Маска

      Тсуна перепрыгнул очередной валун, отодвинул ветку в сторону и посмотрел вперед. После того, как он сбежал от того странного парня, он пытался найти путь назад, к своим друзьям. Он так опрометчиво покинул их, ринувшись за Фуутой, и теперь не мог избавиться от плохого предчувствия. Что-то случилось. Тсуна чувствовал это даже не интуицией, а сердцем.       Реборн постоянно повторяет, что он — босс и должен заботиться о своей семье. И хотя шатен яростно отрицает то, что станет во главе Вонголы, он все равно не хочет, чтобы его друзья страдали. Ведь они стали для него лучиком света в царстве вечной тьмы.       С самого детства у Тсуны был всего один друг — Кея, своенравный, свободолюбивый, сильный, бесстрашный. Можно и дальше перечислять все те достоинства, которыми наградил друга шатен, но их количество слишком велико. Кея всегда приходил на помощь Тсуне, он защищал его от хулиганов, заботился о нем как о родном брате. Он даже разрешал ночевать у себя, когда Иемитсу приезжал. Кея думал, что у Тсуны плохие отношения с отцом, поэтому он от него бегает, но никогда не настаивал на ответах, потому что знал, шатен сам расскажет, когда будет готов.       С тех пор как в доме Тсуны появился Реборн, жизнь в корне поменялась. И дело было даже не в матери и ее странном во всех отношениях поведении, а в том, что теперь у шатена стали появляться друзья. Посиделки в компании Гокудеры и Ямамото, их совместное решение непонятых в школе задач или просто жаркие битвы в видео-игры — все это стало таким обыденным и правильным, что, порой, Тсуна начинал бояться, что это лишь сон. Шатену иногда казалось, что он сейчас проснется и снова увидит пустую комнату, начнет перевязку старых ран и отправится в школу слушать оскорбления и насмешки в свой адрес.       Тсуна тайком щипал себя за руку и сильно-сильно зажмуривал глаза, молясь про себя, чтобы это был не сон. А если все-таки сон, то он молился никогда больше не просыпаться. Но когда он открывал глаза, то все еще видел широкие спины друзей и их улыбки. Тогда его грудь заполняло теплом и счастьем, он смеялся и радовался, на миг забывая о многих годах кошмара.       Конечно, Тсуна этого не знал, но через несколько дней после его встречи с Гокудерой парня подловил Кея. ГДК быстро и доступно объяснил, где и как закопают Хаято, если он осмелится причинить вред его названному братишке. Подрывник на это бодро закивал и поклялся защищать босса даже ценой собственной жизни. Казалось, такой ответ удовлетворил Кею и он, понаблюдав за общением Тсуны и Хаято, даже стал иногда закрывать глаза на нарушение дисциплины со стороны подрывника. Пару раз они даже вполне спокойно поболтали на крыше школы, пока Тсуна дежурил в классе.       В общем, Кея не был против других друзей шатена, наоборот, он радовался за него, хоть и тщательно проверял каждого, кто осмеливался подойти к парнишке. Для него всегда на первом месте было благополучие и блеск в карамельных глазах братика.       Сейчас же Тсуне предстоит сложное испытание, в ходе которого уже пострадали многие ученики Намимори, пропали Кея и Фуута и были ранены Хаято и Такеши. Сейчас шатену как никогда нужно собрать всю свою волю в кулак и выступить против сильного врага. Неважно, как ему страшно. Неважно, что его могут ранить.       Он должен победить ради своих друзей!

***

      Тсуна побежал быстрее, увидев просвет между деревьями. Он уже хотел с радостными криками броситься к друзьям, но замер, увидев ужасную картину. Ямамото сидел, прислонившись к дереву и все еще сжимая в руке погнутую биту. Его голова была низко наклонена, и он не шевелился. Рядом с ним Хаято корчился от боли, сжимая руками то место, в которое его ранил Чикуса. Динамитные шашки валялись тут же.       Лишь Бьянки была на ногах, она судорожно сжимала два огромных блюда с отравленной кулинарией. На ее лице были безнадежность, страх и отчаянное желание защитить парней, лежащих позади нее. Она знала, что не победит. Ее кулинария бесполезна против этого оружия, но она упрямо стояла на месте.       Ее противником был молодой мужчина, тот самый, с фотографии. Рокудо Мукуро. Его огромное оружие стремительно приближалось к беззащитной девушке, из рук которой выпали бесполезные блюда. Он закрыл глаза.       Реборн, стоящий немного в стороне от битвы, выхватил пистолет со странным выражением его черных глаз. Что-то в них было такое, сильно похожее на выражение лица Бьянки. Он хотел кого-то… защитить? Неужели Гокудеру и Ямамото? А может, Бьянки? Что вообще происходит там? Реборн нацелился на цепь, но в последний момент почему-то сменил мишень.       Тсуна в отчаянии бросился к Бьянки, какой-то частью сознания отмечая детали, на которые он бы обычно не обратил внимания. В него попала пуля, и он стал заваливаться назад. Он удивленно распахнул глаза, когда голубое небо на миг отразилось в них.       « Если бы я только успел спасти Бьянки…» — настойчиво билась мысль в угасающем сознании.       — Реборн! — яростный крик едва не затерялся в гуле, создаваемом огромным шаром.       Тсуна почувствовал, как его с невероятной силой швырнуло назад, в тот момент когда он поймал шар, защищая Бьянки. Обычно в состоянии Посмертной Воли он, если и чувствовал боль, то лишь самую малость, однако сейчас его тело буквально разрывалось на части от нее. Шатену казалось, что каждая кость в его теле пошла трещинами и готова вот-вот сломаться. Гематома, оставленная матерью, заболела с удвоенной, если не утроенной силой. Сознание поплыло, перед глазами летали разноцветные искры. Но Тсуна будто не замечал этого, он посмотрел поверх шара на врага и едва не зарычал:       — Ради моих друзей, я уничтожу тебя!       Сзади порывисто выдохнула Бьянки, Реборн хмыкнул, сверкая своими чёрными глазами, Гокудера смог лишь поднять голову и устало улыбнуться при виде босса, живого и пока ещё не сильно раненного. Он хотел было встать, помочь, но со стоном боли опустился вновь на землю. Он все ещё не мог сражаться.       Тсуна нахмурился. Человек, стоящий перед ним — Рокудо Мукуро, подлец и негодяй, посмевший навредить его Семье. Он серьёзно ранил Ямамото, едва не убил Бьянки и именно он стоит за всеми нападениями на учеников Намимори, он держит в заложниках Фууту и Кею и он, несомненно, дорого заплатит за все, что сделал.       У Тсуны больше нет сомнений — он уничтожит врага!       Ярость поднималась внутри парня: пьянящее, клокочущее где-то внутри чувство заставляло его пламя плясать на лбу, постепенно охватывая все тело. Оно словно чувствовало настрой шатена и подбадривало его, обещая защитить и помочь в битве.       Яркий янтарь сменил теплую карамель. Жёсткий, цепкий взгляд холодных как лед глаз прожигал дыру в теле Мукуро, отвечающего не менее холодным взглядом. Напряжение и взаимную ненависть, казалось, можно было потрогать руками, оба противника готовы были сорваться с места и, наконец, атаковать друг друга, но выжидали, кто же из них сделает первый ход.       У Тсуны было ограниченно время, лишь пять минут, за которые он может победить. Шатен прекрасно понимал, что медлить нельзя, поэтому сжал покрепче шар, надеясь выкинуть его куда-нибудь подальше и помешать Мукуро вновь использовать его. Однако у мужчины были другие планы. Звякнув послушной цепью, он резко потянул ее на себя, вырывая шар из стальной хватки Тсуны. Все-таки сил у Рокудо было побольше, чем у шатена, даже находящегося в гипер-режиме. Тсуна по инерции сделал несколько шагов вперёд, тут же срываясь с места и сокращая дистанцию.       Если Мукуро использует оружие, значит он плох в ближнем бою, и этим нужно воспользоваться!       Навязать рукопашную оказалось на удивление легко, стоило лишь проскользнуть под атакой шара и крутануться в полуприсиде, делая подсечку. Мужчина тут же резко подкинул своё оружие вверх, пока шатен отскакивал на безопасное для него расстояние, и занял оборонительную стойку, вытянув одну руку вперёд и будто приглашая парня атаковать. Тсуна плавно ушёл влево, надеясь достать противника мощным ударом, но встретился с блоком. Отпрыгнув на пару шагов назад, парень вновь попытался атаковать, но снова потерпел неудачу. Все его удары уводились в стороны или натыкались на железные блоки, от которых болели руки и ноги.       — Этот шар мне не особо нужен. Он служит лишь для того, чтобы я лишний раз не пачкал руки о всякий сброд, — Мукуро перехватил руку шатена и, не отпуская ее, несколько раз ударил парня коленом в живот. Тсуна задохнулся от боли. Опять по той же гематоме! — На самом деле моя специализация… — не давая парню опомниться, мужчина швырнул его через себя на землю и добил его сокрушительным ударом в солнечное сплетение, — это сражения с людьми, использующими силу пуль Посмертной Воли!       Тсуна все ещё был в сознании, хоть оно и норовило ускользнуть от него. Он лежал на земле, пытаясь справиться с адской болью. Дышать было тяжело, каждый вдох сопровождался кровавым кашлем, и Тсуна давился собственной кровью, не в силах перевернуться на бок. Грудная клетка сострясалась, тревожа пострадавшие ребра, все тело было тяжёлым и неповоротливым.       «Больно…» — думает шатен, часто моргая глазами, чтобы убрать надоедливые искры. — « Я должен встать… » — Тсуна морщится, поворачивая голову в сторону, и видит черные глаза Реборна, Гокудеру и Ямамото, Бьянки. Он переводит взгляд снова в небо и с ужасом понимает, что шар, подкинутый Мукуро, возвращается, набирая скорость. — «Должен сражаться…» — Тсуна со стоном пытается подняться, но тут же падает обратно на землю, придавленный тяжелой ногой Рокудо. — «Ради тех, кто мне дорог,» — шар все ближе, и Тсуна делает попытку вырваться, но безрезультатно. — «Ради тех, кто пострадал из-за меня,» — шар совсем близко. Шатен чувствует на себе испуганные взгляды дорогих ему людей. Тех, кого он хочет защитить. — «Ради моих друзей!»       Грохот металлического шара, соприкоснувшегося с землёй, смешивается с отчаянным криком Бьянки. Гокудера, не веря своим глазам, смотрит на руки и ноги Тсуны, что видны из-под шара. Его босс, его друг, его брат… Реборн нятягивает на глаза шляпу, судорожно пытаясь вспомнить, сколько ещё должна действовать пуля и действует ли она сейчас.       — Парень мёртв, — спокойно сообщает им Мукуро, открыв глаза. Он уверен, что победил. Ещё никому не удавалось выжить после такого. — Теперь вы отправитесь вслед за ним.       Это не угроза, а констатация факта. Мукуро надвигается на Бьянки, в чьих глазах плещутся слёзы. Да, они с Тсуной не были лучшими друзьями, но неплохо ладили, несмотря на весь тот холод, с которым впервые встретил её парень. Неужели он действительно погиб? Неужели все, что происходит — правда? Это просто невозможно. Он же не мог так умереть!       Мукуро неумолимо приближался, подхватив цепь. Он уже не обращал внимания на шар и парня, погребённого под ним. Он знал, что тот мёртв. По другому и быть не могло. Однако мужчина, сосредоточивший внимание на друзьях Тсуны, не увидел как шевельнулись его пальцы, как дернулась рука и неистово вцепилась в металл.       Сзади послышался грохот, на который тут же обернулся Мукуро да так и застыл, пораженный увиденным. Шар сиротливо лежал недалеко от шатена, что сидел в неглубокой яме, проделанной мощным ударом нескольких десятков килограмм металла. Сам же Тсуна, шатаясь, встал на ноги, небрежным жестом стер кровь, сочившуюся из разбитого носа и посмотрел на Мукуро.       В его взгляде больше не было той ярости, того холода, ненависти. Он смотрел на мужчину своими тёплыми карамельными глазами, сиявшими от доброты и наивности. Он больше не пытался атаковать, так и застыл на том месте, где его чуть не убило пару мгновений назад.       — Вы ведь вовсе не злой, — как-то даже по-детски сказал Тсуна, делая осторожный шаг к Мукуро и смущенно улыбаясь. Мужчина напрягся, словно кобра перед броском, и спустя миг стремительно налетел на шатена. В его взгляде читалась ярость, животная и необузданная. Но лишь Тсуна заметил в его глазах, движениях и действиях страх.       — Да что ты знаешь, пацан!       Тсуна поразительно ловко увернулся от удара, поднырнул под рукой Мукуро и, что есть силы, ударил мужчину в солнечное сплетение. Рокудо закашлялся и повалился на землю. Он пытался встать, сражаться, но не мог. Его тело будто сковали тысячи крепчайших цепей.       Почему? Почему этот парень смог победить? У него не было ни шанса! Шар должен был сломать каждую косточку в его теле, так почему он цел? Кто он, чёрт возьми, такой?       — Это из-за чувства вины в вашем сердце… Каждый раз перед тем, как нанести смертельный удар, вы закрывали глаза, — Тсуна склонился над поверженным врагом и присел рядом с ним. Пламя погасло, и теперь вместо боли ощущалась усталость и какая-то опустошенность. Он говорил мягко, спокойно, будто общался с ребенком. — Вы не можете смотреть, как умирают люди от вашей руки, закрывая глаза, вы даете им шанс спастись. Значит вы не такой уж и плохой человек, каким пытаетесь казаться. Знаете, вы очень похожи на малыша, живущего у меня дома. Я не чувствую от вас реальной опасности.       Бьянки во все глаза уставилась на Тсуну, а её челюсть страстно целовалась с землёй. Этот парень доведет ее до преждевременной седины. Она ведь почти поверила, что он мёртв! Хотя теперь, видя его живым, она готова расцеловать этого глупого шатена, что сейчас вздумал проводить исправительную беседу со сбежавшим из тюрьмы преступником.       — Ты прав, парень, — мужчина протёр лицо ладонью. — Теперь понятно, почему Мукуро тебя так боится, — будто невзначай обронил он, ни к кому не обращаясь. Лицо Тсуны тут же вытянулось от удивления, а глаза стали размером с блюдца.       — Так ведь ты же Рокудо Мукуро!       — Вовсе нет, — горько усмехнулся мужчина. — Я — фальшивка. Настоящий Мукуро никогда не фотографировался. — Тсуна неверяще уставился на мужчину, пытаясь переварить новую информацию. — Он умеет подчинять людей, разрушать жизни. Я уже и не помню, когда последний раз был собой…       — Это невозможно, — шатен покачал головой. Что же здесь происходит?       — В детстве я был сиротой и меня приняли в Семью, где я вырос, — начал рассказ мужчина, погружаясь в неприятные для себя воспоминания и будто переживая заново все те дни. — Чтобы как-то отблагодарить Семью за их тепло и доброту, я стал защитником Семьи и вскоре прославился как сильнейший человек тех мест. Спустя время босс привёл ещё одного сироту, совсем ещё мальчишку. Казалось, босс в нем души не чаял, а потому доверил мне приглядывать за ним и помогать ему. Все шло хорошо, пока однажды я не вернулся в залитый кровью особняк. Вся Семья была убита. Я был в ярости, я желал найти того, кто сделал это, и уничтожить его! Но моё расследование привело меня к тому, что именно я и убил всех! — мужчина прижал ладони к глазам, будто пытаясь отгородиться от воспоминаний. — С тех пор я стал часто засыпать ни с того ни с сего, а просыпаться посреди трупов и рек крови. Я пытался убить себя, но ничего не вышло. Этот чертов мальчишка управлял и управляет мной! Он опасен, пацан, и ты единственный, кто может остановить его.       — Но я… — Тсуна растерялся, он не знал, как реагировать. Этот Мукуро — монстр! Как он сможет справится с тем, кто умеет подчинять себе людей?       — Пацан, послушай, это ещё не все, — мужчина серьёзно посмотрел на парня. У Тсуны внутри все перевернулось от этого взгляда. — Настоящая цель Мукуро — эт…       Тень мелькнула среди деревьев, скрывшись так же быстро, как появилась. Несколько десятков отравленных игл вонзились в тело фальшивого Мукуро, повалив его на землю.       — О нет!       — Он уже скрылся!       — Никто не ранен?       Тут же разом закричали Бьянки, Гокудера, наконец оправившийся от приступа, и Тсуна. Фальшивый Мукуро лежал на спине, тяжело дыша и едва оставаясь в сознании.       — Наконец, я могу присоединиться к своей Семье… — хрипло сказал он, улыбаясь.       — Нет, держись! Ты не должен умирать! — Тсуна в отчаянии схватил руку мужчины, крепко сжимая ее своими теплыми ладонями, покрытыми кровью. — Скажи своё имя!       — Ланчия. Меня зовут Ланчия, — голос уже не поддавался мужчине, он едва смог произнести своё имя. Тьма заполонила сознание мужчины, и он уже почти не слышал, как Тсуна звал его, но все равно был счастлив через столько лет услышать своё имя. Он закрыл глаза. Пора к Семье.       Реборн подошёл неслышно, положил руку на плечо ученика и довольно ухмыльнулся, видя его взгляд. Тсуна знал, что козыри закончились, пули больше нет, значит и помощи ждать неоткуда, но все равно решительно выступил вперёд.       Рокудо Мукуро поплатится за все, что сделал! Тсуна об этом позаботится.