе дракона и размышлял, а можно ли отколупать пару чешуек? Потом он стыдливо откашлялся и заискивающе пискнул: «Блистательная Хвиндра! А что это вы там сидите с самого утра?»       Хвиндра свесилась с уха Пыхли и глянула вниз. Потом милостиво кивнула и спустилась вниз, сложив крылья, и небольшой такой бомбочкой спикировала на корень дерева. Усевшись поудобнее, она охотно объяснила, что ждет эльфов со дня на день. Эльфы ведь очень обидчивы и горделивы, значит, ни за что не спустят такого фиаско в лице их представителя. Разумеется, она выразилась не столь витиевато, а вполне доступно для умишка гнома: «Остроухие придут и всех в порошок сотрут. Я тут с боевым драконом сторожу. Буду войну воевать!»       Гном, косясь на Пыхлю, спросил, вжав голову в плечи: «Блистательная Хвиндра, но дракон-то один, а эльфов много! Они твоего дракона убьют и все!» Хвиндра на миг застыла, глядя на гнома широко открытыми глазами и прикидывая — дать ему кулаком в глаз или испугаться нарисовавшейся действительности? Решила испугаться. С сомнением в голосе спросила гнома, что теперь делать-то? Его совета спросила сама Хвиндра! Гном приосанился, выставив вперед ногу, почесал волосатое ухо и важно изрек: «Больше драконов нет!»       Этот факт сразил Хвиндру своей очевидностью. Она здорово приуныла, представив себе здоровых эльфов, для которых она будет, как муха, которую можно просто прихлопнуть. А ее драгоценного боевого дракона подстрелят из лука. Маленькая фея горько расплакалась. Гном, ошалев, стоял, как истукан и растерянно молчал. Потом пылко воскликнул: «Не плачь, блистательная! Мы придем на эту войну и будем биться с тобой!»       Хвиндра разом перестала хныкать и уставилась на гнома, прикидывая шансы на победу. Гномы, конечно, маленькие, но их много. Если они будут топтаться по ногам эльфов и тыркать их кирками, а она будет атаковать противника верхом на Пыхле… И приободрилась. Можно еще согнать пчел и шмелей, пусть жалят эльфов! А пауки будут накидывать на них свою паутину. Нет, с паутиной перебор. Что для эльфов паутина? Прикинув шансы на победу, фея снова затосковала. Нет. С эльфами им не справиться!       Вдруг из ближайших кустов без единого шороха и треска выскользнул эльф! Хвиндру и гнома он не заметил, так как не смотрел вниз. А вот дракон оказался на уровне его глаз. От неожиданности Пыхля пустил струю огня прямо в лицо пришельца. Эльф заорал и отпрянул назад. Некоторое время он протирал глаза, оставшиеся без роскошных ресниц и ругался, щедро используя очень плохие слова из ругательного лексикона троллей. Дракон нервно топтался на ветке, не зная, что предпринять дальше. Тут Хвиндра, отважно порхая, подлетела к лицу эльфа и грозно пискнула: «А ты чего тут?» И грохнулась в обморок. Пыхля еле успел подхватить свою хозяйку и, аккуратно придерживая ее передними лапами, примостился обратно на ветку.       Эльф проморгался и с обидой спросил: «Чего сразу нападать-то, маленький народец?» Хвиндра очнулась и устроилась поудобнее в лапах Пыхли. Видимо, предстояли переговоры, и она, Хвиндра оказывалась единственной представительницей противоположной стороны. Надо было все брать в свои руки. И она отважно взяла. Уперев свои ручки в бедра, фея очень дипломатично произнесла страшным голосом: «Чего приперся, остроухий? Ща как дам в морду, неделю умываться не будешь!»       Такая блистательная речь произвела глубокое впечатление на эльфа. Тот с минуту обдумывал ответ. Потом слегка наклонив голову в сторону Хвиндры, демонстрируя уважение и внимание, изрек мелодичным певучим голосом: «Уважаемая фея! Наш народ приносит свои извинения за причиненные неприятности и связанные с ними неудобства. Мы готовы возместить ущерб в той форме, которую вы укажете.» Он поклонился и с опаской посмотрел на дракона. Хвиндра оторопела. Она ни слова не поняла из высокой речи эльфа. Но нужно было соответствовать! Хвиндра расправила плечики, втянула побольше воздуха в легкие и выпалила: «Я чего? Я тута за всех! Так, что буду войну начинать. Вот.»       Эльф перевел для себя сочный язык феи в более удобоваримый и ответил: «Мы, великий народ эльфов, обдумали создавшееся положение и признаем наши действия ошибочными. Драконы давно исчезли с нашей земли и сохранить этот экземпляр считаем нашим долгом. Поэтому мы предоставим вам все, что может потребоваться для нормальной жизни дракона.» — эльф взглянул на Хвиндру и поспешно добавил: «Войны не будет! Вы победили!»       Это феечка поняла и радостно заорала: «Победа! Мы победили!» Эльф вздрогнул и, поморщившись, пальцами прочистил уши, чтобы избавиться от вопля Хвиндры. Потом неторопливо повернулся и исчез так же бесшумно, как и появился.       Гном прыгал по корням дерева и тоже орал: «Мы победили!» пока не упал в нору. Пыхля на всякий случай решил поддержать ликование хозяйки и широким веером выпустил пламя в окружающее пространство. Лес занялся огнем быстро и весело…       Увидев, как вдали горит лес, все феи с ужасом повторяли: «Там Хвиндра бьется с эльфами! Идет война!»