Знакомство
21 апреля 2017 г., 21:14
— Сколько можно просить? Каждый день одно и то же, — недовольно ворчала себе под нос Эмма, пересчитывая оставшиеся таблетки. — Раз ты не хочешь пить таблетки, которые тебе выписывает доктор, то почему бы тебе не лечь в больницу? — посмотрев на темноволосую женщину, спросила Эмма.
— Я выпила все таблетки, — пробурчала женщина, увлеченно рассматривая узоры на обоях.
— Я точно помню, что вчера утром было пять таблеток, а значит сегодня утром их должно быть четыре. — Эмма устремила на женщину немигающий взгляд.
— Какой у тебя скверный и вздорный характер, — проворчала женщина. — Тебе лишь бы найти причину поругаться с кем-нибудь. Даже с собственной матерью…
— Только не начинай снова, — тут же перебила ее Эмма, раскладывая пластины со всевозможными таблетками в нужном порядке. — Перестань строить из себя великомученицу и просто пей лекарства, выписанные доктором. Они стоят денег, а ты ведешь себя подобно пятилетнему ребенку.
Женщина промолчала, продолжая упрямо рассматривать темно-зеленые обои, которые уже начинали отходить от стены. Эмма тяжело вздохнула и покинула комнату матери. Ей самой тоже было нелегко, но она никогда не позволяла себе показывать слабость. Даже перед мамой!
Эмма заглянула в полупустой холодильник и тяжело вздохнула: на ужин нужно было что-то готовить, но готовить было не из чего, а продукты покупать не на что. Закрыв холодильник, Эмма налила себе чай и, опустившись на стул, притянула к себе три конверта, принесенных утром почтальоном.
В одном конверте были счета за этот месяц. Другой содержал письмо от брата, который сообщал о том, что дела на ферме идут плохо, а потому приехать он в ближайшее время не сможет. Денег он, соответственно, прислать тоже не может, поскольку дела плохи. Эмма только тихо фыркнула, распечатывая третий конверт. Получать хорошие новости она уже давно отвыкла. Вот только прочитав третье письмо, она чуть не поперхнулась своим чаем. Редактор научного журнала, в который она около двух месяцев назад отправила одну свою статью, просил сегодня зайти и забрать деньги за эту статью. Конверт также содержал выпуск журнала с ее опубликованной статьей.
— Двести пятьдесят фунтов? — невольно воскликнула Эмма, вновь перечитывая письмо. — Они еще и продали кому-то эту статью, — пробормотала она, опустив письмо. — Как мне повезло! — хмыкнула она, складывая письмо. На самом деле она не верила в удачу и случайности, всему есть объяснение.
Быстро допив чай, Эмма поспешно вымыла всю посуду, переоделась, успев заглянуть к матери и сказать, что вернется к ужину и что суп на плите. Она по привычке попыталась заправить выбившиеся из косы пряди, но потерпела в этом неудачу. Схватив свою сумку и проверив, все ли на месте, она взяла зонт и покинула дом.
***
Эмма очень любила природу, хоть и недолюбливала людей и животных. С последними у нее были личные счеты. Именно любовью к природе объясняется ее каждодневное присутствие в ближайшем к дому и, вполне возможно, единственном парке. Парк этот был не очень большим и не столь красочным, как парки больших городов, к примеру, Лондона. Но за неимением лучшего привыкаешь к тому, что есть. Эмма и вовсе придерживается принципа никогда не жаловаться и не говорить, что все плохо. Она часто лишь говорит: «Пока силы есть, выжить сможем!» За все годы своей жизни, она еще ни разу не отступила от этого принципа, хоть сладкой ее жизнь совсем не была. Получив от редактора чек со своим гонораром, Эмма сразу же отправилась в банк и обналичила его, после чего заглянула в магазин и вернулась домой с продуктами. Ее мама спала и о ее появлении не подозревала. Эмма быстро приготовила ужин и отправилась в парк, предварительно убедившись, что ее мама выпила утром все необходимые лекарства. Но вскоре на улице начал накрапывать маленький дождик, из-за чего Эмме пришлось перебраться в кафе, которое находилось напротив парка. Людей было мало. Многие столики были свободны. Она устроилась за столиком у окна. Со своего места Эмма могла видеть все, что происходит во всех углах помещения. Стройная официантка поставила перед ней поднос, хотя Эмма еще не успела ничего заказать. — Я подумала, что твой сегодняшний заказ не будет отличаться от предыдущих, — улыбнулась официантка, у которой к фирменной блузке был прикреплен бэйдж с именем: «Маргарет Грин». — Да, я тоже так думаю, — улыбнулась Эмма. — Спасибо! Маргарет ей весело подмигнула и направилась в сторону столика, за который минуту назад сел светловолосый юноша. Эмма сделала несколько глотков горького кофе и отставила кружку немного в сторону. В этом кафе она была не впервые. Каждый раз, когда начинался дождь, укрытие она находила именно здесь. И зимой она часто сидела за этим столиком, наблюдая в окно за прохожими. Поэтому не удивительно, что ее уже запомнили работники этого заведения. Помимо черного кофе, на подносе стояло блюдце с шоколадным пирожным, к которому она не спешила прикасаться. Девушка положила на стол перед собой альбом и достала карандаш. Ничего нового она не может нарисовать уже больше недели. Да и сейчас она сама толком не знала, что хочет рисовать. В кафе не происходило ничего, привлекающего внимание. Маргарет, как всегда, флиртовала с барменом, который делал вид, что не понимает ее намеков. Блондин нетерпеливо постукивал пальцами по столешнице, видимо, дожидаясь кого-то. В самом дальнем углу уединилась какая-то парочка. Через столик от нее сидел мужчина в строгом деловом костюме, который допивал кофе. Эмма предположила, что у него перерыв на обед. За столиком у барной стойки спал еще один мужчина, на его столе стояла недопитая бутылка виски, а его пальцы сжимали пустой граненный стакан. Вздохнув, Эмма повернула голову в сторону окна, наблюдая за прохожими, спешащими скрыться от дождя, который расходился все сильнее и сильнее. Капли стекали по стеклам, оставляя после себя мутный след, отчего видимость становилась хуже и хуже. Девушка отвела взгляд от окна и снова осмотрела кафе, в котором людей стало немного больше. Одна женщина недовольно стряхивала воду со своей шляпы. Трое подростков, лет пятнадцати, сидели за одним столиком, с ног до головы мокрые, но довольные. И все трое что-то возбужденно обсуждали. Вздохнув, Эмма взяла карандаш и принялась осторожно выводить чуть заметные линии на чистой бумаге. Сначала несмело, неохотно она рисовала лишь очертания всего того, что ее окружало. Но постепенно она начала нажимать на карандаш более сильно. Линии стали четкими, уверенными и точными. А вскоре она уже с головой погрузилась в работу, перестав обращать внимание на все отвлекающие факторы. Людей в кафе становилось все больше, но ей это не мешало. Эмма продолжала рисовать по памяти все то, что видела здесь до появления других посетителей. От работы ее отвлекло ощущение того, что на нее кто-то смотрит. Медленно выпрямившись и оторвав взгляд от бумаги, Эмма встретилась с изучающим взглядом мужчины, который сидел напротив нее, за одним с ней столиком. — Добрый вечер, мисс! — широко улыбнулся мужчина, заметив ее взгляд. — Надеюсь, вы не будете против моей компании. Все места уже заняты, — немного наклонив голову, прибавил он. Эмма быстро обвела взглядом кафе и убедилась в том, что ее неожиданный сосед говорит чистую правду. Свободных мест в кафе не осталось. И только сейчас она обратила внимание на то, что здесь стало намного шумнее, чем было. — Добрый вечер! — подошла к их столику Маргарет. — Будете что-нибудь заказывать? — обращаясь к мужчине, спросила она. — Чай! Пожалуй, только чай, — недолго думая, ответил он, скользнув взглядом по фигуре официантки. — Может, хотите что-нибудь к чаю? — подняла брови Маргарет, пригладив идеально собранные в хвост волосы. Уголок губ мужчины изогнулся в усмешке, но он лишь отрицательно покачал головой, переводя взгляд обратно на Эмму. Девушка невольно поежилась от его пристального взгляда. — Вы художница? — спросил мужчина. — Неплохо рисуете! — кивнув на альбом, заметил он. — Вообще-то, художники пишут, а не рисуют, — хмыкнула Эмма. — Где вы работаете? — поднял брови мужчина. — Это допрос? — вздернула бровь Эмма. — Издержки профессии, — невесело усмехнулся мужчина. — Ах да, я ведь не представился! Сириус Блэк! — Он привстал, протянув ей руку. — Эмма Тафт, — пробормотала девушка, собираясь пожать ему руку. Но Блэк неожиданно для нее чуть наклонил голову и коснулся губами ее пальцев. Эмма почувствовала, как покраснели щеки, и поспешно отвела взгляд, когда он опустился обратно на свой стул, отпустив ее руку. Его веселый взгляд говорил о том, что он добился от нее именно той реакции, на которую рассчитывал. — Вам идет такой румянец, мисс Тафт, — с довольной улыбкой произнес Сириус. — Вам это доставляет удовольствие: смущать представительниц женского пола, мистер Блэк? — быстро взглянув на мужчину, спросила она. — Нет, только зеленоглазых красавиц, — ничуть не смутился Сириус. — А вы со всеми представителями мужского пола так легко общаетесь? — с усмешкой спросил он. — Нет, только с брюнетами, — в тон ему ответила Эмма, пристально посмотрев на него. — Я так и думал, — улыбнулся Сириус и отвел от нее взгляд. Эмма уставилась на свой рисунок и тяжело выдохнула. С подобным типом мужчин ей еще не приходилось общаться. С первого взгляда ясно, что этот человек привык получать все, что пожелает, что он не привык слышать отказа. В таких красавчиков все влюбляются и готовы идти за ним, стоит ему лишь пальцем поманить. Но только было в нем что-то еще. Чувствовалась какая-то внутренняя сила и уверенность. Невозможно остаться равнодушной к нему, к его обаятельной улыбке и внимательным серым глазам. А ведь они знакомы с ним всего несколько минут. — Ваш чай! — произнесла Маргарет, поставив на стол кружку с чаем. — Вам точно больше ничего не нужно? — с явной надеждой на обратное, спросила она. — От вас, ничего, — несколько прохладно отозвался Сириус. — Благодарю! Официантка что-то хмыкнула и отошла от их столика, громко стуча каблуками. Эмма закрыла альбом и пододвинула к себе блюдце с нетронутым пирожным. Она очень надеялась на то, что Сириус больше не захочет заводить с ней беседу. Но внутренне понимала, что ее надежды бессмысленны. Он бы нашел, куда сесть, если бы не хотел знакомиться с ней. — Так, чем вы занимаетесь? — спросил Сириус, продолжая осматривать помещение каким-то слишком пристальным взглядом. — Ем пирожное, — буркнула Эмма, быстро посмотрев в окно. На улице все еще шел дождь. — Разговариваю с вами, — посмотрев на собеседника, прибавила она. Сириус снова чуть наклонил голову, приподняв уголки губ в улыбке. И все же в его взгляде было что-то, что заставляло нервно дергать плечами. — Значит, рисование для вас только хобби, — утвердительно произнес Сириус, словно она сама ему это только что сказала. — Я видел вас сегодня у Тайлера, он заплатил вам за статью, которую вы принесли для публикации еще два месяца назад. — Откуда вы это знаете? — прищурилась Эмма, невольно прикусив губу. — Тайлер мой знакомый, — пожал плечами Сириус. — Я читал вашу статью. Могу сделать вывод, что вы увлекаетесь химией. Может, вы ученый? — Он еще больше наклонил голову, выжидающе глядя на нее. — Кто вы? — сглотнув, спросила Эмма. — Кто вы и что вам от меня нужно? — Ну, я человек, — хмыкнул Сириус. — Хотя все мои друзья уверены, что я пес. Точнее, кобель, — весело прибавил он. Эмма удивленно моргнула, вновь заметив в его глазах искорки веселья. Но какое-то иррациональное ощущение опасности ее не покидало. Случайностей не существует. И их встреча, выходит, не случайность. Вполне возможно, что в его планы входило знакомство с ней. Вот только можно ли считать запланированным то, что он узнал о ней, что прочитал ее статью, что встретил ее в этом кафе? — У тебя есть парень? — чуть подавшись вперед, спросил Сириус. Эмма даже не обратила внимания на то, что он вдруг перешел на «ты». Его вопрос мог развеять любые сомнения относительно его целей. Конечно, такие, как он, женатыми не бывают. Серьезные отношения такого человека не интересуют, только бы время весело провести. — Я похожа на девушку, с которой можно поразвлекаться одну ночь, а на утро забыть о ее существовании? — нахмурившись, раздраженно спросила Эмма. — Значит, нет, — удовлетворенно хмыкнул Сириус, проигнорировав раздражение собеседницы. — Скажи, тебе нужны деньги? Вопрос, конечно, странный. Они всем нужны… — Я не проститутка, — чуть-ли не плюнув ему в лицо, прорычала Эмма, совершенно пораженная его наглостью. — Тем лучше, — ни капли не смутился Сириус, все так же весело глядя на нее. — Ты совершенно не в моем вкусе, не беспокойся, — подмигнул он, подавшись еще ближе. — Ты не влюбишься в меня, я не влюблюсь в тебя. Именно поэтому мне кажется, что ты очень подходящая кандидатура. Эмма растерянно смотрела на него, совершенно запутавшись. Теперь она не понимала, чего он хочет. Да еще и этот немигающий насмешливый взгляд ее очень сильно нервировал. Определенно, за этой наглостью и показной веселостью скрывается что-то совсем иное. Что-то, делающее его очень опасным. — Чего ты хочешь? — глядя в эти наглые глаза, спросила Эмма. — Ничего непристойного, — усмехнулся Сириус. — Мне просто нужно, чтобы ты притворилась моей девушкой. На время, разумеется. — Зачем? — удивленно спросила Эмма. — Разве тебе не проще начать встречаться по-настоящему? — Они сразу поймут, что долго это не продлится, — покачал головой Сириус. — А то, что между нами все наигранно, они не поймут? — вздернула бровь Эмма. — Ты совершенная противоположность всем тем, с кем я когда-либо встречался, — отозвался Сириус. — Лунатик знает, что я не буду встречаться с такой, как ты, если только не влюблюсь. Он даже вопросов задавать не станет. Несколько невероятно долгих секунд Эмма молчала, осматривая кафе. Ей казалось, что все это какой-то розыгрыш. И в объяснениях Сириуса она совершенно не улавливала никакой логики, даже намека на нее. Все это крайне странно и ненормально. А она не любит странностей. Ей необходимы логичность и точность во всем. Даже в чувствах и эмоциях. — Зачем тебе с кем-то встречаться? — вздохнув, спросила Эмма. — Сложный вопрос, — нахмурился Сириус. — Скажем так, все мои друзья и знакомые считают, что я потерял вкус к жизни. Им кажется, что я совершенно не способен испытывать какие-либо эмоции и чувства. И они правы, если честно. Я не вижу смысла жизни, я улыбаюсь и смеюсь, но это лишь маска. Внутри у меня совершенное равнодушие ко всему, и это всех пугает. Даже меня! — Он тяжело вздохнул, отведя взгляд. — Может, это поможет им поверить в то, что мне не все равно, что я еще не полностью погиб. Не хочу, чтобы обо мне попусту тревожились. Помочь они мне все равно не смогут. Никто не сможет! Эмма продолжала удивленно рассматривать его. На вид Сириусу нельзя было дать больше тридцати. Он совсем еще молод, а говорит так, словно успел прожить не меньше ста лет и увидел немало плохого в этой жизни. — Даже если мы будем играть парочку, это не продлится долго, — тихо заметила Эмма. — Мне нужно только пару месяцев, — пробормотал Сириус. — Они успокоятся, перестанут думать, что я могу совершить что-нибудь, что приведет к моей смерти… — Ты собираешься покончить с жизнью? — подняла брови Эмма, удивляясь все больше и больше. — Жизнь, конечно, не сахар, но и самоубийство не выход. — Не выход, — согласно кивнул Сириус. — Да только у меня нет выбора. И не спрашивай больше ни о чем, ты все равно не поймешь. Никто не поймет! — Тебе стоит полечиться, — буркнула Эмма. — Меня выгнали из больницы и просили больше не появляться, — усмехнулся Сириус. — Так, каков твой ответ? Я буду платить за каждую встречу пятьдесят фунтов… — Пятьдесят? — переспросила Эмма. — Столько стоят частные уроки химии, — пожал плечами Сириус. — Только встречаемся мы каждый день, а деньги отдаю в конце недели. Так, что? Эмма нервно заправляла пряди за ухо, раздумывая над его предложением. Правильно будет не соглашаться, это она прекрасно понимает. Она видит этого человека впервые в жизни, а значит она не может быть уверена в том, что он не обманывает ее, преследуя какие-то другие цели. Но с другой стороны, Эмма всегда поступает так, как будет правильно. Ничего плохого это еще не принесло, но и ничего хорошего это добиться не помогало. А сейчас ее решение может кардинально изменить ее жизнь, в этом она абсолютно уверена. Хватит одного взгляда на Блэка, чтобы понять, что общение с ним даром не проходит. И если она сейчас согласится, то шанс на какие-то положительные изменения в ее жизни, равен шансу отрицательных изменений. И ей не дает покоя вопрос: а не будет ли она жалеть потом, если не согласится сейчас? Да и деньги ей тоже нужны… — Хорошо, — выдохнула Эмма, — я притворюсь твоей девушкой. Но не смей распускать руки! — Зависит от обстоятельств, — хмыкнул Сириус. — Встретимся завтра! Я сам тебя найду. — Он поднялся из-за стола и подмигнул ей, кинув на стол несколько купюр. — Считай, твой заказ я тоже оплатил, — улыбнулся он и направился к выходу. Эмма проводила его пристальным взглядом и посмотрела на деньги. Кажется, он вовсе не смотрел, сколько именно заплатил. В этот раз официантке достанется немало чаевых. — Чего же мне ждать от этого человека? — пробормотала Эмма, повернувшись к окну. — Что ж, переживем и это!
