50 оттенков голубого

- Кларк! Клааарк! Ну не сердись! – хрипит с дивана простуженным голосом закутанная в теплый махровый халат Лоис Лейн. – Он пробудет в Метрополисе всего три дня. Приехал проверить один из многочисленных филиалов своей компании. Проверит и опять уберется в свой чертов Готэм! Ищи его потом как ветра в поле, добивайся встречи. А тут – такой шанс! Его никак нельзя упускать! Смолвиль… – щенячьи глазки Лоис Лейн смотрят на Кларка с осунувшегося от болезни, но все еще хорошенького личика, - ну, ты же сделаешь это для меня, правда? Темноволосый мужчина тяжело вздохнул. «И как она умудряется оставаться такой милашкой даже когда болеет?!», - с тоской и завистью подумал Кларк Кент. Сам он отнюдь не милашка. Высокий рост, широкие плечи, грубые ладони с короткими, вечно изгрызенными ногтями, сидящая не по фигуре бесформенная одежда и нелепые очки на носу. Одним словом – деревенщина. - Так ты поможешь мне, Супермен? – глаза Лоис взирают на него с неприкрытой надеждой. Супермен, - ровно как и Смолвиль, было одним из прозвищ, которым неугомонная Лоис Лейн уже успела наградить своего застенчивого друга. Бойскаут вновь тяжело и покорно вздыхает. Он ни в чем не может отказать лучшей подруге, а по совместительству и коллеге по работе. - Возьми вопросы. Они на столе. И ручку не забудь! Я знаю, какой ты растяпа! – Лейн наградила смущенно улыбнувшегося Кларка еще одним дружески-насмешливым взглядом. Скорчив недовольную гримасу и взглянув на часы, мужчина торопливо запихнул листы с вопросами в свой портфель, открыл дверь и, не прощаясь, вышел на улицу. «И как она смогла меня уговорить? – подумал Кларк, подходя к машине. – А впрочем, Лоис уломает кого угодно. Она отличная журналистка. Для этого у нее есть все данные: ясный ум, сильная воля, небывалый напор и огромное умение убеждать. Вот бы и мне такие качества!» Спустя полчаса Кларк подъехал к величественному небоскребу, вершину которого украшала сияющая буква W. «Чертовы пробки! Слава Богу, я не опоздал», - подумал мужчина, вступая в холл. Он подошел к приветливо улыбающейся рыжеволосой девушке. - У меня назначена встреча с мистером Уэйном, - мучительно выдавил из себя начинающий стремительно краснеть молодой репортер, - Кларк Кент. Я заменяю заболевшую Лоис Лейн. - Одну секунду, мистер Кент. – Девушка одарила его профессионально-вежливой улыбкой. В меру приветливой, в меру любезной. От этой улыбки Кент смутился еще сильнее. Повинуясь выработанной с детства привычке, он моментально сутулится, стараясь казаться как можно незаметнее и ниже. - Да. Все верно, мистер Кент. – Девушка вновь ободряюще улыбнулась ему. - Вам назначена встреча. Прошу подняться на тридцатый этаж. В лифте Кларк начал тщательно рыться в своем чемодане, стараясь как можно быстрее отыскать среди разнообразного общего хлама листки с вопросами. «Нужно было прочесть их, перед тем как я вошел в здание, - укорял себя Кларк, - и какой же я осел!» Двери лифта автоматически распахнулись и Кент оказался в другом большом холле. Перед ним еще один стол и очередная рыжуха. - Мистер Кент, не могли бы вы подождать пару минут? – улыбаясь Кларку все той же обворожительной, профессиональной вежливой улыбкой, она указала на одно из кожаных кресел. Репортер сел, стараясь, чтобы кресло под ним не скрипнуло. Порывшись в чемодане, Кларк, наконец, извлек нужные бумажки, мысленно проклиная Лоис Лейн за то, что она не дала ему никаких сведений о Брюсе Уэйне. Ведь он практически ничего не знает об этом человеке. Ну… Разве что набор общеизвестных фактов: в детстве Брюс потерял своих родителей, окончив школу принялся путешествовать по миру пропав из родного города на много лет, а вернувшись, унаследовал (или прибрал к своим рукам, это как кому угодно), огромную корпорацию «Уэйн Энтерпрайзис». Еще он бабник, мот, пустой и безответственный человек. Так о нем говорят. Дверь кабинета открылись и из него вышел немолодой чернокожий мужчина. - До следующей встречи, Люциус! – донеслось из кабинета. - До следующей встречи, мистер Уэйн. Чернокожий мельком взглянул на Кларка и тут же направляется к лифту. - Мистер Уэйн готов принять вас, мистер Кент, - произнесла секретарша. Кларк вновь заливается краской, обильно потеет, неловко засовывает обратно в чемодан свои так и непрочитанные вопросы и, собрав в кулак все свое мужество, отважно вступает в кабинет большого босса. При взгляде на стоявшего спиной к нему мистера Уэйна у Кларка невольно перехватило дыхание. Идеально прямая спина, изящно скрещенные ноги. Величественный, подобно античной статуе Бога, Брюс Уэйн стоял у широкого окна и взирал на панораму раскинувшегося у его ног города, и хотя Кларк видел лишь одетые в темные брюки стройные ноги да широкую спину, единственное слово, которое пришло репортеру сейчас на ум, это слово "безупречен". Словно почувствовав на себе чужой взгляд, мужчина медленно обернулся. - Мистер Кент… Улыбка Брюса сияла на миллион долларов. Подойдя ближе, он протянул Кларку свою руку. Репортер опустил глаза и несколько секунд просто любовался изящной аристократичной ладонью с длинными тонкими пальцами и ухоженными ногтями, покрытыми прозрачным лаком. Затем взгляд его голубых простодушных глаз медленно поднялся на лицо готэмского миллиардера и Кларк вновь забыл, как дышать. «Прекрасен. – Подумал Кларк. – Просто прекрасен. Обычно на фотографиях знаменитые, богатые и успешные люди выглядят гораздо лучше, чем в реальной жизни, но Брюс…» И действительно, фотография не могла передать и малую толику того обаяния, которым безусловно обладал Уэйн. И, кроме того, судя по всему, он хорошо знал, как пользоваться этим обаянием. - Мистер Кент… - слегка удивленно произнес Брюс Уэйн и только тогда Кларк понял, что любуясь Брюсом он на несколько секунд просто «выпал из реальности». Опомнившись, репортер мучительно покраснел и суетливо пожал все еще протянутую ему руку. В ту секунду, когда их ладони на миг встретились, по всему телу Кларка пробежала странная, приятная, пьянящая дрожь. Будто ужаленный репортер мгновенно отдернул руку. Такое с Кларком произошло впервые в жизни. - Лоис Лейн заболела, - произнес Кларк, слегка откашлявшись, чтобы скрыть захлестнувшее его смущение, а заодно и прочистить горло, - она заболела и я приехал вместо нее. Надеюсь, вы не возражаете, мистер Уэйн. - А кто вы? В голосе Брюса звучала вежливая заинтересованность, но в глубине его сумрачных, похожих на предгрозовое небо глаз отражалось вселенское равнодушие. - Кларк Кент. Я тоже работаю в «Дейли Пленет». - Присаживайтесь, мистер Кент. – Брюс сделал изящный жест в сторону одного из кресел. - Благодарю. У вас э… - Кларк повертел головой по сторонам, - у вас великолепный кабинет. Хотя и слишком большой для одного человека. - Я люблю простор, мистер Кент. - Хм… вот как? Психологи утверждают, что стиль и убранство дома или рабочего кабинета могут многое поведать о человеке. Показать его увлечения, характер, раскрыть саму его суть. И что же представляет из себя кабинет главы «Уэйн Энтерпрайзис»? Больше всего он похож на зал для совещаний. Напротив огромных, во всю стену, окон стоит черный полированный стол, вокруг которого свободно разместятся десять человек. В таком же стиле выполнены стулья и журнальный столик рядом с диваном. Все остальное: потолок, пол и стены – белого цвета, за исключением ряда картин, содержание которых можно охарактеризовать словами "тяжелый горячечный бред героинового наркомана", ну, или "ультрасовременное искусство". Если не считать картин, весь его кабинет – просто контраст черного и белого. Нечто похожее на больничную палату. Или на камеру в сумасшедшем доме. Его кабинет холодный, чистый и абсолютно стерильный. Нечто из разряда: мне есть что вам рассказать, просто, я не хочу, чтобы вы меня об этом спрашивали. - Начнем интервью? - Да, пожалуй. - Вам нет и тридцати пяти лет мистер Уэйн, но вы уже владеете собственной обширной финансовой империей. Чем вы обязаны своему успеху? Чувственные губы Брюса Уэйна тронула легкая усмешка. - Прежде всего, вы должны понять одну простую вещь, Кларк. Бизнес - это не только технологии или что-то еще. Бизнес – это в первую очередь люди, мистер Кент, а я отлично умею разбираться в людях. Я знаю, чего они хотят, что их вдохновляет, и как заставить их делать то, чего хочу я. На меня работают первоклассные специалисты и их труд я оплачиваю соответственно. Они знают, - Брюс смотрел на Кларка с все той же тонкой, почти неуловимой насмешкой, - что ни в одной фирме им не предложат лучших условий. - Значит люди – это ваш основной капитал? - Хм… - красиво очерченные иронически сложенные губы изогнулись еще больше. – Не совсем. Видите ли, мистер Кент… - Брюс на секунду умолк, внимательно разглядывая смутившегося от этого взгляда молодого репортера, а затем невозмутимо продолжил: - Видите ли, мистер Кент, чтобы любое начинание было успешным, ты должен не просто найти подходящих исполнителей твоих планов и замыслов, ты сам должен хорошо разбираться в том, что делаешь, в том, чем руководишь. - А вы разбираетесь? Веки Уэйна слегка опустились, а его гордый, аристократический подбородок напротив, слегка приподнялся вверх. Он смотрел на Кларка как на человека, только что сказавшего невообразимую глупость, и его взгляд, да и все его лицо выражали лишь одно презрительное слово – деревенщина. – Безусловно. – Холодно произнес Уэйн. - К тому же, я обладаю одним весьма редким даром. - И каким же? – спросил Кларк, поправляя свои нелепые очки. - Даром сразу распознавать стоящие идеи и стоящих людей. «Прекрасно, - не без иронии подумал Кларк Кент, - мистер эгоцентричный Нарцисс во всей своей великолепной красе!» - Следующий вопрос. Вы открыли в Готэме множество приютов. Почему? - За кем молодежь, за тем и будущее. - К тому же вы основали стипендию имени Уэйна. Мужчина кивнул. - Ее получают дети, из бедных семей, желающие учиться в университете. - Но не все дети, а лишь самые способные. Кларк хотел поддеть Брюса, но застывшая маска, заменяющая бизнесмену лицо, осталась непроницаемой. - Естественно. Ее получают те, кто больше всего желает учиться. Кто видит в образовании свой шанс, свою возможность вырваться из низов. Кто видит в этом свою цель и упорно идет к ней, сметая все преграды на своем пути. Кларк вновь поправил свои очки. - Но… эта борьба. Разве это справедливо? - Справедливо? – в глазах миллиардера вспыхнули искры. – А что в нашем мире справедливо, мистер Кент? Я не занимаюсь благотворительностью. Я даю людям удочку и учу их обращаться с ней, а не занимаюсь тем, что вечно кормлю их мною же выловленной рыбой. Кто хочет жить, тот обязан бороться, а кто не хочет сопротивляться в этом мире вечной борьбы, тот не заслуживает права на жизнь. - Я слышал, - Кларк быстро заглянул в листок с вопросами пытаясь сориентироваться, - я слышал, что вы усыновили ребенка. Это правда? - Да. - То, что вы решили взять на воспитание мальчика, потерявшего своих родителей, как-то связано с трагедией, произошедшей с вашей семьей? Лицо Брюса Уэйна стремительно потемнело и Кларк понял, что задав этот вопрос, он только что совершил страшную ошибку. Возможно, одну из главных ошибок в своей жизни. «Ну вот… сейчас он меня пошлет! И Лоис тоже хороша! Задавать подобные вопросы! Ни жалости, ни чести, ни принципов, - настоящий стопроцентный американский журналист!» - Я бы предпочел воздержаться от обсуждения этой темы, мистер Кент. – В голосе Брюса Уэйна слышится такой всепоглощающий холод, что окажись бизнесмен сейчас в аду, ад бы вымерз. - Хорошо. Тогда… это правда, что «Уэйн Энтерпрайзис» выполняет ряд военных заказов? - Да. - И вы поддерживаете захватнические тенденции США? Поддерживаете нашу армию. Брюс лишь усмехнулся в ответ. – Нет, я не горю желанием объединить весь мир под звездно-полосатым флагом. Но я считаю, что армия воспитывает в людях дух решимости в такую пору, когда знамением времени является отсутствие решимости и вечные колебания. Армия учит тому, что определенный приказ всегда лучше, чем полное отсутствие твердых указаний. - Похоже, мистер Уэйн, вы любите власть. «Власть, и беспрекословное подчинение всем вашим приказам». - Власть любят многие, мистер Кент. – Произнес Брюс, особо выделяя второе слово. - Я лишь считаю себя ее достойным. «Прекрасная речь для Вождя Народов». - Вы были когда-нибудь в Готэме, Кларк? – бывший до этого - подчеркнуто - холодным тон Брюса Уэйна вдруг кардинально изменился. - Нет. - Готэм… - поднявшись, мужчина, подошел к окну, сделав знак репортеру следовать за ним. – Готэм не похож на Метрополис. Бандитизм, коррупция, продажные судьи, продажная полиция. Мой город заражен. Он гниет изнутри. Но, - Брюс резко обернулся к Кларку, заставив того невольно отпрянуть, - но я изменю это! Я знаю, что мне будут мешать, я знаю, что меня попытаются сломать и даже убить, но… - Но вы никогда не отступите от своих планов. - Именно. – Мужчина улыбнулся. - Для меня существует только две возможности: либо добиться полного осуществления своих планов, либо потерпеть неудачу. Добьюсь - стану одним из величайших в истории, потерплю неудачу - буду осужден, отвергнут и проклят. «Какой высокомерный человек. - Невольно подумал репортер. - Кажется, что он прямо сейчас готов бросить вызов. И не только Готэму, но и всему миру. – Надеюсь, что его слова не останутся просто словами». - Усыновление, стипендии, приюты, планы по очистке города от криминальных элементов… - взгляд Кларка медленно скользнул по стоящей перед ним высокой фигуре. – Знаете, в моем представлении все это как-то слабо вяжется с военными технологиями. Вы говорите такие… - Кларк замялся, подыскивая нужное слово, - порой вы говорите такие правильные вещи, мистер Уэйн. Разве при вашем мировоззрении вы не должны быть сторонником всеобщего мира? - Мира во всем Мире? – темная бровь Брюса слегка приподнялась вверх. - Да… - промямлил Кларк, прекрасно понимая, что только что сморозил очередную глупость. - Я за него. – Усмехнулся Уэйн. – Но я реалист, мистер Кент. Я знаю, что с тех пор, как Земля вращается вокруг солнца, пока существует холод и жара, буря и солнечный свет, до тех пор будет существовать и борьба. В том числе среди людей и народов. Если бы люди остались жить в раю, они бы сгнили. Человечество стало тем, кем оно является, благодаря борьбе. Война - естественное и обыденное дело. Война идет всегда и повсюду. У нее нет начала, нет конца. Война - это сама жизнь. Война - это отправная точка. «Самоуверенный эгоцентрист с замашками настоящего тирана!» - подумал Кларк Кент, взирая на стоявшего перед ним мужчину. «И все же… есть в нем нечто… Нечто притягательное. Нечто глубокое, темное, мрачное… Нечто, роднящее его с Готэмом. Есть в Брюсе Уэйне что-то, что заставляет восхищаться им. Даже помимо собственной воли». Их взгляды вновь случайно встретились и Кларк быстро опустил глаза. - Скажите, Кент, - вдруг произнес мужчина, прерывая размышления репортера, - я вам нравлюсь? - ЧТО?! - С тех пор, как вы вошли сюда, вы постоянно нервничаете и краснеете. К тому же вы упорно избегаете встречаться со мной взглядом. - Я… я просто… я просто застенчивый! - То есть вы всегда так легко краснеете? - А вы всегда, - Кларк поднял свой взгляд и упрямо взглянул в глаза Брюсу Уэйну, - вы всегда цитируете Гитлера? На секунду глаза Уэйна удивленно расширились. - Один-один, мистер Кент. «Так... нужно быстро продолжить интервью, пока он обезоружен». - Чем вы интересуетесь кроме работы? - У меня разнообразные интересы. – Безразлично-вежливая маска вновь вернулась на его лицо. – Я занимаюсь единоборствами, фехтованием, плаваю на яхте, вожу личный самолет, играю на пианино, а еще говорят, что я, – Брюс быстрым жестом указал на расположенные на стенах картины, - а еще говорят, что я неплохо рисую. - Вам лгут. Кларк ждал, что бизнесмен рассердится, но он лишь рассмеялся в ответ. - Я тоже так считаю, - улыбнулся Брюс, подмигивая Кларку. «Опробуем развить успех». - Вы легко сходитесь с людьми? – прочел Кларк первый попавшийся на глаза вопрос. «Да… не следовало задавать его именно сейчас». – Я довольно замкнутый человек, который многим готов пожертвовать, чтобы защитить свою личную жизнь. «И почему мне упорно кажется, что в его словах есть некий скрытый смысл? Ладно, задам ему следующий вопрос». - Вы бисексуал? «ЧТО?! Что за…. Ну, Лоис Лейн! Ты у меня дождешься!» - Странные вопросы, мистер Кент. Вы желаете пригласить меня на свидание? «Отлично! Теперь Мистер Крутой Бизнесмен шутит. Хотя… как можно шутить с таким серьезным лицом?!» - Нет. В смысле, не в том плане, что вы мне не нравитесь… «Черт! Черт!! Черт!!! ЧЕРТ! Кларк! Соберись! Не будь тряпкой!» Видите ли, мистер Уэйн, эти вопросы писал другой человек, - Кларк с трудом выдавил из себя слабую, болезненную улыбку, - а я просто озвучиваю их. - Как интересно. – Брюс прикусил зубами нижнюю губу. – То есть, - бизнесмен улыбнулся, - вы бы никогда не спросили меня ни о чем подобном! - Конечно нет! - Вспылил Кларк. – Да за кого… Да за кого вы меня принимаете! - За деревенского простофилю. - За кого?! - За того, кто идет брать интервью у богатого влиятельного человека и задает ему чужие вопросы, предварительно даже не прочитав их. Кларк опустил голову, вновь мучительно покраснев. - Ничего страшного, мистер Кент. Со временем вы научитесь… не краснеть. Думаю, что на этом наше интервью можно закончить. - Но… - беспокойство вновь отразилось на растерянном лице Кларка, - но вы еще на ответили на уйму вопросов! - К сожалению, - Брюс смотрит на изящные и, безусловно, безумно дорогие часы на своей руке. – К сожалению, для этого у меня уже нет времени. На сегодня у меня запланировано еще два совещания. - Ах, вот как… - разочарованно произносит Кент. - Не волнуйтесь, - ободряюще-насмешливо говорит Брюс Уэйн, одним быстрым и решительным движением отобрав у репортера листки с вопросами, - я просмотрю их и вечером скину ответы на вашу почту. Назовете мне свой электронный адрес? - Да, конечно. Но… - Никаких но. – Брюс жестом указывает Кларку на дверь. Назвав почту и понурив голову, репортер медленно подходит к двери. - Да. – Летит ему вдогонку. - Прости, что? – спрашивает Кларк, наполовину обернувшись к бизнесмену. - Ответ на ваш последний вопрос, - произносит вальяжно развалившийся в кресле Брюс Уэйн. – Ответ на ваш последний вопрос – да.